Создание заставки сериала «Джессика Джонс»

Оригинал на сайте Art of the Title
Перевод: Антон Данилов

Ознакомимся с самыми тёмными уголками Адской Кухни глазами Джессики Джонс. Титульная супергероиня-ставшая-частным-детективом в исполнении Кристен Риттер — это жёстко пьющая, жёстко бьющая неудачница, чьё беспокойное прошлое, в конце концов, настигает её. Грань между частным детективом и вуайеристом медленно расплывается, пока Джонс исследует мокрые от дождя улицы, всматривается в переулки и мутные окна в жилых домах, постоянно наблюдающая, постоянно наблюдаемая. Тема композитора Шона Коллери начинается медленно, в джазовом стиле, но затем приобретает неистовый, бешеный размах, призрачная охота Джессики продолжается, а вокруг мелькают оттенки фиолетового цвета.

Вступительная заставка «Джессики Джонс», созданная Imaginary Forces с креативным директором Мишель Догерти у руля, потрясающе переносит характерный художественный стиль иллюстратора «Шпионки» Дэвида Мака, чтобы заложить основу для сложного и тревожного комиксного рассказа, подобного которому Marvel ещё не делали.

Разговор с креативным директором Мишель Догерти и ведущим дизайнером Арису Касиваги из Imaginary Forces, а также иллюстратором Дэвидом Маком.

Итак, с чего началась работа над проектом? Каким было первое совещание насчёт заставки «Джессики Джонс»?

Мишель: Сначала был быстрый инструктаж, они хотели, чтобы мы начали с чистого листа, предлагали свежие идеи. Они были открыты для всего, что угодно.

Арису: Моя первая встреча была с Мишель, с которой я уже много лет тесно сотрудничала в Imaginary Forces. Она попросила меня разработать несколько направлений для основных кадров.

Что вы знали о Джессике Джонс как о персонаже до работы над сериалом?

Мишель: Честно говоря, я вообще ничего не знала!

Арису: Я не была знакома с какими-либо комиксами, так что это был первый раз, когда я услышала о ней.

Что вы сделали для погружения в её мир?

Мишель: Бен Эпли, наш исполнительный продюсер, купил мне комикс «Шпионка» и дал кое-какую информацию. Также я сама провела небольшое исследование о ней, почитала фан-сайт, прочла несколько выпусков «Пульса» с Джессикой Джонс. И мне сразу понравился этот персонаж… Эта женщина с изъянами, которая была супергероем.

Арису: Я живу на Манхэттене, и мои окна выходят на здание в таком классическом нью-йоркском стиле, так что меня, естественно, вдохновляла вся эта меняющаяся активность и сценки в этих рядах окон — узоры из света, разные цвета, сюжеты и живописные силуэты. Вообще удивительно, как много всего можно разглядеть и сколько окон оставляют с широко раскрытыми шторами. Хотя я никогда не наблюдала и половины того, что видела Джессика, я могу понять наше врождённое очарование окном во двор и это дискомфортное удовольствие, когда ухватываешь небольшой фрагмент частной жизни. Так что, когда я пришла на студию Imaginary Forces в Лос-Анджелесе для работы над проектом, я использовала всё это как моё личное вдохновение при создании своих зарисовок.

Другие важные работы, оказавшие влияние, включают в себя «Ночные Окна» Эдварда Хоппера и картины Герхарда Рихтера, то, как он размывает границы субъектов и окружающей среды.

Дэвид, у тебя большая история с Джессикой Джонс и Адской Кухней по версии Marvel. Твои обложки для «Шпионки», по сути, определили образ Джонс и задали настроение её мира. Какова была твоя реакция, когда ты узнал, что она получит собственный сериал?

Дэвид: Я прямо сейчас в Адской Кухне. Буквально, в Нью-Йорке… а также фигурально, потому что пишу сюжет для Marvel, включающий в себя Сорвиголову и Карателя в Адской Кухне.

Я начал работать на Marvel как писатель в «Сорвиголове», ещё я был одним из соавторов оригинального комикса о Джессике Джонс, с самого её зарождения как идеи для книги, и я рисовал обложки для всех выпусков, а также кое-что в самом комиксе. Впервые я узнал об идее телесериала несколько лет назад, когда всё это ещё было на самых ранних стадиях. Я был очень оптимистично настроен насчёт этого, и очень рад за моих коллег-соавторов книги и персонажа, Брайана Майкла Бендиса и Майка Гэйдоса. У меня были большие надежды на этот сериал.

Итак, Мишель, каким был первоначальный концепт для вступительных титров и как его разрабатывали?

Мишель: Я всегда любила «Окно во двор» Хичкока. Я бы сказала, он в моей пятёрке любимых. Помню, как была очарована концепцией построения истории при помощи обрывков и кусочков информации. Джессика Джонс пользуется камерой, к тому же она частный детектив, так что вуайеристский подход казался естественным. Джоан Лау возглавляла разработку этой концепции. Она была фотореалистичной, насыщенной и кинематографичной.

