КОЧЕВЬЯ КЛОУНОВ

Дороги, дороги, бесконечные дороги! Мы начали „кататься", когда еще в моде были знаменитые ярмарочные фургоны, эти плавучие дома на суше.

Однако романтические похождения в подвижных домах— дело далекого прошлого. Теперь мы путешествуем по железным дорогам. Но ведь клоун не совсем обычный путешественник. Он везет с собой не чемодан, а вагон сундуков, набитых совсем особым багажей. А так как впереди не одна граница, то,согласитесь, нужно незаурядное искусство, чтобы проскользнуть сквозь цепкие руки пограничных досмотрщиков.

Так однажды нам нужно было срочно переброситься из Германии в Бельгию. Наш живой и мертвый инвентарь, как обычно, занимал целый вагон. По законам Бельгии ни одно животное не могло пройти без ветеринарного осмотра. Наш вагон отцепили. Один из братьев с собаками и лошадью, я с визитом к ветеринару. У выхода со станции он спрашивает: „Ваши билеты".

-Пожалуйста.

- Так это на животных. А ваш билет?

 - В Германии проводники ездят бесплатно.

- Так это в Германии, а здесь Бельгия.

 - Но Бельгия ведь впереди...

- И немного позади. Платите штраф.

- Возвращаемся в вагон. Снова какой то чин.

- А что у вас в вагоне?

- Моя „здоровая" лошадь и собаки.

- А еще что?

— Аксессуары.

— Аксессуары?

— Да, я артист цирка.

— Я вижу что вы „артист". Нет ли у вас чего предъявить к досмотру?

— Ничего.

_Прекрасно. Это мы сейчас увидим. Влезайте в вагон и распакуйте ваши сундуки.

— Позвольте, мне нужно срочно ехать, а это может занять целые сутки.

— Это меня не касается. Я исполняю только свои обязанности.

  Нечего делать... Начинаю раскрывать сундуки.

— Так-с... Игральные карты. Конфисковано. Карты запрещены для ввоза в Бельгию.

—  Позвольте, в них нельзя играть... Вы видите — это все тузы пик.

— Вижу. Но вы не отрицаете что это все-же игральные карты?

- Да, но ведь они все крапление и предназначены совсем для другой „игры"...

— Тем хуже для вас... А это что? Ружье? Огнестрельное оружие.

— Ничего подобного. Это только дуло с механизмом, выбрасывающим воду.

  —   Гм... все это становится подозрительным... А-а..Это что еще такое?.. Нет, мой друг, тут как хотите,я принужден вас арестовать... Части человеческого трупа.,.

  —  Простите, я сомневаюсь...

  —  Это, что еще за цинизм?

  —  Простите, раскройте чуточку ваши глаза... и я начал для пущей убедительности вытаскивать „части трупа" пока наконец бравый досмотрщик не убедился,что это части манекена.

  Однажды мы должны были втечении трех дней переброситься из Парижа в Вену. В момент отхода поезда мы суетились в вагоне с животными. Вдруг толчек, дверь захлопывается, и мы тщетно стучим на каждой остановке. Наконец мы вспоминаем про свои музыкальные инструменты и начинаем играть.

И вдруг слышим: „что за чорт, лошади играют!.."

Нас выручили „музыкальные лошади".

  При переезде по Балтийскому морю борзая брата Франца неожиданно упала в воду.

 — Капитан, капитан,—моя собака тонет. Умоляю, остановите пароход.

—   Невозможно мой друг. По правилам мы останавливаем машину только когда тонет человек.

И Франц, отлично плававший, немедленно бросается в воду. Капитану ничего не оставалось делать, как остановить пароход и подобрать „погибающих“.

И так всегда: то поезд не во время сошел с рельс,то ошибки с расписанием, то гостинница горит когда то совсем не нужно...

И только' один раз мы были удачливы. До войны мы путешествовали в России в течении пяти дней в одном поезде с политическими ссыльными, направляющимися в Сибирь. И мы готовы были для них отдать свою душу и тело, ибо эти независимые люди — ценили только одно благо на свете — свободу.

Нас часто спрашивают: безумные фантазеры — откуда вы берете свои выдумки? У нас одна модель сама жизнь. Она гораздо более фантастична, гораздо более богата, чем какие-бы то ни было выдумки.

Событии жизни — это покрывало Арлекина, под которым рядом лежат и грязные лохмотья, и чистые погребальные пелены. Жизнь как она есть — уже стоит того, чтоб жить...

                 Братья Фрателлини.

                 Франсуа и Альберт Фрателлини.