Код чёрный

Предупреждение: АУ, ещё одна альтернативная профессия
Светящийся полупрозрачный лабрадор прошёл сквозь стену, запрыгнул на стол и произнёс взволнованным голосом Роз Уизли:

— Код чёрный. Странный. Допросная.

Собака нервно дёрнула ушами, старший аврор Поттер бросила перо и, схватив из ящика стола "Экстренный набор №4", вылетела из кабинета. На столе остался брошенный на середине слова свиток.

Они знали, что однажды это произойдёт. Они готовились. Новый код в устоявшейся системе, заранее укомплектованные наборы, регулярные учения. Ужасы войны однажды забудутся. Лозунги, стороны, причины, цифры изотрутся в руках политиков. Смерти выцветут на газетных страницах. И кто-то подумает, что будет отличной идеей всё повторить. И случится "код чёрный".

— Не через шесть же лет! — прорычала Гарри, влетая в зачарованную допросную и на ходу затягивая наруч из "Набора". Два сидящих за столом подростка вздрогнули. Роз только мрачно посмотрела.

Гарри растерянно огляделась. Два мальчика, испуганно таращащиеся на неё, совершенно не походили на опасных Нео-Пожирателей, к встрече с которыми Аврорат готовился все эти годы. На вид обоим было лет по пятнадцать — и Смерть Воров на входе в допросную исключала возможность чар личины.

— Покажи руку, — строго скомандовала Роз. Сидящий дальше от входа мальчик безропотно закатал рукав, ничего не уточняя — явно уже не первый раз просят. Гарри подошла вплотную, хотя в этом и не было необходимости: она узнала бы Тёмную метку и с другого конца комнаты. И всё же, что-то казалось неправильным.

Роз махнула в сторону задержанных, представляя:

— Роберт Джексон и Эндрю Питерс. Метка у Джексона. Оба учатся в Хогвартсе на пятом курсе, — умолкла, выдерживая микроскопическую паузу прежде, чем припечатать: — Хафлпафф и Гриффиндор.

Гарри поражённо уставилась на Роз, но тут же нахмурилась, разозлившись на себя, что поддалась стереотипам. Жизнь уже давно должна была научить её, что и на Гриффиндоре бывают подлецы, и на Слизерине — герои, и война, последовавшие за ней годы работы в Аврорате постоянно подкидывали такие примеры, но в такие ситуации всё равно выбивали из колеи, заставляя по привычке "смотреть на цвет галстуков".

— Почему нам ничего не объясняют? — тут же вскинулся один из парней — Эндрю, как поняла Гарри. — Что не так с этим тату? В конце концов, это я стащил Полуденную Лилию, Боб тут вообще ни при чём, вы должны его просто отпустить!

"Гриффиндорцы", — не удержавшись, с внутренним удовлетворением подумала Гарри.

Роз потянулось было похлопать парня по плечу — ей всегда было тяжело сдержать свои простые порывы, — но отдёрнула руку и поджала губы.

— Через двадцать две минуты сработает тревога, — поторопила её Гарри, уверенная, что та знает протокол, но не уверенная, что помнит о нём прямо сейчас, глядя на двух испуганных детей. Роз со скрипом отодвинула стул, хмуро бросила: "Допрос окончен" — и, не глядя на подозреваемых, стремительно вышла из допросной.

Гарри закрыла дверь, накладывая раза в четыре больше заклинаний, чем обычно. Протокол требовал.

— Тебя удивили факультеты? — уточнила Гарри, не отрываясь от чар.

— Скорее возраст. Ты много знаешь школьников-Пожирателей?

— Знала одну, — невесело хмыкнула Гарри. Роз в ответ так же невесело хохотнула и всё же напомнила.

— Её оправдали.

— Да, оправдали, — согласилась Гарри. Разговор стремительно шёл не туда, а время поджимало: — Думаешь, глупый розыгрыш?

— Вряд ли. Их поймали на краже. Обоих задержали в "Лавке артефактов Ганса Шпинца". Глория Шпинц, нынешняя владелица лавки, обезоружила и связала обоих, а затем вызвала авроров. Парни идут как сообщники. Один отвлекал внимание, второй положил артефакт в карман.

— Полуденную Лилию? Это же побрякушка, — удивилась Гарри. Полуденную Лилию вообще сложно было назвать артефактом, так, милый розыгрыш, подвеска, периодически прыскающая всевозможными запахами — Бобы Берти Ботс от мира ароматов.

Роз пожала плечами.

— Их даже задерживать не должны были. Вызвать родителей, отправить сову в Хог, да и отпустить, — продолжила мысль Гарри.

— Да их почти и отпустили, но младший аврор Грант заметил Метку, когда у Джексона задрался рукав. Транспортировал сразу в допросную, вызвал меня как старшего аврора, я сразу отправила Патронуса тебе и приступила к допросу — всё по протоколу.

— Как они себя называют? Новые Пожиратели? Нео-Пожиратели?

— Никак не называют. Не понимают — или делают вид, что не понимают, — когда я спрашиваю их, кто главный и какие группы у нового культа.

— Точно не розыгрыш? Решили попугать лавочницу, прикинулись страшными Пожирателями, крадущими артефакты, но не рассчитали силы? — всё же усомнилась Гарри.

— Метка настоящая, — будто нехотя привела последний аргумент Роз. — В ней нет силы Волдеморта, но это не обычный рисунок. Она не стирается, она будто вбита под кожу.

Картинка внезапно сложилась.

