Исчезнувшие вогулы

Пермская земля за свою историю становилась родной для разных народов. Не случайно писатель Алексей Иванов, изучая историю реки Чусовой, пишет:

Уральский «котел народов» кипел без передышки.

Сегодня мы поговорим о манси или вогулах, которые несколько столетий населяли часть территории Прикамья.

Самоназвание «манси» принято переводить «люди». Но коми-пермяки, а вслед за ними и русские называли этот народ «вогулы» — «чужие» или «дикари».

 Основная часть манси (вогулов) жила за Уралом (современный Ханты-Мансийский автономный округ). Существуют разные версии исследователей о том, можно ли считать манси коренным народом Предуралья. По одной из них считается, что манси возникли при слиянии древнего угорского народа и коренных уральских племен около трёх тысяч лет назад. Тогда они и расселились на территории Прикамья.

Об освоении этого района в древности манси-вогулами говорит тот факт, что некоторые притоки реки Яйвы носят угорские (вогульские) названия: Скопкартная, Кадь, Ульвич, Ик.

Известным археологическим памятником является Чаньвенская пещера. Её в 1771 году посетил академик Лепехин. Ему удалось записать от местных жителей предание о том, что пещеру использовали манси-вогулы в качестве святилища-капища. Лепехин видел в пещере деревянных идолов, которым в жертву приносили мясо оленей и лосей.

В 1893 году при раскопках в пещере обнаружили большое скопление костей, металлические изображения животных, медного идола, наконечники стрел, фрагменты глиняных сосудов, а также пять арабских монет X века и одну англо-саксонскую IX–X веков.

По другой версии, манси пришли с востока, из-за «Каменных гор» в XI-XII веках. Они выбили древних пермяков с Чусовой, отняли Сылву, Яйву и часть Вишеры. В сборнике «Памятники истории и культуры Пермской области» (1976) о Саломатовском городище сказано:

Городище отражает смену коми-пермяцкого населения угорским в бассейне реки Чусовой в XI–XII веках.

В этот период вогулы были сильны и воинственны. Вогулы оказывали  сопротивление как монголам, так и Новгородской Руси. Первое документально зафиксированное столкновение с русскими относится к XI веку: в 1087 году новгородские сборщики дани в Перми и на Югре были побиты. Сохранились также народные сказания коми и манси о трехдневной битве объединенного войска с монголо-татарами в устье реки Чусовой:

Ни дня, ни ночи не знают, всё дерутся, земля под ногами дрожит, тайга кряхтит, а кровь ручьём бежит в реку Кэс, красит чистую воду в красный цвет. Три ночи, три дня дрались, все с ног свалились: кто от топора-ножа, кто от острого меча и острого копья, а кто от усталости.

Отряд монголов в этом сражении был разбит. Однако письменных упоминаний об этом событии нет, да и место предполагаемой битвы сейчас затоплено Камским водохранилищем.

Первое летописное упоминание вогулов относится к 1396 году, и с этого времени они не перестают напоминать о себе. В 1455 года при одном из своих набегов на зырян они проникают, под начальством князька Ассаяна, даже до Вычегды.

В 1483 году московское правительство, озабоченное беспокойством, производимым этими инородцами на северо-восточной границе, двигает против них военную силу. Воеводы князь Курбский-Черный и Салтыков-Травин нанесли им тяжкое поражение на реке Пелыме, заставили их принять русское подданство и обложили данью. В 1499 году пришлось предпринять новый поход, так как вогулы взбунтовались.

Вогулы часто совершали набеги на земли Перми Великой. Так в 1481 году погиб, защищая Покчу от вогулов, пермский князь Михаил Ермолаич. Вогульскому князю Асыке взять Чердынь не удалось, но погосты были разорены. В 1531 году «пришедшу на Великую Пермь пелынский князь с вогулечами, погосты разорив, а Чердынь не взял».

В 1581 году вогулы в составе войска сибирских татар вновь пришли в Пермские земли. Тогда «пришедшу сибирский царь с вогуличами и югорцы на Пермь Великую на городки на Сылвенские и Чусовские, вотчины Строгановы пограбил. Того же лета пелынский князь Кикек пришедшу с тотары, башкирцы, югорцы, вогулечами, пожег и пограбил городки пермские Соликамск и Сылвенский и Яйвенский и вымские погосты Койгород и Волосенцу пожёг, а Чердынь приступал, но взяти не взял».

В последней четверти XVI века Пелымское княжество, сильнейшее из мансийских объединений, вело войны как с Русской Пермью, так и с Сибирским ханом Кучумом. 

Чусовские вогулы

В бассейне Чусовой вогулы занимались охотой и рыболовством. Эти занятия обусловили большие расстояния между поселениями и немногочисленность жителей в них: на одну семью должен приходиться большой охотничий участок.

После взятия Сибири Ермаком чусовские вогулы стали мирным народом: в летописях исчезли упоминания об их участии в восстаниях. Вогулы всё чаще становятся союзниками русских. Согласно преданиям, именно вогулы были проводниками у атамана Ермака. Русские освободили вогулов от сибирской дани — и наложили свою: ясак.

