Карл Маркс Ч.2

Приветствую всех читателей РКГ(б) в пятой статье по философской тематике. Сегодня мы продолжим цикл статьей посвященных жизни и деятельности Карла Маркса.

Данная часть статьи охватит всю деятельности Маркса с 1848 года вплоть до раздела Польши весной 1848 года.

Когда в последние дни февраля 1848 года вышли из печати первые экземпляры книги "Манифеста коммунистической партии" до Маркса в Брюсселе и до лондонских вождей Союза коммунистов дошли вести об начале революции в Париже. Об этих днях и их впечатлениях сохранились даже воспоминания от будущего пионера германского рабочего класса Фридриха Лесснера. Вот что он говорил об этом много десятилетий спустя:

"Я не в состоянии изобразить то огромное впечатление, которое произвело на нас это известие. Мы были в состоянии восторга и воодушевления. Нами владело одно чувство, одна мысль: пожертвовать всем за освобождение человечества!" (Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.102).

Народные массы в самом Брюсселе отреагировали на эти известия с величайшим одушевлением, крича "Viva la Republique!", поя "Марсельезу", напирая и толкая друг друга.

Маркс жадно читал газеты, которые он мог находить и внимательно следил, как мы говорим сегодня за актуалочкой, что же происходило в столице Франции Париже. Также он вел переписку с общинами Союза коммунистов, со своими друзьями и даже с буржуазными демократами. Он с нетерпением ждал вестей из Германии и о Германии.

Лично для Маркса начавшаяся революция не стала какой то неожиданностью. Он вместе с Энгельсом задолго до нее предсказывали подобный ход развития событий. Маркс выявил в этой революции свои особенности, отрицание которых, привело бы к роковым последствиям.

Он испытал на себе воздействие сил реакций, что хотели до последнего удержать свою власть. Тогда в Брюсселе буржуазия вела переговоры с королем, король в свою очередь стянул войска к столице и бросил их подавлять взъяренные народные массы. Правительство пыталось, в частности спровоцировать проживавших в Брюсселе иностранцев, в первую очередь немецких рабочих и политэмигранотов. Так, например, без всяких причин был арестован и выдворен из страны Вильгельм Вольф.

В связи с данной сложившейся обстановки немецкие эмигранты в Брюсселе, как коммунисты, так и демократы, начали теснее объединятся с бельгийскими демократами для совместных действий. Маркс получивший отцовское наследство за несколько дней до этого, дал несколько тысяч франков на вооружение брюссельских рабочих. Жена Маркса Женни не была против этого, ибо они были уже намного обеспеченными, подчинив свои личные интересы интересам революционного движения.

Маркс 27 февраля 1848 года получил от лондонского Центрального комитета Союза коммунистов сообщение о том, что в связи с революционными событиями на континенте он передает свои полномочия Брюссельскому окружному комитету. Маркс и Энгельс к началу революции стали уже непосредственно возглавлять Союз коммунистов. Маркс тотчас созвал Брюссельский окружной комитет и обсудил со своими товарищами необходимые ближайшие мероприятия.

В начале марта Маркс получил от временного республиканского правительства из Парижа почетное приглашение:

"Мужественный и честный Маркс! Французская республика - место убежища для всех друзей свободы. Тирания Вас изгнала, свободная Франция вновь открывает Вам свои двери..." (Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.104).

Маркс данное приглашение принял. Он лично был не против этого, ибо его влекло в Париж, где в полную мощь развертывалась революция.

