Как оседлать ковбоя? 1/1
Испанец пишетЧонгук приехал на ранчо около пяти лет назад и остался, потому что впервые нашёл себя. Работа с лошадьми требует не только физической силы, но и моральной. У каждой свой характер, а значит, и подход нужен индивидуальный. Именно это заставило Чонгука влюбиться в конюшню и в каждую из кобыл. На ранчо всегда было спокойно, до одного момента. Пока в один из дней не появилась выскочка по имени Ким Тэхён.
Юноша появился в понедельник утром, сразу видно: учить его придётся всему. Но глупо не заметить, как красив парень. Хозяин ранчо представил его стажёром, который сам захотел работать здесь. Чонгук мельком взглянул на парня: худоватое телосложение, красивые локоны, дорогая и совсем не подходящая для ранчо одежда. Их взгляды встретились. Тэ смотрел холодно, оценивающе, будто уже всё про него понял и вынес вердикт.
— Не протянешь ты тут и дня, завтра вылетишь, — прошептал Чонгук себе под нос и вернулся к седловке.
Тэхён протянул месяц.
И это было странно. Потому что он делал всё неправильно. Абсолютно всё. Кормил лошадей с руки, совал пальцы в кормушку, поэтому дважды его кусали. Надевал недоуздок задом наперёд. Пытался чистить копыта, стоя прямо перед лошадью, а не сбоку, и однажды получил копытом по ноге. Ходил с синяком неделю, Чон откровенно ржал все это время. Но при этом парень не жаловался. Просто вставал, отряхивался и лез снова.
— Один раз не получилось, получится во второй, — говорил себе Тэ, и это правда работало.
Чонгук наблюдал за ним исподлобья, делая вид, что занят своим делом. И чем дольше смотрел, тем больше бесился. Не на Тэхёна, а на себя. Потому что парень был красивым. Чертовски красивым. Бесился, когда тот наклонялся за ведром и взгляд то и дело падал на его задницу.
Проблема с самой молодой кобылой началась на второй неделе. Маверти была нервная, с характером. Чонгуку дали поручение следить за Тэхёном и его новой подругой.
— Сначала просто постой рядом, поговори с ней. Пусть привыкнет к тебе, — устало сказал старший.
Тэхён кивнул и через несколько минут уже пытался влезть в седло.
— Ты совсем оглох? — Чонгук шагнул к нему, но юноша уже сидел сверху. Весь такой неуклюжий, с неправильно поставленными ногами, но улыбался так, будто выиграл чемпионат скачек.
— Я понял, что ты говорил. Но мне нужно на практике. Слушать-то я умею прекрасно.
На Маверти он сделал круг по загону, потом другой. Тэхён держался, но управлял кобылой так плохо, что та не хотела подчиняться даже через силу. А потом резко остановилась и скинула его через голову. Чонгук даже не вздрогнул, просто громко рассмеялся.
— Вставай, — сказал Чонгук, сгибаясь от смеха. Тэхён летел через голову лошади с таким гордым лицом, словно изучает силу притяжения.
Тэ встал и снова начал бесить кобылу. Сел– упал. Снова сел– снова упал. К концу дня он был похож на отбивную, а кобыле потребовалась бы доза успокоительного.
— Ты вес неправильно распределяешь, — сказал Чон, когда они остались вдвоём в конюшне.
— Я знаю, — ответил Тэхён, не глядя на него. — Она чувствует, когда я зажимаюсь. Но я не могу расслабиться, мне очень страшно.
— Можешь. Ты просто не доверяешь, — Чон не хотел унижать парня, наоборот хотел помочь.
Тэхёну было приятно оставаться с Чонгуком наедине. Хотя такие моменты выпадали редко. Юноша любил заглядывать к нему вечером. Старший всегда уделял ему время. Часто задерживал взгляд на нём, всегда помогал, иногда специально касался — рук, спины, ягодиц...
— Я не смогу. Это слишком сложно. Видимо, ты был прав, Чонгук. Это не моё хобби, мне тут нет места, — настроение упало сразу, огонёк в глазах пропал, захотелось уехать.
Чонгук подошёл ближе и уселся на стог сена.
— Оседлай меня, Тэ, — сказал старший, похлопав себя по бедру.
— Что, прости? — парень замер от такого приказа. Сердце остановилось мгновенно.
— Ты прекрасно слышал. Это не просьба, Тэхён. Это приказ.
Юноша секунду смотрел на него как на сумасшедшего. Тело обдала приятная дрожь, а низ живота сладко потянуло.
— Ты издеваешься, да? — нервничает. Боится опозориться перед Чоном.
— Похоже, я шучу? Подойди ко мне, Тэ, — Юноша не может ослушаться. Подходит вплотную к сидящему на сене Чону, нервно теребя край футболки.
— Как же ты собрался седлать лошадь, если боишься даже меня?
