Карманный Джон 2/2

Несмотря на панику, которая продолжала копиться в Лололошке, худшие ожидания не оправдались и вернулись они с охапкой различных трав. Названий он не помнил, но каждый выглядел по разному. Вот один пятилепестковый, с причудливым окрасом и стеблем, на ощупь покрытым кучей маленьких шипов. Раньше ему приходилось иметь дело с крапивой и именно с этим он мог бы сравнить сенсорные ощущения. Хищное же растение по форме напоминало мухоловку, за тем исключением, что от нее исходил яркий аромат и виднелись частые голубоватые прожилки тут и там. Перечислять можно было долго, но его мысли прервал Джон, заметив, что что-то не так.

— Да куда же ты льешь, балда…

— Но я же делаю все так, как ты и говорил? — Лололошка нахмурился, прокручивая в голове инструкции, данные ранее. Вроде ведь всему следовал правильно…

— Используй другую пробирку. — Хмурится Джон. — Наливай постепенно смесь в воду, а не наоборот! Сейчас вместе с домом на воздух взлетим. — Лололошка быстро перегрупироватся, сменив положение рук. С техникой безопасности он действительно был знаком не то чтобы идеально.

— Так?

— Да. — Прошло некоторое время, пока мироходец под чужим пристальным взглядом перемешивал все. — Все, хватит. Этого должно быть достаточно. Осталось дать противоядию остыть и потом мне придется это выпить. — Джон скривился. — Мерзость. Пахнет как и в первый раз просто отвратно.

— Ты уже попадал под действие аналогичного заклинания? — Вот, что было любопытно Лололошке больше всего за прошедшее время.

— Я? Нет, конечно, ты что несешь? Пришлось изучить действие подобного заклинания, познакомившись с одним бедолагой. Это было взаимовыгодно — я, как гениальный ученый и маг, помогаю ему с этой маленькой проблемкой, а он снабжает меня ресурсами до конца пребывания в том мире. Как повезло, что он владел несколькими весьма богатыми точками на полезные ископаемые!

— То есть ты просто использовал его? — Лололошка недовольно уточнил.

— Ой, вот только не начинай мне сейчас читать нотации, будто бы сам отказался бы от такого предложения. — Джон не сбавил ни на секунду радости в голове. Неудивительно, ему наверняка как можно скорее хочется вернуть все в норму. — Все же это было сотрудничество, симбиоз, если угодно!

Лололошка вздохнул, понимая, что Джон все таки прав. Не ему было его судить, да и вреда, судя по рассказу, причинено не было. Если только Харрис не умолчал, что создатель уменьшающего заклинания в этом происшествии он сам и было это проделано намерено, чтобы получить необходимое. С него бы сталось такое вытворить.

— Накрой получившуюся смесь, не стоит рисковать с инородными элементами, имеющими возможность попасть в нее и все испортить. — Придирчиво напомнил Джон.

После следования незамысловатой просьбе-приказу Лололошка садится на кровать, подгибая под себя ноги. Джон, болтая своими собственными, свисающими с столешницы на которой устроился, молчит. Потом тоже подтягивает к себе и садится в позу лотоса. В конечном итоге, не полностью удовлетворившись своим положением, решил встать на руки. Нет, ну там точно плотность энергии увеличилась в несколько раз. Джон сейчас само воплощение переменчивых ветров.

— Итак. По моим расчетам можно подождать минут тридцать и все готово!

Лололошка хмыкает. Интересно, Джону будет все равно, из чего пить настойку? В конце концов пробирка была стандартных человеческих размеров…

Мысль промелькнула в голове и он поднялся. Харрис вопросительно поднял бровь, но Лололошка только отмахнулся от любых вопросов.

— Ничего же не случится, если пройдёт чуть больше получаса? — Стоило все таки убедиться на всякий случай.

— Нет, все в порядке. До трех часов все должно быть в полном порядке.

— Вот тогда и жди здесь. — Этого времени должно хватить. Жаль, глину не использовать, но под рукой есть и другие удобные материалы. — Скоро вернусь. Никуда не уходи. Пожалуйста.

На секунду он подумал о том, чтобы опять взять Джона с собой, но методичный сбор растений и краткая драка охотничьего ножа с тщетно пытающимся сбежать растением от руки успокоили его мысли. Ничего же не произойдет за его краткое отсутствие? Харрис, быть может, помедитирует, поразмышляет о насущном, придумает три сотни способов излечить беспокоящие этот мир заболевания. А мебель у них все таки не хлипкая, никуда свалиться он не должен.

Ну, Лололошка надеется на это, уже заранее сожалея и проклиная себя за это решение, возвращаясь с сделанной из пластика маленькой чашкой. Изначально он планировал попробовать поэкспериментировать с стеклом, да вот только оно и остывает намного дольше. А действовать надо было быстро.

