Камиширо Руи — Щекочущее любопытство

Сотрудник производственного отдела «Шунмей»: —Итак, производственный отдел задействован почти во всех аспектах, необходимых для постановки.

Эму: Поня-ятно!

Руи: Управление расписанием и бюджетом, совещания с каждым из сотрудников, создание листовок для рекламы, приём гостей в день спектакля, заказ обедов…

Вы и правда занимаетесь самыми разными вещами.

Сотрудник производственного отдела «Шунмей»: Верно. Бывает, думаешь, что дел много и это тяжело. Но… всё это необходимо для того, чтобы спектакль состоялся.

От нашей работы зависит, сможем ли мы донести спектакль до зрителя в идеальном состоянии, так что на нас лежит большая ответственность.

Поэтому, если зритель уходит домой с улыбкой…

Я думаю, это заслуга не только актёров и режиссёра, но и производственного отдела, который сделал этот спектакль возможным!

Руи: …Вам нравится, да? Ваша работа в производственном отделе.

Сотрудник производственного отдела «Шунмей»: Да! В желании, чтобы зрители насладились спектаклем и улыбнулись, мы не уступим ни актёрам, ни режиссёрам!

Эму: Дарить зрителям улыбки…

Эму: Экскурсия в производственный отдел была такой весёлой!

Руи: Да. Было приятно почувствовать страсть каждого к театру. С нетерпением жду экскурсии в режиссёрский отдел.

Сотрудник художественного отдела «Шунмей»: —А! Осторожнее под ногами, тут реквизит в процессе изготовления.

Эму: Ва-ва! Простите!

Руи: Это…

—Может быть, это книга, которая будет стоять в доме главного героя в следующем спектакле?

Сотрудник художественного отдела «Шунмей»: М? Да, но…

А, вы, случайно, не те ребята из другой труппы, что интересуются закулисной работой?

Руи: Да. С сегодняшнего дня мы здесь в гостях. Я — Камиширо Руи из труппы «Wonderland х Showtime».

Эму: А я Отори Эму! Приятно познакомиться!

Сотрудник художественного отдела «Шунмей»: А-а… приятно.

Руи: Я режиссёр, но иногда сам делаю реквизит для постановок, поэтому мне интересен процесс его создания—

Если вы не против, не могли бы вы немного рассказать нам об этом?

Сотрудник художественного отдела «Шунмей»: Без проблем. Я как раз сделал перерыв.

И всё же, как ты догадался, что это реквизит для следующего спектакля?

Руи: …Я подумал, что она могла бы стоять в доме главного героя — Киши.

Стопка небрежно сложенных книг рядом с бедным писателем, который отчаянно строчит что-то на рукописной бумаге—

У меня было чувство, что одна из этих книг — именно эта.

Сотрудник художественного отдела «Шунмей»: …Если это передалось настолько, то я рад.

Наша, художественного отдела, работа — заставить зрителя поверить, что сцена перед его глазами — настоящая.

Руи: Настоящая…

(…В таком случае, эта работа выполнена идеально.)

(Когда я увидел эту книгу, я подумал не о том, что это театральный реквизит, а о том—)

(Что это «книга из дома того писателя».)

Руи: …Это и правда поразительно. Даже одно-единственное пятнышко на обложке выглядит очень реалистично…

Невольно представляешь, что она, должно быть, лежала рядом, когда Киши пролил свой напиток.

Эму: Я то-оже так подумала! Я подумала: «Наверное, он пролил чай и в панике пытался его вытереть!».

Сотрудник художественного отдела «Шунмей»: Фу-фу. Я очень рад, что вы смогли представить себе всё это.

Как вы и сказали, именно из таких пятен и морщинок и рождается мир спектакля…

Поэтому, даже если это реквизит, который не будет виден из зрительного зала, я считаю, что нельзя идти на компромиссы, пока не получится то, что тебя полностью устраивает.

Руи: …Как говорится, бог в деталях.

Сотрудник художественного отдела «Шунмей»: Верно. Ну, конечно, есть и много трудностей…

Но когда видишь, как актёры оживают на сцене, которую мы создали, и лица зрителей, увлечённых историей, все трудности улетучиваются.

Думаю, мы стараемся именно ради этих лиц актёров и зрителей.

