Кензо Танге

💣 👉🏻👉🏻👉🏻 ВСЯ ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻

Кензо Танге
Правда, речь о другом Кензо — не из мира «высокой моды», а из области мировой архитектуры, высокой во всех смыслах. Японец Кензо Танге (Kenzo Tange) прославился не только проектированием высотных зданий, но и достиг вершины профессиональной карьеры, удостоившись Притцкеровской премии. Мало того, именно его называют одним из архитекторов «японского экономического чуда», что правильно также во всех смыслах. Ведь архитектуру называют овеществленным символом экономики, и творчество Кензо, как и ароматы его парфюмерно-кутюрного тезки, — это дух современной Японии.
Эпонимом называется имя собственное, ставшее географическим или нарицательным. В случае с именем Кензо (в Японии, кстати, весьма распространенным) дело обстоит несколько иначе — оно стало брендом, прославленной торговой маркой или знаком качества, причем как в фэшн-индустрии (Kenzo Takada), так и в зодчестве. Нас больше интересует зодчество, но и мода нам небезразлична, хотя у обоих мастеров много общего.
Во-первых, они не только соотечественники, но и сверстники. Главное же в их творчестве — это уважительное отношение к национальной традиции, неожиданно сочетающееся с экстравагантностью и новаторским подходом. Силуэты зданий Кензо Танге и фасоны одеяний Кензо Такады невероятно просты по крою и конструктиву, угловаты и вместе с тем изящно изогнуты — как склон горы Фудзи, как ствол деревца бонсаи, как кровля пагоды. Ортогональные очертания и пропорции их творений вторят канонам традиционного интерьера и сетчато-клетчатой структуре японского дома. Материалы и конструкции легки и приглушенно-монохромны, как ширмы и перегородки, а декор небросок и продиктован суровой природой островов. В общем, оба Кензо отмечены хорошим вкусом и чувством меры, и их общее имя стало всемирно известным брендом и прославленным японским эпонимом.
Японии пришлось заново возрождаться не только из пут довоенного феодализма, но и после атомной бомбардировки — чудовищного по своей нелепости акта устрашения со стороны американцев. Для современника этой катастрофы Танге это была трагедия не только патриотическая, но и личная, убийственная как для родины, так и для семьи. Хиросима — его родной город, здесь он окончил высшую школу. Во время бомбардировки Хиросимы Танге почти в возрасте Христа отсутствовал на родине, что его и спасло, — но в атомном пожаре погибли его родители. Делом чести и данью уважения жертвам, а также манифестом миролюбия и бессмысленности мщения стал мемориальный парк, план которого и ряд сооружений спроектировал 42-летний архитектор.
Мемориал был разбит на площадке, образовавшейся на месте взрыва, в самом центре даунтауна. Своего рода маяком композиции и немым укором выбрана уцелевшая руина колокольни храма, оказавшегося по соседству с эпицентром взрыва. Ее не стали восстанавливать, и сегодня A-Bomb Dome (Собор атомной бомбы) с арматурным скелетом купола выглядит знаком скорбного восклицания.
Танге применил в проектировании мемориального комплекса почерпнутые у Ле Корбюзье и Гропиуса подходы, отказавшись от традиционной японской антропоморфности и соединив, казалось бы, несочетаемое — масштабы личного и общественного. Модульные помещения его музея отвечают масштабу отдельного человека, а лестничные пролеты и похожие на птичьи клетки фойе отражали масштаб общественного коллективного. Традиционный японский аскетизм убранства перекочевал и сюда, обернувшись нарочитой бедностью интерьерного декора. Надо заметить, что архитектор намеренно отказался от всего этнического, создав музей вне национальности, вне расы и вне формации — таким, наверное, и надлежит быть мемориалу. В этом он был первым японским новатором и одним из основателей современной японской урбанистики. Скорбь скорбью, но жизнь продолжается…
Итак, несмотря на приверженность Кензо Танге национальной традиции, его архитектура отличается от нее прежде всего масштабами. Японские жилища издревле были антропоморфны, то есть соразмерны фигуре человека, — все детали интерьера и его пропорции измеряются ростом человека, размером локтя, стопы и кисти руки. Традиционный интерьер кратен спальному коврику татами, и все в японском интерьере и экстерьере поэтому прямоугольно и квадратно очертаниями. Индустриальным масштабам современного города эти рамки тесны, а потому современная японская архитектура — это увеличенная в разы модель традиционного жилища, составленная из этих миниатюрных жилых единиц наподобие пчелиных сот. В этом, кстати, проглядывается влияние Ле Корбюзье, конструировавшего свои железобетонные здания-муравейники из жилых модулей изолированных квартир, объединенных общими общественными пространствами.
Увеличенные масштабы новой японской городской архитектуры потребовали новых материалов и конструкций. Прежние здания строились легкими и из природных материалов. В основном из древесины, с небольшим присутствием камня и глины в фундаментах. При этом японцы сооружали некоторое подобие легких многоярусных высоток задолго до идеологов баухауса и чикагской школы, представители которых очень гордятся таким своим изобретением. Конечно, небоскреб из дерева — далеко не аналог железобетонной конструкции со стальным скелетом, но идея та же. В общем, новые строительные материалы и технологии пришлись японцам как нельзя более кстати, позволив им строиться ввысь и надежно, что очень важно на стесненных и сейсмически рискованных островах. Небоскребы, спроектированные Кензо Танге, отвечают этим условиям, а визуально следуют канонам традиционного японского домостроения