— Я не боюсь. Хватит придумывать, — обиженно пискнул парень. Он стоял вплотную, Чонгук чувствовал его тепло, что ещё больше смущало Тэхёна.
— Смелее, маленький.
Тэ посмотрел на него и вдруг сам полез, практически навалился на старшего, поудобнее устраиваясь на широких бёдрах.
— Даже на меня ты еле забрался.
Чонгук выдохнул. Руки сами легли на тонкую талию, сжимая её. Потом скользнули ниже, по телу. Ягодицы этого парня манили его каждый раз, и наконец-то они были в его распоряжении. Слишком долго Чон смотрел на губы, а потом он грубо врывается в чужой рот с настырным поцелуем, сразу сплетая языки.
Целует мокро, горячо, жадно. Мужчина давно хотел прикоснуться к нему так, как не может никто. Углубляя поцелуй, Чон готов кончить в этот же момент, лишь от одного только поцелуя.
— У меня сейчас весь зад синий будет. Не сжимай так сильно, — сделал замечание юноша, прерывая поцелуй, хотя сам плывёт от такого Чонгука перед собой. Жадный до Тэхёна, желает только его.
Ткань джинсов начала мешать. Одно мгновение и пальцы старшего уже расстёгивают пуговицу, стягивая их вместе с бельём. Кинув взгляд на толстовку парня, он цепляет её пальцами и тянет на себя. В одном из карманов оказывается смазка. Но... как?
— Это не моё, там её не было. Это случайно, честно, — теряясь, шепчет Тэ.
— Да-да, я так и подумал сразу, — старший делает удивлённый вид, будто это не он подложил тюбик смазки, ведь знал, что будет вечером.
— Растягивать будешь себя сам.
— Идиот сумасшедший, — парень берёт смазку, выдавливая немного на пальцы. Заводит руку назад, впервые касаясь себя при ком-то. Чонгук видит, как двигаются его плечи, как он закусывает губу, подготавливая себя. Слышит, как тот постанывает, вводя в себя пальцы.
Когда обычная растяжка заставляет парня скулить от удовольствия, старший понимает, что достаточно. Пора приступать к «обучению». Это было самое эротичное зрелище в жизни Чонгука. Этот дерзкий, миловидный парень, сидящий на нём верхом, трахал себя пальцами, ожидая чего-то большего. Совсем не стесняясь.
Стягивая и со своих бёдер ткань, скрывавшую стояк, старший довольно выдыхает, чувствуя облегчение. Тэхён не медлит, цепляется за Чона и двигается ближе. Чувствуя член Чонгука под собой, он обхватывает его рукой и подставляет к влажному отверстию.
— Галопом сегодня точно не поскачу, ковбой, — стебётся юноша, стараясь расслабиться.
Тэхён опускается медленно, заполняя себя полностью. Член входит не без усилий, растягивая узкие стеночки. Глаза предательски намокают, колечко мышц пульсирует, больно. Растяжки было недостаточно, поэтому боль не затупилась, даёт о себе знать и дико мешает.
— Какой ты узкий, Тэ. Даже растяжке тебя учить, — внутри парня туго, от этого и горячо. Мужчина чувствует, как юноша сжимается.
— Можешь начать? Я... я не смогу.
— Ты так и кобыле скажешь? Двигайся, Тэхён, — на пробу махнув бёдрами, мужчина толкается в промежность, слыша в ответ громкий стон и мычание.
— Чонгук, ты идиот, — выдыхает со стоном Тэхён и начинает двигаться сам. Сначала неуверенно, потом смелее поднимается и опускается, ищет угол, который заставляет его стонать в голос. Насаживается на Чона с явным удовольствием, чувствует, как вязкая жидкость стекает, пачкая брюки.
Откинув голову назад, старший наблюдает за очаровательным зрелищем: растрёпанные волосы, прикушенные губы парня, мокрые глаза, которые тот закатывает на грубых толчках. Это возбуждает ещё сильнее.
— Быстрее, Тэ. Ты так далеко не ускачешь, — шепчет Чонгук, помогая, толкаясь навстречу. После шлепая парня по ягодице, как бы подгоняя.
Старший кончает первым не выдерживает, когда Тэхён сжимается вокруг него особенно сильно. Не выдерживает и то, как громко стонет юноша. Толкается глубоко, изливаясь внутрь. Сжимает бёдра Тэхёна так, что на коже остаются алые пятна. Парень стонет и скулит от ощущения наполненности, пульсации чужого органа внутри. Кончает следом, сжимаясь на члене ещё сильнее, чем вызывает громкий стон у хозяина достоинства.
— Теперь я точно не сяду в седло, это все ты виноват, — обиженно выдает Тэхён, падая на грудь мужчине.
— Тебя не торопят. Видимо конь у тебя один будет. И ты его уже объездил.
— Иди ты, а, — смущённо шепчет Тэ. Теперь он понимает, что уже никуда не уедет отсюда.