История музыки: Античность
Friedrich HohenstaufenПрежде всего, быстро пробегая мимо «палеолитических» вариаций на тему происхождения музыки (наша тема очерка - античность)
, я обязан сказать несколько слов о ранней музыкальной традиции Востока. До нас она, как обычно, не дошла; и поэтому о ней обычно почти ничего и не говорится. Хотя совершенно очевидно, что взять хотя бы Древний Египет, и мы узнаем, что там музыка прямо таки культивировалась, ничуть не меньше, чем в Греции. Об этом говорит изобилие изображений самых разных инструментов в настенных росписях; или же тот факт, что египтяне называли музыку «радостью»; у них даже для музыки и танцев выделялось целых три отдельных бога. На Ближнем Востоке, задолго до классической Греции, использовались уже все инструменты, которыми впоследствии пользовались греки, а значит примерное звучание этой музыки не должно было кардинально различаться. Если же говорить о теории музыки, то первыми в этом деле преуспели китайцы. В Китае впервые была установлена система тонов (до-ре-ми-соль-ля); а мистическая сторона «гармонии», присущая китайским теоретикам, мало отличается от «сферической гармонии» Пифагора, и вероятнее всего возникла даже раньше.
В I тыс. до н. э. в Индии вышел трактат «Натьяшастра», принадлежавший перу Бхараты, в котором были изложены основные положения о музыке, суммировавшие высокоразвитые представления древних индусов в этой сфере. В разделе по философии и эстетике музыкальные закономерности осмысливались в соответствии с общей системой мироздания. Музыке отводилась важная роль в древних науках и учениях: астрономии, магии, мистицизме; она трактовалась в синкретическом единстве инструментального начала, пения и танца (также как и в Египте, например)
. В разделе по теории музыки были систематизированы все элементы музыкального языка. Звукоряд индийского лада состоял из семи главных тонов, число которых имело сакральный смысл: они ассоциировались с семью планетами Солнечной системы (подобные космологические связи есть во всех развитых культурах независимо друг от друга)
. Главные тоны лада обозначались начальными слогами санскритского наименования: са-, ри-, га-, ма-, па-, дха-, ни-. Лад имел оригинальное интервальное строение и расширялся за счет производных звуков, отходящих от главных на четвертитоновую интонацию. Так, октава делились на 22 неравных интервала, каждый из которых мог стать исходным пунктом для нового лада. Для столь раннего периода, это невероятно высокий уровень владения музыкальной теорией и инструментом.
Про античную музыку в целом
До нас дошло порядка двадцати теоретических трактатов об античной музыке, а также много изображений на вазах и фресках, по которым мы можем сложить представление о том, как и на чем именно играли античные музыканты. Из массы сочинений следует выделить трактаты Квинтилиана («О мусическом искусстве») и Боэция («Основы музыки»); что интересно, оба — поздние Римские авторы, и что не случайно, оба тесно связаны с пифагорейством и платонизмом.
Первым, кого можно называть музыкантом-теоретиком в Древней Греции, был как уже упоминалось выше, мистический философ Пифагор. Именно ему принадлежит открытие музыкальных пропорций (в более «теоретическом» виде), о чем можно узнать из данного видео:
Сами интервалы до сих пор имеют названия чисел; прима, секунда, терция, кварта и т.д — это один, два, три, четыре. И происхождение они ведут ещё от описанных выше исследований Пифагора. Большинство основных музыкальных терминов (для «классической» музыки) берут начало из Греции и Рима, но не только терминологически, а и по смыслу и применению. И это при том, что сама классическая музыка не имеет с древнегреческой ничего общего.
Ещё один важный, почти общеизвестный факт — в античности не было нотного письма. Но кое-как музыка письменно передавалась, через обычные буквы, перевернутые на бок рядом с текстом песни; эти буквы и объясняли приблизительный ритм. Естественно, это не точная передача музыки в письме.
