Измена попути домой в порно рассказе
![](/file/9d386f1f6c0bd6fa62910.gif)
👉🏻👉🏻👉🏻 ВСЯ ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻
Измена попути домой в порно рассказе
Нужен ПОСТОЯННЫЙ ЕБАРЬ, готова стать спонсором
Я уже кончаю, скорей заходи ко мне! ͟С͟м͟о͟т͟р͟е͟т͟ь͟!➡️
date_range 31.07.2021
visibility 537
timer 49
favorite 19
add_circle в закладки
В данном рассказе возможна смена имён персонажей.
Изменить
Нужен ПОСТОЯННЫЙ ЕБАРЬ, готова стать спонсором
Я уже кончаю, скорей заходи ко мне! ͟С͟м͟о͟т͟р͟е͟т͟ь͟!➡️
Понравился сайт? Добавь себе его в закладки браузера через Ctrl+D.
Любишь рассказы в жанре Инцест ? Посмотри другие наши истории в этой теме.
Комментариев пока нет, расскажи что думаешь о рассказе!
Рассказов: 64 062
Добавлено сегодня: 17
Нужен ПОСТОЯННЫЙ ЕБАРЬ, готова стать спонсором
Я уже кончаю, скорей заходи ко мне! ͟С͟м͟о͟т͟р͟е͟т͟ь͟!➡️
Нужен ПОСТОЯННЫЙ ЕБАРЬ, готова стать спонсором
Я уже кончаю, скорей заходи ко мне! ͟С͟м͟о͟т͟р͟е͟т͟ь͟!➡️
ктонибуд падскажите как еио угаварит...
Я бы тоже тоже хотел чтобы проебали мой рот!...
Рассказ супер, я бы тоже хотел оказаться на его месте и пить...
Конец мая уже по летнему встречал учеников, когда двери школы распахнулись настежь, и толпа подростков хлынула наружу, смеясь и болтая. Июля, 18 — летняя красивенькая девушка заметила отца, поджидавшего ее в машине, и весело помахала ему рукой. Виктор сидел в машине, наблюдая за дочерью. Его рот наполнился слюной, а член приятно дернулся, когда он вспомнил, что совсем недавно, при жене трахал дочь и она первый раз от их секса, после того, как разорванная им плевочка дочки зажила и она первый раз кончила, он посмотрел на свою сексуальную, красивую, стройную дочь. У нее были длинные и волнистые черные волосы, красивое личико и стройное тело с сиськами двоечками.
— Привет, папочка!- прощебетала Июля, запрыгивая в машину и прижимая машинально, да скорее инстинктивно, сумку к низу короткой джинсовой юбки, чтобы не было видно засвета ее белоснежных трусиков, но вспомнила, что папе подобное очень нравится и сумку приподняла. Вот тут то папа и увидел трусики и очень даже пристально посмотрел, было видно по папе, что посмотрел с удовольствием, а значит уже с возбуждением. Юбка еще и туго натянулась на ее хорошенькой попке, а подол задрался высоко на сильных бедрах. А первый раз сильные бедра дочери, Виктор почувствовал, тогда, когда дочь, кончая, сильно сжала бедрами его голову, когда он лизал ее киску, что мама весело тогда сказала: «Ты так папку нашего задушишь!» А ведь сила ее бедер сказывалась явно от занятий гимнастикой.
— Привет, дорогая, — сказал Виктор, обнимая дочь. Он улыбнулся, когда Июля прижалась к нему своим теплым телом. Он целомудренно поцеловал ее в щеку, как сделал бы любой отец, да и мимо проходили ученики, кто то говорил дочке, проходя мимо их машины:
— Июлька, пока! До завтра! — и Виктору было приятно, что дочку уважают.
Он завел машину, и они поехали домой, прочь из шумного города, отец и дочь болтали о прошедшем дне. Каждый раз, когда Виктор смотрел на Июлю, в его глазах светилась не только отеческая любовь. Через двадцать минут он съехал с трассы на полевую дорогу, направляясь к знакомому месту, уединенному месту, только их месту, где мама еще не была, которое они с дочерью уже так хорошо знали, где не было видно машины, где они трахались почти каждый раз, как возвращались домой, папа со службы, дочь с учебы.
