КПиМ. Глава V.

Примечания перед главой: это — роман, о котором вы можете прочитать в тгк (@tsopam). Там же и новости, и всё подобное. События происходят в оригинальном сеттинге. Изначальное название: Радиоактивные Будни; расшифровка аббревиатуры: кусок пиццы и метамодерн.
Первая глава Четвёртая глава
Приятного прочтения.

***
 Заколёбанная, уставшая как скот, Аспер всё-таки нашла путь к своей квартирке. «Временной», — утешала себя она, но на деле верила слабовато. Ей толком никто так и не объяснил чем она болеет, что за чертовщину ей кололи и по какой причине ей нужна эта маска. Вся эта недосказанность вымораживала. «Замочу футболку и всё, может, сама отстирать смогу, никуда идти и не понадобится», — именно этим девушка и оправдала своё наглое желание вздремнуть на пару часиков.

         Проснулась со смутным ощущением то ли обиды, то ли непринятия. В голове произошла тотальная перестройка — всё перевернулось с ног на голову, разбросалось по сторонам, выкинулось в окно, но с пробуждением хозяйки постаралось притвориться, будто ничего не случилось. Аспер была крайне этим недовольна. Притворяться не желали лишь строки песни, внезапно высыпавшиеся из коробки «те приколы, которые я освоила в детстве». «Доброе утро, последний герой! Доброе утро тебе и таким, как ты.», а также далее по тексту вертелось у неё на уме. Конечно, изучение русского языка было внезапной прихотью дяди по восьмому колену, который замотивировал родителей подсадить ребёнка на один из самых сложных языков, но всё закончилось через пару месяцев, из-за чего фонетику и примерный смысл ребёнок мог понять, а сказать — ничего. Обыкновенная история.

Смирившись с раскладом быть недовольной и задумчивой из-за попыток вспомнить «а что эти слова вообще значат? В смысле, перевод, но что они значат для вселенной тоже знать неплохо», Ас вспомнила про многострадальческую футболку. Неа, пятно не вывелось. Значит придётся идти в свет. Напялив странный лонгслив, притащенный ещё из РО, девушка отправилась в путь.

На север, потом чё-то про сектора… что-то про третий…

Цифра три всегда была нелюбимой цифрой Грома. На это было много причин: все третьи сектора, которые он застал, работая в ГиМ, взрывались, испарялись, проваливались под землю или самоуничтожались иным способом, третьим по объёмам проведённых экспериментов среди Столпов был сам Доктор (в то время как треклятый... тьху! проклятый Диппер занял первое место, подравшись с Изобретательницей однажды на конференции, но это я забегаю вперёд), и-и-и... токийский метрополитен.

Однажды ДГ на третий день третьей ежегодной конференции по элементологии поспорил с одним из инженеров-конструкторов Одиннадцатого Отряда (о нём немного позже) о том, что невозможно запустить что-либо весом более тридцати граммов с помощью элементальной энергии, аниме и соевого мяса. Тогда, данный анонимный инженер сразу же собрал свои вещи, уехал в Макао, три дня бухал как чёрт, а потом, третьего марта, когда все споры по этому поводу замялись, весь мир поразила новость о запуске первого межпланетного электропоезда. Больше всех был поражён Гром и… три бедных японца, ставших первыми пассажирами «Назафика» — «Нарушает Законы Физики».

         Наверное, поэтому и проводились самые странные эксперименты в третьем корпусе, куда Гром боялся просто соваться. По этой причине всё, что там творилось, контролировалось Профессором Молнией.

Но только не случайное попадание Аспер туда.

Мне кажется, что даже если бы Ас смогла доучиться в той академии или универе (что, впрочем, неважно), то её прибили бы на первой же миссии — настолько она умудрялась оказываться в неподходящем месте в неподходящее время.

***                                                 

    Деталь для истории важная, но ранее не рассказанная — смысла в начало пихать её не было. Года четыре назад это было…

              Появление одной девчонки стало для Диппера наковальней вдобавок к метеору, который стукнул беднягу трижды.

Разглашать детали я не буду, но объяснить попытаюсь.

         Вообще-то одноглазое чудо — прямой родственник богини, но иронично кличит себя атеистом, что справедливо — он ни в свою мать, ни в себя не верит.

Нормальные люди пенсию на похороны откладывают, а у богов другая штука. Либо их убивают люди, либо они сами берут свою смерть в руки. Курешиана решила воспринять эту фразу БУКВАЛЬНО. Есть ли у кого-то из читающих представление о том, как происходит подстроенная смерть бога? Лучше бы не было.

