Караван гашиша

Караван гашиша

Караван гашиша

Караван гашиша

Рады представить вашему вниманию магазин, который уже удивил своим качеством!

И продолжаем радовать всех!)

Мы - это надежное качество клада, это товар высшей пробы, это дружелюбный оператор!

Такого как у нас не найдете нигде!

Наш оператор всегда на связи, заходите к нам и убедитесь в этом сами!

Наши контакты:

Telegram:

https://t.me/stufferman


ВНИМАНИЕ!!! В Телеграмм переходить только по ссылке, в поиске много фейков!
















Борис Поплавский - Сочинения 'Я вам пишу из голубого Симферополя…' Я вам пишу из голубого Симферополя, Потому что теперь никогда не увижу. Осыпаются листья картонных тополей На аллеях сознанья изорванных книжек. Когда на фоне дребезжащей темноты Зажгутся полисы бессмысленных видений, Галлюцинации разинутые рты Заулыбаются на каждом блике тени. Всех найдете на осеннем тротуаре, Только больше с каждым лишним годом. Копает землю остроносый год Но червяки среди земли какие Смотри собрались улицы в поход Держа ружьё как черенок от кия. Смотрю как над рекою страх и млад Обедают. Смотрю на лошадей На чайную посуду площадей Садится вечер как больной солдат. Оно неведомо чрез улицу летит И перестало. Возвращаюсь к ночи И целый день белесых бород клочья Срезает небо и опять растит. На бульварах сонного Страстного Улыбаюсь девушке публичной. Все теперь я нахожу приличным, Все избитое теперь остро и ново. О весенний солнечный Кузнецкий, Над твоей раскрашенной толпою Я один, насмешливый и детский, Зло смеюсь теперь моей весною. Я живу без символов и стиля - Ежегодный цикл стихов весенних. Знаю все - от фар автомобиля До задач о трубах и бассейнах. Караваны гашиша в апартаменты принца Приведет через сны подрисованный паж. Здесь, в дыму голубом, хорошо у пекинца, У него в золотых обезьянах палаш. За окном горевал непоседливый вечер, И на башне, в лесах, говорили часы, Проходили фантомы, улыбались предтечи Через дым на свету фонарей полосы. У лохматого перса ассирийское имя, Он готовит мне трубку, железный чубук, Вот в Эдеме, наверно, такая теплыня, Покрывает эмалью ангел крылышки рук. Варит опий в дыму голубом притонер, А под лампой смола, в переплете Бэкон. Мне Ассис постелил из лоскутьев ковер. Полоса фонарей через клетки окон. Вот прошло, навсегда я уехал на юг, Застучал по пути безучастный вагон, Там остался в соборе любимый амвон, Там остался любимый единственный друг. Мы ходили с тобой кокаиниться в церкви, Улыбались икон расписные глаза, Перед нами огни то горели, то меркли, А, бывало, видений пройдет полоса. Это было в Москве, где большие соборы, Где в подвалах курильни гашиша и опия, Где в виденьях моих мне кривили улыбки жестокие Стоэтажных домов декадентские норы. У настенных икон ты поставь по свече, На амвоне моем обо мне говори. Я уехал на юг, ты осталась в Москве. Там теперь на бульварах горят фонари. Закажите ему процессию, Подберет на хрустящих дудках, А на хрип, улыбнувшись невесело, О попавших туда незабудках. Закажите себе буколику, Оживите постель пастушью, Рассыпая гашиш по столику, Поцелуйте ладони удушью'. Потускнели главы византийских церквей, Непонятная скорбь разошлась до Афин. Где-то умер бескрылый в тоске серафим, Не поет по ночам на Руси соловей. Пронесли через степь клевету мытаря, А потом разложили гуситский костер. В истеричном году расстреляли царя, Расстрелял истеричный бездарный актер. А теперь не пойдут ко двору ходоки, Не услышат прощенья и милости слова, Только в церквах пустых помолятся да снова Перечтут у настенных икон кондаки. От Байкальских озер до веселых Афин Непонятная скорбь разошлась по стране. Люди, в Бозе бескрылый почил серафим, И Архангел грядет в наступающем дне. Вот сегодня я вспомнил, что завтра крещенье, Но