2023 начнётся с новых смертей | Кирилл Набутов

Смотрите полный выпуск на YouTube

Дмитрий Низовцев: Кирилл Викторович, здравствуйте.

Ирина Аллеман: Добрый вечер.

Кирилл Набутов: Здравствуйте, добрый вечер. Не говорю, что наступающим Новым годом, потому что в этот раз в этом году не говорю никому этих слов. Просто добрый вечер. 

Дмитрий Низовцев: Кирилл Викторович — журналист, историк и спортивный журналист, а тут мы его представили как психолога. Что же там.

Кирилл Набутов: Историк-надомник я себя называю.

Ирина Аллеман: Отличный вариант.

Дмитрий Низовцев: Да, про это чуть позже. Первый вопрос вам какой хочется задать? Я на днях увидел такую публикацию — Игорь Бутман, известный вам джазист, ему задавали вопрос: «Как этот год?» Он сказал: «Вы знаете, это год 100-летия джаза, каждый день был практически джаз, на мой взгляд, прекрасный, хороший год». И хочется, конечно, пальцем у виска покрутить и сказать, что хочется пожелать нам, чтобы следующий год не был хуже, чем предыдущий. Сложно себе представить, может ли он быть действительно нормальным. На ваш взгляд, есть ли какие-то поводы для позитива перед 2023-м годом? Поскольку вы у нас в один из последних дней уходящего года, поэтому у вас хочется для начала спросить об этом.

Кирилл Набутов: Во-первых, я очень рад за моего давнего знакомого Игоря Бутмана, что у него такой был хороший год, потому что он встречал его на родине. Потому что в его жизни случались времена, когда он оказался в Америке без больших денег, не будучи еще БУТМАНОМ, а будучи просто Бутманом, никому не нужным Бутманом. Ему было одиноко, сыро, сиро и грустно, и без больших денег, и его очень поддерживали разные другие русские живущие в Америке, в частности, легендарный хоккеист Алексей Ковалев, который, в общем, очень ему помогал. Это было в проклятой Америке. Сегодня Игорь на родине, если не в родном Питере, то в почти родной Москве, в хорошем месте в центре города живущий. У него все хорошо, я очень за него рад. Так же, как за Валеру Гергиева и за многих других деятелей русской культуры, там Певцов, у нас есть такой великий мыслитель теперь новый, он почти Василий Васильевич Розанов, такой титан философии, Карсавин. Ну и другие. Им всем хорошо. Им всем отлично. Чего я тут могу сказать? Больше ничего. Дальше мат начинается, но я не хочу портить вам вечер. Вы спросили про 23-й год, чего ждать от 23-го года? 

Дмитрий Низовцев: Да. Есть ли какой-то повод для позитива?

Кирилл Набутов: Только для бодипозитива. Нет у меня никаких поводов сейчас для позитива, могу сказать честно. Я могу сказать, что 23-й год начнется с того же, чем будет заканчиваться 22-й, а именно с новых смертей.

Ирина Аллеман: Достаточно реалистичный и от того не менее пугающий прогноз. Хочу спросить про будущее недалекое.

Кирилл Набутов: Чего прогноз? Вы сами знаете, что это правда. Сами знаете, что так будет. Что вся эта кровавая катастрофа не остановится 31-го декабря вместе с последним словом путинской речи. Правда, сегодня нас обрадовали, что наконец-то наше все все-таки выйдет к народу с пятиминутным новогодним обращением, которое, видимо, вберет в себя все глубокие смыслы, которые должны были находиться в послании к Федеральному собранию, в пресс-конференции, прямой линии, все это уместиться в пять минут речи одной. После вчерашнего разговора с девочкой по телефону из Русского музея, когда наше все попросил у девочки огурчиков на Новый год, все остальное уже сказано Сам факт того, что пресс-конференция и рабочий завтрак устроены в Русском музее столь же символично, сколь и нелепо, потому что два наших самых больших все, это Лукашенко и Путин, давали интервью, сидя в пустынном зале Русского музея… Из этого музея несчастного, по-моему, повыгоняли всех сотрудников, пока готовили этот саммит. Во всяком случае я разговаривал с тремя сотрудниками, спросил, бегал ли они с тряпками, мыли ли они пол и картины, чтобы достойно встретить президента. Они сказали: «Нас всех выгнали в жопу отсюда, сказали чтоб не болтались под ногами, что всем охрана занималась». И их посадили в огромном зале. Самое смешное, что прямо на фоне картины Александра Иванова «Явление Христа народу». Явление Христа! И вот на фоне явления Христа народу явились два Христа двум своим народам, и вчера беседовали и Лукашенко говорил Путину спасибо за то, что Санкт-Петербург в таком идеальном состоянии и так чисто убран в эти снегопады и так далее. А Санкт-Петербурге коллапс травмпунктов и травматических отделений больниц. Такие очереди со сломанными ногами трудно остоять. 