Не обошлось, конечно, и без подражательства рукотворным чудесам света, увиденным во время обучения в Европе. Например, в Токио встречает приезжих своя Эйфелева башня, склепанная в тех же формах, но более цветисто раскрашенная и подсвеченная. Японская архитектура давно тянется вверх, и башни здесь встречаются не только на листах метаболистских фантазий. Tokyo Tower авторства Кензо Танге появилась на свет еще в 1958 году: юная наследница Эйфелевой башни вдвое моложе нее, чуть выше ростом и почти в два раза легче — четыре тысячи тонн против семи тысяч. Как и парижская «гранд-дама», токийская «дама» по совместительству много лет подрабатывает и в развлекательной сфере — правда, экскурсии своим ажурным чревом не принимает. Амбициозные зодчие всего мира исправно, словно авторскими метками и вешками, продолжают украшать Страну восходящего солнца архитектурными вышками — стальными, алюминиевыми, стеклянными. В свою очередь, эпигонами эпигона Эйфеля стали гигантские проекты вроде Millennium Tower, они продолжают традицию создания мегаструктур, заложенную еще метаболистами, в числе которых значится автор «токийской железной леди» Кензо Танге.
Танге называют одним из ярчайших представителей школы «метаболической архитектуры». Он интересовался не только и не столько формой, а идеей, и концепция современного города как огромного живого организма стала основой урбанистического метаболизма. Эта идея и сейчас сохраняет актуальность. Особенно в условиях перенаселения больших городов и перенасыщения их автомобильной и прочей техникой. Как биологический организм, город обладает своей сетью дорог и инфраструктурных коммуникаций, которые закупориваются и дисфункционируют по прямой аналогии с больным человеческим телом. И лечить городские болезни нужно аналогичным способом — грамотным развитием мускулатуры и инфраструктуры, диетическими разгрузками, а зачастую и хирургическими методами.
Территориально стесненному и популяционно перегруженному Токио метаболическая концепция пришлась по нутру, и в 1960 году Танге предложил ошеломивший мир проект Большого Токио. Архитекторы вынесли жизнь мегаполиса в Токийский залив на огромный обитаемый мост из сплетенных в замысловатую сетку автострад, переходов и эстакад, над которыми гроздьями висели дома. Это был последний реальный фантастический город ХХ века, в равной степени вдохновленный японским экономическим чудом и идеями Ле Корбюзье, развитыми его последователем Танге. И хотя никому ни на миг не приходило в голову, что этот проект удастся реализовать, японская архитектурная школа стала первенствовать и в градостроительстве. В значительной мере концепция Большого Токио как метаболического мегаполиса была воплощена, и сегодняшняя жизнь японской столицы не столь осложнена транспортными заторами и отравленной шумом и газами атмосферой — в отличие, скажем, от Москвы и родного нашего Красноярска.
Наднациональное не всегда отвечает специфическим задачам — например, проведению Олимпийских игр, объекты которого непременно должны быть отмечены этническим колоритом страны проведения. Но и с этой задачей Кензо Танге блестяще справился, спроектировав универсальную арену, построенную к летним Играм 1964 года в Токио. Большой крытый стадион Gymnasium был возведен в парке Yoyogi японской столицы, строительство продолжалось с 1961 по 1963 годы. Стадион во время Игр использовался как водная арена для проведения соревнований по плаванию и прыжкам в воду. Сегодня он действует в основном как стадион для хоккея на льду. Он вмещает чуть больше тринадцати тысяч зрителей, что сегодня и не столь впечатляюще, — но не в размерах очарование, а в изяществе и новаторском подходе. Йойоги Гимназиум прославился особенным дизайном подвесной кровли и послужил прототипом многих последующих олимпийских объектов, как, например, стадион летней Олимпиады 1972 года в Мюнхене.
Вслед за градостроительным опытом в отношении японской столицы последовало продолжение на земле Балкан. Столица одной из республик федеративной Югославии, Македонии, — Скопье — лежала в руинах после разрушительного землетрясения 1963 года, и Кензо Танге, отмеченный успехом градостроительного планирования в условиях сейсмически опасной родины, пришелся к месту и ко времени. Конечно, амбициозные планы Кензо Македонского воплотились лишь в малой мере, но легли в основу дальнейшего развития ставшей нынче суверенной балканской республики.
Кензо можно по праву назвать не только Македонским, но и Миланским, и Болонским — для этих итальянских городов архитектор разработал планировку новых деловых районов. Даже в таком исторически оформленном городе, как Болонья, Танге сотворил отправную точку в виде современного района Фьера, спроектировав в 1967 году две современных башни. Сегодняшняя болонская Фьера разрослась кристаллами высоток вокруг этой архитектурной затравки и на подложке, спланированной Кензо Танге.
И все же главным центром внимания архитектора всегда были города азиатского Востока, родной Японии и сиамского Сингапура. В Токио и других городах японского архипелага немало зданий от Кензо, и на сверхурбанизированном острове-государстве выросли целые районы его же авторства. Токио обязан Танге появлением многих правительственных и музейных зданий, а также деловой недвижимостью, объектами которой густо порос, начиная с 60-х годов двадцатого столетия.
