Дружеский Рубеж

Заброшенный торговый центр на окраине города стал убежищем для выживших. Люди укрывались в подземном паркинге, окна и двери заколочены и заперты. К зданию подошли десять мужчин в закрытой одежде, один из них громко постучал. За стеной послышался шум, и дверь приоткрылась, из щели выглянул человек с автоматом. 

— Да, епт твою, Сергей Игнатьевич, свои же, свои! — воскликнул парень, заметив автомат, выглядывающий из щели. 

— Заражённых нет? — донёсся хриплый голос из-за двери. 

— Да захлопнись ты уже! — рявкнул другой парень, толкнув дверь и шагнув внутрь. Не дожидаясь разрешения, он направился вглубь помещения. 

— Семён, стой! — крикнул один из них, устремляясь за другом. 

Группа последовала за молодыми людьми. Сергей Игнатьевич с двумя охранниками остались у входа, чтобы закрыть его. Парень же торопился за Семёном, снимая экипировку. 

— Семён! Ну прекрати! Ты же знаешь его! — пытался вразумить своего друга Кирилл. 

— Это не даёт ему право так говорить про Дану! Она сделала больше всех для этого места, Кирилл! А он просто!.. Просто!.. Да урод он! — не сдерживая своего возмущения, ответил приятель. 

— Дружище, я знаю, но не стоит горячиться, — Кирилл положил руку на плечо Семена, пытаясь успокоить его. 

— Я не позволю кому-то говорить о ней так… Или ты за него?! — нервно парень скинул руку друга с плеча, с презрением взглянув на Кирилла. — Неужели всё, что она сделала- 

— Нет, — перебив ответил парень. — Но… 

Кирилл не нашёл оправданий для охранника и шёл молча, опустив взгляд. Семён последовал его примеру и начал снимать снаряжение. 

Группа подошла к лагерю с редкими, но яркими оранжевыми огнями. Подземный город состоял из шалашей, напоминающих постройки из подручных материалов. Здесь были импровизированная больница, полицейский домик и мэрия. 

Семён остановился перед входом в лагерь, за ним замер и Кирилл. 

— Ты чего?.. — с растерянностью спросил парень. 

— Давай я к Дане, а ты к Эдварду, — предложил Семён. 

— Хорошо, как скажешь, дружище, — согласился Кирилл, протянув свой рюкзак парню. 

Друзья разошлись и направились к разным домикам. Кирилл знал, что Эдвард не поможет. Дана заражена. Все это понимали, кроме Семёна, который надеялся вернуть её любой ценой, даже пожертвовав собой. 

Кирилл шёл по пустынной улице лагеря. Люди сидели в домиках, избегая незнакомцев. Все были охвачены страхом перед монстрами и даже людьми. Доверять стало сложно, а при известии о заражённом страх усиливался. 

Кирилл пытался отогнать навязчивые мысли и вскоре добрался до дома Эдварда. Дом Эдварда отличался от остальных. Врачи были на вес золота, поэтому его жилище было богатым. Стены из металлических пластин, немного заржавевших, но прочных. Перед входом — клумбы с цветами из подручных материалов. 

Кирилл осторожно постучал по металлу. Из дома донеслось короткое: «Входите!» Он отодвинул ткань, служившую дверью, и вошёл внутрь. 

— Здравствуй, Эдвард, — поздоровался Кирилл, переходя порог. 

— О, вы вернулись. Какое счастье. Всё в порядке? — поинтересовался Эдвард, повернувшись к парню, как только услышал знакомый голос. 

— Не без трудностей, но все живы — уже хорошо, — с тяжестью ответил парень. 

— Как славно. У нас тоже всё спокойно. Но нападений монстров становиться всё чаще и чаще… — грустно выдохнув, поделился Эдвард. 

— Плохи дела… — задумавшись, ответил Кирилл. Парень знал, что фиолетовая земля распространяется и движется в сторону лагеря. Помолчав чуток, Кирилл продолжил. — Мой совет, собирай потихоньку вещи. Всё, что можешь унести. 

— Хорошо, спасибо, Кирилл. Я запомню, — насторожившись, ответил Эдвард. Но погодя решил завести диалог к договоренности. — По поводу Даны… Ее состояние ухудшилось. Мои лекарства не помогают. А мои исследования ни к чему не привели. Я не знаю, чем ей помочь. Мне жаль. Но, чтобы не подвергать других опасности, нам нужно- 

— Я понимаю. Я... — Кириллу было нелегко сформулировать свои мысли. Собравшись с духом, он продолжил. — Это будет более верным решением. 

