Кампания на Мезоа (часть 4.)

Подвергнутые испытанию

Когда бомбардировочные крейсеры и десантные корабли Альфа-Легиона и Железных Воинов вышли на позиции над Мезоа, Кассиан Дракос, частично возвративший мобильность своему корпусу дредноута благодаря загадочным системам саморемонта, которыми наделил его Вулкан, повёл Последователей Пламени в центральную кузницу-храм Мезоа. Тут дважды умерший бывший повелитель XVIII легиона встретился с норн-регентами планеты, триадой древних сестёр-магосов, так сильно переплетённых сложнейшим невральным интерфейсом, что они формировали целостный разум, управлявший бескрайним феодом Мезоа. Их встреча обессмерчена в инфоархивах Мезоа — почерневший от пламени и разбитый Мстящий Дракон стоит напротив иссохших фигур норн-регентов, каждая из которых, словно паук, свисала на запутанной сети кабелей, что соединяла их с рабами по всему Мезоа, и в окружении когорты огромных автоматонов «Домитар». Однако при приближении Дракоса бесчувственные машины войны, запинаясь, отступили, и даже суровая троица почитаемых техномагов, казалось, была ошеломлена.

Древний терранский полководец рассказал о своих видениях, об испытании, которое он пережил, пока лежал в тёмном сердце Истваана V, и о поиске Вулкана; это была история о горе и жертве, перекликавшаяся со схизматическими верованиями, которых придерживались магосы Мезоа. Столь простая схожесть в мировоззрении послужила шатким основанием для достигнутого между ними согласия — угрюмые мезоанские техноадепты признали Кассиана Дракоса живым воплощением Машинного Бога, создали ради его защиты тагмату и приняли как символ неизбежной победы. Позднее мудрецы удивлялись тому, как различные фракции техномагов могли единодушно принять Дракоса, и кто-то даже поговаривал, что нахождение Истваана в сердце одного из сильнейших варп-штормов, с которым приходилось встречаться человечеству, могло повлиять на погребённого дредноута сильнее, чем считалось ранее.

Кассиан Дракос принял заботу наиболее опытных мастеров кузницы Мезоа и исчез в сокрытых глубинах планеты, дабы получить благословение Машинного Бога и возвратиться к былой славе. Когда многочисленные десантные корабли предателей затмили собою небеса, а их владыка восстанавливался, Ксиафас Юрр с Последователями Пламени присоединился к воинам, которые готовились к обороне Мезоа. С ними встали кибернетические чудовища и огромные автоматоны из Тагматы Мезоа, столетние ветераны отражений ксенорейдов, а также 891-я Когорта Леты из Солярной Ауксилии и сорок восемь легионеров Имперских Кулаков, которые после отступления из Манахеи застряли на Мезоа. Отбивать близящийся приступ собиралось в общей численности 12 000 бойцов, включая огромную массу боевых автоматонов, адсекулярных ауксилий с остриженными душами и рыцарей Дома Герметика.

Бесценным источником данных о ранних этапах третьего вторжения на непокорный Мезоа выступают военные хроники Нарика Дрейгура, де-факто командующего 114-го гранд-батальона Железных Воинов. Первой волной атаки стал огромный шип десантных кораблей, несущих тысячи и тысячи договорных призывников с Моаба и солдат-предателей Имперской Армии, которых Аутилон Скорр и другие командиры армады изменников сочли расходным материалом. Этих падших душ встретили не залп оборонительных пушек или звенья дронов-перехватчиков механикумов, а гнев самого Мезоа, когда с помощью огромных погружаемых во взрывоопасную магму доменных печей техноадепты стали метать в небо громадные куски магмы и каменного ложа. Десантные судна не могли защититься от такого оружия и понесли колоссальные потери. На самом деле тактическая целесообразность первой волны сводилась к тому, чтобы спровоцировать именно такой ответ, прежде чем начать настоящий прорыв. Те немногие десантные корабли, которые достигли пепельной поверхности Мезоа, подверглись истреблению со стороны когорт яростных боевых автоматонов «Воракс», и немногие выжившие солдаты рассеялись по адской поверхности планеты, где в итоге и безвестно сгинули.