3 марта Маркс получил вечером приказ бельгийской полиции покинуть страну в течении 24 часов. У Маркса тотчас же собрались члены только что созданной Центрального комитета союза, которые передали ему свои полномочия и поручили создать в Париже новый Центральный комитет. Как только они покинули дом их сразу же арестовала полиция. Об этом Маркс рассказывал через несколько дней в одной из французских газет:

"Получив 3 марта в пять часов вечера  приказ покинуть в двадцать четыре часа бельгийское королевство, я в ту же ночь занялся приготовлениями к отъезду, как вдруг в мою квартиру ворвался полицейский комиссар в сопровождении десяти полицейских, обшарил весь дом и кончил тем, что арестовал меня под предлогом отсутствия у меня документов... Немедленно после моего ареста жена моя отправилась к г-ну Жотрану, председателю бельгийской Демократической ассоциации, чтобы попросить его принять необходимые меры. Вернувшись  домой, она застала у двери полицейского, который, обращаясь к ней с изысканной вежливостью, сказал, что если она хочет поговорить с г-ном Марксом, то может следовать за ним. Моя жена с готовностью приняла это предложение. Ее провели в полицейское управление, где комиссар прежде всего заявил ей, что г-на Маркса здесь нет, а затем стал грубо ее допрашивать, кто она такая, зачем она ходила к г-ну Жотрану и имеет ли она при себе документы.. Под предлогом обвинения в бродяжничестве мою жену отвели в тюрьму городской ратуши и заперли в темном помещении вместе с проститутками. В 11 часов  утра целый экспорт жандармом, сопровождавший ее среди бела дня, доставил ее в кабинет судебного следователя. Два часа ее продержали в карцере, несмотря на самые решительные протесты, поступавшие со всех сторон. Она оставалась там, перенося суровый холод и возмутительнейшее обращение жандармов. Когда, наконец, она предстала перед следователем, последний выразил свое удивление по поводу того, что полиция в своем усердии не арестовала также и малолетних детей. Допрос мог быть только чисто формальным: вся вина моей жены состоит лишь в том, что, принадлежала к прусской аристократии, она все же разделяет демократические убеждения своего мужа. Я не вхожу во все детали этого возмутительного дела. Скажу только, что когда мы были выпущены на свободу, двадцатичетырехчасовой срок уже истек и мы были вынуждены уехать, не получив возможности взять с собой даже самые необходимые вещи" (Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.105).

Прибыв в Париж, Маркс тотчас же навестил живших там друзей. Он был удивлен тем, что некоторым из них ударил как выражался сам Маркс "революционный хмель", под воздействием которого они пошли на опасную "игру в революцию". Многие немецкие рабочие и ремесленники жаждал революции поддерживали лозунги мелкобуржуазных демократов Борнштедта и Гервега, что призывали к созданию их эмигрантов добровольческие отряды, с помощью которых они бы с помощью штыков принесли свободу Германии.

Маркс высказывался против таких авантюристических планов, при том не боясь всякого рода обвинений в якобы его трусости. Уже 6 марта выступил на одном из собраний немецких рабочих. Себастьян Зейлер, член Союза коммунистов и хорошо знавший Маркса, позже об этом писал:

"Социалисты и коммунисты решительно высказались против против любой прививки немецкой республики с помощью вооруженного вмешательства извне. На улице Сен-Дени они провели открытые заседания, на которых присутствовала часть будущих легионеров. На одном из заседаний Маркс выступил с обстоятельным докладом, в котором он заявил, что февральская революция является лишь начальным проявлением европейского движения. Он говорил, что в ближайшее время здесь, в Париже, разгорится открытая борьба между пролетариатом и буржуазией, что и нашло свое подтверждение в июньские дни. От этой борьбы будет зависеть, победит ли революционная Европа или она понесет поражение..."(Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.106).

Маркс был уверен в том, что внутренние противоречия между классами пролетариатом и буржуазии способствуют к дальнейшему революционному подъему первого. Данный шаг об принесении революции извне с помощью насилия:

"...поставило бы под угрозу предстоящий революционный взрыв, так как германская реакция сразу же использовала бы подобную интервенцию для разжигания национализма и тем самым в интересах своих контрреволюционный целей". (Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.106).

По инициативе Маркса 8 марта четыре парижские общины Союза коммунистов решили в противовес Немецкому демократическому обществу создать открытый “Клуб немецких рабочих”. Уже 9 марта Маркс предложил проект устава для этого клуба.