Ирина Аллеман: Как и каждый год при Беглове.

Кирилл Набутов: Беглов на самом деле неплохой парень, просто он нелепый немножко. Главное нелепость в том, что ему нельзя публично говорить, он не выдерживает психологического давления. Страх публичных речей — это второй страх после смерти. Просто Беглова не надо туда пускать. В целом парень он незобливый, неплохой. 

Ирина Аллеман: Кирилл Викторович, чтобы далеко не уходить от темы новогодней речи, все-таки хочется хотя бы на это какой-то прогноз попробовать из вас достать. Как вы думаете, что Владимир Путин вообще может сказать своему народу сейчас, в конце 2022-го года, когда именно он развязал войну против Украины, и именно он буквально той же самой рукой привел свою страну если еще не окончательно к пропасти, но подтащил буквально к самому краю? Может быть, это, конечно, кажется темой не очень интересной, и чего вообще говорить о Путине лишний раз, но пока мы, к сожалению, не можем, во-первых, в Гаагу его переместить, да и сделать вид, что его не существует тоже. Что, вы думаете, он скажет россиянам?

Кирилл Набутов: То же самое, что всегда. Я думаю, он скажет, что спецоперация идет по плану, и все поставленные цели будут достигнуты, все задачи поставленные будут решены. Другой вопрос, что никто не знает, какие цели и задачи, поскольку они все время меняются. И в этом смысле эта формулировка очень удобна. «Я уверяю вас, что все задачи будут решены», а какие задачи — зритель уже не спросит. Зритель в этот момент уже с тарелкой оливье и со стаканом ждет, когда пробьют часы. «Новый год, Новый год у порога». Чего тут спрашивать? Сказал «будут решены», все, отлично, бам, забухали. Вот и все. И с максимальным позитивом на лице главы государства войти в Новый год. 

Что касается «подтащить страну к пропасти». Понимаете, в чем дело — вопрос как относиться. Если относиться к пропасти как к огромной дыре, куда сейчас все рухнет, это одно, а если относиться к пропасти как к очередному месту, на которое необходимо распространить счастье русского мира, чтобы там тоже был русский мир — это другое. Ничто не само по себе, а все смотря по тому, с какой стороны смотреть. 

Дмитрий Низовцев: Я вас представил не только как журналиста, а историка. Это, если честно, одно из моих любимых ваших амплуа. И я помню большой ваш проект «История одного выстрела», который еще когда-то смотрел по телевизору, сейчас вы заново публикуете его на своем Ютуб-канале «Набутов». К слову, рекламирую этот Ютуб-канал и Телеграм-канал ваш. О чем хочется вас спросить? У вас там большое внимание уделено ,через весь проект проходит, реальная история, какие были события, которые были до выстрела Авроры. И в основном они про то, какие события развивались в Петрограде. Вот вас хочется спросить: сейчас то, на что похож Санкт-Петербург и настроения в нем хоть в чем-то похожи на то, что было в Петрограде с 14-го по 17-й год? Есть ли какая-то предреволюционная ситуация, обусловленная текущими событиями на войне? И может ли она быть в современной России сейчас?

Кирилл Набутов: Я хочу сказать, что там события в этом документальном сериале происходят с1903-го по 17-й год. То есть 15 лет, которые привели Россию к революции. И там мы рассказываем о тех фактах из жизни столицы Российской империи, о которых не пишут в учебниках истории, то есть факты частной жизни, то, чем жила обычная публика каждый день — цены, скандалы, убийства, мода, какие-то неожиданные визиты, в общем, всякая такая обычная бытовая житуха, которую жили обычные граждане, не задумываясь о том, куда идет страна, не замечая, куда идет страна. А она шла к катастрофе. И в этом смысле я могу сказать, что очень похоже, потому что в 21-м году, в 20-м году, в 19-м году люди ходили в магазины, в рестораны, на футбол, радовались, покупали шмотки, ездили в отпуск, не зная, куда идет страна, не придавая значения политическим событиям, которые освещались в прессе, которые нагнетались. Было видно, что нагнетается, но куда это все приведет? И в этом смысле 22-го февраля, когда я бухнула, что-то напоминает даже не выстрел Авроры, а скорее февраль 17-го года, когда в три дня развалилась империя. Бухнула, бах, и все. Потом начался период между Февральской революции и Октябрем, когда Ленин пришел к власти, когда, в общем, тоже люди старались жить обычной более-менее жизнью. И могу вам сказать прямо, я спрашивал мою маму. Она родилась после революции уже, но дедушка мой в революционное время уже был взрослым человеком, ему было 30 лет, он был ученым-геологом. Он ходил на работу в какое-то научное учреждение в Петрограде времен до революции. Я спросил, мать его спрашивала: «Вы как революцию встретили?» Он сказал: «А мы ее особо не заметили. Мы ходили на работу, и я, и бабушка, мы научные работники. У нас были свои интересы, мы встречались с друзьями, летом снимали дачу». В 17-м году! Мы не задумывались о том, что специально такое происходит. Ну, в целом понятно, царь больше не царь, но в целом-то жизнь частная остается. Вот в чем дело. И в этом смысле я думаю, что обыватель всегда слеп немножко. Он всегда задним числом понимает, что происходит. Он гонит от себя неприятное, не читает сложных газет, он живет обычной жизнью. 