Что из себя фактически представляла греческая музыка? Можно-ли как-то представить её звучание? В принципе, да. Мы знаем, что большинство музыкальных произведений были тематическими, мы также знаем какие «характеры» придавали музыке при помощи разных ритмов и тональностей, и мы знаем, что почти повсеместно музыка строго привязывалась к тексту, отчасти даже была хоровой, была сопровождением для пения и декламации стихов. Из этого становится само собой ясно, даже драматургия сопровождалась музыкой.
Так как эта музыка могла звучать?
Инструментарий греческого музыканта по существу своему мало отличался от инструментария музыкантов разных цивилизаций Востока. Учитывая более стабильную преемственность на самом Востоке и отсутствие там церковного влияния — можно представить себе греческую музыку по аналогии с Восточными народными песнями. Отчасти это даже может касаться любых народных песен вообще. Главное отличие греков в том, что они в эту музыку попытались внести стройность, «онаучить» её, сделали её предметом теоретического исследования и обязательным средством воспитания человека.
Немного больше информации о музыкальных реконструкциях вы можете увидеть в статье на Арзамасе. Что на уровне теории, что на уровне всех известных и возможных реконструкций — это мало чем отличается от народной музыки, которую мы до сих пор противопоставляем «классике». Отчасти это также похоже и на христианскую церковную музыку и хорал; что, в прочем, не удивительно, ибо Христианство возникло в период античности, было основано на античной культуре, и вполне возможно, что в церковной музыке даже более, чем где угодно ещё, сохранилась античность (особенно в восточных ортодоксальных церквях с более продолжительной римской традицией)
. Все различия имеют скорее формальный характер различия в исполнении.
Можно ещё рассмотреть более характерный пример, знакомый большинству из нас, украинскую народную песню. Фактически она и есть соединение струнных мелодий, хорового исполнения и т.п., но если поискать по народным мелодиям разных стран — итог будет более-менее одинаков. Чуть большее сходство украинской и древнегреческой музыки связано скорее с тем, что украинцы предпочитали размеренный, «трагичный» и «страдальческий» темп, чем случайно совпали с любимой ритмикой греков. Об этом всём можно было бы написать вообще отдельную статью и собрать все античные и не-античные примеры, но в рамках этой статейки достаточно и уже изложенного.
Опять таки, напоминаю — главное отличие греков в том, что они внесли теоретическое осмысление в музыкальное исполнение. Скорее всего их произведения были в мелочах очень различны и поддавались строгой классификации. К тому же музыканты отлично различали на слух даже мельчайшие различия в тональности, они могли улавливать даже ¼ часть тона, что сегодня называется «микрохроматикой». Но для нас, в принципе, всё это звучит из одного ряда. Фактически это тоже самое, что спросить любителя народной музыки о различиях исполнения у групп Sum 41 и Green Day, да это же одна хрень, ответит он вам, и в принципе он будет скорее прав.
Вообще вы не проиграете, и останетесь только в плюсе, если будете относиться к самой древней Греции (за пределами Афин, Коринфа, Сиракуз и пары подобных городов), как к традиционной сельской глубинке XVIII-XIX века, и смотреть на мифологию так же, как на байки про домовых и представления современных взрослых людей про сверхмогущественные силы военных спецслужб, которые одни и только одни отвечают за все изменения в мире. Греция в основном очень архаична, примитивна и отстала, и мы скорее ошибаемся, когда слишком сильно акцентируем на исключениях из этого правила. Логика «если они так хороши, то и в музыке (или чем угодно ещё) они тоже должны соответствовать нашему уровню» — не всегда работает.
Даже философия греков, это в большинстве своем лишь отражение консервативного мировоззрения типичного жителя глубинки XIX века.
В философии поэтому не так много прогрессивного, как мы себе хотим представить. Конечно в Греции были и прогрессивные направления, но они были так же мало востребованы, как и сегодня в среде селян или обывателей. Лишь потому, что Греция была так отстала — из её культуры лучше всего сохранились консервативные авторы.