Мишель: Также я думала насчёт использования города в качестве персонажа — в данном случае Адскую Кухню. Помню, кто-то говорил, что Мстители — это супергерои, которых вы видите в небе, а внизу на земле были Защитники. Свет города, тёмные закоулки, гравий, всё это составляло место её расследования. Я хотела, чтобы эта концепция была живописной, и знала только одного подходящего дизайнера — Арису. Она обладает удивительным чутьём и неистово обращается с кистью. Меня всегда впечатляет её работа, и она не подвела.

Арису: Поскольку уже есть так много рисованных заставок, мы хотели, чтобы у этой был более современный, абстрактный вид, и в то же время воплощал дух акварельных рисунков Дэвида Мака из оригинальных комиксов про Джессику Джонс.

За основу для концепции мы брали ПТСР и алкоголизм Джессики, её замутнённую, ненадёжную точку зрения, и выразили это визуально, используя мазки краски, которые смазывали и размывали происходящее. Мы хотели, чтобы её видения и воспоминания были вызваны светом и расплывались в чёрном пространстве. Сцены должны были появляться только в небольших участках кадра, либо заблокированные элементом переднего плана, либо обрамлённые силуэтом.

У Мелиссы Розенберг, шоураннера сериала, было своё видение заставки? Какой была её реакция на ваши концепты?

Мишель: На первом же совещании нам сказали, что Мелисса открыта для любых наших идей. Затем последовала её реакция на зарисовки, которые соответствовали её видению. Во время первой презентации ей и её команде очень понравилась «Вуайеристская» концепция, они решили, что это подходит тематике, и им понравилось, что всё происходит с точки зрения Джессики. Они хотели, чтобы мы чуть больше показали город в акварельных красках, чтобы оглядывались на акварельные работы Дэвида для комиксов «Шпионка» и «Кабуки».

Дэвид, твои рисунки, очевидно, оказали большое влияние на вид и ощущения от заставки, но как ты сам оказался вовлечён в производство?

Дэвид: Я получил имейл от Джо Кесады с пометкой «СРОЧНО», в котором он просил меня немедленно перезвонить. Он объяснил, что они надеялись заполучить меня для работы над заставкой.

Он сейчас креативный директор телевизионного подразделения Marvel. Изначально именно он нанял меня для работы в Marvel в качестве сценариста для «Сорвиголовы» в 1998-ом. В то время Джо рисовал «Сорвиголову» и взял меня сценаристом после рана режиссёра Кевина Смита. Пока мы совместно работали над «Сорвиголовой», Джо стал главным редактором в Marvel. А комикс и персонаж Джессика Джонс были созданы вскоре после этого моим коллегой Брайаном Майклом Бендисом, который с самого зарождения идеи попросил меня поработать над этим комиксом.

Так как же две концепции стали тем единым целым, что мы видим на экране?

Мишель: Нас не просили объединять эти две концепции, но в конечном счете это казалось естественным направлением. Так и получилось сочетание двух концепций.

Меня удивила Мелисса [Розенберг]. В особенности её отзывы. Она хотела равенства в том, что касается персонажей в заставке. Это раскрыло мне глаза. Я как будто спала, пока не услышала это замечание.

Какие шаги последовали после того, как вы определились с концепцией? Расскажите о производственном процессе.

Мишель: Когда мы начали проектирование, я хотела создать красочный пейзаж. Мы провели фотосессию, во время которой смешивали и обдирали краску, пока не получили результат, которым остались довольны. Дэвид пришёл, чтобы нарисовать для нас некоторые элементы, они получились прекрасными, и мы их включили.

Дэвид: Как и всё у Marvel в фильмах и на ТВ, это была очень секретная затея… Я пришёл в студию Imaginary Forces в Лос-Анджелесе с кучей материалов и краски для работы.

Дэвид: Я попытался привнести разнообразие текстур, тонов и приёмов. Некоторые текстуры я нарисовал очень толстым слоем с набором мастихинов. Также я сделал множество размывок акварелью и акрилом, чтобы связать внешний вид комикса с сериалом.

Я пробовал создать городские пейзажи, здания, переулки, машины, уличные сцены в разной степени абстракции и реализма, чтобы их можно было наслаивать друг на друга.

Мишель: Арису и Джозеф использовали рисованные элементы с фотосессии и делили их на слои в проектах, чтобы у аниматоров был ориентир, куда их поместить на элементах живой съёмки.

Арису: Я получила отсканированные мазки кисти и некоторые элементы от Дэвида, и добавила их в кадры. Сначала я скомпоновала вместе фотографические элементы, чтобы определить общую планировку и освещение. Упростив их до света и тени, я рисовала поверх них при помощи Фотошопа и отсканированных мазков кисти.