Для смены руководителя всем этим ужасом, что создала Курочка, её помощнички и разворотили её создания рангом пониже, нужно сделать кучу процедур. Смерть бога — операция мгновенная, но передача обязанностей другому — затяжная. Настолько затяжная, что начинать её стоило ещё при создании родной вселенной самой Куры.

Что-ж, давайте скажем так… мы СЛУЧААААЙНО перекинули всю неудачу на одно существо. В своё оправдание скажу, что это был самый удачный день в жизни человечества (но не в жизни представителей других видов… кхм), да и тем более перекинули всего на полчаса.

         Кроме парочки метеоритов, казалось бы, ничего иного не произошло. Но позвольте раскошелиться на описания, точности и слова.

Пока Кура осваивалась в Чёрном Пространстве (отражении реального мира с малыми ньюансами), она наткнулась на… душонку. Между ними состоялся достаточно занятный диалог:

         — ААААААААААААААААААААААААААААААААААА!

         — Ох госпожа! Хотя стой, мх… [M1] Ладно. Предполагаю, мне стоит очистить тебя.

         — ААААааааааааааа! О-о-о…

         — Другое дело.

         — Слушайте, эм, Вы не знаете парня по имени Дима? Дима Бойков. Эм, Мертвец! Дий… — девушка с тревогой перечисляла прозвища и откровенные клички. Рыженькая, растрёпанная, как золотистый ретривер. Лицо её в расслабленном состоянии имело озлобленно-настороженный взгляд, но при речи оно внезапно оживлялось, расцветало, начинало пестрить красками.

         — Расскажи мне о нём, о Дие.

         — Э-эм, молчаливый, но искренний! Он много рассказывал о своей родине, как там красиво, какие там люди… А-а ещё говорил, что мечтает переучиться на военно-полевого хирурга. И много об этом говорил! Говорил, что смерти не боится и ранения ему нравятся эстетически… О-ох, звучит так, будто он совершенно странный человек, и-и я частично согласна, но он хороший! — заблудшая душонка тарахтела, заикалась, делала иногда лишние паузы. Конечно, она не понимала, что перед ней не абы кто, а бог! Но ощущала.

         — Я знаю его, он мой сын.

         — Правда!? Где он!? Как он? Расскажите! Пожалуйста! Молю! Я смогу с ним встретиться?

         — Тише-тише, дитя, взамен я попрошу тебя рассказать о себе.

         — Э-э… — она вцепилась левой рукой в правое плечо, внезапно дёрнулась и переменила руку. — Я-я Аня Морозова. Ильична. Мне девятнадцать… Почти двадцать! Я учусь… — Анечка скривила лицо и посмотрела в пол. — училась в сорок восьмом кадетском корпусе , была досрочно отправлена на службу в разведку. Т-там Диму и встретила. Во-от.

         — Ох, дитя, добровольно ли ты пошла в военное дело?

         Морозова удивлённо заморгала:

         — Ну, у меня прапрадед — генерал армии, прадед — маршал, дедушка — генерал-подполковник, отец — генерал-лейтенант, а тут я… ну… — она затихла, но вновь встрепетнулась. — Так что добровольно! Не разочаровать родственников и показать, что девочки тоже на что-то способны!

— И ушла так рано… — богиня взяла Аню за руки, перевернув их тыльной стороной, обнажая чёткие полосы вдоль. — Что тебя сподвигло?

         — Ничего! — девушка испуганно сжалась. — Вам показалось!

         На какой-то срок воцарилась пауза, в ходе которой рыженькому одуванчику повезло разглядеть Курешиану получше. Исполинская фигура в чём-то, похожем на смесь кимоно и платье, запахнутом на левую сторону, у которой главным отличием от человека являлся огромный глаз вместо головы, пристально следящий за всем окружающим миром.

         — Ну, так вы поможете мне увидеть Диму? — робко спросила девушка.

         — Я предполагаю, ты разочаруешься, дитя.

         — Я слишком долго была здесь, я больше не могу разочаровываться… — с драматизмом выдохнула она.

         — Я предупреждаю тебя последний раз, дитя. Ты уверена?

         — Уверена!

— Я буду готова тебе помочь, но учти, что ты пошла на это добровольно.