Античные музыкальные направления
Мусическое образование — о котором вы можете часто слышать в литературе, подразумевало владение музыкальными инструментами, музыкальной теорией, уметь танцевать под ритм и декламировать, и даже сочинять стихи (но, не стоит преувеличивать значение всего этого, в свете сказанного выше о странах Востока; к тому же, даже тогда это было скорее формальностями, и необходимость в «специалистах» всех этих дел всё равно не отпадала)
. По Аристотелю, музыка — один из четырёх основных предметов античного образования, наряду с грамматикой, гимнастикой и рисованием. Этому обучались все граждане с юности и в строго обязательном порядке. Наиболее классическое выражение мусическое образование получило в афинской системе образования, которая противостояла спартанской системе образования. Всё это соответствовало их «классовым» различиям, которые в совокупности и привели к Пелопонесской войне.
Музыкальная теория у греков разделялась на много разных составляющих, и вот некоторые из них:
- вопросы звука (мелодический и разговорный);
- вопросы интервалов (напр. рациональность/иррациональность с точки зрения математики, оба вида интервалов могли применяться к музыке);
- о родах музыки (три рода: диатон, хроматика/полутона и энгармония/четверть тона);
Здесь можно добавить, что упор на использование энгармонии уже до греков встречался как раз на Ближнем Востоке (в начале уже говорилось на счет различия ¼ тона даже в древней Индии), и до сих пор её влияние остается сильным в этнической музыке региона (например в арабской). Отсюда же проистекает понятие «характеров» музыки:
- первый (диатон) более возвышенный и «мужской»;
- второй (хроматика) более вычурный и «женский»;
- последний (энгармония) элитарно-утонченный, «восточный»;
В связи со сказанным о роли музыки в воспитании греков, нужно сказать ещё кое что. В трактатах о музыке отдельное внимание придавалось влиянию музыки на душу; так, сочинение Квинтилиана делится на 3 части:
1) О гармонике, ритмике и метрике.
2) О воздействии музыки на душу (!)
3) О связи музыки и числа на примере космологии.
Уже созданная греками система тональностей, как мы видели, также имела свои характеры. Тональностям поэтому придавали идеологический характер, и это началось во всех музыкально развитых цивилизациях, повсюду одинаково.
На примере Древней Греции мы имеем два типичных музыкальных лада – дорийский и фригийский. Остальные классифицировались через родственную принадлежность этим двум. Названия также не случайны, «Фригия» – регион варварский (Восточный), откуда происходят дионисийские и орфические культы. А вот «Дорида» – регион, принадлежащий Спарте, самому мужественному и консервативному региону Греции. Соответственно фригийская музыка имеет веселый настрой пиршества, а дорическая – тяжеловесный пафос. Первая – легкая, несерьезная, развлекательная, иными словами «низкая»; а вторая – тяжелая, серьезная, торжественная, иными словами «высокая». В современной музыке эта двойственность осталась, но теперь в видоизмененном виде, и называется теперь «мажор» и «минор».
Подобная двойственность наблюдается во всех сферах культуры, и древние стремились к последовательности в таких классификациях. Если по звучанию инструментов «возвышенными» считались струнные, а «низменными» – духовые; то «элита» соответственно старалась играть на струнных инструментах, используя дорический лад. Точно также, если «серьезный» жанр – трагедия, а «несерьезный» – комедия, то само собой для трагедии использовался дорический лад и струнное сопровождение. В конечном итоге сам тип личности различался по линии «город/деревня», «демократия/аристократия» и т.п., и в земледельческих аристократических кругах играли только «серьезную музыку», «серьезные произведения драматургии» и т.п. (хотя это касается больше аристократов, в деревне люди были попроще, идеологическая близость к аристократии не осмысливалась теоретически).
В семье аристократа детям естественно пытались прививать любовь к эпическим поэмам Гомера, возвышенным стихам Пиндара или героической трагедии Эсхила, считая что комбинация всего «высокого» по своему характеру – воспитает в таком же духе и характер молодого человека.
