КАК ПРИРУЧИТЬ УБИЙЦУ

1

Амеди никому бы не признался, как любит выставлять себя напоказ. Однако именно по этой причине он предпочитал обслуживать гостей летнего кафе на улице в укороченной футболке и мало что прикрывающих шортах. Он гордился своим красивым телом, подтянутым животиком и стройными ногами. Хорошо быть твинком!

А ещё ему нравилось ощущать поглаживания прохладного по-осеннему ветерка с набережной. Солнце уже становилось мягче, не обжигало, как в июле, и, когда бриз забирался под свободный край футболки и щекотал соски, всё тело покрывалось приятными мурашками.

— Ваш кофе, — Амеди вежливо улыбнулся девушкам, ставя чашку на маленький круглый столик.

У набережной старый бук широко раскинул свою крону, и прорезавшие её яркие солнечные блики разбили серый камень мостовой на пятнашки. Листья трепетали на ветру и заставляли светлые пятна ускользать из-под ног прохожих.

Амеди задержался на секунду, чтобы запомнить эту картину и позже набросать акварель. В этот момент его толкнули. Закутанная в чёрный хиджаб женщина на бегу потеряла равновесие.

— Сумка! — крикнула ему девушка, которой он принёс кофе.

Амеди гордился своей ловкостью и быстротой реакции. Он выбросил вперёд руку, ухватил ремешок, который сжимала закутанная до пят женщина, и попытался затормозить воровку за плечо. Однако в него тут же полетел кулак похитительницы. Амеди пришлось уворачиваться и отступать. Драться сейчас он не видел смысла: сумочка была у него.

Взгляд всего на долю секунды упал на открытую дверь в подъезде дома напротив. Смутное ощущение тревоги заставило его обернуться через несколько секунд и снова пристально вглядеться в тьму проёма. Сейчас там никого не было, но в первый раз, Амеди готов был поклясться, тень человеческого силуэта мелькнула в нём.

Он протянул сумку перепуганным девушкам, жавшимся друг к другу у столика.

— Вы видели?! Какие у неё свирепые чёрные глаза! — пролепетала подруга пострадавшей. — Они чудовища! Наводнили страну и превращают нашу жизнь в хаос!

— Благодарю вас! У меня тут все карты и телефон — всё, — девушка пожала его руку.

— Я рад, что всё обошлось, — Амеди улыбнулся и позволил себе похлопать по плечу хорошенькую гостью заведения, с которой приключилась такая неприятная история. — Зайдите внутрь и выпейте воды, а в подарок можете выбрать любой десерт, — он ещё раз обернулся, провожая подруг до кофейни, и всмотрелся в пустой подъезд.

Может быть, просто померещилось. Амеди не был уверен, что или кого на самом деле увидел. Воображение, несмотря на доводы рассудка, дорисовывало внушительную плечистую фигуру и необыкновенно белое лицо.

— Лизе, надо вызвать полицию, —покровительственно говорила вторая девушка, обнимая подругу за плечи. — Таких должны депортировать! По улицам стало страшно ходить...

В кафе Амеди встретили аплодисментами. Кто-то выкрикнул "Молодец, парень!" А Сисар, стоявший за стойкой с пирожными, дотянулся до его головы и ещё больше разлохматил разметавшиеся на ветру чёрные волосы.

— Дим-дим, ты герой! Победил девчонку! — подколол он.

— Катись ты, Си-Си! — в тон ему проворчал Амеди, унося на кухню пустые чашки.

Как-то они дурачились вместе, и Сисар произносил его имя без остановки, пока все звуки не слились в медитативный "ддииимм". Это было похоже на английское dim, что значило туманный, неясный. Такое прозвище придавало его образу загадочной недосказанности, поэтому Амеди не возражал.

— Вчера эти обезьяны бегали по улице с мачете, сегодня их девушки воруют сумочки... Так недолго растерять клиентуру... — вздохнул Феликс, администратор их смены. — Ты молодец, что вернул сумку, Амеди, но десерт я вычту из твоей зарплаты.

Парень пожал плечами: в деньгах он не нуждался, и подрабатывал в свободное время только потому, что так было заведено и чтобы не оставлять своего бестолкового приятеля один на один с гостями женского пола. Слишком часто тот вёл себя как гомодрил, и Амеди переживал за его личную жизнь.

К несчастью, неуклюжее поведение друга действительно перестало быть худшей проблемой современности в последнее время. Полиция совершенно не справлялась с толпами неустроенных, не знающих языка эмигрантов. А они бродили по улицам толпами, жгли то, что горело, приставали к девушкам, грабили магазины и размахивали здоровыми ножами.

Приехала полиция, и кофейню пришлось закрывать раньше. Амеди дал показания о том, что видел, и их с Сисаром отпустили на все четыре стороны, занявшись камерами наблюдения.

