Исповедь (3 часть)

Пусть время в этом страшном ожидании тянулось долго, но половина пятого неизбежна. И вот за курилкой уже стоит толпа почти совершеннолетних людей и выжидает их красноволосую жертву, которая мчит на всех порах, вернее, докуривает сигарету в своем окне. Но идти все равно придется.

Уже при встрече вместо приветствия Юля Михайловна услышала это:

–Я тебе щас морду набью, да так, что ты потом будешь бояться из дома выходить и шорохов шугаться, поняла?

-Да блять, бей уже, че ты стоишь, – торопил ее рядом стоявший парень

–Бляха муха, Александра, че это? Я никогда не трахалась с Очкариком, точка. Самый откровенный его наряд при мне были трусы семейники.

Как итог Саня успела только замахнуться – на ее ор благим матом прискакала на своих копытцах директриса. Пусть она и не любит Юлю, но за своих преподавателей встанет в таком случае.

Но самое интересное началось позже, когда всех уже разогнали. В попытках как можно быстрее закончить уйму работы - завтра уже показывать все Римме Эриковне! – Юленьке становилось только хуже. Головокружение, тошнота, мушки в глазах. Ни холодная вода, ни открытое окно, ни моральная помощь старшего товарища – ничего не помогало. И, естественно, девушка упала в самом неподходящем месте – в туалете на твёрдую холодную плитку. Снова кровь, паника, травмпункт, очередь и вердикт – ничего серьезного. Всего-то перенервничала! Уже в колледже Юля выпила таблетку от головы и не только от головы, да так, что аж жизнь такими яркими красками заиграла, вы бы знали! И колледж казался не унылым, и Егор не монохромным. Прямо по стопам сожителя идет, какая молодец девочка!

В таком состоянии и школа кажется лучше, особенно если бы голова все же не болела.

Первым уроком, которого, по идее, быть не должно было, ведь у всех профориентация, но был восьмой класс. Одним словом ужас. У нашей девушки была всего лишь то одна проблема – Римма Эриковна и желание поспать. А, тут их две? Не обессудьте, автор всего-то сходит с ума. Так вот. Егора оставили наводить марафет в кабинете, цитирую, "Не будет чисто, блять, я тебя уебу головой о новые беленькие плинтуса". К сожалению, в 8.30 звонок все же прозвенел.

–Всем здравствуйте, 8А же, правильно? Короче, ни мне, ни вам не нужен этот урок, давайте вы посидите просто, пожалуйста. Только тихонько. Пожалуйста.

За первую парту подсели те две девочки, что уменьшили возраст Юли почти в 2 раза.

–А вы слышали, что вчера было в шестом классе? – начала рассказывать одна из них

-Я вчера вообще ничего не помню толком. А что было?

–Короче, там кого-то с шестого класса со снюсом спалили. Их шмонали сегодня все и что-то про вас еще говорили.

-Твою ж налево.. – дальнейшее учительница повторила на весь класс, – Так, ептель, сидим тихо, я приду скоро. Вот, вы вдвоем, если что, кричите, бегите за мной.

Очкарик дома играл в русского богатыря и поедал остатки котлетника. Правда, вместо кегель он использовал бутылки от водки, что, наверное, более патриотично. А, у нас действие происходит в 24 году? Бога ради, которого нет, простите, говорю же, автор сходит с ума. Поверьте, читатель, на слово и не просит подтверждение! Очкастый распланировал дела. Суббота, во время которой расплачутся все блядоты. Уж поверьте мне, расплачутся, да так, что можно будет пол не мыть.

А Егорушка с сестрицей, которую забрал из дому, уже во всю ждали прихода ревизора и его свиты. Кабинет был в прямом смысле вылизан до блеска. Время уже подходило к полудню, а от Юли ни звонка, ни письма.

-А ты в итоге сказал?

–Нет

–Я же тебе написала даже, что говорить. Там, кстати, идет кто-то, как я слышу.