Что отличает? Во-первых, тогда Петроград был столицей империи. Сегодня Петербург — это великий город с областной пропиской, потому что там есть Эрмитаж, Мариинский театр и Невский проспект. Второе —Петербург сегодня донельзя засран во время снегопадов, все эти сосульки и прочее. В Петербурге того времени, в центральных его районах такого быть не могло и не было, потому что каждый домовладелец своими бабками отвечал за то, чтобы в доме были дворники, которые должны были территорию чистить перед домом в первую очередь от конского навоза, но и от снега тоже. Это была обязанность домовладельцев. Поэтому все центральные улицы чистились дворниками регулярно. Так же, как и крыши. В этом смысле центр Петербурга был лучше, чем сейчас.

Дмитрий Низовцев: И еще один вам хочется вопрос задать. Вы один за один из немногих людей, кто заметили такую дату — 100 лет образования Советского Союза. В 1922 году оно случилось, на днях было 100-летняя годовщина. Ну слушайте, Советский Союз трагически распадался, можно сказать гнил. Было огромное количество перестроечных фильмов, которые были посвящены разоблачению Советского Союза. И вот проходит несколько лет, и, будем честны, пришли к власти те, кто хотели восстановления Советского Союза. И люди с этой идеологией, они, собственно говоря, при власти. Как думаете, из-за такое получилось? Что мы проморгали, что сделали не так?

Кирилл Набутов: Вы знаете, я часто думаю об этом, если без хохмы. Я прихожу, к сожалению, к выводу, что без этого наша страна не могла обойтись, потому что к власти пришли люди, выросшие в совдепии, выросшие в Совке, начавшие делать карьеру в Совке и осваивающие правила движения по жизни, правила поведения на работе, правила делания карьеры, вот эти внутренние законы коммуникации, все это они осваивали будучи молодыми и сравнительно молодыми людьми еще в совдепии. Совдепии, которая являла собой вот такую смесь коммунистическо-советского бюрократического дерьма, я бы так сказал. Это просто очень долгий разговор, потому что все равно все методы управления сегодня примерно те же самые. Другие лозунги, коммунизм никому не нужен. Зачем Путину коммунизм? Он миллиардер. Зачем любому из них? Посмотрите расследование ФБК, публикации The Insider, да любые даже просто журналистские публикации Ирины Тумаковой, в Новой Газете, какие угодно. Посмотрите, какие бабки стоят сегодня за политическими деятелями всех рангов, начиная с президента и заканчивая какими-нибудь депутатами районного уровня городского, членами заксобрания и так далее. Посмотрите, какие за всеми стоят бабки, какие стоят бизнесы, записанные на жен, детей, матерей, внуков и так далее. И зачем же им нахрен коммунизм? При совдепии партийные чиновники какие-то… Что они имели? Они имели доступ к какой-нибудь жратве, к какому-то магазину, где можно финское пальто купить, автомобиль, может быть, без очереди получить. И то аккуратно, потому что если завалишься, тебя выгонят в жопу отовсюду. Например, губернатор Владимир Яковлев, который в свое время лишил работы Путина и Собчака, он в советское время работал в Райисполкоме в Ленинграде. Его как раз поперли оттуда за то, что он немножко мухлевал при распределении автомобилей. Он деловой такой чувак, Владимир Анатольевич Яковлев. Просто к примеру. Но это не было роскошью, которая сегодня тут на Рублевке. 20 гектар в Жуковке, 1000 метров дом, Сардиния, озеро Комо, прости Господи за матерные слова, и так далее. Кому сегодня нужен коммунизм? А вся остальная механика — правила делания карьеры, правила прогиба, когда холоп перед вышестоящим ты, но ты царь для нижестоящего и тот следующий должен так же прогибаться, вся система отношений, отсутствие веры в независимый суд, равный для всех, поскольку его нет, чего в него верить-то. В этом смысле модели остаются теми же самыми. Плюс кое-какие еще вещи были изучены в период раннего капитализма, лихих 90-х, бандитских и прочих дел, когда это были реальные факторы реальной жизни, приходилось к ним приспосабливаться. Это тоже в память откладывает свои отпечатки. Вот сегодня мы имеем такое управление.

Дмитрий Низовцев: Спасибо вам, историку-надомнику и немножко журналисту. Кирилл Набутов был у нас сегодня в эфире.

Присоединяйтесь к нашим ежедневным эфирам на канале «Популярная политика»