— Мои соболезнования, Кирилл. Однако Семёну также необходимо всё это объяснить. Я могу оказать содействие, но, полагаю, ты, как друг, справишься с этим лучше, — сказал доктор. 

— Я попробую, но вы можете сейчас пройти со мной?.. Я не думаю, что смогу подобрать нужные слова... 

— Безусловно, Кирилл, если так тебе будет комфортнее, — с тёплой улыбкой сказал Эдвард. 

Эдвард собрал свои вещи, и вместе с Кириллом они направились к дому, где находились Дана и Семён. Пройдя несколько домов, они достигли нужного места. Кирилл колебался, прежде чем войти. Эдвард, взглянув на него, решил зайти первым, не дожидаясь приглашения от хозяина. 

На кровати лежала истощённая девушка с рыжими волосами и бардовыми венами, исходящими изо рта. Её глаза были стеклянными, а дыхание едва заметным. Рядом стоял Семён, склонившись над ней и нежно поглаживая волосы. 

— Здравствуй, Семён. Как ты? — осторожно начал врач. 

— Здравствуй, Эдвард! Да что я-то, как Дана? — воскликнул юноша, повернувшись на знакомый голос. Его руки, будто по сигналу, сложились в замок и прижались к груди, выражая через хозяина беспокойство о благополучии своей подруги. 

— Семён, кажется, ты и сам прекрасно понимаешь… — мягко попытался объяснить Эдвард. 

— Не стоит, как говорится, делать поспешные выводы! Какие у нее показатели? — Семён опустил руки, но всё ещё крепко их сжимал. Он явно избегал услышать правду. Парень направился к друзьям, оставив Дану в покое. 

— Дружище, прошу… — попытался начать Кирилл, но был бескультурно перебит. 

— Нет! Она будет в норме! — вновь начал вопить парень, кинув злостный взгляд на друга. 

Семён резко обернулся и направился к рюкзакам, оставив своих друзей в недоумении. Эдвард обменялся взглядами с Кириллом, который лишь беспомощно пожимал плечами, не понимая намерений своего друга. Внезапно тишину разорвал торжествующий возглас: «Вот оно!» — и Семён гордо поднял над головой флягу. Это была не обычная фляга, а особенная, значимая для всех троих. Она принадлежала Дане, которая носила её ещё до того, как мир узнал о фиолетовой земле. Дана с таинственной улыбкой называла её счастливой, но так и не объяснила почему, отшучиваясь: «Она счастлива только для меня, а вам это знать не обязательно». 

Семен предложил Эдварду флягу, но тот лишь вопросительно посмотрел на него. 

— Это ей точно поможет! — с уверенностью сказал Семён. 

— Семён, ну это уже бред… — с жалостью проговорил Кирилл, закрывая лицо рукой. 

— Она сама говорила, что она счастливая для нее! Она точно поможет! 

Кирилл уже собирался возразить другу, когда ощутил прикосновение чьей-то руки, нежно похлопывающей его по спине и тем самым призывающей к молчанию. 

— Хорошо, Семён. Я осмотрю ее. 

Эдвард осторожно взял флягу, встретился взглядом с Кириллом и кивнул ему, призывая к действию. Врач направился к девушке, а Кирилл предложил Семёну присесть на одинокий стул. Семён, нехотя опустившись на него, понял, о чем хотел поговорить его друг. 

Эдвард следил за ритмом сердца и дыханием Даны, но результат его не утешал. Он проверил воду из фляги, но не почувствовал запаха и не увидел признаков фиолетового земли. Эдвард, убедившись в качестве жидкости, аккуратно поднес её к губам Даны и позволил ей сделать маленький глоток. «Эта вода может еще пригодиться нашим друзьям», — размышлял Эдвард. 

Внезапно из-за спины медика раздался громкий возглас: «ДА ПОШЕЛ ТЫ!». Прежде чем Эдвард успел оглянуться, позади него остался лишь опечаленный Кирилл, закрывший лицо руками. 

____________________________________________________________________________

Вылазка прошла тяжело. Припасы на исходе, тварей больше, и зараза движется к нам. Оставаться опасно, но найти новое убежище будет проблематично. 

Фиолетовая дрянь поглощает Дану, её состояние ужасно. Эдвард подтвердил, что спасти ее невозможно. Думаю, лучше убить её сейчас, чтобы прекратить страдания. Дана бы точно не хотела превращаться в чудовище. Нужно объяснить это Семёну и сделать то, что необходимо. 

Прости, Дана.