Искусная баба под каре без лифчика
![](/file/710435c9ebbdeaab1a0f2.gif)
⚡ 👉🏻👉🏻👉🏻 ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻
Искусная баба под каре без лифчика
Цвет фона
черный
светло-черный
бежевый
бежевый 2
персиковый
зеленый
серо-зеленый
желтый
синий
серый
красный
белый
Цвет шрифта
белый
зеленый
желтый
синий
темно-синий
серый
светло-серый
тёмно-серый
красный
Размер шрифта
14px
16px
18px
20px
22px
24px
Шрифт
Arial, Helvetica, sans-serif
"Arial Black", Gadget, sans-serif
"Bookman Old Style", serif
"Comic Sans MS", cursive
Courier, monospace
"Courier New", Courier, monospace
Garamond, serif
Georgia, serif
Impact, Charcoal, sans-serif
"Lucida Console", Monaco, monospace
"Lucida Sans Unicode", "Lucida Grande", sans-serif
"MS Sans Serif", Geneva, sans-serif
"MS Serif", "New York", sans-serif
"Palatino Linotype", "Book Antiqua", Palatino, serif
Symbol, sans-serif
Tahoma, Geneva, sans-serif
"Times New Roman", Times, serif
"Trebuchet MS", Helvetica, sans-serif
Verdana, Geneva, sans-serif
Webdings, sans-serif
Wingdings, "Zapf Dingbats", sans-serif
Насыщенность шрифта
жирный
Обычный стиль
курсив
Ширина текста
400px
500px
600px
700px
800px
900px
1000px
1100px
1200px
Показывать меню
Убрать меню
Абзац
0px
4px
12px
16px
20px
24px
28px
32px
36px
40px
Межстрочный интервал
18px
20px
22px
24px
26px
28px
30px
32px
========== Все то, что я знаю про это ==========
На жизнь Лара не жаловалась. Точнее, конечно, жаловалась, но делала это тихо, поэтому для окружающих она вовсе не жаловалась на жизнь. Ларе был двадцать один год, а из полезного для общества она совершила едва ли больше написания курсача про секс. Впрочем, курсач про секс был весьма хорош. На защите ей так и сказали:
— Лариса, знаете, ваша курсовая хороша! — И поставили отлично.
Особыми навыками Лара тоже не обладала. Нет, конечно, умение анализировать произведения зарубежной литературы и понимание того, что не любить «Преступление и наказание» — не самый тяжкий грех, были неплохим дополнением к ее анкете на Тиндере. Там так и было написано: «Умею анализировать прочитанную литературу и точно знаю, что нелюбовь к Достоевскому не делает меня дурным человеком».
Зато Лара была мечтательницей: она верила в то, что однажды кто-то бесстрашный ворвется в ее жизнь и вырвет из заурядной действительности, конечно, буквально через несколько абзацев, Лара проклянет свою мечту, но пока я пишу этот фрагмент, она мирно спит и продолжает мечтать.
Лару нельзя было назвать глупой, скорее наоборот, ее нужно было назвать умной, но какой-то особой необыкновенностью она, увы, не обладала. Зато Лара точно знала, что через год пытка высшим образованием будет позади и она радостно и безоглядно распрощается с Русью-матушкой и без каких-либо сомнений упорхнет прочь, в Азию, где станет преподавать английский страждущим, а годам к двадцати шести выйдет замуж и к тридцати будет матерью двоих, а если сложится, то и троих чудесных деток.
В то утро, надевая длинную юбку и симпатичную блузку, Лара еще не знала, что является самым везучим человеком двадцать первого столетья и из всего разнообразия одежды выбрала самое подходящее для той самой воли случая. Она вышла на улицу с четким планом на жизнь, но без малейшего понятия, что делать сегодня. Она пошла к Эрмитажу. Весь Питер делился для нее на «перед» и «за» Гостинкой и вот «за», по какой-то неведомой лично мне причине, избегала.
К Эрмитажу, к слову, она шла не просто так: там работал один очаровательный историк с невероятной харизмой и кудрями. Что в нем было более невероятным: кудри или харизма — мне, опять-таки не известно, однако Лара упорно следовала к Эрмитажу.
Страшное, о котором, собственно говоря, пойдет речь в этой монументальной работе, случилось случайно, как могло бы случиться у Кафки, которого могла бы купить Лара, если бы пошла в Подписные, а не ждать появления харизматичного и кудрявого на Дворцовке. Так вот, суть не в кудрявом, а в том, что случилось страшное, ради которого мы здесь собрались.