Сингапур совершил прыжок в новую эру чуть позднее Японии и во многом благодаря рожденным в ней идеологии и технологии. Так что Кензо Танге можно величать одним из авторов не только японского экономического чуда, но и сингапурского тоже. Среди построенных по проектам Танге объектов Технический университет и институт, жилые комплексы и школы, но главный вклад архитектора — в планировке площади под названием UOB Plaza. На ней высятся два небоскреба разной высотности (280-метровый на 67 этажей и 162-метровый на 38), объединенные шестиэтажным подиумом с прозрачным атриумом над city room — своего рода большим залом мэрии, украшенным кроме всего прочего скульптурой работы Сальвадора Дали.
Обе башни имеют восьмиугольное основание и представляют собой фигуры вращения кубического объема, что стало очень модным в современной урбанистике. Корпуса башен подвергались последующим переделкам и модернизациям, но дух и экспрессия, заложенные Кензо Танге, остались неизменны. Фасады башен отделаны серым и белым гранитом, а остекление сопровождено инновационной системой трансформируемых жалюзи. Вообще, упоминая комплекс UOB Plaza, в первую очередь отмечают умелое использование и сочетание света и тени, а также эргономику и функциональность сооружения. Ненавязчивая эстетика Кензо Танге лишь сопровождает эти несомненные преимущества, растворяясь в знойном сингапурском небе.
Аналогии с Моцартом напрашиваются непроизвольно, поскольку прощание с умершим в 2005 году Кензо Танге проводилось в спроектированном им в 1964 году католическом соборе святой Марии в Токио. Катедору Сеи Мария Дейсейдо — это главный храм римско-католической церкви на островах. Прежнее здание постройки 1899 года, выдержанное в строгом стиле европейской готики, но построенное из древесины, сгорело во время Второй Мировой войны. Его место заняла модернистская неоготика Кензо Танге, спроектировавшего новый храм в соавторстве с кельнским архитектором Вильгельмом Шломбсом и цюрихским Максом Лехнером, а также неизменным помощником по многим проектам — инженером Йосикацу Цубои. Можно утверждать, в Соборе Токийской Богоматери сошлись воедино Дальний Восток и Западная Европа, готика и дзен. Танге выиграл конкурс в 1961 году, а строительство собора продолжалось всего три года — не в пример трем столетиям знаменитых готических соборов Европы. Оно и понятно, поскольку стилистика модернизма подразумевает простые и быстрые технологические решения. Возведенный в 1964 году, собор и сегодня выглядит ультрасовременным, похожим на космический корабль.
В основании собор представляет собой крест, со всех сторон которого в небо взмывают восемь гиперболически-параболических поверхностей. Образованный ими крест света продолжается вертикалями четырех фасадов. Ко всему этому добавлен ромбоэдрический объем еще одной конструкции, включающей внутри себя баптистерий и купель. Их прямоугольные объемы контрастируют с символическим характером всего собора. Ансамбль довершает 60-метровая колокольня, немного отстоящая от основного здания. Космическую необычность зданию придают внешние поверхности, покрытые листами нержавеющей стали, что придает собору мистическую лучезарность отраженного зарева большого города. Города, одним из демиургов которого стал Кензо Танге.
Ушедший из жизни на 92-м ее году, в день весеннего равноденствия 22 мая 2005 года, архитектор был отпет в собственноручно построенном соборе. В храме, соразмерном масштабами с его творческим вкладом в современную японскую и мировую урбанистику.
© Использование материалов допускается, только при наличии активной ссылки на портал Sibdom.ru
Источник:
Журнал «Сибирский дом» №5(77), май 2010 г.
Сочинский жилищный конгресс в 2021 году перенесли на лето
Посетителей выставки «Сибирская строительная неделя» ожидает насыщенная деловая программа
В Красноярске пройдет выставка «Строительство и архитектура — 2020»
Образец договора купли-продажи квартиры 2019
Пакет документов необходимых для заключения договора купли-продажи квартиры зависит от правового статуса самого объекта…
Какие сделки теперь нужно оформлять у нотариуса?
Продавцам и покупателям недвижимости приходится спешно учиться совершать сделки по новым правилам.
Безопасный способ расчета за квартиру
Передача денег — важная часть сделки. Покупатели и продавцы должны проявить разумную осмотрительность и выбирать наиболее безопасную…
Уступка права требования по договору долевого строительства
Покупка квартиры в строящемся доме по договору уступки прав требования &m…
Как оформить земельный участок по «дачной амнистии»?
У большинства землепользователей, как правило, нет должным образом оформленных документов на з…
Проверка квартиры за 46 минут, не выходя из дома
Инструкция как уменьшить риски расторжения договора и потери финансовых средств при покупке и аренде вторичной…
Договор уступки права требования: купить квартиру от подрядчика
Стать владельцем квартиры в новом доме можно заключив договор ус…
Условия получения и сумма материнского семейного капитала в 2020 году, порядок оформления сертификата на материнский семейный капитал.
г. Красноярск,
ул. Железнодорожников, 17,
офис 310
Сетевое издание «Сибдом».
Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-69754, выдано 05.05.2017г. Роскомнадзором.
При использовании материалов Sibdom.ru активная ссылка на источник обязательна. 0+
Ваш IP-адрес — 45.151.136.90