Между тем из Лондона прибыли Шаппер, Молль и Генрих Бауэр, из Брюсселя – Вильгельм Вольф и наборщик Карл Валлау. 10 марта они вместе с Марксом и Энгельсом конституировались в качестве нового Центрального комитета Союза коммунистов. Маркс был избран председателем, Шаппер – секретарем. Энгельса, который еще находился в Брюсселе, заочно избрали членом Центрального комитета. 21 марта он тоже прибыл в Париж. Сами члены Центрального комитета собирались почти ежедневно и обсуждали предстоящие мероприятия. Все их внимание было приковано к Германии, к ее обоим крупнейшим государствам – Пруссии и Австрии. 

И вот наконец 13 марта трудовой народ Вены вышел на баррикады. Ненавистный канцлер Меттерних был свергнут и смог спасти свою жизнь лишь бегством. Император габсбургской монархии был вынужден создать министерство из представителей либеральной буржуазии. Своего кульминационного пункта революционные бои достигли через несколько дней, 18 марта, на улицах Берлина. После 16 часов ожесточенных уличных сражений берлинские рабочие, ремесленники, мелкие буржуа и студенты одержали победу над “доблестным войском” короля.

Несмотря на то, что король выставил свои отборные войска, баррикадные бойцы, в первую очередь рабочие, которые составляли среди них большинство, сражались с неповторимым мужеством. Они предприняли многочисленные контратаки, захватив у противника даже пушки, и использовали ночь на 19 марта для укрепления своих позиций. Их упорное сопротивление привело к тому, что в некоторых случаях солдаты отказывались выполнять приказы своих офицеров. Не поддаваясь на различные обманные маневры двора, баррикадные бойцы требовали полного вывода войск из Берлина. Их решимость заставила короля утром 19 марта вывести войска из города. В этот же день одержавший победу народ внес во двор королевского замка останки погибших и заставил обычно надменного короля склонить непокрытую голову перед павшими баррикадными бойцами. Это явилось символом тяжелого поражения, которое потерпела феодальная Пруссия от революционных народных масс. Баррикадные бои в Берлине 18 марта стали кульминационной точкой революции в Германии. В паническом страхе король из династии Гогенцоллернов заверил в том, что Пруссия войдет в состав Германии, и подтвердил, что будут проведены либеральные реформы, обещанные им еще раньше. Уже в марте было создано новое министерство, во главе которого стали рейнские банкиры и промышленники Кампгаузен и Ганземан.

Изгнанные за пределы Германии революционеры в это время не хотели останавливаться на первых результатах революции. По мнению Маркса, все зависело от того, удастся ли в дальнейшем еще больше расширить революционное движение. Результаты, достигнутые в Вене и Берлине ценой больших жертв были и оставались под угрозой, пока оставались три десятка феодальных князей, не ликвидировано крупное землевладение и не устранена территориальная раздробленность, пока не решены главные задачи революции и не создана единая демократическая германская республика.

Первые вести из Берлина показали Марксу, какое широкое распространение среди мелкой буржуазии и рабочих получили иллюзии о уже якобы достигнутых успехах, в особенности в связи с созданием нового министерства из представителей крупной буржуазии. Эти иллюзии представляли тем большую опасность, что крупная буржуазия, пришедшая к власти с помощью народных масс, из-за страха перед ними тотчас же проявила готовность пойти на компромисс с феодальными силами. Необходимо было создать и дать программу в первую очередь для рабочих, у которых просыпалось классовое сознание. Перед лицом быстро сменяющих друг друга событий и многочисленных, вводящих в заблуждение буржуазных реформ и преобразовательных планов эта программа должна была указать им цели и направление действительной борьбы и помочь различить, кто друг, а кто враг.

В связи с этими событиями Маркс и Энгельс приступили к выработке такой программы – “Требований Коммунистической партии в Германии”. Основой послужили те стратегические и тактические указания, которые содержались в заключительной главе “Манифеста Коммунистической партии”. Эти требования применялись в соответствии с обстановкой, что сложилась в результате революции.