Лара переходила дорогу возле цирка и, как она вспоминала позже вечером два столетия назад, что-то ее ослепило. Что-то вот очень сильно ударило ей в глаза, а потом она в буквальном смысле слова выскочила из-под кареты. Карета в Питере — явление редкое, но предсказуемое. Неладное Лара заподозрила, когда ей навстречу проследовала миловидная барышня с зонтиком. Конечно, миловидная барышня в центре Питера — явление, в отличии от кареты, даже не редкое, а весьма рядовое. Но что-то в этой барышне заставило ее подумать:
— Черт! Забрела на съемки. — Она ускорила шаг, пытаясь найти выход с площадки. — Наверняка сейчас еще от какого-нибудь менеджера попадет.
Она спешила по малолюдной улочке, не в силах вырваться из фильма. В какой-то момент ей стало казаться, что она во сне или она в конец сошла с ума, что в целом, для нее было весьма ожидаемо. Лара нырнула в приоткрытую арку. Она не хотела признавать, что какая-то беда снова произошла именно с ней. Лара тяжело вздохнула, приказала себе успокоиться. В конце-концов, что за бредни про путешествия во времени? От этой идеи она отмахнулась особенно агрессивно.
Собрав всю волю в кулак, она сделала шаг из полумрака подворотни и была облита поливальной машиной.
— Очевидно, я сошла с ума. — Заметила Лара и вздохнула с облегчением, вновь спеша к Эрмитажу.
— Так ты все ж гулящая? — вновь спросила прабабка по отцовской линии, когда Лара в четверг той же недели принесла ей продукты.
Когда-то давно прабабка по папиной линии сказала Ларе, что та будет гулящей. Примерно тогда же, а точнее несколькими мгновениями позже, Ларина мама заявила, что у старухи просто маразм и маленькой Ларе не стоит навещать неприятную родственницу.
— Бабуль, ну мы же тебе объясняли, — начала Лара, — что я даже в отношениях не состою.
— Я знаю, где был закопан клад, — заявила старуха.
Прабабка по папиной линии плохо сохранилась. Никто точно не знал сколько ей лет и откуда она взялась в папиной линии. Вроде как она сестра мамы папиной мамы, но это была не точная информация. Все просто знали, что она довольно близкая родственница с квартирой в центре города, а природа ее возникновения в жизни семьи мало кого интересовала.
— Какой клад? — Ларе нравилось проводить время со странной старушкой, собственно говоря, только ей и нравилось.
— С бумагами и ключами! — Недовольно заявила прабабка и добавила: — чисть следующий апельсин!
— Хочешь сходить за ним? — Иногда Лара вывозила дряхлую родственницу на природу.
— Так его там нет, — пожала плечами она. — Я же сказала, что знаю, где он был, а не где есть. Но я бы на твоем месте адресок запомнила.
— Только тебе нужно будет очень быстро за ним сходить, — предупредила прабабка, — а то дня не прошло, как его уже забрали. — Она постучала по пустой тарелке: — так где апельсин?
— А где клад? — улыбнулась Лара и все же положила апельсин, прихватив дольку.
— Эй! Перестань есть мое имущество! И так все заберешь.
— Завещаешь мне свою квартиру? — хихикнула девушка.
— Это и так твоя квартира. — Хмыкнула прабабка. — Если, конечно заберешь клад.
— И где же клад? — Ларе нравилось не понимать о чем идет речь.
— В этом самом дворе, будет лежать ящик ровно день, а потом уже не будет. Поэтому как поймешь, что тебе негде жить, нужно быстро его забрать.
— Это уже было! — Разозлилась старуха и, насупившись, укуталась в палантин. — Ты меня, Лариса Константиновна, совсем не слушаешь.
— Я правда пытаюсь понять, но что-то не получается. — Она чмокнула прабабку в сморщенный лоб.
Прабабка по папиной линии умерла в конце лета.
Одним солнечным днем Лара прогуливала вуз. Погода стояла прекрасная, поэтому девушка следовала своим любимым маршрутом по набережной, через Дворцовый мост и затем к своему дому за экономическим факультетом, прихватив попутно кофе, который она, к слову, ненавидела пить, но любила покупать.
И снова с ней случилось страшное, о котором и есть вся эта история. Переходя дорогу возле цирка, она снова была чем-то ослеплена, а затем влетела в чьи-то объятия.
