Искушение

В огромном помещении сидел священник, облачённый в соответствующую ему рясу и своеобразную шляпу, скрывающую его очи от мира всего. Сам священник причину такого странного образа оправдывал тем, что лицо его узреть может лишь сам Бог перед скоропостижной смертью. Молитвенный зал был украшен разнообразными узорами и расписными иконами с ликами святых. Еле слышно шепча складные слова, которые друг на друга ложились лёгкой песней, Пугод исполнял вечернюю молитву. Пусть время и было позднее, но ученик Господа всегда делал всё по правилам и старался не пропускать ни единой молитвы.

Вдруг в помещении прошёлся холодок, точно не сквозняк, а что-то иное, странное.

С лица священника тут же лёгкая улыбка пропала, а молитва с шёпота сменилась на мысли. За окном полил прохладный дождь, стены содрогнулись от грозной молнии, и чёрт предстал пред посредником святым. Его угольные глаза смотрели в самую душу, рога большие возвышались над головой, а кожа серая контрастировала с окружающим его белым помещением.

Голос его прозвучал грознее грома, прямо-таки пропитанный силой искусительной:

— Ну что же, надумал ответ свой? — чёрт игриво улыбнулся, хвостом заинтересованно качая.

Пугод же долго мялся, явно нервничая перед бесом адовым, но решение озвучил:

— Я отдам тебе свою душу. Но с условием, — священник от нервов задышал чуть быстрее. — После излечения всех от чумы несносной ты точно ничего плохого не сделаешь с ними!

Демон слегка расхохотался.

— Да нужно мне это, — резко озорной тон Джаста сменился на более серьёзный. — Сейчас нам стоит проговорить все условия для успешной сделки.

Чёрт встал ближе к Пугоду, не отводя глаз.

— Я лечу всех последователей от вашей чумы, а ты, в свою очередь, отдаёшь мне свою душу и принадлежишь мне. — Демон протянул когтистую руку в сторону священника.

— Ну как, сделка? — играючи сказал чёрт.

Казалось, что ноги священника почти уже не держат его, мысли смешались в кашу. Сейчас он хочет пойти против веры, против заветов своей жизни, но смерть его паствы — ещё более худший исход.

Священник сложил руки в молитвенном жесте, начиная шептать извинения перед Господом за помутнение рассудка своего, за связь с воплощением греха адового, но беспомощность перед народом глумила его всё больше и больше.

— Ну что, святой, твой Бог не торопится на помощь? Может, Он просто занят? Или… а вдруг ты Ему не интересен? — Лицо демона исказилось в очередной насмешке. — Знаешь, не каждый день такой шанс выпадает — быть услышанным мной, а не Им!

— Замолчи! Пусть ты и демон, но произносить такое в обители всего святого — ужасно!

Пугод нервничал, нет, откровенно говоря, он начал бояться пуще прежнего. Неужели его заставили усомниться в Божьей благодати?

— Ты всё думаешь и думаешь. Скажу честно, пока ты тут колеблешься, твоя паства уже считает минуты до могилы. Но, конечно, не спеши! Мы ведь с тобой люди (ну, почти) культурные.

Пугод чувствует, как холод касается его кожи, а слова молитвы становятся невнятными, постепенно смолкая. Кажется, что-то почти на подкорке сознания шепчет:

«Ты уверен, что спасёшь всех без меня? Скольких ты уже потерял? А скольких ещё готов похоронить?»

Священник замолк, напряжение возросло, повисая в воздухе, встав непроглатываемым комом в горле.

— Ты… — Пугод запнулся. — Ты же обещаешь сделать всё, что прописано в условиях?

— Ну, я сделаю то, что ты просишь, но разве ты уверен, что другие беды вас не коснутся?

«Ты уже выбрал, святой. Ты уже во тьме. Я просто жду, когда ты это признаешь».

— Я согласен, — почти что лишь губами приговорил Пугод.

— Вот и славно! — словно дитя развеселился бес, начиная всё ближе и ближе подходить к святому.

Свечи в зале погасли, казалось, что вот-вот и иконы с ликами святых разгорятся слезами кроваво-красными.

Демон протянул когтистую руку, священник протянул в ответ. Секунда — и на теле святого проявился узор закорючистый, да явно нехороший.

— Теперь ты — моя собственность, а паства твоя в полном здравии. — Тёмная рука прошлась по щеке тыльной стороной ладони.

Священник на это мог лишь беспомощно дрожать да руки от злобы сжимать.

— Почему ты дрожишь, святой? Я ведь уже дал тебе то, о чём ты молился. Я стал твоим спасением. Разве это не… облегчение?

Пугод отшатнулся, но серые, как пепел, пальцы демона коснулись его плеча. Касание было лёгким, но обожгло, словно холодный огонь. Демон склонился ближе, его дыхание, странно тёплое, коснулось щеки священника.

— Ты упрямо цепляешься за старую веру, — продолжал демон, почти ласково. — Но ты же сам чувствуешь, что она тебя оставила. Посмотри вокруг — эти стены, эти свечи… даже твой голос звучит слабее, когда ты пытаешься молиться. А я здесь. Я — рядом.