Пока он был в импровизированной мастерской, успел себя по новой накрутить. Все таки стоило взять Джона с собой, как бы он не расслабился после поиска трав.

Заглядывая в комнату, он не обнаруживает Джона. Черт. Весь день панически носился с ним, чтобы теперь потерять его из виду! Не зря все таки переживал!

В голове проносятся сотня тысяч сценариев, от безобидных, до ужасающих. Лололошка точно не хочет найти вместо мироходца оставшееся красное пятно крови.

— Джон? — Он оглядывается снова, держа в одной руке изделие.

— Я здесь. — Джон выглядывает из под шторы, за которой, по всей видимости, все это время стоял. Ну, спасибо хоть, что не спустился с стола куда-нибудь. Сердце, рухнувшее куда-то ему в ноги, наконец возвращается на место. Лололошка и не осознавал, как сильно ему сдавило горло от переживаний, теперь же вдыхая полной грудью. — О, что это у тебя в руках? — Подмечая как ястреб, Харрис мгновенно подметил лишний предмет. И все же сначала Лололошка хотел задать собственный вопрос.

— Что ты там делал?

— Грелся под солнцем. Думал. — Дейви пожимает плечами, не стремясь дополнять и просеять свои слова. Лололошка вздохнул. Главное, что с ним все в порядке. — Так что у тебя там?

Он молча протягивает ему маленьких размеров посудину, на которую угробил оставшееся время.

Джон ухмыльнулся, мгновенно улавливая его ход мыслей.

— Как мило и вдумчиво с твоей стороны, Лололошка! — Легкая похвала слетает с чужим губ, но Лололошка только угрюмо вздыхает и переносит колбу с жидкостью, пытаясь осторожно перелить в другую емкость, которую крепко держит Джон в свою очередь.

— Пей давай.

Харрис, к его счастью, больше не трещит без повода и, морщась, выпивает настойку. Наконец-то они решат это недоразумение.

Ждать долго не пришлось и вскоре Джона настиг ожидаемый побочный эффект — сонливость и усталость. Он не мог прекратить зевать, а из-за заразительности этого явления, Лололошка тоже страдал. Мироходец зажмурился, прежде чем проморгаться.

— И когда оно вступит в силу полноценно?

— Все сработает во время одной из фаз глубокого сна. — Джон, все еще зевая, отвечает, — так что давай, перемещай нас, у меня сейчас глаза закроются.

Лололошка уже привыкнув к этому за весь день, подбирает ученого на ладонь и быстро находит сшитое ранее одеяло.

Они оба укладываются — в который раз за последние сутки — и Джон устраивается на груди Лололошки, принимая удобное положение.

Он все еще старается не засыпать как можно дольше, держит глаза упрямо открытыми и только когда чувствует всполохи энергии, искры, которые окружают их, позволяет себе расслабиться. Он медленно выдыхает, чувствуя, как тяжесть на груди стремительно усилилась и почти мгновенно проваливается от этого в сон. Прошедший день его вымотал по самое не могу.

На утро Лололошка ощущает привычный вес на собственном теле. Руки лежат по обе стороны от его головы, создавая рамку, а чужой нос уткнулся в шею, щекоча умиротворенным дыханием. Задерживая свое внимание на нынешней обстановке дольше секунды, он понимает, что Джон абсолютно нагой, ведь одежда, вероятно, порвалась в какой-то момент превращения. Румянец стремительно появляется на его лице. Ночью он был слишком уставший, чтобы осознавать что-либо, а сейчас выспавшийся, разум наконец-то обрел ясность. Лололошка притягивает его ближе и едва ощутимо касается губами копны волос.

Джон, тоже уже проснувшись, слегка косым взглядом посмотрел на него, улыбнувшись уголком губ.

“Даже после возвращение в свое нормальное состояние, он очень милый” пролетает мысль в голове Лололошки.

Привстав на локтях, он вглядывается в его лицо, склоняется, чтобы оставить невесомый поцелуй на носу, виске и наконец-то полноценно прильнуть, сминая чужие уста своими. Нежность, которую Джон вкладывал в действие, говорила сама за себя. В ней было и щемящая сердце благодарность, и тихое извинение за доставленное беспокойство. Он никуда не торопился и Лололошка, все еще слегка сонный, начал отвечать, ощущая приятную негу, расплывшуюся по телу. Он скучал по этому. Ему разрешают углубить поцелуй и он жадно берет от этого все. Касаясь своим языком чужого, он совершенно не заботится о неряшливости поцелуя и тонкой ниточке слюне, скатывающейся с уголков губ. Лололошка проводит ладонями по чужой оголенной спине, ощущая, как возлюбленный слегка вздрагивает. Замерз что-ли?

Ход мыслей прерывается, когда его укусили за нижнюю губу напоследок. Отстранившись, Джон позволяет увидеть ухмылку, украсившую его лицо:

— Весь день вчера хотел это сделать.