Верно рассудив, что мезоанские адепты не смогут продолжать непрерывный обстрел, не подвергая опасности тектоническую стабильность своего мира, Аутилон Скорр отправил 114-й гранд-батальон во главе второй волны. С минимальными потерями перенеся обычный зенитный огонь и высадившись среди покойников и почерневших обломков кораблей первой волны, Дрейгуру и суровым ветеранам Железных Воинов поступило сообщение от Аутилона Скорра, в котором говорились, что при любой попытке эвакуироваться с поверхности планеты флот откроет по ним огонь. Не имея другого выбора, кроме как победить, Железные Воины и приземлившаяся с ними ауксилия быстро превратили свои десантные корабли в самодельные бастионы в ожидании контратаки лоялистов. На поле боя, подсвечиваемом магматическими гейзерами, и под небесами, постоянно затянутыми тучами пепла, Железные Воины боролись с жестокостью, равной берсеркам-легионерам Ангрона, заставляя противника дорого платить за каждую отнятую жизнь. На пике сражения первого дня Нарик Дрейгур одолел в поединке Вальтуса Морана, чемпиона добравшихся до Мезоа Имперских Кулаков, боевой автоматон под его контролем разорвал труп воителя на куски, когда силы лоялистов покинули поле битвы.

Железные Воины пожертвовали многими собратьями, чтобы взять под контроль зону высадки для оставшихся подразделений армады предателей, и вскоре пепельные равнины на окраинах великих кузниц-храмов Мезоа заполонили пехотинцы Воителя. «Грозовые птицы» типа «Сокар», одни из самых крупных кораблей, что могли безопасно приземлиться на хрупкую поверхность планеты, объединили свои пустотные щиты в полог над гигантским лагерем, на который обрушивались нескончаемые мощные удары покрытых лавой каменных глыб. Пока обе стороны глубже зарывались в землю, предатели использовали своё численное преимущество, чтобы постоянно держать кузницы-храмы Мезоа и их артиллерийские поезда в напряжении, пытаясь издалека сокрушить стены и укрепления в пыль, после чего Аутилон Скорр направлял в образованные дыры ауксилию, чтобы та создала брешь в обороне врагов. Железных Воинов кидали туда, где враг казался сильнее всего, так что им приходилось нести всё возрастающие потери в отражении яростных атак когорт автоматонов, пока Альфа-Легион действовал в роли охотников и налётчиков, под прикрытием массированных штурмов своих собратьев ударяя по уязвимым командным пунктам и изолированным командным единицам.

Но лоялисты также не сидели, сложа руки. Пока тяжёлая пехота Солярной Ауксилии Леты и осадные автоматоны Механикум защищали стены увенчанных шпилями кузниц-храмов Мезоа, Последователи Пламени, разбитые на полуроты численностью по пятьдесят человек и усиленные оставшимися Имперскими Кулаками, проводили череду ложных ударов. Когда силы предателей выплескивались из своего хорошо укреплённого лагеря, техноадепты Мезоа обрушивали целые участки планетарной коры, затапливая секции вражеского строя волнами магмы, после чего Легионес Астартес атаковали выжившие изолированные группы. В других местах когорты самоубийственных автоматонов и адсекулариев заманивали отряды предателей на открытую местность, где техномаги без разбору уничтожали магмой и друзей, и врагов.

Адепты Механикумов с привычной кропотливостью вели подробные списки павших, как своих войск, так и противника. Итоговые уравнения красноречиво свидетельствовали об их стратегии и, невзирая на небольшие победы, одержанные над ордой предателей, холодная логика войны не благоволила Мезоа.

Вечное пламя

Мир-кузница Мезоа издревле служил домом экзотической разновидности Машинного Культа, в частности из-за участия в её основании кузницы Люций. Когда Император велел создать аванпост для снабжения непрерывно расширяющегося Великого крестового похода тяжёлой техникой и остальными жизненно-важными припасами, ортодоксальные магистры Люция ухватились за возможность избавиться от растущей в их рядах аберрантной секты. Этим схизматикам и приказали основать в удалении мир-кузницу Мезоа, где под давлением непрерывных войн их загадочная вера выросла и сплелась с идеалистическими верованиями дома Герметика. За долгие годы самоизоляции от остальных великих кузниц Механикумов это мировоззрение вылилось в Путь Вечного Пламени.

Выполненная клятва

Девять дней армия предателей Аутилона Скорра без устали осаждала Шпилевые залы Мезоа. Бомбардировочные крейсеры скидывали с высокой орбиты кинетические кластерные заряды, а мезоанские техножрецы отвечали раскалённой добела кровью планеты, запуская в небо сгустки магмы и наполняя воздух горящей скальной породой. И без того растерзанная земля сминались, высвобождая обжигающие облака пепла и пара, что очищали целые поля битв, и волны магмы, захлёстывавшие вражеские колонны. Аутилон Скорр принёс на Мезоа ад.