Арису: Сложность была в том, чтобы определить, где какие мазки кисти подходят и под каким углом, чтобы они не нарушали освещение. Это была комбинация вращения, деформации, маскирования и ручного закрашивания. Каждый штрих должен был храниться на отдельном слое, чтобы аниматоры позже использовали их в своих компиляциях. Учитывая, что мы работали в разрешении 4К, мои рисунки порой были размеров до 16К для сцен с панорамированием.

Одним из главных испытаний было определение баланса между абстракцией и разборчивостью: какой процент может быть затенён краской, а что должно быть прописано более чётко, чтобы можно было разобрать в этом фигуру или машину. В этой конкретной заставке эта трудность была ещё более выражена, ведь мы хотели сохранить абстрактность, и краска играет активную роль над содержанием.

Фиолетовый — очень важный цвет в мире Джессики Джонс. Он соединяет комиксы и сериал, особенно в заставке. Как цвет был вовлечён в процесс работы?

Дэвид: Я часто использую лавандовые и лиловые оттенки и позволяю им смешиваться. Я написал Килгрейва — Пурпурного Человека — в комиксе «Сорвиголова: Конец Света» и создавал рисунки и обложки для его персонажа в этой серии и для комикса «Джессика Джонс», я использовал диапазон пурпурных оттенков для его персонажа. Также я использовал акварельное размытие лавандового или лилового цвета на Джессике или вокруг неё даже без Килгрейва на изображении, чтобы подчеркнуть его влияние на неё.

Мишель: Вообще, я обычно работаю в более ограниченной палитре цветов, и у меня была неприязнь к фиолетовому. Меня удивило, что я приняла его с такой готовностью и теперь изменила своё мнение о нём… Ощущение, будто я должна написать письмо фиолетовому цвету и сказать ему, что сожалею. Я заблуждалась насчёт тебя.

Затронем музыкальный вопрос: тема Шона Коллери так хорошо подходит заставке. В какой момент производства вы впервые её услышали?

Мишель: Наша временная музыка, под которую мы какое-то время монтировали, была более задумчивой и мрачной, так что эта джазовая, рок-версия была сюрпризом. Я подумала, это была очень интересная смесь джаза и рока. Эрик начал играть под неё на воздушной гитаре, за что я с каждым днём любила её всё больше и больше.

В чём разница между созданием обложки комикса и чего-либо для видео-формата, вроде заставки «Джессики Джонс»?

Дэвид: Движение, музыка, ритм, монтаж. Для обложки комикса ты сосредотачиваешь всё это в одном конкретном рисунке, который берёт на себя всё внимание и взаимодействует через этот единый образ. Для титров ты думаешь о целой последовательности и связке тона и ритма. И обложка, и заставка дают тебе общее представление о том, с какого ракурса следует рассматривать историю, которую ты собираешься пережить. Они готовят тебя к миру, в который ты вот-вот погрузишься. В остальном, детали исполнения совершенно разные.

Насколько большой была производственная команда?

Мишель: Это была относительно маленькая, но сильная команда. Изначально я работала с Беном Эпли, нашим исполнительным продюсером, и Китом Брайантом, который устраивал все совещания. Они наблюдали за работой с самого начала. Кит — продюсер, с которым я часто работаю, и я всегда поражаюсь тому, как он сохраняет хладнокровие. Даже если в глубине души он выходит из себя, у него просто лучший покерфейс. Наши монтажёры прекрасно задают общий ритм и задерживались на работе допоздна вместе со мной. Ведущие аниматоры Эрик Димьюзи и Томас МакМэхан заправляли дизайнерской мастерской, в котором мы работали. Я всегда восхищаюсь их работой.

Мишель: Род Бэшем, наш художник в программе Flame, помогал во всём — съёмки, сведение, решение проблем. У нас была дополнительная поддержка для Арису в лице Джозефа Ана. Прославленный Дэвид Мак, разумеется; небольшая съёмочная группа для записи рисованных элементов; стажёр, который прекрасно обработал анимацию финального кадра с глазом. Кроме того, несколько родственников в Нью-Йорке сделали для меня пару фотографий.

Плюс, у нас была команда дизайнеров, которая внесла свой вклад на первоначальном этапе, благодаря чему мы получили работу.

Какими инструментами и программами вы пользовались, чтобы свести всё воедино?

Мишель: Photoshop, After Effects, Cinema 4D, Flame, Red Epic, и много краски.

Было ли что-то, что удивило вас при работе над этим проектом?

Дэвид: У меня была возможность побывать на площадке «Джессики Джонс» во время съёмок. Увидеть Кристен Риттер и Дэвида Теннанта, воплощающих персонажей в жизнь, наблюдать, как образы и персонажи из комикса становятся реальностью. У меня было подобное ощущение, когда я был на площадке «Сорвиголовы» во время съёмок.