Июля, все поняла, почему это папа свернул в лесопосадки и ее щеки зарделись от предвкушения, а трусики, приятной пульсацией, оросила ластовицу порция выделений сока ее вагины. Она наклонилась к папе и крепко прижалась грудью. Ее бедро коснулось руки папы, которая была на рычаге переключения передач. Он посмотрел на дочь, почувствовав жар ее бедра на руке, и его лицо тоже покраснело и тоже от предвкушения назревавшего наслаждения юным еще телом дочери. Он протянул руку и погладил дочь по колену. Ее обнаженная нога казалась атласной под его пальцами. Он немного задрал юбку и стали видны трусики, и Виктор, отняв руку от колена дочери, положил ее себе на ширинку и помял член, остановил машину, Июля бросилась в его объятия, и они стали страстно целоваться,. .. губами,. . языками,. . даже зубами...
— Папа, — простонала Июля, и нетерпеливо приоткрыла губы, чтобы поцеловать папин язычок, и принялась сосать его, тихо постанывая. — Именно этого момента я так ждала весь день, папочка! — шептала Июля, и их рты были плотно прижаты и сосали у друг друга губы. Их слюна непристойно смешалась, а тела прижались друг к другу. Виктор гладил блестящие, черные, как смоль волосы дочери, пока они целовались, посматривал на засвет трусиков от того, что юбка обнажила красивые и сильные ноги дочери. Его рука ласкала ее шею, и он чувствовал, как пульсируют вены на ее шее. Его руки гладили ее девичьи плечи, а член затвердев, сладостно дергался, когда они продолжили целоваться. Июля застонала в папин рот. Ее маленькая, почти еще девственная киска, теперь сладко покалывала и пульсировала выделениями порциями сока, и с каждой секундой становилась все влажнее и трусики мокрели. Июля сейчас подумала, что «сейчас папа седьмой раз войдет в меня». О ее вагине, папа как то сказал в присутствии мамы, да и к маме обращаясь:
— Смотри, Лида, а у нашей дочки, писечка остается загадкой до последнего, пока не раздвинешь щелочку, и не увидишь всю нежность писечки!
Конечно же, там у нее еще все было для папиного члена, узко. Вот Виктор и старался дочь долго ласкать, чтобы вагина дочки, раз она так сильно там мокреет, чтобы член входил безболезненно. Мама папе говорила, чтобы он хорошо ее возбуждал, чтобы, как мама сказала, твоя дубина, входила в дочку безболезненно. А в промежности брюк Виктора, его член и яйца были уже тяжелыми. Его член зашевелился, удлиняясь и утолщаясь. Наконец они прервали свой долгий, жаркий поцелуй. Губы Июли стали влажными и блестящими и немного опухли, глаза блестели, когда она смотрела на отца с обожанием и с любовью в глазах. На ней была прозрачная блузка с длинными рукавами и жакетка. Папа видел сквозь ткань ее белый лифчик. Ее сиськи двоечки красивыми бугорками девичьей плоти, просились наружу, как и папин член.
— О, папа, — томно прошептала Июля, расстегивая блузку, — сейчас у нас будет седьмой раз, я сегодня грезила об этом весь день! Даже в туалете на перемене кончила.
— Я тоже, дочка, жил этим моментом! — признался Виктор, не сводя глаз с ее груди дочери и конечно с засвета трусиков. Июля расстегнула блузку, вытащила ее из юбки. Она носила всегда одинаковое по цвету и фасону белье. Если белый сейчас бюстгальтер, то и белые трусики. Верхушки ее девичьих сисек колыхались над чашечками лифчика от движений тела. Виктор протянул дрожащую руку и коснулся груди дочери. Он нежно массировал ее сиськи через бюстгальтер и ласкал атласную плоть сисек в верхней части чашечек бюстгальтера. Июля вздохнула от удовольствия, и улыбнувшись посмотрела на папу. Соски быстро поднялись и затвердели, когда она быстро задышала:
— Ты сам снимешь мой лифчик, папа?- кокетливым голосом спросила Июля. — Ты же любишь сам меня раздевать!
— Да, дочка! — сказал Виктор, — Мне нравится, когда я тебя раздеваю, ты так красиво краснеешь! — и руки мужчины слегка дрожащими от волнения руками, расстегнули крючки лифчика. Виктор справился быстро и через несколько секунд лифчик был расстегнут. Он спустил бретельки с ее гладких плеч, и наконец ее грудь освободилась от чашечек лифчика. Лифчик присоединился к жакетке и блузке девушки на заднем сидении.
— Боже мой, Июля, как они у тебя красивы, как и у мамы в молодости, как я люблю твои сиськи! — и Виктор застонал, когда его руки нежно сжали груди дочери и губы прильнули сосать уже твердые соски. Июля улыбнулась папе с эротическим удовольствием, и эротической улыбкой, а прикусив губу, прижала голову папы, сосущую нежно затвердевший сосок. Ее соски были розовыми, и когда папа ласкал ее, а другую сжимал рукой, они напрягались и становились твердыми.