Ксиафас Юрр и оставшиеся с ним Последователи Пламени наблюдали с укреплённых стен мезоанских кузниц-храмов, как постепенно слабеет защита мира-кузницы. Без надежды на подкрепления, отрезанного от союзников растущей тёмной империей Хоруса, казалось, что у Мезоа нет надежды на победу. Однако скоро стало очевидно, что, несмотря на неизбежное и логическое поражение, защитники сдаваться не собирались. Норн-регенты постановили, что пока не погибнет последний автоматон, битва за Мезоа не закончится. Каждая атака предателей натыкалась на упорное сопротивление, и хотя поражение казалось всем неотвратимым, ждать его придётся долго, и этот факт был Воителю совершенно не по душе. Это знал и сам Аутилон Скорр, который, как и многие амбициозные офицеры легиона, решившие разделить свою судьбу с Воителем, хотел поучаствовать в штурме Терры. Поэтому вместо того, чтобы дожидаться падения Мезоа, Аутилон Скорр решил поставить мир-кузницу на колени одним ударом, надеясь, что быстрая капитуляция верного мира-кузницы вновь принесёт ему расположение Хоруса и его собственного таинственного примарха.

Остатки 114-го гранд-батальона Железных Воинов были отправлены в массированное фронтальное наступление на оборону Терциала-05, ключевого бастиона на окраине главного кузничного шпиля. Атака продолжалась, невзирая на протесты консула Дрейгура, который согласился повести своих воинов в бой лишь после того, как Аутилон Скорр заверил его, что Альфа-Легион поддержит штурм. Железные Воины ударили по Терциалу-05 подобно молоту, волны тяжёлой пехоты, наступавшей под плотным огнём, не дрогнули, несмотря на потери. От командиров лоялистов не укрылась попытка прорыва, и они тут же стянули к слабеющей обороне защитников со всей зоны боевых действий. Железные Воины начали замедляться, пока не застряли среди внешних укреплений Терциала-05, под смертоносным перекрёстным огнём лоялистов. Дрейгур велел своим воинам организовать укрытия и окопаться на занятой позиции лоялистов, его когорты автоматонов контратаковали повсюду, где противник угрожал сокрушить редеющий строй Железных Воинов. Позже магосы Мезоа нашли и расшифровали закодированные вокс-сигналы Альфа-Легиону с требованиями начать вторую волну атаки, на которые втянутые в безнадёжный бой Железные Воины так и не получили ответа.

Тем временем Аутилон Скорр и его охотничьи когорты из Альфа-Легиона уже начали собственную атаку на главные шпили-веретена мезоанской кузницы. Пока большинство сил лоялистов отражали наступление Железных Воинов, подразделения Альфа-Легиона, которые не несли на себе основную тяжесть войны и оставались относительно целыми, неожиданным ударом перебив по пути ослабевшие манипулы автоматонов, начали штурм центральных залов мезоанской кузницы-храма, чем поставили под опасность самих норн-регентов.

От цели их отделяло всего пару десятков боевых автоматонов класса «Домитар», и хотя они были грозными машинами войны, устоять против превосходящих по численности Альфа-Легионеров, которые преодолели оборону, не могли. В центральных залах находилось также пятьдесят Последователей Пламени, служивших почётной гвардией Кассиана Дракоса, чей разбитый корпус по-прежнему оставался в фабричных хранилищах, но дредноут отдал этим воинам строгие приказы любой ценой охранять помещения и не выделять людей для битвы, бушевавшей рядом с ними. Однако несколько Последователей, которых возглавил Гвардеец Ворона Кирхан, присоединились к защите норн-регентов, удерживая радиальные порталы в залы, пока орда многоруких сервиторов пыталась вынести норн-регентов. Но, невзирая на их усилия, Аутилону Скорру и его личной гвардии всё-таки удалось проникнуть в главный зал и убить одну из великих норн-регентов с помощью лазрезаков и мелтаганов.

Со смертью одной из триады древних техномагосов, установивших полный контроль над Мезоа, в рядах защитников начался хаос. Боевые автоматоны начали впадать в кататонию или проваливаться в братоубийственную ярость берсерков, а когорты скитариев и таллаксов обнаруживали, что оказались отрезанными со всех сторон. Отряды изменников переходили в атаку по всей зоне боевых действий, за исключением Терциала-05, где Солярная Ауксилия и Последователи Пламени по-прежнему сдерживали Железных Воинов мощным перекрёстным огнём. Казалось, дни Мезоа сочтены.