В своём первом сюжете о Сорвиголове я написал историю происхождения Уилсона Фиска и исследовал его детство. Это была очень личная для меня часть истории, основанная на моём отце и некоторых деталях из моего детства. И я был восхищён, когда увидел подачу истории детства Уилсона Фиска в сериале и увидел, как прекрасно Винсент Д’Онофрио воплощает персонажа. И увидев, как Кристен Риттер и Дэвид Теннант воплощают Джессику и Килгрейва, я испытал точно такое же чувство. Я много личного вложил при работе над этими персонажами… и после этого увидеть, как их играют и воплощают в жизнь — это было нечто новое.

Дэвид, это твой второй проект по созданию титров за последние несколько лет, первым был «Капитан Америка: Зимний Солдат». Ты когда-нибудь представлял, что будешь работать в этой сфере?

Дэвид: Я работал над «Зимним Солдатом» вместе с Эрин Сарофски, мне понравилось с ней сотрудничать и это она меня тогда привела. Это тоже был невероятный проект, но с совершенно иной эстетикой, нежели «Джессика Джонс». Для той заставки я нарисовал очень строгие высококонтрастные чёрно-белые изображения.

Дэвид: Сейчас я работаю над вступительными титрами для другого фильма. Документалка под названием «Храм искусства» режиссёра Аллана Амато и продюсера Ольги Нунес. В фильме задействованы мои коллеги, например, Нил Гейман и Чак Паланик, и для этой заставки я использую совершенно другие подходы и материалы.

Я очень люблю работать для ТВ и кинофильмов. Я бы с удовольствием продолжил этим заниматься. Мне нравится идея контекстуализации и предварения ощущений от фильма или телевизионной истории, или их обобщение. Я люблю разнообразие и творческое сотрудничество.

Назовите несколько своих любимых заставок, из классики или чего-то современного.

Мишель: Я люблю «Убить пересмешника», «Это безумный безумный безумный безумный мир», «Буллит», «Семь». Честно говоря, хоть я и думаю, что заставки могут быть прекрасны сами по себе, настоящее испытание, как по мне, в том, работают ли они в связке с сериалом или фильмом. Вижу ли я замысел, скрывающийся за дизайном.

Вот такие заставки я обожаю. Как «Фарго». Помню, как смотрела его в кинотеатре, и как сильно мне понравилось его вступление. Несмотря на простоту, замечательно работает с этим фильмом, и на тот момент выглядело очень современно.

Дэвид: Одним из чудесных аспектов работы с Imaginary Forces над «Джессикой Джонс» было то, что они создали однииз моих любимых заставок, «Семь» и «Мутанты», к примеру. Ещё меня вдохновляет разнообразие работ Сола Басса.

Что из недавно увиденного вас порадовало?

Мишель: Недавно я отправилась в The Broad, не так давно открытый музей здесь, в Лос-Анджелесе. Там было произведение Роберта Лонго, которое я прежде не видела, написанное углём и показывающее полицию Фергюсона, оно меня тронуло.

Дэвид: Когда я выступал на OFFFest в Барселоне, где познакомился с Сарофски, они там сделали что-то вроде вступительных титров для всего выступления со всеми выступающими. Титры сделала студия From Form. У них была чудесная структура, атмосфера и обстановка, которая заложила основу для разношёрстной подборки выступающих дизайнеров. Мне до сих пор очень нравится.

Дэвид: В музыкальном плане я получил удовольствие от недавнего сборника каверов на Дэвида Боуи от Аманды Палмер и Джерека Бишофа. Аманда увидела рисунок Боуи, который я сделал после новости о его смерти, и она попросила этот рисунок, чтобы включить его в буклет диска. Есть в песнях цепляющая составляющая, привносящая в них некое чувство катарсиса.

Над заставкой работали:

Креативный директор: Мишель Догерти

Исполнительный продюсер: Бен Эпли

Продюсер: Кит Брайант

Ведущий дизайнер: Арису Касиваги

Дизайнеры: Джоан Лау, Робин Ропсторфф, Джозеф Ан, 

Уэс Йанг, Крис Фортин, Чарльз Кури

Дизайнер-стажёр: Джейкоб Фергюсон

Иллюстраторы: Дэвид Мак, Арису Касиваги

Раскадровщик: Алехандро Ли

Ведущие аниматоры: Томас МакМэхан, Эрик Димьюзи

Монтаж: Майкл Радтке, Даниэлль Уайт

Художник в программе Flame: Род Бэшем

Оператор: Дэн Кейнс

Фотографы: Шон Догерти, Сидни Праватьотин

Координатор: Николь Жише

Композитор: Шон Коллери