Младший аврор Грант, волшебник в третьем поколении, с удивлением смотрит на звонящий телефон на месте убийства.

Старший аврор Уизли с восторгом рассказывает, как они с отцом наконец-то смогли заставить работать микроволновку.

"Что не так с этим тату?" — кричит Эндрю Питерс.

"Она будто вбита под кожу, " — говорит Роз.

Картинка сложилась.

Гарри дёрнула дверь, и усиленная защита с неохотой пропустила аврора. Две пары глаз снова нервно уставились на Гарри.

— Что, по-твоему, значит эта татуировка? — как можно мягче постаралась спросить она, обращаясь к Джексону.

— Не знаю, просто символ группы, — тихо пробормотал тот.

— Какой группы? Кто руководитель? Какие... — Роз тут же бросилась раскручивать эту ниточку, но Гарри ощутимо сжала её руку, заставляя замолчать.

— Музыкальной, — совсем тихо пробормотал Джексон. — Я не знаю, кто ей руководит.

— Что за группа? — всё так же мягко уточнила Гарри.

— Вы вряд ли знаете. Это маггловская группа, — вклинился в разговор Питерс. — "Серпенти".

— Маггловская? — растерянно переспросила Роз. — Такого совпадения быть не может.

— Не может, — согласилась Гарри. — Либо ложь, либо нарушение Статута.

— Мы не нарушали Статут, — тут же запротестовал Питерс.

— Да не вы, — устало успокоила его Гарри. — Эта группа ваша. Татуировка — это их логотип?

— Нет, — наконец-то снова заговорил Джексон и покраснел. Питерс ткнул его локтём в бок и продолжил за него:

— Такая же татуировка у Змеи. Это солистка группы.

— Давно существует группа?

— Пять лет.

— Кто сделал тебе тату? — было видно, что если бы он мог, Питерс ответил бы и здесь, позволяя другу и дальше молчать, но ответа он, очевидно не знал.

— Какой-то маггл. Тату-салон "Иглы и чернила", у меня дома записан их адрес, — на одном дыхании выпалил Джексон.

— Они могли всё это придумать, — осторожно напомнила Роз.

— Нет! Я могу доказать! — тут же горячо возразил Питерс, — У меня дома есть плакаты, и фотографии, и диски...

— У нас осталось одиннадцать минут, — вместо ответа сообщила Гарри.

Через полторы минуты Гарри с Питерсом влетели в Аппарационный зал. Питерс на ходу надиктовал адрес, и Гарри впервые порадовалась, что по воле работы успела побывать в каждом закоулке Лондона, волшебного и нет — в итоге они оказались буквально за углом соседнего дома.

— Быстрее! — напомнила Гарри, когда нетренированный Питерс попытался привалиться к стене.

— Что случится через одиннадцать минут? — спросил он на бегу.

— Семь.

— Что случится?! — Питерс дрожащими руками открыл дверь.

— В допросную ввалится двадцать авроров вместе с Главой аврората, а твоего друга обвинят в преступлении против Магической Британии, — ответила Гарри поднимаясь по лестнице и заходя в увешанную плакатами комнату.

Питерс выдал сдавленный стон и сорвал два плаката со стены, с треском оставляя на стене неровные бумажные уголки. Потом схватил сумку, смёл туда несколько кассет со стола и две фоторамки.

— Этого хватит? — нервно уточнил он. Гарри кивнула и протянула руку. Они аппарировали.

У министерской точки аппарации их уже ждала Роз.

— Какого Мерлина?! — Роз смотрела на плакат. И Гарри тоже перевела взгляд на изображение, забыв, что у них осталось минуты четыре.

На плакате симпатичная девушка со светлыми, почти белыми волосами, самозабвенно пела в микрофон, закрыв глаза. Тяжёлые ботинки и грубые чёрные штаны не оставляли сомнений, что музыку группа играет тяжёлую. А чёрная майка совершенно не скрывала грубую татуировку, почти кричащую на фоне болезненно-бледной кожи.

— Это же... — прошептала Роз, и Гарри поняла, что та видит то же самое. А значит, Гарри не сошла с ума. Из тех, кому Волдеморт нанёс Тёмную метку, в живых осталось не так много, а на свободе ещё меньше. Точнее, только одна ведьма. Ведьма с почти белыми волосами, бледной кожей и острыми чертами лица. Ведьма, о которой Гарри ничего не слышала больше пяти лет.

— Это же. — согласилась Гарри.

— Отмените тревогу! — взвыл Питерс.

Гарри очнулась, наколдовала Патронуса, коротко надиктовав сообщение Главе, и дождалась примчавшегося через полминуты подтверждения отмены протокола.

Питерс шумно выдохнул.

— Пусть Грант проведёт с ними воспитательную беседу, расскажет, что воровать плохо, а Полуденная Лилия — плохой подарок на День святого Валентина. И отпустите уже парней, натерпелись, — коротко проинструктировала Гарри.

— Всегда от неё сплошные проблемы, — пробурчала Роз, когда этот бесконечно-длинный день наконец закончился. — Теперь ещё и с неявным нарушением Статута разбираться.

Гарри не смогла сдержать улыбку.

— Ой, только не говори, что тебе это нравится! — с притворным недовольством Роз ткнула подругу в плечо.

— Будто что-то вернулось на круги своя, — философски ответила та.

— Это синдром утёнка. Синдром больного на всю голову утёнка. Герман подсказал, — в ответ на удивлённый взгляд пояснила Роз.