Звучит наивно и просто, но весьма действенно. Сейчас оно работает точно также, но жанров стало столь много, что связь не улавливается столь непосредственно. Увидев какая музыка нравится человеку — можно было определить, что он любит читать, как он ведет себя в обществе и т.п., и наоборот, через характер, поведение и вкусы человека — можно было определить и какая музыка тому нравится. Стоит упомянуть, что такое дидактическое использование музыки — характерно и для всех цивилизаций Востока.
В эпоху после поражения Афин в Пелопоннесской войне нарастает влияние из Востока, возникает различного типа синкретизм (в науке, философии и религии), который касается также и музыки, что развивает виртуозность авторов, их свободный отход от строгого канона. В этот период начинается отрыв музыки от текста, появляется чисто инструментальная музыка (пионером этого прорыва был трагик Эврипид) и теория её составления. Это различие выливается в различие двух теоретических школ: каноники и гармоники.
О канонике (а.к.а. системе Пифагора), мы уже знаем – она основывалась на египетской музыкальной традиции, проникнутой мистическими представлениями об символическом значении тонов, привязываясь к астрономическим аналогиям. «Каноники» таким образом занимались абстрактным математическим расчетом идеальных пропорций и отрывали музыку от творческого поиска. Теперь же, с новыми веяниями в музыке в противовес пифагорейцам возникает школа «гармоников», которую возглавил Аристоксен, ученик философа Аристотеля. Считается, что он написал свыше 400 сочинений. Из них дошли до нас только две книги — «Элементы гармонии» и отрывок из «Элементов ритмики». В этих работах Аристоксена ставится вопрос о воспринимающем слушателе, об изучении вопроса влияния музыки на субъективное восприятие; и с этой точки зрения он является основателем музыкальной эстетики.
Математически-пифагорейское направление в дальнейшем всё же взяло верх, и в нем можно выделить появление Евклида, Эратосфена и Дидима. Эти авторы, будучи профессиональными математиками, также затрагивали и вопросы музыки, и поэтому подводили под неё строгий научный и рациональный базис.
Сводку всех этих работ мы находим в трех книгах о музыке Птолемея Александрийского (100-170 н.э.); к примерно тому же времени относится небольшой очерк о музыке, приписываемый Плутарху (46-127 н.э.). Огромное теоретическое значение имел Боэций (475-524 н.э.), последний эллинистический философ и ученый, который правда уже относится к эпохе раннего средневековья. Но фактически Боэций точно также лишь подвел итог всё той же общей теории, основанной на пифагорейской системе. Не-пифагорейская «гармония» вероятно играла роль только в «светской музыке» (в рамках разделения церковное-светское) и исчезла вместе с нарастанием влияния церкви, которая монополизировала «высокий» стиль и взяла в качестве теоретической основы пифагорейство.
![](/file/b17015957c32d303b8438.png)
Последняя вещь, стоящая отдельного освещения — открытие музыкального инструмента, который представлял собой прото-орган, и носил название «гидравлос».
Первые описания конструкции гидравлоса находятся в трудах позднеантичных писателей — Герона Александрийского и Витрувия. Водяной орган стал очень популярен в странах Средиземноморья, а затем и во всей Римской империи. Так, в посвятительной надписи из Дельф есть запись о том, что некий гидравлет Антипатр «покрыл себя славой», играя на состязании музыкантов 90 г. до н. э. два дня подряд. Орган был любимым инструментом императора Нерона, и вообще получил максимально широкое распространение в эпоху Рима.
Так что не удивительно, что выросшая из античности культура христианства перенесла в церковную музыку именно орган. И тем более не удивительно, что орган прижился более на Западе, где католическая церковь больше всего пыталась подражать Империи, лишь перенеся идею «универсального государства» с земной сферы на на духовную (в то время как Византийская ортодоксия хотя и жила в том же имперском контексте и даже больше, всё же не претендовала на «светскую» сторону, и не считала, что в святых местах есть место звучанию искусственных инструментов)
.