История персонажа: Альва
Forget last night: Morimens«18 ■■■, год ■■■, месяц ■■■, пехотный полк, Королевство Лемваси, ситуация в порту Александрии постепенно стабилизируется; третий и четвертый батальоны пехотного полка, три роты королевских мушкетеров уже заняли канал. Что касается следующего этапа кампании в ■■■, то в Александрии разместились только 1-й батальон и одна рота мушкетеров.
Во время патрулирования небольшой отряд столкнулся с повстанцами, которых тут же удалось устранить. Они принесли с собой интересную безделушку, похожую на кусок серебра, но тяжелее его. Я спрятал ее в сейф — командир обрадуется подарку».
......
«На 13-й день пребывания в гарнизоне солдаты из разных полков стали проявлять ненормальное поведение, в частности, нападать на своих товарищей и офицеров, уничтожать припасы и военную технику. Эти люди, а также те безумцы, которые и ранее учиняли бунты, были задержаны под моим личным надзором.
У всех них были красные глаза и повышено слюноотделение; они больше походили на бешеных животных, чем на солдат. Здесь разрастается некое безумие, я боюсь, что вскоре оно перерастет в чуму».
......
«30-й день в гарнизоне.
На текущий момент у 370 солдат обнаружены признаки безумия. У 331 из них после 20 дней сильной истерии наступила квадриплегия. Они по-прежнему очень агрессивны, и двое военных врачей уже были укушены при попытке оказать помощь пациентам.
Безумие продолжает нарастать. Я сообщил о ситуации и надеюсь, что они примут меры как можно скорее».
......
«Прошло 10 дней с тех пор, как чума охватила александрийский гарнизон, а люди все еще сходят с ума, один за другим мои братья превращаются в безумцев. Я не понимаю, почему только мы страдаем от этого проклятья. Почему местные жители не заразились? Почему повстанцы, что постоянно преследуют нас, не сходят с ума?
Голова разрывается от боли, а врачи ничего не могут сделать — они впали в безумие задолго до меня и теперь парализованными чудовищами зубами рвут землю. Боюсь, скоро и я буду таким. Люди говорят, что мы должны дождаться университета Мисаг. Да пошел он, мы родились и умрем за нашу страну, мы не заслуживаем этого».
......
«Я знаю. Я наконец-то знаю. Это все злобный дух, поселившийся в том куске серебра и жаждущий отомстить всем, кто вторгся на его землю. Безногая женщина хочет, чтобы мы ушли. Она хочет, чтобы мы все ушли и вернули это место его исконным владельцам. Да… да, все именно так, так и должно быть, мы не должны были приходить сюда, мы не должны были начинать эту войну, мы ■■■■■■■■■■»
— Выдержка из дневника исполняющего обязанности командира 1-го батальона ■■■ полка
Ханна: Мисс Альва, вы находитесь в университете Мисаг уже почти десять лет, студентки всегда приходят в восторг при виде таких красивых и прямолинейных офицеров, как вы. Некоторые девушки даже завалили меня кучей любовных писем с вашим именем. Не хотите посмотреть?
Альва: О, это… я немного смущена. Это действительно... Кхм, я имею в виду, спасибо всем? Но разве я тут не для того, чтобы поделиться распорядком своего дня?
Ханна: Не могу поверить, что у нашего офицера по обучению есть такая милая сторона! Боюсь, когда интервью опубликуют, мне придется убежать из кампуса, чтобы не быть погребенной новой пачкой писем! Итак, возвращаясь к теме, не могли бы вы поделиться с нашими читателями одним днем из жизни офицера по обучению?
Альва: К сожалению, мне придется вас разочаровать: мое расписание особо ничем не примечательно. Итак, каждое утро, в четыре утра, я встаю и разминаюсь, чтобы мои ноги были готовы к предстоящим нагрузкам.
В шесть я направляюсь в столовую, хотя теперь и не нуждаюсь в еде... Что ж, сила привычки.
С восьми до двенадцати - утренняя тренировка новобранцев, иногда дополнительные занятия для хранителей тайн. Время послеобеденных тренировок назначается в зависимости от курса, иногда они начинаются в час, иногда в три.
Несколько раз в неделю я захожу к Нотиле, чтобы та помогла мне отрегулировать протез. Несмотря на ее забывчивость, Нотила отлично справляется со своей работой, и каждый раз, когда она чинит мой протез, боль немного уменьшается.
Ханна: А чем вы обычно занимаетесь для развлечения?