В то время как либеральная буржуазия в своих программных заявлениях требовала лишь провозглашения общегерманской конституционной монархии под эгидой Пруссии и принятия буржуазной конституции, а также хотела сохранить значительный суверенитет отдельным государствам и их князьям, в то время как мелкобуржуазные демократы стремились, правда, к созданию германской республики, но в форме непрочного объединения многочисленных отдельных государств, Маркс и Энгельс в качестве главного требования своей программы выдвинули лозунг:

“Вся Германия объявляется единой, неделимой республикой”(Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.109).

Данный лозунг был направлен против главных сил феодальной реакции в Германии, против Пруссии и Габсбургской империи против пресловутой “тюрьмы народов” в Европе.

В этой программе они назвали те мероприятия, проведения которых должен был добиться народ во имя создания единой демократической республики. Среди них – неограниченное избирательное право и право быть избранным для каждого, достигшего 21 года; денежное вознаграждение народным представителям, с тем чтобы и рабочие могли заседать в парламенте немецкого народа. Но прежде всего всеобщее вооружение народа, чтобы с помощью вооруженной силы народа можно было победить контрреволюцию. Кроме того, указывалось в “требованиях”, путем коренной перестройки всей системы народного образования и изменения законодательства каждому немцу следовало гарантировать одинаковые возможности на получение образования и равенство перед законом.

Все эти требования били не только по господству класса феодалов, но и били по буржуа, что уже заключили союз с феодальной реакцией. Требовали они отмены феодальных повинностей без всякого выкупа и безвозмездной экспроприации всего крупного землевладения, но и также требовали передачи в руки государства шахт, рудников, частных банков и всех транспортных средств.  

Также они требовали учредить национальные мастерские и также что:

“...государство гарантирует всем рабочим средства к существованию и берет на себя попечение о неспособных к труду”(Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.110).

В те дни, когда Маркс вместе с Энгельсом разрабатывал 17 требований, он начал подготовку к изданию газеты в Германии. Одновременно, он со всей энергией занялся вопросом о возвращении в Германию членов Союза коммунистов, а также ремесленников и рабочих, объединенных  в “Клуб немецких рабочих”. План Маркса был во много раз эффективнее авантюристских намерений Борнштедта и Гервега. 300-400 революционных рабочих, что были членами Союза коммунистов и послушались совету Маркса, вернулись в Германию. У них в руках были 1000 экземпляров второго издания “Манифеста Коммунистической партии” и также листовки “Требования Коммунистической партии в Германии”, которые они 20 марта доставили в Париж.

11 апреля 1848 года Маркс и Энгельс прибыли в главный город Рейнской провинции. Они выбрали именно данное место, так как тут имелась сильная община Союза коммунистов, что 3 марта во время большой демонстрации рабочих огласили их требования. Ещё здесь находилась печать Рейнской области, что располагал большим простором деятельности.

В это время основное внимание Маркс уделял двум проблемам: подготовке  к изданию запланированной ежедневной газеты и работе, связанной с созданием общегерманской рабочей партии при поддержке общин Союза коммунистов.

Для решения второй задачи  Центральный комитет направил своих самых способных работников в различные центры рабочего движения. Энгельс поехал в Эльберфельд, Шаппер направился в Майнц и Висбаден, Дронке – в Кобленц, Кассель, Франкфурт и в другие города. Вильгельм Вольф выехал из Майнца в Бреславль, останавливаясь по пути в Кёльне, Ганновере и Берлине. Георг Веерт поспешил в Германию помогать Марксу готовить издание газеты.

Маркс с нетерпением ждал сообщений от посланных товарищей по борьбе, эмиссаров. Удастся ли коммунистам завоевать политруководство рабочими союзами и добится по всей Германии объединения многочисленных местных организаций? Маркс вскоре сделал заключение основываясь на письмах и отчетах возвратившихся друзей, что данные надежды не сбылись. И несмотря на самоотверженный труд коммунистов им не удалось в течении короткого времени создать всеохватывающую организацию в Германии.