Кендзо Танге - биография и история жизни известного японского...
Архитектор Кензо Танге | Под высокой маркой Kenzo / Sibdom.ru
Кендзо Танге - Современная архитектура Японии — LiveJournal
Кензо Танге – творец и гений архитектурной мысли Часть I
Кензо Танге - архитектор будущего
Кендзо Тангэ. Традиционный футуризм.
В творчестве Тангэ очень часто урбанист брал верх над архитектором. Мастеру было гораздо интереснее создавать архитектурные ансамбли и изменять окружающую среду, чем строить отдельные здания. Проектируя здания, Тангэ держал в уме не только то, как они будут выглядеть в глазах прохожего или посетителя, но и встраивал их в окружающий ландшафт. Например, построенный мастером Токийский Кафедральный собор, напоминает о своем религиозном предназначении только с высоты птичьего полета. С неба силуэт здания напоминает крест. То же двойственное восприятие отличает и Олимпийский стадион, спроектированный мастером Тангэ в 1964 году. От внимания наблюдателей часто ускользает тот факт, что стадион находится на участке, вплотную примыкающем к крупнейшему историческому парку Токио - Йойоги. И вся атмосфера этого японского парка с храмом в центре плавно и незаметно перетекает в футуристический ансамбль Танге. И не взирая на внешний футуризм и нарочитый модернизм, вся среда вокруг спортивных залов сохраняет дух и характер типичного японского сада, с его композициями из камня, с его культом отдельных деревьев и кустов. В творчестве Тангэ постоянно реализуется принцип, когда архитектура становится элементом искусственной природы. И в этом одна из особенностей современной японской архитектуры, созданной Кензо Тангэ. Невозможно представить многие из его произведений вне Японии.
В творчестве Тангэ чётко прослеживается двойственность, так характерная для японской культуры вообще. Способность к ассимиляции европейского художественного и культурного опыта и преломлению его через японские традиции и созерцательность. Весьма удачным примером такого союза европейской идеи и японского воплощения можно считать здание Токийской Мэрии. Это целый комплекс из трех зданий в токийском районе небоскребов Синдзюку. Основное здание с двумя башнями (высота 243 метра) своим силуэтом напоминает футуристический готический собор. Вообще многие создания мастера выглядят, как будто сошли с экрана фантастического фильма, рассказывающего о жизни внеземных цивилизаций. Человек, впервые попавший в Токио, не может оставить без внимания здание Фудзи ТВ. Огромное здание очень легкой конструкции, издалека напоминает космический корабль. Расположена штаб-квартира одной из крупнейших японских телекомпаний также в знаковом месте. На Одайба. Одайба – искусственно созданный остров в Токийском заливе. В то время как мегаполис задыхался от нехватки свободной земли, на градостроительном совете было принято решение создать несколько искусственных островов в заливе. Одайба и Теннозу – самые известные из таких островов.
Творческим кредо Кензо Танге было достижение гармонии между природой и искусственной средой, к которой он стремился во всех своих работах. Так, в здании Токийской мэрии, даже вид со смотровых площадок Северной и Южной башни располагает к созерцательности. С 43-го этажа открывается потрясающий вид на город, невдалеке ковром расстилается парк Йойоги (один из крупнейших городских парков Японии), а в хорошую погоду (обычно осенью и зимой) видно гору Фудзи. Конечно, при строительстве этого ансамбля в 1981 году, мастер не забывал встроить в архитектурный ландшафт весь этот набор архетипичных японских символов. Здания Кензо Тангэ настолько органично вписаны в окружающий ландшафт, что иногда воспринимаются как часть природы, а не как произведение человеческого гения.
Своеобразное обращение к семантическим знакам национальной культуры отчасти заметно в здании штаб-квартиры школы икебана Согэцу в Токио (1956 г.), где сама композиция здания вызывает ассоциации с минималистичностью искусства составления букетов. Одна стеклянная стена здания асимметрично выступает над другой, а интерьеры внутри напоминают пространство традиционного японского дома. Пространство это полностью выражает значение и роль личности в японской культуре. Интерьер дома с помощью внутренних перегородок — фусума легко может быть разделен на отдельные помещения, которые можно использовать по-разному в зависимости от ситуации. Но он (интерьер) всегда лишен стабильных замкнутых ячеек, где человек мог бы ощутить себя изолированным от других. Даже глава семьи никогда не имел собственного обособленного помещения. Структура дома, ориентированного на природные ритмы, не предусматривает личностных интересов его обитателей. Иначе говоря, в традиционном доме не было личностного пространства, что соответствовало самоощущению человека лишь как органичной части вселенной.
Идея традиционного дома в ее знаковой функции чрезвычайно важна для японского архитектора и не исчезает даже при всей своей конфликтности с принципами современного градостроительства.