— С вами все хорошо, милая барышня? — Лара подняла свои девичьи глаза, на нее смотрели мужские и темные.
— О, простите, что-то… — Ее взгляд пробежал по костюму мужчины и затормозил на шляпе гвардейца.
— Простите, я на площадке? — уточнила она, понимая, что снова сходит с ума.
— Нет-нет, вы возле Фонтанки, милая барышня. — Поспешил объяснить мужчина.
— Очевидно, что я возле Фонтанки! — возмутилась Лара. — Что вы здесь делаете?!
— Иду на Невский… — Растерялся явно не злой мужчина.
— То есть просто идете и ничего не снимаете? — продолжила задавать наводящие вопросы Лара.
— Сегодня, конечно, жарко, но не думаю, милая барышня, что буду вынужден что-то снять…
— Твою мать! — Заявила Лара слишком громко и бросив скупое: — Простите! — Умчалась в сторону дома.
Бегала Лара отлично, можно сказать, что это был один из ее лучших навыков. Широкие брюки путались и затрудняли движенье, свитер явно хотел быть скинут, но она не сбавляла темпа. Девушки в красивых платьях никак не могли убедить ее в происходящем, а вот то, что она увидела на месте своего дома, повергло ее в ужас.
Не было больше экономического факультета, были казармы. Какой-то солдат, проходя мимо, отпустил нелестную шутку о ее внешности. Она даже не одарила его взглядом. Солдат решил, что она городская сумасшедшая и поделился своим мнением. Лара согласно кивнула и поплелась на набережную.
Ситуация страшная: очевидно, что Лара где-то в прошлом. Нельзя сказать, что она была сильно удивлена фактом перемещения во времени, в конце-концов, девушка читала Воннегута и хорошо понимала, что время это очень непостоянная вещь. Но что Лара знала о времени XIX века? Она знала, что в XIX веке использовали альтернативную энергию, знала, что был потоп, который уничтожил всех мамонтов и великанов. Она тяжело вздохнула, осознавая, что ей стоило уделять больше внимания обычной истории, а не альтернативной.
Она прислонилась к оградке Таврического сада. Нужно было что-то решать. Пропустить стадию принятия и понять, как не попасть в местную психушку, тюрьму или рабство. Очень непонятная история выходила.
========== Желтого билета не имею ==========
Что делать дальше решать нужно было быстро, а, главное, правильно. Лара точно знала, что с ее внешним видом проблемы могут подстерегать на каждом шагу. Это вам даже не начало ХХ века, это гребанная допотопная или постпотопная империя. Она тяжело вздохнула и огляделась, в поисках своевременного решения, впрочем, такового не последовало.
Лара была достаточно гибкой и лояльной, чтобы пропустить истерику по поводу своего сумасшествия или перемещения во времени: слезами горю не поможешь. Конечно, ее подруга придерживалась иной позиции и считала, что как раз слезами горю и поможешь: начнешь плакать и кто-нибудь тебя спасет. Лара не обладала техникой плача во имя спасения, поэтому она молча встала и пошла вперед.
— Что я имею? — Продолжала она. — А ничего я не имею!
Это было не совсем верное утверждение, потому что в ее сумке валялся айфон, тетрадки с недописанными конспектами по литературе, новенький спрей VS с блесточками, права, ключи от машины, несколько ручек, фломастер, косметичка, терафлю и еще ряд всякой мелочи. Ну, конечно, для XIX века она имела ничего.
— Эй, бродяжка! — Окликнули ее. — Пошла отсюда. Срамота-то какая! Баба и в брюках!
— Я не бездомная! — Огрызнулась она. — Хотя… — На мгновение Лара задумалась: — Спасибо!
Она вскочила на ноги и опять хотела пуститься в бегство от пугающей действительности. Лару остановил ее же внешний вид.
— Нужна юбка. — Рассудила она. — И волосы бы подобрать.
Да, в этом Лара была права: путь ей предстоял долгий и тернистый, еще и через Невский проспект. Она чувствовала себя дворовой кошкой, которую любой может шугануть, и она вынуждена жаться к земле и прятаться за машинами. Свой путь Лара прокладывала по самым узким, самым тихим улочкам, когда в одном из дворов заметила сушащееся белье. Иногда она была склонна к спонтанным решениям. Одним из таких стало вторжение в чужой двор.