Альва: Развлечения... На самом деле это понятие чуждо мне. Хотя в последнее время я хожу в бассейн с Хай Юэ и остальными. Время, проведенное с этими невинными детьми, всегда помогает мне расслабиться. К тому же плавание полезно для тела. Вспоминаю, как я была новобранцем, а мой инструктор…
Ханна: Ну вот и все для сегодняшней колонки! Если вы хотите узнать о прошлом леди Альвы, следите за следующими выпусками «Вестника Мисага»!
— Из специального интервью «Вестник Мисага»
Ее подростковые годы прошли в казармах.
Как и все дети, выросшие в казармах, она верила в славу Легиона и считала его своей жизнью. Тогда ее мир был прост: то, что одобрял командир, было правильно, а то, что запрещал, — неправильно.
«Направляйте свой меч на врага, и мы сделаем эту землю по-настоящему свободной! Рубите армии, которые идут против вас, и не сочувствуйте им, потому что жертвы настоящего - это стабильность и процветание будущего».
Под такими лозунгами она тренировалась и под такими же — шла в бой. После рискованного спасения она получила ранение в ногу и звание героя войны. С тех пор она ушла в отставку с медалями и позже переквалифицировалась в инструктора для новобранцев, еще не зная, какой мир ей откроет раненая нога.
Встреченная унижениями о потерянной конечности, Альва уходит из армии. Выйдя из казарм, она обнаруживает, что блестящие речи командующего были ложью: освобождение было прикрытием для вторжения, а народ чужой страны страдал точно так же.
Это не ее идеальная страна, это не славное будущее без крови и слез.
Поэтому она поднимает клинок правосудия перед своими бывшими товарищами и клянется бороться за истинную справедливость.
Не то чтобы Альва сомневалась в собственной правоте, но дни и ночи раздумий помогли ей кое-что осознать.
Нереальное было осязаемо. Изначальная цель ее не изменилась, и справедливость, за которую она боролась, была не какой-то организацией, превратившейся в агрессора, не отдельным человеком, выкрикивающим лозунги, а существовала прямо в ее собственных убеждениях.
Вся жизнь, вся невинность, все мечты, амбиции и добрые намерения могут легко превратиться в пепел под выстрелами.
То, что потеряно на войне, никогда не вернется; это как злые призраки ада, которые разъедают все доброе.
Поэтому те, кто развязывает войны для удовлетворения своих эгоистичных амбиций, тоже должны почувствовать вкус пепла. Найдутся истинные герои, которые будут самоотверженно сражаться за светлое будущее для всех, с великими помыслами в сердце.
Это и есть ценность правосудия.
......
Если это не так, то поправьте.
Пусть эти жертвы стоят того, пусть фантомная боль от ампутированных ног и культей стоит того.
А если их нет, пусть они будут восстановлены новым протезом.
Эти маленькие и хрупкие вещицы никогда не утратят своего блеска.
Все ради истинной утопии без крови и слез.
«Отступаем, отступаем!»
«Отступайте к ■■■! Двигайтесь!»
«Помогите! Помогите мне! Не оставляйте меня!»
«Забудь о нем. Отступай... Альва!»
Солдат с клинком в руках бросилась вперед, с ее стороны раздался артиллерийский огонь, звуки сражающихся солдат, крики и резкий боевой клич. Кровь окрасила землю в черный цвет, источая тяжелый рыбный запах, который не мог перекрыть даже запах дыма. Глаза упавших на землю солдат были пусты, независимо от цвета их мундиров — все они в этот момент стали ослепительно красными.
Альва стиснула зубы и стала отталкивать людей, нападавших на нее. Она увидела его: юноша, взывающий о помощи, прижат к земле, его руки напряжены в попытке отбить кинжал одного из вражеских солдат выше по званию.
Вспышки выстрелов и резкая боль настигли ее одновременно, враг неподалеку от нее медленно упал. Альва тут же отмахнулась и со всей силы ударила себя по ноге, воспользовавшись моментом, когда ее противник потерял равновесие, чтобы провести рукой по груди и одновременно нажать на спусковой крючок.
Пуля вонзилась в его торс, разбрызгивая кровь и плоть. Она небрежно вытерла лицо, обернувшись, чтобы убедиться, что молодой солдат в безопасности, и только через мгновение поняла, что ее противник уже ушел.
Она посмотрела вниз: нож вонзился в ее ногу чуть выше левого колена, из раны струилась теплая кровь.
Она оторвала ткань от плаща и перетянула ее на бедре, кровь не останавливалась. Альва использовала клинок как импровизированный костыль, чтобы не отставать от солдат.