Руи: Ради актёров и зрителей…

(Как и ожидалось. Техника — это само собой, но…)

(Прежде всего, у них есть сильное и прямое желание создать мир, в котором живёт персонаж, до мельчайших деталей, и порадовать зрителей.)

(Так вот какие они, профессионалы закулисья…)

(Я бы тоже хотел когда-нибудь создать свою постановку вместе с такими профессионалами.)

Сотрудник «Шунмей» А: —Что ж, начинаем разборку сцены!

Сотрудник «Шунмей» Б: Да! Прошу!

Руи: …Фух. Наконец-то стало поспокойнее.

(Ребятам, похоже, понадобится ещё немного времени, чтобы переодеться, так что, пожалуй, немного отдохну.)

(И всё же, игра Цукасы-куна в этом спектакле отличалась от всего, что я видел раньше…)

(Это, должно быть—)

Режиссёр «Шунмей»: —Камиширо-сан, спасибо за работу.

Руи: А…

Като-сан, спасибо за работу.

Спасибо вам за всё в этот раз. Это был действительно ценный опыт.

Режиссёр «Шунмей»: Рад это слышать. Мне и самому приятно работать над постановкой с молодыми людьми, увлечёнными театром.

Я уверен, что, создавая это произведение вместе, и наши актёры получили от вас много вдохновения—

Я считаю, что и для театра «Шунмей» приезд труппы «Wonderland х Showtime» был очень полезен.

И к тому же… я увидел нечто стоящее.

Руи: Стоящее?

Режиссёр «Шунмей»: Да — Тенма-сан. Он ещё не отшлифован, но в нём определённо что-то есть.

И в этом спектакле можно было увидеть проблески этого роста.

Руи: …Это так. Я и сам постоянно удивляюсь его росту.

Хотя эта роль, казалось, далась ему с некоторым трудом…

Режиссёр «Шунмей»: Да. Я и сам понимал, что ставлю перед ним сложную задачу. Однако…

Похоже, он нашёл ключ к разгадке раньше, чем я предполагал.

—Ключ к полному вживанию в роль.

Руи: …Да.

(В тот момент… я тоже это почувствовал.)

(В тот момент Цукаса-кун… «стал» самим Накаямой.)

Режиссёр «Шунмей»: Я всё больше убеждаюсь, что актёры — удивительные существа.

Он… если так пойдёт и дальше, то сможет вырасти ещё больше, не так ли?

Руи: …Да. Я тоже так считаю.

(И правда, Цукаса-кун постоянно движется вперёд…)

(В таком случае — я, как режиссёр, тоже не могу проигрывать.)

Режиссёр «Шунмей»: Ах, да. Кстати, я слышал, что большинство ваших постановок режиссирует Камиширо-сан, это правда?

Руи: А? Э-э… да.

Режиссёр «Шунмей»: Понятно, вот как…

Я говорил это и Тенме-сан, но я предварительно посмотрел несколько ваших выступлений. Так что я видел и постановки Камиширо-сана.

И тогда я подумал — у Камиширо-сана очень интересные постановки.

Желание подарить каждому зрителю свежее, невиданное ранее волнение — порадовать их. Это была хорошая постановка, передающая эти чувства.

И к тому же — актёры на вашей сцене очень живые.

Камиширо-сан, вы, должно быть, хорошо понимаете, в какой момент каждый из актёров сияет ярче всего, и поэтому так умело их показываете.

Руи: А… спасибо. Для меня большая честь слышать это.

Режиссёр «Шунмей»: Мне очень интересно, какие постановки Камиширо-сана будет делать в будущем…

Я буду рад, если вы здесь впитаете в себя как можно больше и превратите это в свою силу.

Руи: Да… спасибо.

(…Даже не мог себе представить, что режиссёр театра «Шунмей» так высоко оценит меня.)

(Это было неожиданно… но и приятно. Когда твою постановку называют хорошей.)

Руи: …Желание подарить зрителю невиданное ранее волнение, порадовать их — да?

Значит, мои самые важные чувства, всё-таки, доходят до зрителя.

И к тому же…

Режиссёр «Шунмей»: И к тому же — актёры на вашей сцене очень живые.

Режиссёр «Шунмей»: Камиширо-сан, вы, должно быть, хорошо понимаете, в какой момент каждый из актёров сияет ярче всего, и поэтому так умело их показываете.

Руи: Если моя режиссура позволяет всем сиять—

То я и впредь хочу заставлять их сиять так ярко, как только возможно.