Ворота, волей случая, были, конечно же, закрыты. На них даже был замок, но Лара была не из тех порядочных гражданок, которых может остановить знак «Не влезай — убьет» или что-то в этом духе. Она по-хозяйски подошла к замку и не без удовольствия обнаружила, что замок только выглядит запертым. Ловкое движение руки и вот она уже на месте. Лара воровато огляделась, ведь собиралась воровать и, поняв, что опасности нет, деловито принялась за осмотр висящего гардероба.
Одежда была так себе, но ее взгляд остановился на тонком светлом платье, в котором она наверняка замерзнет, но точно сможет влезть в него самостоятельно. Выбор сделан, Лара уже уверовала в свое везение и безнаказанность, как кто-то внезапно заорал:
Лара ойкнула и решила не дожидаться личной встречи с голосом. Она побежала. Нерасторопный потерпевший что-то орал ей вдогонку, но главным преимуществом России, как всем известно, всегда была стабильность, поэтому полиция реагировала одинаково оперативно во все времена. Так или иначе, но Ларе удалось избежать правосудия на этот раз. Конечно, оглядываясь назад или забегая вперед, здесь уж как посмотреть, буквально совсем скоро, а может и не очень, Лара пожалеет о том, что ее не поймали за руку с этим платьем.
Найти тихое и безлюдное место в центре города в разгар рабочего дня, впрочем, если бы Лара удосужилась посмотреть на часы, то ужаснулась от того, что стрелки неумолимо двигались к шести, в любом случае, даже в такой час найти укромное местечко ей удалось бы с трудом. Однако она нырнула в очередную подворотню и, понадеявшись на то, что провидение вновь будет к ней благосклонно, начала спешно стягивать с себя свитер. Раздеться целиком она не решилась, поэтому неловкими движениями начала прокладывать дорогу в балахон.
Единственное, на что Лара надеялась — она по ошибке не стащила сорочку, знала она такие истории, когда после окончания ВОВ некоторые малопросвещенное дамы выходили в свет, облачившись в шелковые сорочки. Конечно время все стерпит, и спустя немногим больше полувека Лара и сама ходила в клуб, прикрыв наготу голым платьем. Но не нужно быть гением, для понимания того, что в консервативной империи хождение в пижаме не оценят.
Она задрала юбку и начала освобождать ноги из брючных тисков, когда заметила на себе чей-то любопытный взгляд.
— Милая барышня? — спросил утренний мужчина, который ловил ее после выпада из родной реальности. — Работаете?
— Вообще или сейчас? — Автоматически уточнила Лара, пытаясь, наконец, избавиться от штанов.
Собеседник замялся, поэтому Ларе пришлось брать инициативу в свои руки:
— Вы не могли бы смотреть менее внимательно? — Она наконец стянула остатки одежды.
— О, простите! — Он быстро отвернулся, покачнулся и для Лары все встало на свои места.
— Что на Невском наливали? — усмехнулась она, одергивая юбку, которая вполне могла бы быть и длиннее.
Неразговорчивый собеседник только усмехнулся.
— Милая барышня, могу ли я узнать ваше имя? — Он снова пошатнулся.
Лара, как ни в чем не бывало, принялась засовывать современные вещи в сумку, огромные размеры которой до сего момента были непозволительной роскошью.
— Лара, — она вытащила резинку из сумки и начала вертеть кичку. — А вас?
— Позвольте представиться, Кондратий Федорович Рылеев, — представился доброжелательный мужчина.
— Ой, ну в таком случае, — она одернула юбку и закинула сумку на плечо, — Лариса Константиновна Вовк. — Девушка приблизилась к собеседнику.
— А вы очень пьяный, раз так долго ведете цивилизованную беседу с барышней из подворотни. — Она усмехнулась.
Справедливости ради, если бы Лара не видела, что стоящий напротив джентельмен пьян, она бы наверняка вела себя чуточку скромнее. Но раз уж он пьян, то вполне можно позволить себе чуть больше. Здесь еще можно отметить, что Лара никогда не была из слабых женщин, боящихся мужчин. Возможно, конечно, она была из глупых женщин, которые недооценивали противника, но факт остается фактом, мужчин она не боялась.
— Так куда вы теперь? На Невском вы уже сегодня были, — Лара начала идти вперед, потому что, на минуточку, она спешила в дом своей прабабки.
— Очевидно, что мой долг проводить вас, — он немного пошатнулся.