И Маркс в связи с складывающейся сложной обстановке думал, на что следовало теперь членов Союза коммунистов и сознательных пролетариев. И он сделал вывод о включении его в существовавшее демократическое движение и вступить в его организацию в качестве решительного левого крыла, чтобы сама партия не отстала от рабочего класса.

Уже скором времени Маркс убедился в необходимости установления единства всех демократических сил, что таились внутри самого рабочего движения. Ибо в нем он видел еще сильное влияние мелкобуржуазных демократов.

Созданный 13 апреля Кёльнский рабочий союз решил не принимать участия в намеченных на начало мая выборах в прусское Учредительное собрание в Берлине и общегерманское Национальное собрание на Франкфурте-на-Майне. Это было сделано под влиянием председателя Кёльнского рабочего союза врача Готшалька. Он выступил с сектантским, ультрареволюционным лозунгом, призывая рабочих бойкотировать выборы, так как они проводились по антидемократической системе, были косвенными. Коммунисты понимали вред косвенной системы выборов, но они говорили об не оставлении поля боя в распоряжение реакционерам. Данные взгляды критиковались последователями Маркса, так как они по их мнению мешала развертыванию политической борьбе. Коммунисты призывали пролетариат участвовать на выборах, избирать демократических кандидатов, чтобы усиливать демократическое движение.

Маркс понял тот момент, что тайная переписка и послание единичных эмиссаров больше неэффективна, не способна она руководить коммунистами успешно, что работают в разных  районах Германии и все больше к убеждению, что необходимо как можно скорее наладить издание ежедневной газеты. Он решил использовать завоеванную в тяжелой борьбе свободу печати для вовлечения в борьбу во имя завершения революции все антифеодальные силы, указав цели и направление самой борьбы, а также осуществлять руководство членами Союза, что действовали в различных условиях.

Для создания газеты нужны были денежные средства, которых у них толком то и не было. Поэтому эмиссарам Центрального комитета, работавшим в разных частях Германии над организацией новых общин Союза коммунистов и рабочих союзов, пришлось заботиться и о получении денежных средств для газеты. 

Смета для выпуска газеты была составлена на сумму 30 тысяч таллеров. Эту сумму намеревались получить путем продажи акций по цене 50 таллеров каждая. Однако к концу мая было собрано лишь 13 тысяч таллеров.

Маркс пытался восполнить недостаток денежных средств путем увеличения числа подписчиков. В пивных и винных кабачках Кёльна распространялись подписные листы, адресованные в первую очередь рабочим и ремесленникам, где они призывались к подписке на газету. Газету рекламировали также большие афишы. Наконец Маркс вновь пожертвовал для этого дела значительную сумму из своего отцовского наследства. Таким образом ему и Энгельсу, несмотря на все трудности, наконец удалось обеспечить выпуск газеты.

Это произошло 31 мая. Вечером кёлньские почтальоны собрались в помещении редакции на Унтер Хутмахер, 17, где получили первые свежие экземпляры “Neue Rheinische Zeitung”. На газете значилось “Орган демократии”; она была датирована 1 июня 1848 года. Почтальоны поспешили в город и начали распространять ее. Маркс вздохнул с облегчением. Теперь можно было вести наступление на врагов народа с поднятым забралом, не обращая внимание на цензуру, называть вещи своими именами и указывать революционным народным массам пути и цели движения.