Как сообщают документы, у вогул были льготы: в солдаты их не брали. Вогулы щедро делились с русскими тайнами своей земли. По легенде, именно вогулы указали рудознатцам Бабиным и Сулееву копи на Медной горе, где потом появился Гумёшкинский рудник. Вогул Степан Чумпин в 1735 году указал русским железорудное месторождение горы Благодать, близ которой появился Кушвинский завод. В том же году вогул Иван Кучумов из деревни Копчик на Чусовой указал Татищеву место для Ослянской пристани.

В 1736 году вогул Боляк Русаев указал угольное месторождение на реке Турке (ещё в 1697 году он «объявлял» русским меднорудные месторождения на речках Бырма, Бабка и Бым). В 1737 году вогул Иван Новосёлов из деревни Бабёнки (тоже на Чусовой, ныне — Заречная) указал два месторождения горнового камня — на бойце Мултык и возле речки «Колыхтан».

В 1738 году вогул Иван Белов указал дорогу от горы Благодать до Чусовой — будущий Гороблагодатский тракт. В том же году вогул Пётр Шахманаев указал дорогу от пристани Ослянка до города Кунгура (Кунгурский тракт).

Некрещёные вогулы отрицательно относились к отступникам. Так, Степан Чумпин, в 1735 году открывший русским богатейшее месторождение железной руды в Кушве, был, по преданию, сожжён соплеменниками.  

Однако к XVIII веку в подавляющем большинстве вогулы на Чусовой крестились, но продолжали втайне поклоняться своим божествам. Крещение сняло религиозный запрет о смешанных браках, началась ассимиляция. Уже в XVIII веке чусовские вогулы повсеместно перешли к землепашеству, хотя рыбалка и охота занимали у них куда большее место, чем у русских. К концу XVIII веку на Чусовой остались считанные мансийские деревни.

Здешнее селение в 1773 году посетил учёный Иоганн Георги и назвал манси «деревней обруселых вогул».

По устройству жилищ своих, по образу жизни, по одежде, они совершенно русские крестьяне, и, будучи весьма склонны к пьянству, празднуют, когда есть деньги, все русские праздники. Хлебопашеством они совсем не занимаются, но держат несколько домашнего скота. Главное их занятие — охота; кроме того они зарабатывают несколько денег на соседних заводах лесными работами, чрез что могут покупать себе муку и уплачивать подати.

Но Горнозаводская Цивилизация наступала. В Прикамье основывали заводы, открывали рудники, строили деревни. Леса шли под топор, и вогулам нечем становилось жить. Вогулы начали вымирать, уходить с Чусовой.

В 1881 году по Чусовой с караваном проплыл Мамин-Сибиряк. Он описал своё путешествие в очерке «Бойцы». И там сказано, что на Чусовой осталось всего две вогульские деревни — Бабёнки и Копчик.

В XX веке вогулы с Чусовой исчезли. Деревни Копчик уже нет, а Бабенки стала русской деревней Заречная.

Вишерские манси

Ещё одним местом расселения манси в Прикамье была Вишера. В 1607 году царь Василий Шуйский наложил на 35 мужчин-манси, проживавших на Вишере, ясак: четыре сорока и 15 соболей, то есть 175 соболиных шкурок. Не менее того взяли местные власти. А в 1599 году верхотурский воевода писал в Москву такое  письмо:

Посылаю с подъячим с Ондреем, с Ермолиным нашей ясачные и поминочные казны и десятильные пошлины 30 сороков и 24 соболя, и в том числе, два сорока и семь соболей с пупками, 22 сорока и 16 куниц, четыре недокуни, 24 бобра, 10 гагче ярец, 11 выдр, две подчереси, 70 лисиц красных, 659 белок, два волка, шубенко белье, счерево без пупков, 98 пупков собольих...

Это только часть ясака, сданного 120—150 мужчинами-манси.

В 1787 году на Вишере ещё насчитывалось три вогульских деревни. Из работы И. Н. Глушкова «Чердынские вогулы» мы узнаём, что чердынские вогулы были последними, принявшими христианство. В 1851 году чердынские вогулы «были собраны в деревню Сыпучую на Вишере, где была в то время часовня, и изъявили готовность креститься. Всего крестилось 76 мужчин и 46 женщин». 

К концу XIX века вогулов и на Вишере почти не осталось. Профессор Крылов, совершивший путешествие по Вишере, писал:

Раньше здесь вели полукочевую жизнь вогулы, которые ещё около двухсот лет назад владели верховьями этой реки начиная от Писаного Камня. В настоящее время осталось мало следов от их пребывания на Вишере, между тем как в народной памяти сохранились ещё довольно живые воспоминания о местах бывшего жительства вогулов и о сношениях с ними. Некоторые старики-охотники, живущие и поныне, в своей молодости видели разрушенные временем остатки некоторых вогульских юрт, разбросанных по берегам Вишеры и её притоков, выше современной деревни Акчима.

В начале XX века На Вишере оставалась одна полуобрусевшая мансийская деревня Усть-Улс. Манси ушли на восток.

Вишерский Урал — последнее место в Прикамье, где ещё можно встретить представителей древнего народа манси. Здесь располагались родовые угодья мансийского рода Бахтияровых. После смерти в 1997 года предыдущего главы рода Николая Якимовича Бахтиярова его подросшие сыновья забросили свой старинный оленеводческий промысел. Ныне вишерские Бахтияровы не имеют собственного стада и обеспечивают себя в основном за счёт работы в заповеднике. Сейчас на землях родового угодья осталось только двое мужчин из рода Бахтияровых.