Июля не отнимая руки с затылка папы, притянула его голову еще теснее к своим грудям. Она задохнулась от радости, когда он начал тыкаться носом в ее сиськи, тереться о них лицом, щекоча своими усами. Ее нежные укусы пульсировали, когда они касались его щек и подбородка. Он целовал их горячо, влажно, прижимаясь губами к каждому соску. Ее укусы пульсировали, когда они прижимались к влажным губам папы. Июля застонала и раздвинула свои ноги. Одна ее нога прижалась к дверце машины, а другая была почти на колене папы и ему был свободный доступ к ласке, через трусики, вагины дочери. Июля знала от мамы, что папа, в порыве страсти любит, матерные слова, когда его попросишь, сделать ту или иную ласку, но сказать матерно, типа «хочу хуй сосать», или «полижи пизду», «хочу, пап, ебаться» вот и сейчас, Июля прижалась к папе:
— Ты знаешь, чего я хочу, папочка, — промурлыкала Июля, — Давай сядем на заднее сиденье, и ты мне ее полижешь пизду, да, пап? — и с этими словами Июля откинула спинку своего сиденья и ловко перелезла на заднее сиденье машины, и Виктор последовал за дочкой, не сводя свой взгляд от засвета белых трусиков. Июля уже полулежала, полусидела на заднем сиденье машины, широко расставив ноги. Виктор опустился на колени на пол машины между ног дочери. Он взялся за подол ее юбки и медленно приподнял его, обнажив бедра, и прикрытую трусиками прелесть дочери. Белые трусики — слипы, плотно облегали прелесть дочери. Ее выпуклый венерин холмик образовал возвышение и прелесть дочери так прекрасно смотрелась. Трусики сидели на ней так плотно, что складка щелочки ее киски была отчетливо видна.
Виктор поглаживал ее бедра медленными, дразнящими движениями, точно так же, как он знал, что его дочери это нравится. Он медленно продвигался вверх.
— О, Папа! — Июля ахнула, когда он впервые коснулся ее киски через трусики. Его руки дрожали, когда он просунул пальцы под трусики. Он потянул их вниз. Июля приподняла попу от сиденья, чтобы папа мог снять с нее трусики. Виктор медленно снял белые трусики с голенького лобка, любуясь щелочкой, которая обнажила раскрывшись, немного клитор и губки. Он знал, что когда дочка возбуждена, то клитор и губки выглядывали, а если не возбуждена, то у дочки была просто щелочка ну иногда с едва высунувшимся клитором. Если он у дочки выглядывал, то это говорило о том, что дочка возбудилась. Он застонал и сильно прикусил нижнюю губу, пытаясь подавить свою страсть, предвкушая скоро и вкус, и запах прелести дочери. Стянув трусики до колен он положил свои горячие руки на бедра. Ее киска была узкой, уже немного набухшими розовыми губками. Щелочка прекрасно чуть раскрылась между красивой формы ног дочери, которыми он неустанно любовался. Совсем недавно на лобке венериного холмика была полосочка густого кустика мягких, шелковистых черненьких волос, а сейчас лобок был голеньким. Виктор подумал, что его дочь выглядела сейчас, как девочка, которую он подмывал еще маленькой, сейчас ее розовые губки немного приоткрыты.
Он вспомнил, что они с женой именно так всегда поступали, медленно и постепенно соблазняя свою дочь, нежно и ласково, и очень осторожно, шаг за шагом. Июля всегда была красивым, чувственным ребенком. И с того момента, как ее тело начало меняться и взрослеть, а на плоской груди начали расти маленькие бугорки сисек, Виктор радовался и начинал желать свою дочь. После того, как он и Лидия поговорили, что они будут вместе развивать чувственность дочери, Виктор стал шаг за шагом вести Июлю по пути сладострастия семейной инцестуальности. Виктор больше времени проводил с дочкой. Лидия врач и поэтому у нее часты были ночные дежурства и папа с дочкой часто и спали вместе. Он всегда прикасался к ней, гладил, гладил по волосам, гладил по плечам, обнимал, щекотал часто ее низ живота, целовал через трусики лобок, а если Июля была голенькой, то целовал начало щелочки и по обе стороны. Лидия ему говорила, что клитор еще рано у нее ласкать, а полезней будет по обе стороны щелочки ласкать ее прелесть до самой дырочки попы. И Июля видя и чувствуя любовные отношения в семье, поняла рано, какую роль она должна выполнять в их семье и выполняя эту свою роль, Июля поняла, что это тайна их семьи и об этом никто не должен знать и старалась не выдать ни единой живой душе, ни намека на ее сексуальные отношения с мамой, и с папой. Это заставляло Июлю чувствовать себя особенной именно для родителей, как будто она, мама и папа были едины в их сладострастной тайне, втроем против всего мира, в мире их семейных оргазмов. Виктор и Лидия медленно соблазняли свою дочь, и им еще предстоял долгий путь соблазнения, до 18 лет, хотя потом мама скажет, что надо было начинать раньше, после первых месячных Июли, в ее 13 лет.