Маркс, как главный редактор, возглавлял редакцию. Вместе с ним в качестве редакторов или корреспондентов работали самые способные представители коммунистического движения, и среди них прежде всего Фридрих Энгельс, заместитель Маркса, из под пера которого, особенно в первое время, появилось большинство передовых статей; верный друг Вильгельм Вольф, бывший секретарем редакции и написавший многочисленные статьи. В частности по аграрным проблемам; Эрнст Дронке, направлявший  время от времени из Франкфурта-на-Майне сообщения о парламентских дебатах; Генрих Бюргерс и Фердинанд Вольф занимавшийся вопросами внешней политики. Редакторами “Neue Rheinische Zeitung” являлись также и два наиболее значительных революционных немецких поэта: Георг Веерт и с октября 1848 года Фердинанд Фрейлиграт, которые в этот период непосредственных революционных событий и повседневного сотрудничества с Марксом достигли вершины своего поэтического творчества. Корректором работал Карл Шаппер.

Маркс являлся душой редакции. Как говорил Энгельс, его решения были “чем то само собой разумеющимися, беспорным”(Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.118). Его решения не встречали никакой критики со стороны его соратников. Маркс разрабатывал план каждого номера газеты, распределял среди сотрудников задания, отбирал для публикации поступавшие сообщения, поддерживал большую часть рукописей и распоряжался финансами.

Маркс создал “Neue Rheinische Zeitung” в качестве органа демократии. Но, как подчеркивал Энгельс, он отстаивал такое понимание демократии, которое выдвигало: 

“повсюду, по каждому отдельному случаю, свой специфический характер, о чем она еще не могла раз навсегда написать на своем знамени” (Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.119).

Маркс и Энгельс четко определили революционно-демократическую программу газеты: ликвидация прусского и австрийского государств, этих главнейших оплотов реакции, с тем чтобы объединить всю Германии. В единую демократическую республику. Этой революционной программе целиком отвечали содержание и дух газеты, отвечала ее актуальность, ее великолепный, оставляющий неизгладимое впечатление язык, каким было написано все, начиная с передовой статьи и кончая самыми маленькими заметками и сообщениями. Эта была еще традиция “Rheinische Zeitung” 1842–1843 годов, созданная Марксом.

На примере Франкфуртского общегерманского Национального собрания, открывшегося  22 мая, Маркс и Энгельс в своей первой статье вскрыли жалкую нерешительность буржуазных “народных представителей”, которые превратили избранный народом парламент в немощную говорильню. В передовой “Neue Rheinische Zeitung” говорилось:

“Немецкий народ завоевал свой суверенитет на улицах почти всех больших и малых народов страны и в особенно на баррикадах Вены и Берлина. Этот свой суверенитет он осуществил на выборах в Национальное собрание. Первым актом Национального собрания должно было быть громогласное и официальное провозглашение этого суверенитета немецкого народа. Вторым его актом должна была быть выработка германской конституции на основе народного суверенитета и удаление из фактически существующего строя Германии всего противоречащего принципу народного суверенитета. В продолжение всей сессии оно должно было принимать необходимые меры для того, чтобы отразить все вылазки реакции, чтобы укрепить ту революционную почву, на которой оно стоит, обезопасить завоеванный революцией народный суверенитет от всех нападений. И вот состоялось уже с дюжину заседаний германского Национального собрания, но из всего этого ровно ничего не сделано” (Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.120).

На различных примерах Маркс и Энгельс наглядным образом показывали нерешительность Национального собрания и что это было выгодно для сил контрреволюции в виде феодалов. Они разоблачили заговор реакционных феодальных сил, что хотели вернуть свое былое величие и также опираясь на союз с крупной буржуазией совершить покушение на скромные революционные завоевания.

Газета “Neue Rheinische Zeitung” с первого и до последнего номера занималась нанесением основательных ударов по главным врагам революции, а именно феодалам и его приспешникам из числа крупной буржуазии. Маркс в то же время даже не сомневаясь ни на секунду говорил мелкобуржуазным демократам всю правду, пусть горькую, но все же. Это он делал для того, чтобы исчезли какие бы-то ни было парламентские иллюзии. Данная газета была единственной, что говорила народным массам то, что мартовское восстание – только начало германской революции и что результаты её не одержали полной победы и соответственно надо продолжать вести борьбу до ее окончательной победы. Парламентский орган ещё остается до такой степени слабым, что не способен свершить революционные мероприятия, в то время как существует старый аппарат власти, полиция, армия и чиновничество.