Я вдруг понял, что моя любовь к Танго прошла (ага, теперь меня привлекает IDM %). Прошла. И теперь мне нравится не "дух автора", а лишь некоторые постройки.

Для сравнения, "дух автора" в постройках Андо мне нравится. Мне нравятся практически все его здания.
офф: чувак, тебе необходимо научиться делать кат (cut (англ) - "вырезка" ;Р). Это когда на заглавной странице блога видна только часть статьи, а не вся простыня. Как он прописан в жж можно узнать отсюда: http://www.livejournal.com/support/faqbrowse.bml?faqid=75
В современной градостроительной архитектуре меня всегда беспокоит мысль о тому , для кого это? Человек на фоне современных масштабных архитектурных изысков - песчинка. Все это великолепие можно наблюдать лишь с птичьего полета.
И японцы туда же, хотя оправдать их можно - мало земли.
ух ты! функционально и современно) но хотелось бы поближе к приоде чтоб стиль был) правда у них нет места. как вы считаете, какие лучше темы про Японию затрагивать в моём блоге? http://yaponk.livejournal.com/ кратко или подробнее о какой то проблеме писать? здесь интересно у вас!
Спасибо!
На вашем бы месте я бы писал о том, что вам самому больше всего интересно.
Что это для вас?
очень хорошо! люблю его архитектуру и «дух автора» (timaktaev)) еще хорошая книжка советская была.

hookup finder, 100% Guaranteed. Go Here dld.bz/chwZK
очень хорошо! люблю его архитектуру и «дух автора» (timaktaev)) еще хорошая книжка советская была.
Официально проституция в стране запрещена. Но вот например, Дзюнъитиро Коидзуми - премьер-министр Японии открыто ходит к проституткам. При этом пресса и избиратели одобряют такое поведение своего…
Спасибо!
На вашем бы месте я бы писал о том, что вам самому больше всего интересно.
Что это для вас?
ух ты! функционально и современно) но хотелось бы поближе к приоде чтоб стиль был) правда у них нет места. как вы считаете, какие лучше темы про Японию затрагивать в моём блоге?…

Что умеет мутация 501. V2 и дело о госизмене

Вредность Мастурбации
Фото Порно Татьяна Веденеева
Подвесили За Сиськи Порно Видео
Чеченки Трахаются
Скачать Крисси Лин

Кензо Танге

Report Page