Пугод выдохнул, пытаясь сохранить твёрдость, но его руки задрожали. Демон наклонился ближе, его голос превратился в шелест, вкрадчивый и сладкий:

— Хватит бороться. Разве тебе не хочется… покоя? Разве ты не заслуживаешь того, чтобы раз и навсегда отдать себя свободе?

Демон протянул руку, его пальцы легли на ладонь Пугода, сжали её чуть сильнее, чем нужно. Священник почувствовал, как от этого прикосновения сердце замерло, а мысль, что он окончательно переступает черту, стала болезненно отчётливой.

— Ты всегда был верен Ему. Но что ты получил взамен? Я же даю тебе всё. Ты заслуживаешь немного тепла… немного удовольствия.

Демон, параллельно своим словам, прошёлся рукой по спине Пугода, заводя руку под рясу, рисуя там круги. Священник на это слегка отшатнулся.

— Ты уже мой. Все твои мысли, твои желания — они принадлежат мне. Почему бы не признать это?

Священник в своём бесконечном противостоянии отрицательно замахал головой, казалось, что он попросту проглотил язык.

Вторая когтистая рука подцепила пояс, медленно снимая его.

–Ты уже пал, святой. Разве это не сладко – быть свободным от оков? Окунись в это полностью.

Демон прижался как можно ближе, обдавая всё тело жгучим жаром, рука забралась уже под подрясник ища что-то явно более интересное, как вдруг раздалось тихое, более на стон походящее:"Господи.. " отразившееся ото стен.

–Молись, молись, святой. Но разве не чувствуешь, что я - единственный, кто действительно рядом?

–Хватит… Хватит искушать меня. Я не поддамся твоим трюкам.–В голове Пугода был полный хаус, не то разруха. Смесь страха, стыда, искушения и бессилия казалась чем-то необъятным,сбивая с толку.

Демон в один рывок срывает одеяния со святоши, обнажая его на усладу глаз своих

Священник же, поддавшись чарам демоническим выгнулся в сторону рук темно серых, жаждя всё больше и больше ласк.

Джаст уместив того прямо на алтаре начал языками на теле узоры рисовать, помечая каждый миллиметр, обводя ореолы сосков еле кусая их.

Подведя руку к заднему проходу, демон втянул когти и медленно ввёл один палец в анус начиная растягивать нижнего.

Пугод поначалу ëрзал от тупой боли, но по добавлению второго пальца начат слегка постанывать от удовольствия.

Палец за пальцем, и вот напряжëнное колечко мышц уже было растянуто,но демон не спешил останавливаться. Нащупав какую-то точку, от нажатия на которую шляпник выгнулся, глухо простонав он довольный вынул пальцы.

–Ты так напряжён, святой. Почему бы тебе не расслабиться? Я обещаю быть... нежным.–Проворковал демон прижимаясь уже оголëнным пахом к священнику.

–Ты ведь мог бы просто забрать, чего хочешь. Почему ты играешь со мной? –Дыхание сбилось, казалось бы, каждое прикосновения адового творения обжигало похуже огня.

–Ты всё ещё думаешь, что я здесь ради твоей души? Поверь, ты мне нравишься намного больше, чем она.

Джаст начал потихоньку вводить свой член в колечко мышц, обхватив бедра Пугода.

–Я чувствую, как быстро бьётся твоё сердце. Неужели ты уже так увлёкся мной? –Шептал демон.

–Делай, что хочешь. Я больше не могу бороться.-Голос слегка осип, а стоны всё стремительно взрывались наружу- Я уже потерян для Господа, не так ли? Тогда зачем продолжать притворяться?

Демон начал ритмично движения, сжав Пугода чуть ли не до синяков. Казалось бы эти пошлые шлепки и громкие стоны было слышно отовсюду, всё помещения прямо-таки пропахло всей той пошлостью меж ними.

–Ты даже не представляешь, как прекрасно смотреть, как ты сдаёшься. Каждый миг - это наслаждение.

Демон начал хаотично оставлять засосы, помечая Пугода везде где только можно.

–Ты прав… Ты прав, демон. Я чувствую это. Это пугает меня, но… я не могу отвести взгляд...

Святой потянулся к демону, вовлекая того в поцелуй, проходясь языком везде, куда только достанет. Но долго доминировать ему не дали, быстро забрав ведущую роль на себя. Казалось бы, этот момент мог бы длиться вечно, то как их языки бились в смешанном танце, не давая друг другу и шанса на передышку, но всё хорошее имеет свойство кончаться.

–Я не ожидал что ты так быстро дашь заднюю от своих принципов, но так мне нравится даже больше... Ты такой открытый, жадущий... И всё это лишь для меня.. –Демон укусил Пугода в плечо, после зализывая укус.

–Твой Бог, наверное, сейчас ужасно смущён. А вот я… восхищён твоей раскрепощëнностью.

Темп толчков сменился на более резкий и быстрый, стоны всё более громкие словно музыка для демона звучали в помещении. С громким рыком тот закончил прямо на живот святого.

–Святоша ты ведь знал, что падение – это только вопрос времени. Но согласись, падать в мои объятия – это лучший выбор.– Параллельно словам демон укрыл Пугода тем что осталось от его рясы.

–Может, связавшись с тобой я подписал себе смертный приговор, но это было слишком притягательно чтобы отказаться...