Кейс 2

Женщина, 29 лет. Замужем, детей нет.

Работает project-менеджером в IT, руководит командой.

Запрос (со слов клиентки): 

Я устала так жить. У меня, вроде, всё нормально - работа, муж, ничего катастрофического не происходит. Но внутри пустота, жить не хочу.

Текущая картина

Социально функционирует стабильно. В работе ответственна, в кризисах мобилизуется быстро.

Но описывает постоянное внутреннее напряжение:

• сложности с расслаблением даже в безопасной обстановке;
• поверхностный сон, частые пробуждения;
• ощущение «настороженности» без явной причины;
• периодические телесные вспышки тревоги - сжатие в груди, дрожь, холод в руках.

Говорит: «Я как будто всё время жду, что сейчас что-то случится».

Иногда возникают обрывочные воспоминания и телесные ощущения, связанные с первым партнёром - без полноценного флэшбэка, но с резким усилением тревоги.

Работа:

Профессионально успешна, но поддерживает это ценой постоянного напряжения.

• Рутинные задачи даются тяжело, может откладывать до дедлайна, потом выполнять их рывком.
• Бывают периоды гиперфокуса, когда она работает несколько часов подряд, не замечая усталости.
• После интенсивной концентрации чувствует сильное истощение.
• Может забывать мелкие детали или письма, затем долго переживать и прокручивать это.
• Часто ощущает, что «в голове слишком много всего одновременно».

Говорит: «Если я отпущу контроль, всё развалится».

Отношения:

Замужем 3 года. Основная трудность - переживание дистанции.

• При снижении внимания со стороны мужа резко активируется тревога.
• Может ходить за ним часами с вопросом: всё ли в порядке.
• При конфликте возникает состояние «замирания» - трудно говорить, тело напряжено.

После конфликтов появляются навязчивые мысли в духе:

«Я навязываюсь»,

«Он от меня устал»,

«Я опять всё испортила».

Даже в периоды благополучия остаётся фоновое ожидание отвержения.

Как справляется:

Основной способ регуляции - переедание.

«Дело не в том, что я боюсь растолстеть. Я всегда была худой. Понимаете, я ем, пока не станет физически больно. И на какой-то миг мне становится лучше. А потом мне противно от того, что я не смогла остановиться».

Ключевой аффект - стыд и злость на себя за потерю контроля.

Детство:

Физического насилия не было.

Семья внешне благополучная, но эмоционально холодная.

• Отец - требовательный, дистанцированный.
• Мать - тревожная, склонная к молчаливым обидам.

Эмоции ребёнка обесценивались:

• «Не драматизируй»,
• «Ты постоянно ноешь»,
• «Соберись».

Мать могла игнорировать неделями.

Клиентка описывает: «Я всё время пыталась угадать, в каком они настроении».

Первая значимая связь:

Первый партнёр - в 16 лет, старше на 7 лет.

Изначально - бурные отношения, много слов о любви и ее «исключительности, уникальности».

Позже - давление на сексуальную близость.

Он говорил:

«Если любишь, то в чем проблема переспать»

«Ты слишком сложная»

«С тобой так тяжело»

В одном эпизоде, после конфликта, он настаивал на близости, несмотря на её отказ. Клиентка описывает состояние как «выключение»: «Я перестала чувствовать тело. Просто решила быстрее закончить это».

После этого он сказал: «Видишь, всё же нормально».

С тех пор:

• при сексуальной близости иногда возникает телесное напряжение;
• бывают эпизоды «отключения»;
• сложно говорить о своих желаниях;
• избегает обсуждения границ.

Говорит: «Я как будто не имею права на “нет”».

Иногда при ссорах с мужем возникают фрагментарные воспоминания о том эпизоде, усиливается тревога и телесное замирание.

В терапии:

• Быстро формирует привязанность.
• Боится быть «слишком навязчивой».
• Чувствительна к паузам.
• Склонна брать вину на себя.
• Злость выражает с трудом.
• Идентичность ощущается нестабильной, но без выраженной фрагментации.

В сессиях заметны:

• телесная гиперактивация при обсуждении близости;
• выраженный хронический стыд;
• негативная самооценка («со мной что-то не так»);
• трудности с самоуспокоением.