“Изгибы мрамора”
Пыль медленно опускалась в солнечном луче, пробиваясь сквозь грязное от глины окно. Скульптуры стояли по разным частям комнаты, заполняя всё пространство. Пол был в глиняных разводах, кажется, в этом помещение очень редко убирались.
Чонгук стоял у огромного панорамного окна. Он держал в руке резец, стараясь вылепить идеальную мужскую фигуру.
Но кажется, эта идеальная фигура была только у него в голове.
Он делал шаг назад, смотрел, а потом снова приближался. Ему всего было недостаточно. Что-то в плечах не так, или может в линии бёдер.
Не хватает изысканности.
Он никак не мог найти подходящую модель. Все были не тем.
Он отпустил резец и провёл рукой по лицу. Пальцы оставили глиняные следы на скуле. Его глаза скользнули по комнате, по скульптурам, застывшим в молчании. Но ни одна из них не была той. Ни одна не была тем телом, что жило у него в голове.
Сегодня должен прийти новый натурщик. По фото, тяжело было понять его пропорции тела, но Чонгук решил попробовать, ведь возможно, это был его последний шанс воссоздать идеальную картинку.
Звук опускающийся ручки вывело его из мыслей.
Дверь открылась медленно, а на пороге стоял молодой парень. Высокий, с длинными ногами и худощавым телом. Чонгук не сразу посмотрел на его лицо, внимание сразу упало на его шею, на ключицы, и изящную но расслабленную осанку.
Парень тихо прошёл внутрь под пристальным взглядом скульптора, разглядывая помещение.
— Ты Тэхён, верно? Проходи и раздевайся, — спокойно сказал Чонгук, снова поворачиваясь к своему «не идеальному» телу из глины.
Парень послушно кивнул, и уверенной походкой подошёл к бордовому дивану, который стоял посреди комнаты окруженной скульпторами. Быстро сняв с себя одежду, Тэхён оставил на себе только чёрные боксёрки.
Чонгук наблюдал за ним, не отводя взгляда. Взгляд его был не голодным, не похотливым — скорее, изучающим, как художник, вглядывающийся в натюрморт.
— Нижнее белье тоже сними, — указал ему тот. — Мне нужен обзор на всё тело, и даже не гениталии.
Тэхён посмотрел на него поверх плеча — спокойно, чуть насмешливо.
— Я не смотрю на тебя как на мужчину, — коротко бросил Чонгук. — Я смотрю только на твою форму.
Тэхён медленно стянул оставшееся. Всё происходило без нарочитой сексуальности — чистая телесность, без лишнего. Он выпрямился, не прикрываясь, и посмотрел прямо в глаза скульптору.
Усевшись на длинный бордовый диван, он легко вытянул ноги, откинулся на одну руку и чуть повернул корпус, подчёркивая естественный изгиб спины. Другая рука осталась лежать на бедре. Подбородок был приподнят, шея вытянута. Парень частенько просматривал, как это делают другие модели, поэтому встать в нужную позу у него не составило труда.
Чонгук подошёл ближе, вглядываясь в это изящное тело. Он быстро подошёл обратно к глине, посмотрев на неё с отвращением. Убрав её в сторону он достал огромный блок мрамора, а вместо резца он взял мел, которым он начал намечать линии.
Чонгук остановился, отступил назад и провёл рукой по затылку.
Тэхён заметил это, но всё же решил промолчать.
— Всё слишком не живое, — буркнул Чонгук. — Ты не маникен, сядь так, как тебе будет удобно.
Тэхён молча кивнул и изменил позу. Он откинулся чуть глубже, перекинул ногу через ногу, расслабил пальцы на бедре. Линии его тела стали другими — менее академичными, но гораздо более… настоящими.
Чонгук вдохнул. Вот оно.
Впервые за долгое время начал работать с ощущением, что нашёл то, что искал. Тэхён был настолько идеальным, что идеи в голове просто разрывали её.