И действительно вскоре стук каблуков усилился, а еще позже остановился в обновленной аудитории

–А где Юля? – в крайнем удивлении, разведя руками, поинтересовалась женщина

-Так она же говорила, что у нее сегодня до двух часов. И еще она не звонит, там что-то происходит у них значит

–Етишкин корень, Егор, звони Юле, говори, чтобы неслась на всех парах. К нам уже едет "ревизор", забодай его комарь!

-Елена Валерьевна, так у нее урок сейчас еще идет, Юля Михална не возьмет. В пять минут первого он закончится.

–Так закажи ей такси до колледжа, джентельменушка! Чтобы к половине она уже тут была, ничего не знаю, – директриса убежала.

А у девушки действительно было занятие с шестым классом, но на звонок она все же ответила

–Егор, че тебе надо, говори быстро, там без меня сейчас разнесут класс.

–Жопа.

-Че за хуйня, Егор, че ты несешь?

–Нервы, Юля михална, нервы. Юль, тут это, директриса приходила, сказала, чтоб ты к половине была в колледже

–Она дура вообще? У меня уроки до двух часов и полтора часа дороги

–Да я ей говорил, она не слушает. Я тебе такси закажу в случае чего

–Ну, закажи. Сейчас звонок будет, и я побегу.

Шестиклассники остались без двух уроков математики, какая же жалость! Юленька стояла напротив школы, голодная, холодная. И как на зло полил дождь, лишь сигаретка спасала от этого ужаса. Рядом же стоял курил учитель биологии с этой же школы.

–Извините, а вы же классрук 6Б? А то у них сейчас математика, а мне уехать надо прям срочно, проверка приезжает

Его ответ показался девушке тихим и невнятным, да и тем более к тому времени уже подъехала грязная белая машина.

–Добрый день, до гум колледжа сможем доехать за полчаса?

–Шансы имеются, вы главное держитесь.

На порог учебного заведения уже ступила вся свита ревизора. Почти что Елена Летучая, только Римма Роземблюм шла прямиком к кабинету математики, в то время как Юля только-только выехала из своего района.

–Доброго полудня, Елена Валерьевна. Что же, вы привели кабинет и педагога царицы наук в надлежащий внешний вид?

–Ой, здравствуйте, Римма Эриковна! Конечно же привели, вот, вам сейчас наш студент Егор все покажет и подробно расскажет, да, Егор?

–Я бы хотела послушать от самой Юлии про ее так сказать усадьбу в мире науки, – женщина немного похихикала

–А-а, Юлю надо.. Сейчас я позвоню ей, она с другой работы добирается просто, – немного отойдя и набрав номер, Елена продолжила, – Юля, етишкин корешок, ты где есть?

–Я ещё даже к торгушке не подъехала..

–Давай быстрее уже, я не знаю, что мне с ней

–Ну, че, вы сами рассказать не можете? Вам Егор поможет

–Ничего не знаю, чтоб была здесь через 10 минут, – женщина отключилась и вернулась к проверяющей, которой Егорушка уже начал проводить экскурсию по кабинету

-Вот, смотрите, мы стены покрасили, хороший цвет, правда? Еще не выветрилось правда, но это мелочи жизни. Вот, мы плинтуса сменили, потолок побелили, полы отмыли. А давайте я вам чая налью, у Юли Михалны чайник тут есть!

–Да уж, не откажусь от чая, если можно, с лимоном. А вы, я так понимаю, с Юлией родственники? Раз ты ей и помогал, и знаешь, где в лаборантской чайник стоит.

–Да, да, мы почти родственники. Ой, то есть дальние! Да, дальние родственники.

Свистнул чайник, и тут же в дверях послышалось такое родное и запыханное "Здравствуйте!"

–Да что ж вы в таком виде-то. Ну, что это, Юлия Михайловна, джинсы драные, кофта зеленая, вся растрепанная. Вы откуда вообще ехали

–Из школы, 711 школа на окраине.

–Надо будет и туда съездить, документы подготовленные уже. Расскажите по поводу ремонта нам что-нибудь, интересно. Так-то выглядит поприличнее.