Виктор всегда был нежен с дочкой и ласков, и деликатен конечно. Родители медленно вводили ее в инцестуальное наслаждение, умело направляя, осторожно, но неуклонно увлекая за собой. Дочь у них получилась красивой и поэтому они считали, что будет очень несправедливо, что дочкой будет наслаждаться другой, а не они. Лидия говорила Виктору, чтобы почаще, когда у Июли начали расти сиськи, садил ее себе на колени и чтобы дочка чувствовала твердость и пульсацию члена и проявляла интерес. И часто, когда они оставались одни, он сажал Июлю к себе на колени, и ее теплая попка прижималась к его паху и чувствовала попой твердый член папы или как он твердел. Июля всегда отвечала охотно, взволнованная и покрасневшая этими проявлениями папиной любви. Она всегда была очень близка с папой, и эта близость, казалось, только росла и углублялась по мере того, как они сексуально исследовали друг друга, и оставалось совсем преодолеть до конца ту грань стыдливости и у них был бы уже тогда секс. Теперь Виктор положил руку между ее ног, слегка касаясь ее киски.
— Ммм, папочка, — простонала Июля, когда папа потрогал ее мокрую киску. Ее кода покрылась мурашками, когда пальцы папы скользнули по мокрой щелочке, поглаживая губки, заставляя ее киску истекать соком.
— Полижи ее папа, полижи пизду свой дочки! — попросила Июля шепотом, оттянув трусики в сторону, и Виктор, обхватывая руками ее бедра, опустил голову между ее ног. Его теплое дыхание заставляли Июлю возбужденно ерзать попой на сиденье, ягодицы задрожали, когда папа запечатлел долгий, долгий поцелуй на раскрытой розовой киске дочери.
Виктор приоткрыл губы, высунул язык и провел кончиком по ее обнаженным ягодицам. Через несколько секунд ее влагалище было покрыто блестящей слюной папы.
— О, папа, как хорошо! — Июля ахнула, застонав, когда папа просунул кончик языка между ее набухших половых губ. Сок киски блестел на языке.
— Мммм, дочка, какая писечка вкусная! — простонал Виктор, пробуя ее кисленький сок и глотая его. Он всегда любил ее свежий, сладковато — кисленький вкус и знал, что никогда не сможет насытиться ею, он хотел прям пить сок вагины дочери.
Пока Виктор погружал свой язык в киску дочери, его руки двигались вверх по ее плоскому животу к грудям, он ласкал их, сжимая и разминая девичьи холмики. Он нежно сжал затвердевший сосок и застонал, когда почувствовал, как клитор вылез из своего капюшона и запульсировал под давлением языка. Он провел языком по ее клитору.
— Да, папочка! — она вскрикнула, ее руки лежали на его плечах, сжимая, притягивая его к себе. Она с силой притянула его голову к своей вагине и прижалась к его рту. Сок вагины был виден на лице папы, его язык теребил клитор, и все сильнее и сильнее с каждым лизанием, папа приближал дочку к оргазму.
— Ох, папа, как хорошо, да, папочка мой, папа! — девушка. Июля приподняла свою попку с сиденья машины. Ее бедра поднялись, и ее киска встретилась с ртом папы и его исследующим языком. Ее папа и мама всегда сводили ее с ума своими губами и языком лаская ее вагину, и вот сейчас Июля ерзала своей влажной вагиной по папиному рту.