Честно говоря, я бы её не пустил. Эта странная встреча стала главной неудачей и удачей одновременно за те полчаса. Для них двоих, справедливости ради.

Анюта ожидала увидеть своего Димку, Диппер ожидал получить доставку. Вот только то, что припёрся не курьер можно было понять по громкому хлопку… достаточно лёгкой двери.

         — Дим? Дима?

         Скрюченная фигура в кресле повернулась к источнику звука не сразу. Секунд тридцать мозг Дипа судорожно пытался вспомнить, по какой причине голос его так смущает. Потом вспомнил, что вообще-то самой лучшей подсказкой будет обернуться и посмотреть на говорящего.

— Че- О, эм…

Прикиньте, вы встречались со среднестатистическим пацаном в позднем пубертате, а потом когда встречаете его вновь, видите ЦИКЛОПА отличной от человеческой наружности.

— Ты…

— А ты? — он растянул слово из-за некой нервозности.

— …серьёзно?

— Апрель[M2]  14! Кхм, другой век… I-330[M3] ? Или всё же 320 её звали…  или… ух, погоди… — Спэйс отвернулся, полез в ящик и стал смущённо листать страницы какой-то записной книжки, не обращая особого внимания на испуганную и ошарашенную девушку. — Мх, может, реально дозировку попутал?

         — Дозировку чего, блин?! — переход от отрицания к гневу произошёл удачно. Что-ж, я не могу употреблять нецензурную лексику в летописях, да?.. Блин.

         — Ам… — не привыкший к контакту с людьми из прошлого (потому что они все мертвы, и эта, вроде бы, тоже!) старпёр обернулся и всё-таки решил действовать иначе. — Аня! Аня? Аня. Аня, я ведь тебе говорил про мою родину и-и некоторые ньюансы оттуда, да? Про этот забыл. То-то дурень. — извилины в его голове снова зашевелились. — Слушай, как я тебе могу доказать, что я это я? Тебя из-за меня патологоанатомом какое-то время звали, ты всегда возмущалась, что я глинтвейн безалкогольный брал, и-и-и…

         — Это… это не та фигня о которой можно молчать! Что за чертовщина? И… о Архонты, ты что, полконтинента поимел?

         — Ань, нет, я…

         — Я неизвестно сколько месяцев пробыла в чёрной дыре какой-то, а ты живёшь себе припеваючи! Какого чёрта, Дим?

         ***

         Могу сказать вам так: неудачные полчаса закончились срачем, истерикой и чуть ли не дракой. Зато, через 8 часов после сего происшествия, Морозова была найдена в Алжире около входа в «подземелье» ГиМ. Отловлена, допрошена и… принята на работу? Гром часто любил набирать девчонок покрасивше на небольшие должности, дабы радовать глаз. Конечно, ему мешала ПМ, но в тот момент ей было не до этого.

Подготовка к ежегодному собранию элементологов всегда ложилась на плечи ГиМ и никогда не была простой, но двадцать пятое вымотало нервы абсолютно всем (в том числе и из-за того получаса, которым был «награждён» Диппер однажды). Любая система из более трёх человек имеет огромный потенциал рухнуть, а когда ты задействуешь ОГРОМНОЕ комьюнити… Что-ж.

Но даже сейчас Гром умудрялся раздражать свою… кхм, кстати. Вот какой ньаюнс: кем друг другу приходятся эти двое — сказать сложно. С одной стороны, братом и сестрой их назвать трудно, уж слишком разнятся они по характеру. С другой... Я сам так и не понял, что за Санта-Барбара у них происходит. Легче будет объяснить позднее.

Вопросы такого масштаба ни одного из этой парочки элементаликов не волновали. Гром, казалось, не был способен задумываться о себе самом. Молния же в целом не волновалась ни из-за чего.

— Ух! Вроде бы ничего не делаем, а усталость так и бьёт! Правда, Молнуся? — откуда этот птицевидный доктор вытащил ТАКУЮ форму имени я не знаю, но-о Профессор уже свыклась.

— Усталость нормальна. Напряжение снизится. Скоро, — хотя, версия с тем, что они родственники, могла иметь место. По крайней мере манера речи данных Э!задротов была одинаково невыносимой.

— Будем надеяться, коллега. Надеюсь, всё пройдёт гладко.

***

Примечания после главы: произведение ведётся не от лица меня, автора, а от лица слегка другого персонажа. Все вопросы и предложения в тгк (@tsopam).
Продолжение (в разработке)