–Ну, вот смотрите, мы стены покрасили, цвет не броский, но и не просто белый. все дыры заштукатурили, потолок побелили, линолеум отмыли, жвачки отскребли. Окна утеплили, новые жалюзи у нас, новые плинтуса, двери починили. В общем, косметический ремонт.

–Молодцы, теперь другое дело. Юль, а что у вас зрачки такие расширенные, вам не плохо?

–Да нет, я бежала просто сильно, там хроническое у меня и от этого идет.

Ах как умело Юлька врет! Молодец. Хотя частично правда.

Вскоре вся проверка уехала и можно было в спокойном темпе возвращаться обратно домой. Дом, милый дом.

Эти несколько дней были настолько тяжелыми, что Юля и Егор в буквальном смысле приползли домой.Все мокрые, уставшие, вонючие, а их встретила не стабильно чистая квартира, а просто полнейшая свалка, посреди которой на краснющих коленях стоял Очкарик в окружении множества людей в церковных одеяниях. Девушка не знала, чему удивляться больше - столпотворению батюшек или стойкому запаху канализации, исходящего из их квартиры, в особенности от фикуса. Кажется, она нашла разгадку

–Я побоюсь узнать, что, блять, здесь происходит? – не выдержав сие абсурда все же выпалила красноволосая

-Исповедь, девушка, исповедь, - ответил самый разодетый и, видимо, главный из всех этих мужчин

-Да какая нахуй исповедь, начальник, блять, он обосрался! – она аж резко оживилась

–Девушка, не надо сквернословить. Может, именно вы посланник Христа на землю. А вы так нецензурно выражаетесь, ну, как так можно, – с явным смешком, не отрываясь от выслушивания пороков Очкастого в духе украденной булочки за десяток рублей, ответил священник.

Юля вообще не поняла этого прикола про сына божьего, ее интересовало несколько вопросов: исповедался ли челкастый в убийствах, почему он испражнялся именно в ее любимый фикус, что за странный запах исходит из ее комнаты, что за доска, накрытая покрывалом с изображением собаки из мультика и почему осколки от бутылок были выложены в какой-то символ? Небольшая часть вопросов развеялась с заходом девушки в комнату, где на ее кровати, бережно замотанной целлофаном, лежал расчлененный труп в остатках свернувшейся крови. Как вдруг Егор очень вовремя решил зайти в комнату

–Блять, Егорушка, стучаться не учили? Я тут переодеваюсь может.

Благо там стоял шкаф! Иначе пареньку бы снились эти свернутые в сердечко кишки. Его, кстати, Юленька в итоге отправила домой вместе с батюшками, чтобы он не видел дальнейших действий жестокого характера.

–Вот, Юленька, онли четыре ю! – чернолицый с широчайшей улыбкой указал на сердце из кишков, – Очень романтично, правда ведь?

–Ты нахуй в мой любимый фикус насрал, уродина. Я тебя ненавижу. Я тебя убью и твои кишки так же сверну, – акцентируя внимание на обращении к нему твердила она, постепенно переходя на крик, - Сначала ты начал пить, обещал, что не будешь. А я тебе не верю! Если бы ты не появился в моей жизни, я бы уже давно сдохла спокойно, а не с тобой мучалась.

–Вот знаешь, Юль, ты определись. Сначала обижалась на меня за то, что я сравнил тебя с твоей матерью и сестрой, а сама вот в точности как эта шлюха. Мне тоже обидно, Юля, – в порыве этого чувственного рассказа Очкарик разбил стоявшую бутылку на столе

–А, даже так? А знаешь, чем я еще на мать похожа?!

Ее никто никогда не видел с такой улыбкой. Ужасающей, дичайшей, маньячной. Хотя она весьма спокойно вышла на кухню, но вернувшись в комнату с ножом стало уже не до смеха.