Именно в этот момент Дракос возвратился в битву, выйдя из фабричных хранилищ в былом величии благодаря талантам мезоанских кузничных мастеров. Но вместо того, чтобы помочь в бою с Аутилоном Скорром и воинами Альфа-Легиона, опустошавших центральные шпили Мезоа, он повёл Последователей Пламени к Терцалу-05 и Железным Воинам. И когда древний дредноут ринулся вперёд, все автоматоны, рядом с которыми он проходил, следовали за ним, пробуждаясь от затопившей кору головного мозга мании, и соединяясь с необоримой волей Железного Дракона. Пока из шпилей Мезоа вырывалось пламя, Кассиан Дракос достиг распаханного снарядами поля сражения у Терцила-05 во главе почти 1 000 боевых автоматонов. Однако вместо того, чтобы атаковать оставшихся Железных Воинов, которые окопались в неприступной самодельной крепости из расколотого рокрита и железа, он приблизился один, требуя от вражеского командира показаться. Дракос прошёл через ряды автоматонов Железных Воинов, которые отказывались подчиняться приказам атаковать его, и встал перед Нариком Дрейгуром, поднявшимся во весь рост над укреплениями. Подробности состоявшего между ними разговора остаются неизвестными, однако в «Пророчествах пламени» говорится, что: «воплощение властителя нашего Вулкана обладало властью над всяким изделием кузницы, будь то хоть творение врага, будь то даже плоть врага, ощутившая прикосновение кузни. И так он обратил врага своего во имя праведной цели».

В личных журналах Дрейгура о данном инциденте нет ни слова — на самом деле после этого дня он перестал вести записи, и избегал любого общества, кроме Дракоса и автоматонов. Известно только то, что они встретились, обменялись парой слов, а затем Дрейгур обратился к своим людям с короткой речью:

«Братья, данную нам клятву снова нарушили. Альфа-Легион опять бросил нас. Теперь мы покажем, что не изменяем своим клятвам. Мертвецы Странивара и Мезоа взывают к нам о возмездии, и они его получат».

Всё, что остаётся

Аутилон Скорр почти одержал победу, как вдруг оказался в ловушке посреди кузниц-шпилей Мезоа. У него в тылу находились боевые автоматоны и когорты-ауксилии мезоанского жречества, которые постепенно возвращались под контроль хозяев, а впереди — наступающая орда машин, лояльных воинов Легионес Астартес и остатков Железных Воинов, что ранее бились под его началом в авангарде штурма. Тыловые участки и посадочные зоны оказались под ударом бронетанковых колонн Солярной Ауксилии, а в космосе над Мезоа покинувшие укрытия среди лун внешних планет эскадры лоялистов атаковали крейсеры предателей, что вышли на оптимальные позиции для бомбардировки планеты и не были готовы к нападению.

Битва за Мезоа была проиграна. Отчаянный гамбит Скорра провалился, и теперь силы лоялистов могли разгромить его по частям. За пару часов большинство войск предателей на планете были уничтожены безжалостными мезоанскими автоматонами. Бежать и возвратиться на крейсеры смогли менее 3 000 врагов, включая тяжелораненого Аутилона Скорра, которому при отступлении из кузниц-храмов Ксиафас Юрр в схватке размозжил руку. Хотя изменники и сохраняли орбитальное превосходство, скоростные атаки и налёты эскадр лоялистов вкупе с запускаемыми с поверхности пылающими кусками планеты вскоре вынудили их отступить к внешним планетам, а затем и вовсе покинуть систему. Некоторые возвеличивали Кассиана Дракоса как спасителя Мезоа, но многие испытывали по отношению к нему подозрения из-за странных приказов во время осады и незримого влияния на автоматоны и определённые секты самого жречества Механикумов. В дальнейшем Дракос провёл немало кровавых рейдов на соседние системы, что находились под контролем Воителя, распространяя тем самым культ своей личности, который разросся вокруг него после победы на Мезоа. Нарик Дрейгур стал доверенным советником Железного Дракона, немногословный мрачный воин, которого редко видели вне его компании и служившего правой рукой Кассиана Дракоса в течение всех войн Ереси Хоруса.

Но хотя вторжение и потерпело неудачу, Мезоа был нанесён огромный урон. Аутилон Скорр и воины Альфа-Легиона учинили в сердце крепости множество разрушений, из-за чего та нескоро оправилась от понесённых во время битвы потерь. Что ещё хуже, в бою пала одна из трёх правящих техножриц, норн-регентов, из-за чего, пока шёл процесс наладки, какое-то время мезоанцам поступали противоречивые приказы. Хотя Мезоа не попала во власть Хоруса, в ходе конфликта она не смогла оказывать значимой поддержки другим анклавам лоялистов. Тем не менее, планета оставалась занозой в боку изменников, которые пытались прорваться в ядро Империума, обеспечивая безопасную гавань для различных независимых рот Легионес Астартес, что в своей массе действовали под эгидой Последователей Пламени. Хотя во время Ереси Хоруса многие в Дивизо Милитарис сбрасывали со счетов эффективность подобных сил, усилия Последователей Пламени и многих других схожих отрядов, возможно, стали ключом для сохранения множества крепостей лоялистов и оттягивания неизбежного удара Воителя по Терре и сердцу Империума.