Jack London «Nam-Bok the Unveracious» (18/20)
t.me/english_frankДжек Лондон «Нам-Бок — лжец»
An hour passed, and a second (прошел один час и другой), and Nam-Bok slept (и Нам-Бок спал), and the talk went on (а разговор продолжался). The evening sun dipped toward the northwest (вечернее солнце склонилось к северо-западу; to dip — опускаться, спускаться; наклоняться), and at eleven at night was nearly due north (а в одиннадцать ночи почти прибыло на север; due — должный, обязанный; ожидаемый). Then it was that the head man and the bone-scratcher separated themselves from the council and aroused Nam-Bok (именно тогда старейшина и косторез отделились от совета и разбудили Нам-Бока). He blinked up into their faces and turned on his side to sleep again (он помигал = взглянул, мигая, в их лица и повернулся на бок, чтобы снова заснуть). Opee-Kwan gripped him by the arm (Опи-Кван схватил его за руку = плечо; arm — рука /от кисти до плеча, в мед. терминах плечо с предплечьем/) and kindly but firmly shook his senses back into him (и доброжелательно, но твердо встряхнул его, чтобы привести снова в сознание; senses — разум, сознание; to shake — трясти, встряхивать).
An hour passed, and a second, and Nam-Bok slept, and the talk went on. The evening sun dipped toward the northwest, and at eleven at night was nearly due north. Then it was that the head man and the bone-scratcher separated themselves from the council and aroused Nam-Bok. He blinked up into their faces and turned on his side to sleep again. Opee-Kwan gripped him by the arm and kindly but firmly shook his senses back into him.
"Come, Nam-Bok, arise (давай, Нам-Бок, вставай)!" he commanded (скомандовал он). "It be time (пора)."
"Another feast (еще один пир)?" Nam-Bok cried (воскликнул Нам-Бок). "Nay, I am not hungry (нет, я не голоден). Go on with the eating and let me sleep (продолжайте есть и дайте мне поспать)."
"Time to be gone (пора уходить)!" Koogah thundered (проговорил громогласно Куга; to thunder — говорить громогласно, громко; thunder — гром).
"Come, Nam-Bok, arise!" he commanded. "It be time."
"Another feast?" Nam-Bok cried. "Nay, I am not hungry. Go on with the eating and let me sleep."
"Time to be gone!" Koogah thundered.
But Opee-Kwan spoke more softly (но Опи-Кван заговорил более мягко). "Thou west bidarka-mate with me when we were boys (ты был напарником по байдарке со мной = моим напарником в байдарке, когда мы были мальчиками)," he said. "Together we first chased the seal and drew the salmon from the traps (вместе мы впервые охотились на тюленя и вытаскивали лососей из ловушек). And thou didst drag me back to life, Nam-Bok (и ты, Нам-Бок, вытащил меня назад = вернул меня к жизни), when the sea closed over me and I was sucked down to the black rocks (когда море сомкнулось надо мной, и меня затянуло вниз к черным скалам; to suck — сосать; всасывать, втягивать). Together we hungered and bore the chill of the frost (мы вместе голодали и переносили холодную морозную погоду; chill — холод; холодная погода), and together we crawled beneath the one fur and lay close to each other (и вместе мы заползали под одну меховую шкуру и лежали рядом друг с другом; to lie — лежать).
But Opee-Kwan spoke more softly. "Thou west bidarka-mate with me when we were boys," he said. "Together we first chased the seal and drew the salmon from the traps. And thou didst drag me back to life, Nam-Bok, when the sea closed over me and I was sucked down to the black rocks. Together we hungered and bore the chill of the frost, and together we crawled beneath the one fur and lay close to each other.
And because of these things, and the kindness in which I stood to thee (и из-за этого и доброты, в которой я пребывал = которую я испытывал /по отношению/ к тебе; to stand to — держаться чего-либо; поддерживать что-либо), it grieves me sore (я до боли огорчен; to grieve — огорчать, глубоко опечаливать; sore — страдающий, испытывающий душевную боль; страдающий духовно и душевно; вызывающий боль, страдание; мучительный) that thou shouldst return such a remarkable liar (что ты вернулся таким поразительным лгуном; to lie — лгать). We cannot understand (мы не можем понять), and our heads be dizzy with the things thou hast spoken (и у нас головы идут кругом от того, что ты наговорил; dizzy — испытывающий/чувствующий головокружение; to speak — говорить, сказать). It is not good (это нехорошо), and there has been much talk in the council (и на совете много говорили). Wherefore we send thee away (оттого мы прогоняем тебя; to send away — высылать; прогонять), that our heads may remain clear and strong and be not troubled by the unaccountable things (чтобы наши головы остались ясными и сильными, и необеспокоенными необъяснимыми вещами = и чтобы их не беспокоили необъяснимые вещи; to account — давать отчет; объяснять; account — счет; отчет)."
And because of these things, and the kindness in which I stood to thee, it grieves me sore that thou shouldst return such a remarkable liar. We cannot understand, and our heads be dizzy with the things thou hast spoken. It is not good, and there has been much talk in the council. Wherefore we send thee away, that our heads may remain clear and strong and be not troubled by the unaccountable things."