–А знаешь, чем я еще на мать похожа?! – красноволосая приставила нож к его горлу, –Отец умер, семнадцать ножевых, сука, на моих глазах. Я помню каждую каплю крови, каждый сантиметр его плоти. Мать ему глотку перерезала, я тебе сука тоже самое сделаю, раз я на нее так похожа! А перед приговором застрелюсь, чтобы за тебя, мразь такую, не сидеть.

Весьма драматичный момент. Но стоит напомнить, что Юля Очкарику чуть ли не в пупок дышит, да и он очень сильный и смелый кто-то там – ему выбить нож и скрутить шаловливые ручки хрупкой девушки - легкотня.

-Кто кого еще зарежет, – такой улыбчивый обычно челкастый очень серьезно ушел.

У него было множество дел, много. Надо было найти женщину. Читатель, если вас хватило удивление, мол, "Очкарик и женщину?" , то не спешите ставить ему клеймо женонанавистника после падения вниз головой. Эта особь женского пола, работая диспетчером службы спасения, решила, что если звонят дети, то это обязательно ложный вызов. Два мальчика сгорели заживо в страшнейшем пожаре. И ей ничего за это не было! А кто же еще, кроме нашего Робина Гуда в криминальном мире будет восстанавливать справедливость?

А тем временем княжна наша Юлия Михайловна сидела на полу в закрытой комнате и думала. Как вдруг обратила внимание на угол, которого ранее в ее комнате не было. Кровать, на ней тело, а за ним, в углу, иконы. Всяко разные, красивые иконы. Золотые, расписные. "А вдруг это все было не случайно? Эти батюшки, эта исповедь, эти иконы. Они ведь не будут разбрасываться словами. Значит, я наверное и правда посланница божья. Это я что, зачатая непорочно? Да ну нет, моя мамка та еще шлюха. Ой, нельзя же материться. Или шлюха – это не мат? Лучше не буду даже думать, а то мало ли, вдруг все же нецензурщина. Надо искать молитвы! Если я посланник божий, надо ведь это как-то обозначить?"

Спустя полчаса Очкарик, зайдя в это страшное место, лицезрел что-то там шепчущую себе под нос на коленях сожительницу. Мешать он не стал. Но молчать дольше двух минут слепой не смог

–Ты ужинать то хоть будешь? Пожалуйста.

–О, милый мой Очкарик, нету времени и сил, сердце мое не предрасполагает прогнуться под грехом чревоугодия.

–Упаси Господь такое да увидать.

-Не упоминай имя Божье просто так! – она погрозила пальцем как на маленького ребенка в детском саду, – Лучше вот, давай со мной, помолимся Христу.

–Да епт твою мать, Юля, ты че опять пей вода, ешь вода – срать не будешь никогда? У меня пока тебя не было унитаз твоей блевотней прорвало.

–Нет. Но, Очкарик, ты сейчас не поверишь и скажешь, что я дура, но. Я посланница Божья.

-Ага, а я тогда балерина большого театра, – кот Базилио сделал соответствующее движение и ушел со словами "Так бы и сказала, что есть не хочешь"

–Ступай с Богом, не мешай мне исполнять акты богослужения, раз не понимаешь меня.

–Так бы и сказала куда идти надо, к чему все это, – слепой ушёл обратно по своим крайне важным делам.

Как вдруг, откуда не возьмись (как бы клишированно это не звучало) послышался поставленный женский голос. Альт, как будто бы.

–Это крайне похвально, что ты наконец-то решилась к нам вернуться. Все любят благодарность, и я не исключение. Мы видимся с тобой довольно часто, хотя и знакомство было давненько.

Наша с тобой первая встреча, Юленька, случилась 497 557 053 секунды назад. Ах, были времена! Как вчера помню. Хотя могу и ошибиться, уж стара я стала. Стара как мир.