“Neue Rheinische Zeitung” едва исполнилось две недели, когда в Берлине произошел военный конфликт, подтвердивший правильность выводов Маркса. 10 июня большинство депутатов прусского Национального собрания высказалось против официального признания результатов революции 18 марта и категорически заявило, что оно собралось лишь для выработки конституции “по соглашению” с короной, выступив тем самым открыто против требований революционных масс, в первую очередь рабочих. Эта позорная капитуляция вызвала волну возмущения у берлинских рабочих и мелкобуржуазных демократов, объединившихся к этому времени в рабочих союзах и демократических клубах. Их недоверие к правительству и либеральной буржуазии усиливалось также в связи с тем, что, несмотря на протесты с их стороны, ремесленники и фабричные рабочие были исключены из рядов гражданского ополчения, созданного после 18 марта. Вечером 14 июня разразилась буря: берлинские рабочие взяли штурмом арсенал и завладел оружием, предоставить которое отказывались король и правительство крупной буржуазии. Однако это выступление было неорганизованным, и гражданское ополчение вместе с преданными королю войсками нанесло ему поражение.

“Neue Rheinische Zeitung” приветствовал этот стихийный порыв немецких рабочих с удовлетворением, в качестве первой зарницы революционных выступлений народных масс. Она осудила предательство прусской буржуазии, что призвала на помощь юнкерскую армию для подавления её вчерашних союзников и критиковала нерешительность мелкобуржуазных демократов. Маркс указывал на неотъемлемое право народа на моральное давление своих представителей в парламенте и заставлять их также предпринимать революционные действия. Лишь путем решительной борьбы (хоть с оружием в руках) революционного народа против крупных феодальных землевладельцев и династий, против военной и чиновничьей касты можно было переломить хребет контрреволюции.

Маркс и его боевые соратники по делу борьбы за освобождение рабочего класса выступали категорически против предательства буржуазии и ее парламентских представителей по отношению к крестьянам.

Через несколько месяцев “Neue Rheinische Zeitung”, оставаясь верной аграрной программе коммунистов потребовала, чтобы те огромные суммы, которые в течении веков феодалы накопили путем обмана крестьянства, были возвращены ему до последнего пфеннига, вместо того, чтобы миллионы класть в карманы юнкеров.

Маркс и Энгельс разъясняли народным массам, что их победа или поражение в революции тесно связана с национально-освободительной борьбой соседних народов. Задолго до революции они выдвинули лозунг, что:

“Никакая нация не может стать свободной, продолжая в то же время угнетать другие нации”(Г.Гемков "Карл Маркс биография" 1969 г. стр.123).

 В своих многочисленных статьях посвященных внешнеполитическим вопросам, они выступали страстно в поддержку национально-освободительной борьбы поляков и чехов, венгров и итальянцев – тех народов, которые угнетались Пруссией, Австрией, царской Россией.

Особое внимание Маркс уделял освободительной борьбе польского народа, чье государство подверглось разделу со стороны трех феодальных держав – России, Пруссии и Австрии. Весной 1848 года большая часть польского населения поднялась против ненавистного прусского владычества. Но новое прусское правительство, куда вошли представители либеральной крупной буржуазии, на требования поляков о восстановлении единства их родины и представлении государственной самостоятельности ответило шрапнелью, кровавой расправой. Тем самым немецкая буржуазия лишилась своего внешнего союзника, но и поощрила феодальную реакцию к тому, чтобы она готовила свои полки для нападения на революционное движение внутри страны.

Маркс и Энгельс считали освобождение Польши центральной задачей общеевропейского революционного движения. Разгром царизма и его сателлитов – династий Гогенцоллернов и Габсбургов освобождала бы дорогу для победы буржуазной революции по всей Европе. Тогдашнее требование Маркса о развертывании революционной борьбы народов против царизма имело по своей сути прогрессивный характер.