— Вас качает, — заметила Лара, беря его под руку, — возможно, это мой долг вас проводить?
Кондратий Федорович с сомнением покосился на Лару:
— Не могу не спросить, вы девка?.. — Спросил он и сам смутился.
— Типа, как там это называется, есть ли у меня желтый билет? — Оскорбилась, но не до конца Лара, потому что, а чего она ожидала, если стягивала портки в подворотне.
— Ну, даже если дадите денег, желтого билета не имею, по крайней мере сегодня. — Она отдалилась от собеседника.
— Я все еще имею намерение вас проводить.
— В таком случае, мне на Мойку. — Лара снова ускорила шаг. — Пойдемте! Я вообще-то спешу.
Лара согласилась на эту компанию лишь из соображений безопасности: с молодым человеком не в своем времени как-то спокойней. Конечно, возможности стать в чьих-то глазах шлюхой увеличивались, но, как говорится, игра стоит свеч.
— В какой части Мойки вы живете? — Спросил Кондратий Федорович после продолжительного молчания.
— Которая у Невы и суда. Я плоха в номерах домов.
— Ну да, рядом с Исаакием, там где памятник Петру.
— Но там нет суда. — Заметил Кондратий Федорович.
— Как нет? — Удивилась Лара, которая буквально два месяца назад смотрела оттуда разводку мостов. — А как же конституционный суд?.. Ах точно, — вздохнула она, — у вас же нет конституции.
— Не берите в голову, я здесь буквально первый день и еще не успела адаптироваться. — Она постаралась как можно скорее сменить тему разговора, понимая, что даже при общении с пьяным человеком, позволяет себе слишком много.
Несколькими поворотами позже они уже выходили на набережную Мойки.
— Ну, так мы с вами, Лариса Константиновна, соседи, — заметил Кондратий Федорович, — здесь моя скромная обитель, — он махнул в сторону серого дома.
— А я знаю, здесь же поэт Рылеев жил, ну, который из де. — она осеклась, решив не называть первому попавшемуся имен бунтовщиков, тем более она все еще не знала, в каком году находится. — Один из друзей Трубецкого. — Поправилась она.
— Вы знакомы с Сергеем Петровичем? — Искренне поразился трезвеющий Кондратий Федорович.
— Не лично… — Лара свернула в открытый каретный въезд и тут ее осенило: — простите, а вы тот самый Рылеев?!
— Ну, в том доме живет только один Рылеев, — Кондратию Федоровичу, разумеется льстила известность, даже если признание исходило от такой странной барышни с сомнительной профессией.
Лара смерила мужчину оценивающим взглядом, пытаясь понять, насколько он похож на того, которого видела в учебнике по истории.
— Простите, Лариса Константиновна, вы что-то ищете? — Девушка внимательно оглядывала полупустой двор.
— Ящик, наверное, какой-то клад. Поможете? Времени не так много…
— Да не извиняйтесь, — раздраженно прервала Лара, не в силах найти единственную зацепку, которая могла бы ей помочь здесь выжить.
— Нет, ну, это не слыхано, мы имеем право здесь быть? — Начал злиться мужчина.
— Это мы узнаем если вы поможете! Ей богу, вызвались помогать странной девушке, разбирайтесь с последствиями.
Он хотел уйти, но любопытство брало верх. Поэтом он, как мальчишка, начал лазать из угла в угол:
— Это не то, что вам нужно? — Спустя пятнадцать минут старательных поисков его взгляд остановился на чемоданчике, свисающем с фонаря.
— А я откуда знаю? Давайте откроем?
Он привстал на носочки и достал трофей. Разочарованию Лары не было предела: она была уверена, что понятие клад включает в себя золото и драгоценности, здесь:
— Бумажки какие-то, — фыркнула Лара.
— Это ваш паспорт и документы на дом, — растерянно сообщил Кондратий Федорович.
— А, так это мой дом? — Приободрилась она.
— Это дом моей прабабки, она умерла… Не так давно… Не была уверена, что она даст его мне.
— Здесь еще ключи… Это самое странное, что со мной происходило. — Лара выхватила ключ:
— И не говорите! Но это куда интереснее лекции по ли
Профессиональная модель Анастасия в красном платье работает на дому
Темноволосая кошечка уселась на член | порно и секс фото с красивыми девушками
Искусницы, которые отбивают мужей у некрасивых жнщин | порно и секс фото с красивыми девушками