Как играл Владимир Ашкенази
Что в статье?
• Жизнь Ашкенази в Союзе
• Репертуар пианиста
• О концерте 9 июня 1963 года
• Особенности интерпретации
![](/file/b5392b8c252e37cd517ba.png)
В огромный айсберг вмерзшее пианино,
Мелкая оспа кварца в гранитной вазе,
Не способная взгляда остановить равнина,
Десять бегущих пальцев милого Ашкенази…
Цитированные строчки — фрагмент из «Римских элегий» Иосифа Бродского, сочиненных в 1981 году. К тому времени Владимир Ашкенази, чье исполнительское искусство было хорошо знакомо поэту, был всемирно известным музыкантом — пианистом и дирижером; однако головокружительную карьеру на Западе ему пришлось начинать с чистого листа.
Жизнь Ашкенази в Союзе
Родившийся в семье известного эстрадного пианиста (Давид Ашкенази работал с лучшими представителями «легкого» жанра в СССР – Вадимом Козиным, Изабеллой Юрьевой, Клавдией Шульженко, Иосифом Кобзоном) Владимир рано проявил выдающиеся музыкальные способности. Благодаря матери он попал в Центральную музыкальную школу при Московской консерватории в класс замечательного педагога Анаиды Сумбатян (у нее учились Владимир Крайнев, Нина Коган, Константин Орбелян), прививавшей своим воспитанникам безупречный вкус, чувство стиля и максимальную строгость к самим себе. Наставником юного пианиста в консерватории стал Лев Оборин — легендарный победитель I Международного конкурса имени Ф.Шопена в Варшаве (в 1955 году Владимир Ашкенази был удостоен серебряной медали на этом состязании, при этом некоторые члены жюри отказались подписать протокол, считая, что музыкант достоин первого места). В следующем году имя В.Ашкенази встанет в один ряд с именами Д.Ойстраха, Э.Гилельса и Л.Когана — обладателей Гран-при Международного конкурса королевы Елизаветы в Брюсселе; после конкурса состоялись его успешные гастроли в США. При отборе советских участников I Международного конкурса имени П.И.Чайковского Владимир Ашкенази был одним из главных претендентов на золотую медаль, однако от участия в конкурсе 4 он отказался. Но одержал убедительную победу на Втором конкурсе (1962), разделив главный приз с англичанином Джоном Огдоном. Год спустя Владимир Ашкенази выступил в Лондоне и принял решение не возвращаться в Советский Союз. В следующий раз он выступил в нашей стране лишь четверть века спустя и с тех пор регулярно появлялся Москве и Санкт-Петербурге (в 2015 году специальным указом президента РФ Владимиру Ашкенази было присвоено российское гражданство).
Репертуар пианиста
Уже в 1970 годы Ашкенази обладал репутацией одного из ведущих пианистов мира с необычайно широким репертуаром. Полвека он сотрудничал с крупнейшей британской звукозаписывающей фирмой Decca, среди его записей – полные собрания фортепианных сочинений Рахманинова, Шопена, Скрябина, все фортепианные концерты Моцарта, Брамса, Бартока, Прокофьева и Шостаковича, все сонаты и концерты, а также ансамблевые сонаты и фортепианные трио Бетховена. Владимир Ашкенази исполнял «Хорошо темперированный клавир» Баха, сонаты Гайдна, циклы Шумана, этюды Листа, пьесы Равеля и Дебюсси… В 1974 году пианист был удостоен первой из семи премий «Грэмми».
Но сохранившиеся студийные и концертные записи «советского» периода творческой биографии артиста подтверждают: с первых шагов пианистической деятельности Владимир Ашкенази заявил о себе как музыкант с ярко выраженным, индивидуальным «почерком»; к началу 1960 годов он обрел подлинную зрелость, не меркнувшую на фоне крупнейших мастеров фортепианного искусства того времени. «Его фортепианная игра блестяща и пронзительна, с четкой артикуляцией и интеллектуальной глубиной, которая, однако, не мешает демонстрации полноты чувств. Он обладает тончайшей градацией звукового колорита» — эта характеристика пианизма В.Ашкенази, принадлежащая американскому музыкальному критику Дж. Манхайму, будет справедливой и к его выступлениям и к ранним записям.
О концерте 9 июня 1963 года
Концерт 9 июня 1963 года в Большом зале Московской консерватории стал одним из последних выступлений Владимира Ашкенази в Москве. Его программа – сонаты Бетховена, баллады Шопена и пьесы Дебюсси – отражала исполнительские пристрастия молодого пианиста. Четыре баллады Шопена стали кульминацией концерта, именно с шопеновской программой, будучи еще учеником ЦМШ, он в 1955 году дебютировал на сцене Большого зала. Блестящая виртуозность, бурный романтический темперамент, способность к внезапным эмоциональным «переключениям», без которой невозможна подлинная исполнительская передача этих уникальных и своеобразных сочинений; яркие вспышки драматических эпизодов, светлый, возвышенный мир лирических образов и надо всем — уверенное чувство целого, безупречность конструктивной логики, скрытая за внешней спонтанностью эмоциональных порывов. В исполнении Ашкенази трудно выделить «лучшую» — каждая из баллад захватывает индивидуальностью художественного целого; сыгранный в одном концерте полный «миницикл» (к сожалению, фонограмма последней баллады, как и «Острова радости» и «Лунного света» Дебюсси, не сохранилась) это уже целое высшего порядка, через спектр жанровых инвариантов проступают общие корни этой гениальной, но все же столь субъективной для каждого исполнителя музыки.
Особенности интерпретации
Несколько необычно прозвучали две бетховенские сонаты из опуса 31: для русской исполнительской школы характерно более «академичное» (в высоком значении этого слова) исполнение Бетховена, в те годы представленное выдающимися трактовками Э. Гилельса, С. Рихтера, М. Гринберг. Сдержаннее звучат и более поздние записи сонат самого Ашкенази, осуществленные в 1978 году в Лондоне. Впрочем, романтизированый Бетховен («одиночка и бунтарь») охотно находил отклик у советского слушателя; в мятежно порывистой «сонате с речитативом» (№ 17) потенциальный романтизм как будто сам ищет выхода в исполнительской трактовке; но даже светлая, овеянная пасторальными мотивами Соната № 18, выдерживает подобную заостренность интерпретации — в ее неожиданных сюжетно-эмоциональных остановках и «поворотах» пианист расслышал шумановские черты, и вот уже перед нами музыка, «сочиненная Флорестаном и Эвсебием»
В прелюдии «Прерванная серенада» пианист обостряет контрасты; в своей утрированности «поединок» серенадами становится удивительно рельефным, зримым, заставляя вспомнить о карнавальных образах Сезанна.
Автор: Борис Мукосей