Член Виктора стал таким твердым, что стало аж больно. Другой, более эгоистичный мужчина трахнул бы девушку прямо здесь и сейчас, проникая в нее своим твердым членом. но Виктор намеренно сдерживался, он любил сначала насытиться запахом дочкиной вагины и вкусом ее сока. Ему ужасно хотелось трахнуть ее, но только тогда, когда она будет готова к этому важному шагу. По мере приближения оргазма, Июля чаще и чаще задышала, застонала, прикусывая губы, ее пальцы впились в плечи папы, крепко прижимая его к своей киске, а папин язык работал с ней, скользя и облизывая клитор дочки, пока она не начала кончать. И Виктору очень нравилось, как дочка кончает. Июля откинула голову назад и открыла рот, непрерывно постанывая. Она напряглась, каждый мускул ее тела напрягся от удовольствия, когда она кончала. Она вздрогнула всем телом и конвульсивно затряслась.
Виктор был счастлив, что дочке доставил наслаждение. Его рот был плотно прижат к ее киске, и он мог чувствовать оргазмическую дрожь ее киски на своих губах и языке. А Июля начала всхлипывать от силы оргазмического наслаждения, которое пронзило ее чресла, когда она кончила. И наконец Июля в последний раз вздрогнула и обмяк. Виктор оторвал лицо от пахучей вагины дочери. Ее нежные розовые набухшие губки стали красными, а вход во влагалище все сжимался. Июля застонала, когда папа снова и снова целовал и облизывал ее мягкие, покрытые соком бедра. Ее сиськи подпрыгивали, когда она тяжело дышала.
Виктор медленно всунул палец во влагалище, и так же медленно высунул его...
— Ох, пап! — вздохнула Июля, когда папа просунул палец в рот дочери. Она почувствовала себя, то есть свой сок, его вкус и запах, облизала палец папы и он снова медленно всунул, а ее влагалище все еще пульсировало под его вторгшимся пальцем. Он засунул палец глубоко внутрь нее, как тот наткнулся на сильное сжатие:
— О, дочка! А член сожмешь так? — спросил папа, удивляясь силе влагалища дочки. Жена сжимала член не так сильно и часто.
— Папа, конечно, мне же тоже приятно, когда я сжимаю его! — воскликнула она, взволнованная, и встревоженная от предвкушения того, что сейчас папа в нее войдет.
Виктор стянул с себя брюки и трусы. Его член вырвался на свободу, поднялся, похотливо пружиня в воздухе, дочка тут же присела на пол машины между ног папы, голова ее склонилась над его промежностью, ее волосы касались его члена, заставляя его пульсировать. Она возбужденно улыбнулась папе и облизала губы, эротично смачивая их. Виктор нежно сжал грудь дочери, когда она опустила голову ему на колени. Мужчина схватил свой член за толстое основание, когда она взяла его головку в свой горячий, влажный рот.
Папа приподнял свои бедра, вгоняя свой член в рот дочери.
— Ммм, — простонала Июля, сося член папы, ощущая его толщину, она начала сосать член аппетитно, с наслаждением.
— О, дочка! — простонал Виктор, это было так хорошо, когда его дочка сосала член. Его переполненные спермой яйца болели от тяжелого груза спермы. Он не мог дождаться, чтобы выстрелить своей сливочной спермой в маленький рот своей дочери. Пока Июля продолжала сосать член своего папочки, ее жадные пальцы массировали его ноющие яйца. Рука Виктора все еще сжимала основание его члена, направляя его в ее сосущий род дочки. А рот Июли двигался вверх и вниз по толстому члену ее папы, в то время как он продолжал глубоко всаживать его между ее сжатыми губами. Он научил дочку сосать вместе с мамой, и сейчас она глубоко заглатывала его, и когда он запихивал все глубже в ее рот, Июля позволяла головке члена скользить вниз в само колечко ее горла. Она напрягла мышцы горла, прижимаясь к его пульсирующему члену, удерживая его глубоко в горле, и тут срабатывал рвотный рефлекс.
Июля расслабляла мышцы горла, позволяя выскользнуть члену, втягивая обильно выделяющую слюну и снова погружала член глубже с каждым разом...
— О! Ты молодец, дочка, просто молодец! Ты действительно быстро научились в горло! Соси его, соси дочка, ммм! — застонал Виктор.
Июля сосала, а непристойное, матерное слово так волновало девушку: «я сосу папин хуй, боже мой, я сосу папин хуй, которым он и мама меня делали!»и она застонала от этих мыслей, сжимая губами член, погружала головку в колечко горла. Девушка чувствовала, как папин член дрожит и подергивается у нее во влажном рту, а потом опускается в колечко горла. И она стр
Хорошо выбритые киски девушек порно фото и секс фотографии
Самый романтичный секс (81 фото) - секс фото
Голенькие русские шлюшки (40 фото) - секс фото