Мое имя крайне длинно и уже давно стало другим. И глаза навсегда потеряли свой цвет. Я полагаю, ты и не помнишь, кому принадлежит сей божественный голос. Я Струна.Мой напарник - Смотритель – на данный момент восполняет свои силы путем ужасного людского сна. Вот знаешь, как говорил Цвейг "Обычно ненавидят тех людей, кому причинили зло". Но я им зла не причиняла! Они сами себя обижают, а затем все перекладывают на нас – невинных богов, задача которых и так довольно тяжелая – оберегать этих жалких людишек. Но ты не такая, ты одна из нас, только лишь посланная на это гнилое место для стабильности. Самое главное – никого не оповещай об этом, все действия должны оставаться между нашим квартетом.

Если ты не будешь сотрудничать с нами, то в следующий раз мы тебе не поможем. А ты хочешь жить, уж я-то знаю. Не смей противоречить, не будь как они! Меня зовет Корень, обсудить твои будущие действия. Пока все, что я могу тебе сказать – молись и не ешь слишком много, будем переходить постепенно."

Вот знаешь, читатель, сейчас тебе может показаться, что книгу можно закрывать, ведь из правдивой и грустной истории о двух не особо здоровых друзьях это все перелилось в некачественную фантастику, а сей голос окажется партнером будущего мужчины Юли. Но, нет, автор конечно плох, но не так ужасен, как вам, возможно, кажется. Он сам не любит читать романы. А превеликоуважаемая Струна позже сама раскроет вам страшную, очень страшную тайну своей сущности.

Красноволосая делала все по указаниям – молилась, много не ела, спать легла рано. Все по заповедям женского голоса.

По утру пришлось идти на работу вместе с Очкариком, который у школы благополучно свернул в сторону гаража. Что-то там с машиной было, в целом, стандартное явление. Но зачем ему револьвер для починки автомобиля?

В гараже уже все было готово. Круглый стол, шесть стульев, на седалище главного лежали пули. Вечером сей план обернется в реальность, и, если повезет, один из нас не умрёт.

В школе же был полнейший хаос – многие обсуждали позавчерашнюю ситуацию с насваем. Кое-кто очень умный, с, оказывается, класса под временным руководством Юли, так как их рыжая женщина болеет, решил кидать снюс прямо на уроке географии. А там не то, что такими вещами заниматься, там дышать неправильно нельзя! Девушка решила найти брата, чтобы выяснить все из первых уст, а не от орущей директрисы. Искать особо долго не пришлось – весь класс, включая паренька, сидел на уроке русского языка.

–Доброе утро, – постучавшись, Юленька зашла в класс, – Я извиняюсь, что отвлекаю, но надо донести важное объявление. Сегодня в шесть часов вечера будет родительское собрание по поводу ситуации в среду. А так как Дарья Валерьевна на больничном, вести его буду я, но прошу родителей явиться на него! Обсудим саму ситуацию и разберемся с документами. И еще, Слава, выйди на минутку.

После этих слов куча шумных детей удивительно замолчали.

–Че было в среду? Расскажи, на меня вчера ваша мымра только наорала, что я за вами не слежу.

–Да бля, там Максим прям на уроке у Нинки начал парить и кидать под губу. Она это заметила, разоралась, позвала какую-то тетку, а она директора. Как оказалось, у них целая шайка кидающих по разным классам, но часть у нас. Юль, а можно я с тобой пойду, у тебя же сейчас урока нету, я заманался слушать про несклоняемые фамилии

–Пошли, но если кому-то пизды дадут, виноват ты будешь.

Только что провинившаяся нецензурщиной девушка мастерски отпросила брата, мол, надо срочно по делу, там к тому, ко второму, к третьему, к десятому. Но самым верным решением оказалось пойти пить чай в пустующий сегодня кабинет Юлии Михайловны.

–Юль, а че это за таблетки? – глядя на загадочный блистер в руках, попутно сербая чаем, поинтересовался мальчик

–Успокоительные, а то заебали вы все меня. Дед приехал, этот бухает и в цветы срет, в колледже все заебали, тут заебали. Везде письки, письки, снова письки, опять письки. Это из "Интернов", если что.

–О, а что за дед?

–Нуу, так-то тебе он никто. Это отец моего папы, ты его и не видел ни разу. Мамка наверное единственное, что тебе про него могла рассказать, так что он козел, мразь, и вообще убила она его за дело.