меня надоедливо душат сомненья. Здесь, где кресточек опустят в поток, Неужели в сугробах устроят каток, Неужели, как прежде, как в дивную старь, Пронесут золоченый огромный фонарь: И несчетных церквей восковая дань Осветит на руках дьяконов Иордань? А тогда-то над войском святого царя Пролетят огневые слова тропаря. А когда в топорами прорубленный крест Патриарх в облаченье опустит крест, Понесут но домам кувшины с водой, От мороза покрытые тонкой слюдой, Понесут вот не те ли, кто в церкви святой? В медальоне Антихриста голову вставили, А над ней херувимов лампаду вставили, И штыком начирикали: А неба совсем не видно, Совсем, совсем, совсем. Сейчас никому не обидно, А будет обидно всем. В очарованном свете прожектора Загораются лица и платья. Конечно, не нужно корректора, Поэта двуспальной кровати. Но серые тучи насилия На небо ползут городов. Самые горем сильные Будут средь первых рядов. Вы забыли, а то и не знали, Что где-то небо есть. Вы не думаете, это месть, А просто вы сказали: Вечерний благовест рассеянно услышал, Вздохнул о том, что новый день прошел, Что Бог усталый утром с лампой вышел И снова вечером, обидевшись, ушел. Ну, написал бездарную буколику О голубых фарфорных пастушках И столик заколдованного кролика Пером лазурным набелил на облаках. Мне хочется простого, как мычанья, И надоело мне метаться, исступленному, От инея свинцового молчанья К уайльдовской истерике влюбленности. Небо уже отвалилось местами, Свесились клочья райских долин. Радости сыпались, опрокидывая здание, Громы горами ложились вдали. Стоны сливались с тяжелыми тучами. Зори улыбку отняли у нови, А мы все безумней кричали: Крик потонул наш в конвульсиях площадей, Которые в реве исчезли сами. Взрывов тяжелых огромные лошади Протащили с безумьем на лезвиях аэросани. В саване копоти ангелов домики Бились в истерике, в тучах путаясь, А Бог, теряя законов томики, Перебрался куда-то, в созвездие кутаясь. А мы, на ступенях столетий столпившись, Рупором вставили трубы фабричные И выдули медные грохотов бивни В спину бегущей библейской опричнине:. Мы Бога отыщем в рефлектор идей! По тучам проложим дороги понтонные И к Солнцу свезем на моторе людей! Я сегодня думал о прошедшем. И казалось, что нет исхода, Что становится Бог сумасшедшим С каждым аэробусом и теплоходом. Только вино примелькается - Будете искать нового, Истерически новому каяться В блестках безумья багрового. Своего Уливи убили, Ну, так другой разрушит, Если в сердце ему не забили Грохот картонных игрушек. Строительной горести истерика… Исчезновение в лесах кукушек… Так знайте ж: Я сегодня думал о прошедшем, Но его потускнело сияние… Ну, так что ж, для нас, сумасшедших, Из книжек Уэллса вылезут новые марсияне. Не тонущая жизнь ay ay А храбрая хоть и весьма пустая Стоит как балерина на балу И не танцует гневом налитая. Почто мадам театрам нет конца Кафе анатомический театр И каждый рад от своего лица Прошелестеть:

Купить соль в Чапаевске

Великие наркоманы Серебряного века&nbsp

Стаф в Кеми

Борис Поплавский - Сочинения

Экстази трип

Афганские пограничники перехватили караван с тонной гашиша

Купить конопля Саров

На трассе Москва—Уфа изъята партия наркотиков на 40 млн рублей

Методон в Ликино-дулёвом

'Караван' с гашишем из Чуйской долины застрял в Татарстане

Сериал про кокаин

Купить Мел Алдан

Караваны гашиша

Закладки наркотики в Тюмени

'Караван' с гашишем из Чуйской долины застрял в Татарстане

Кокаин в камбодже выращивает аудио

Афганские пограничники задержали караван с тонной гашиша

Приготовление фена в домашних условиях видео

Афганские пограничники задержали караван с тонной гашиша

Купить закладки спайс в Сясьстрое

Афганские пограничники задержали караван с тонной гашиша

Купить Кристалы в Когалыме