Город жил своей жизнью. На площади перед банком скейтеры катались по каменным скамьям, высоко подпрыгивали с края. Доски гремели колёсиками, вращались в воздухе. Ребята ободряли друг друга, когда финт не удавался, громкими возгласами. Мужчины в деловых костюмах, женщины стильных блузах и юбках выходили из офисных зданий, торопясь к родным, или целовали друг друга при встрече и пили кофе в небольших кафе.

Звуки шагов, смеха, гул магистрали, шелест листвы платанов сливались вместе в симфонию бурлящего жизнью города. Амеди впитывал в себя её течение, наслаждаясь хрупкостью этой красоты. Автомобили двигались медленнее, чем они с Сисаром шли, из-за скопления в час-пик. И также неторопливо закат стекал по окнам высотки, постепенно темнея из оранжевого в кроваво-красный. 

— Слушай, только не смейся, — сказал Амеди, когда они прошли площадь и парк. — Тогда мне показалось, что кто-то наблюдает за мной из подъезда.

— Девушка? — Сисар мог думать только одним местом, и, увы, это была не голова.

— Не думаю, — покачал головой Амеди, напрягая зрительную память. — Он был высоким, мощным, весь в чёрном. С очень белым лицом. Даже не знаю...

— А, между прочим, есть кое-что похуже этих диких приезжих, — Сисар кивнул подбородком на группу людей, вывернувшую из-за угла через дорогу от них.

Толпа состояла человек из десяти смуглых парней в поношенных спортивных костюмах. Они громко разговаривали то ли на арабском, то ли ещё на каком-то языке. Это были, скорее всего, подростки, хотя вид у них был довольно зрелый, судя по заросшим лицам. Точно Амеди бы не сказал.

— Что может быть хуже? — с недоверием спросил он.

— Лунные Братья, — зловеще произнёс Сисар.

— Кто? — не понял Амеди, хотя, кажется, он слышал о таком, но это было давно и походило на детские страшилки. — Они реально существуют?

— Есть разные версии, кто они, — пожал плечами друг. — Кто-то даже считает их народными мстителями, типа Бэтмена. Но однозначно эти ребята опаснее. Они круче спецназа, и лучше держаться от них подальше.

— Почему? Если они мстители... — Амеди не успел договорить, как эмигранты двинулись в их с Сисаром сторону прямо через полную машин проезжую часть.

Один из парней налетел на капот автомобиля, возмущённо бахнул кулаками, рискуя помять бампер, и что-то прокричал водителю.

— Потому что они убийцы. Пошли отсюда, — безапелляционно ответил Сисар и толкнул его плечом в сторону переулка, ведущего к студенческому городку.

Амеди проводил глазами группу подростков и поспешил догнать друга, учесавшего метров на десять вперёд. Согласиться с ним было сложно, потому что на прошлой неделе такая банда напала на взрослого человека и порезала его мачете. Сейчас пострадавший находился в больнице в тяжелом состоянии, и в любой момент нападение могло переквалифицироваться в убийство.

Вечер после рабочей смены в кафе Амеди провёл за рисованием. Он заканчивал набросок, начатый на пленере за день до этого. Здание, которое было выбрано преподавателем, находилось недалеко от общежития. Амеди мог видеть его в окно. Это был частный дом, построенный в XVll веке.

Для законченности Амеди решил передать цвет красного кирпича. Современный материал был гораздо светлее из-за специфики изготовления и обработки, был более рыхлым и мягким, по сравнению со старыми буро-коричневыми плотными, как камень, тонкими кирпичиками. Амеди взял мелок и подошёл к окну сравнить оттенок.

Выбранный цвет был чуть светлее и холоднее. Амеди ещё раз пригляделся к зданию: в сгущающихся сумерках было сложно уловить правильный тон. Однако что-то ещё было неправильно в пейзаже за окном: под деревом перед его общежитием стоял человек.

Он был высоким и широкоплечим. Атлетичную фигуру скрывали чёрные штаны с накладными карманами в стиле милитари и мешковатая чёрная толстовка с капюшоном. Белая скелетообразная маска надежно защищала лицо незнакомца от взгляда Амеди, и всё же он понял, что человек смотрел прямо на него.

Амеди не был защищён ничем. Он метнулся в сторону от окна и прижался к стене с бешено колотящимся сердцем. За ним целый день следил неизвестный в зловещей маске. Он знал, где Амеди работал и жил, а о нём ничего не было известно. Что это за неизвестный сталкер? Сообщник воровки? Но эмигранты не прятали лиц — обычно они сбивались в банду, видимо, надеясь, что это поможет им остаться неузнанными.

Сисар сегодня рассказывал про Лунных братьев. Неужели они действительно существовали? Мог ли этот человек быть одним из них? И, если да, что обозначало его появление? Может, Амеди грозила опасность или смерть?

2 глава