–В смысле убила?

–Ну, да..?, – девушка аж замешкалась, – Мамка папку убила, ей условку дали, мы с Надей уехали к деду в Одессу, несколько лет там прожили. Ты не знал чтоль?

–Впервые слышу

За такими и другими важными делами время медленно шло к шести часам вечера.

Тем временем Очкарик продолжал усиленно готовиться к мероприятию, ориентируясь на доску с планом. Поздним вечером все уже были в сборе.

–Всех пришедших сюда приветствую. Прошу считать наше шоу с русской рулеткой открытым! Фанфары, господа, фанфары! Скажу сразу: живых здесь не останется, умрете вы все. Так что, выпьем же за это! Итак, господа, не будем медлить, давайте же мы с вами познакомимся. Меня вы все прекрасно знаете, а если нет, то смею посочувствовать. Так давайте я вас всех между собой познакомлю! Начнём мы, парни, с вас. Итак, поприветствуем Гадюкевича Бориса Иваныча, который безжалостно накачивал малолетних цыганских детей наркотическими веществами в целях попрошайничества. А, Гайдукевич? Сути дела не меняет. Эх, Борька, что ж ты творишь-то, Борис Иваныч. Дети цыганские они же тоже дети. На соседнем синем стульчике сидит Воробьев Никита Алексеевич. Наш воробушек решил, что потомство женского пола не его песня, поэтому будет уместно положить свою малолетнюю дочь в морозилку! Что ж вы, господа, ахаете и охаете, сами-то не лучше! Вот, справа от Бориса сидит уважаемый Кондратий Иваныч Перепелкин. Дедуля, с виду ты такой хороший, а пленных нахуя в Афгане мучал? Да-да, знаю я все твои зверства. Может, это из-за тебя я ни разу не увидела своего деда? А?! Дамы, а вы что нос воротите? Регина Львовна, вы хоть в курсе, что если в 112 звонят дети – это не значит ложный вызов. Что ж вы, Регина Кадкина, плачете, плакать надо было, когда ребенок из-за вас заживо сгорел. Да, а как иначе? И вот наша последняя звёздочка - Смусева Настасья Петровна. Скажу вам так, Настенька, безжалостно убить сынулю за его ориентацию – не героический поступок. Не снится вам ваш Коленька? А мне вот снится! Итак, раз все в сборе, можем начинать! Раунд, раздача, и крутится волчок. Но сначала предлагаю выпить по чашечке чая. Вам всем с сахаром, я правильно помню?; Вместо сахара в напитки было подсыпано сильное снотворное **, которое начинало свое действие сильно не сразу.

А что же там у нашей барышни-крестьянки? Да все то же самое. Полным ходом шло довольно недлинное собрание родителей.

–В целом-то мы все вопросы с вами обсудили. Что я не сказала, то вам Дарья Валерьевна напишет в группу, если есть, что еще спросить – говорите, постараюсь ответить, – Юля потерла глаза от усталости и поправила свои держащиеся на божьей воле очки.

–А почему наши детки должны заниматься на физкультуре на улице? Они же заболеют!

–Ирина, извините, но это не ко мне. Да и тем более, в апреле и мае всегда занимались физрой на улице, никто не болеет вроде бы. Я бы вам сказала про математику, но у вашей Алины с ней все хорошо, сказать нечего.

Дальше женщина продолжала возмущаться, но уже не к Юленьке. В уже пустом классе к учительскому столу подошла тучная тетка. Именно что тетка, не иначе! С противной ухмылкой, в розовой футболке с черным солнцем и с крайне знакомыми заплывшими глазами.

–А вот скажи-ка мне, Юля Михайловна, что ж ты резко решила контакт со Славой наладить? Не видела десять лет, а тут как здрасте.

-А ты хули его пиздишь как тварь последнюю? – девушка аж переменилась в лице, – Ладно я, я была нежеланная, я тебе всю жизнь испортила, а он-то что? Его отец не отбирал у тебя бухло, я-то помню!

–Юль? – прервал сию замечательную беседу появившейся в дверном проеме Вячеслав, – А ты скоро уже закончишь?

–Да я уже в целом. Анна Михайловна, попрошу вас выйти из кабинета, мне надо закрыть его на ключ.

На удивление, она даже не стала спорить и просто молча ушла. Собрав все вещи, эти двое тоже вскоре потопали до сначала магазина, а потом квартиры Нади.

-А ты в курсе, что твоя сестра проституткой была? – между рядов с молочкой поинтересовалась красноволосая

–Надя? Нет

–Так спросил, будто было на кого еще подумать, честное слово. Кефира еще возьми, пожалуйста, вон того, с зеленой крышкой.

Рудольф Альбертович был крайне рад приходу внучки и какого-то мальчика в драных джинсах. Познакомились, посидели, чаек попили, но неожиданно Юля покинула их. В квартиру – Очкарика нету. Телефон – недоступен. Где же этот гад в столь важный час? Егор звонит, дескать, обшарил все пивнушки, нету его. Где же, где же!

В то же время в гараже раздался очередной выстрел. Уже два тела медленно холодели напротив игрового стола. Музыкальный репертуар был крайне разнообразен, конечно, подготавливал ведь Очкастый. Была даже слащавая песенка группы, название которой чем-то смахивает на термин френдзона, начатая со слов "бутылочка, крутись, ну, давай, бутылочка, крутись", но наш стиляга, отвахнувшись, гордо заявил, что это не его, а Юлино. А вот и она, ровно после третьего выстрела в Регину Львовну.

–Мы его ходим ищем, вон, аж Егор на гвозди присел, а он тут в игрушки играется. Заканчивай давай, тебя кефир дома ждет.

–Юль, ну, я скоро, домой приду сегодня. У меня тут остались детоубийцы одни, я недолго.

–Бля, как ты меня уже заебал. Иди домой уже, Декстер импортозамещенный.

Темнота поглощала всю улицу, лишь под тусклыми разрисованными фонарями было видно что-то кроме отражения из окон и луж. В одиночку ковылять, перепрыгивая ужасные лужи не только тоскливо, но даже элементарно страшно.

–Что же ты так, Юленька, не поддерживаешь свой статус, – начал уже знакомый женский голос, – Как-то неподобающе божьему посланнику ругаться матом. Хотя, тебе все можно. Только вот есть одно маленькое условие, я не думаю, что тебе будет тяжело его выполнить. Оно грязное, неприятное, но ты ведь можешь сделать все ради меня, ради моих товарищей? Тебе нужно будет сделать так, чтобы заместо тебя эту грешную и бездушную материю покинуло иное существо, похожее на тебя. Вот, я даже уже нашла кандидата. На третьем этаже в коробке лежит такой бело-рыжий котенок. Лиши его жизни. Разрежь его тело и посмотри, что это, на самом деле всего лишь плоть. Убей. Убей. Убей. Убей, – последние слова подхватил и мужской голос, который преследовал ее вплоть до начала жертвоприношения.

Его последний звук был крайне жалобным, но даже это не смутило потомка Христа. Разрез. Ей было все равно, она не понимала, что сейчас копошится в органах невинного котенка. И даже крайне весёлый Очкарик, бесшумно (по ее меркам) зайдя, мгновенно сменился в лице.

—В моем доме живодёры жить не будут! – он аж заорал, что не особо частое явление, – Иди нахуй, Юля, блять, свалила нахуй, чтобы я тебя не видел до смерти твоей, сука. Иди, я что, неясно выражаюсь блять?!

Могучие ночные степи. Возможно, им очень повезло жить на окраине города, ведь до них можно дойти пешком без особого напряга. Юлька шла, таблетки действовали. Юля шла, ковыляла, ползла и упала без чувств около железнодорожных путей.

Лишь стук колес локомотива оберегал её еще не совсем мертвое тело. Или уже нет.