Ирис в дождливые дни (Новелла). Глава 3.2
RanobeLibБатарея – 03:45:32
Мы шли вдоль реки.
Волков с хрустом давил прибрежные камни. Я покачивалась у него на руках в такт шагам.
Впереди расстилалась бескрайняя песчаная отмель, слева текла черная река. Без уличных фонарей казалось, будто мы движемся по темному туннелю.
Что ждет впереди? Докуда мы доберемся?
Ночная тьма будто просачивалась под металл корпуса, отчего становилось не по себе.
Спустя некоторое время шагавшая немного позади Лилит принялась напевать веселую песню. Я немного успокоилась. Да уж, одна бы я уже давно сидела где-нибудь и ревела в голос.
Вскоре она замолчала...
– Ирис, можно попросить тебя кое о чем?
– О чем? – посмотрела я на нее с рук Волкова.
– Продолжи историю.
– Какую?
– «Третьесортный демон Везер Дарк».
– Но у нас нет книги.
Лилит немного помолчала.
– Но ты же запомнила ее, да?
– Что? – удивилась я.
– Ты прочла ее всю и выучила наизусть, правильно? Я все знаю
– А, ну... – замялась я.
– Значит, ты настолько плохо видишь?
Я сглотнула. «Дождь» на мгновение прекратился, но потом снова полил.
Из-за его завесы на меня смотрело обеспокоенное лицо Лилит. Она нахмурилась было, по потом подбадривающе улыбнулась.
– Мы все это время были вместе, поэтому я знаю. В последнее время ты стала ронять обломки и неуверенно передвигаться.
Она была права.
Эти дни зрение стремительно ухудшалось. Сквозь «морось» я еще видела, но «ливень» полностью перекрывал обзор белыми вертикальными полосами. И он лил все чаще.
Я прочла книгу, пока совсем не ослепла. Не хотелось прекращать наши приятные собрания.
– Прости, что заставила тебя волноваться.
Лилит покачала головой, тряхнув хвостом из волос..
– Не извиняйся... Ты прочла все до самого конца?
Я кивнула.
– Тогда я еще раз попрошу тебя рассказать, что дальше случилось с Дарком, – необычайно вежливо произнесла она, подняв голову
– Да, хорошо.
Кто бы мог предположить, что мы займемся чтением, когда на хвосте висела погоня. Однако безделье только нагоняло ненужные волнения. Полагаю, Волков разделял наши чувства.
Мы бесцельно шли во тьме по открытой местности и не знали, в какую секунду нагрянет полиция.
Эта история была нужна как воздух.
История о счастливых моментах жизни демона в черном, который обычно валял дурака, но на самом деле понимал многое, и о серьезном, но неуклюжем в общении серебряном кольце.
Я завела повествование.
Собрание клуба полуночного чтения началось.
– «Фло Сноу задрожала от изумления. Да, Дарк сделал новое кольцо для нее».
Я пересказывала седьмой том серии, «Подарок демона».
Лилит в процессе то и дело стонала и восклицала. Державший меня Волков тоже похмыкивал. Слушатели подобрались ярые.
В шестом томе волшебное кольцо Фло Сноу потеряло уверенность в себе и сбежало из дома – замка демона. В первой половине седьмого тома автор поведал, что Дарк сотворил себе новое кольцо.
А во второй он открыл, зачем Дарк создал его.
Оно должно было послужить новым «сосудом» для Фло Сноу. Давным-давно душа Фло покоилась в храме мира демонов, но ее пробудили и заключили в кольце. После долгих лет старое вместилище износилось, Дарк заметил это и сделал новое. А из замка он отлучался, чтобы собрать все компоненты.
– «Дарк нежно сказал: "Моя любимая Фло Сноу, я хочу преподнести тебе подарок". Он показал ей прекрасное белое колечко, сделанное из кристаллов в форме снежинок. "Теперь тебе ничто не будет угрожать. Ты будешь жить вечно". Тронутая Фло не знала, что и ответить. Однако в этот момент...»
После того как Дарк перенес Фло в новое кольцо, с его телом начали происходить странные изменения. Причина была проста: он истратил все запасы магической силы.
– «Тело Дарка медленно растворялось среди частичек света. Фло пришла в себя после секундного изумления и воскликнула: "Ах, Дарк, прошу тебя, не уходи! Не оставляй меня!" Дарк нежно взял ее в руку. "Фло, прости меня. И спасибо за все, что ты для меня сделала. Я... – он обратился шаром света и в последний раз улыбнулся ей. – Я всегда любил тебя". А затем демон Везер Дарк исчез среди ярких искр, которые взмыли в небо и исчезли».
Седьмой том закончился. Я замолкла. Рядом слышались всхлипывания.
– Лилит?
– Дарк... – Лилит вытерла слезы и проговорила недовольным тоном. – А я думала, конец обязательно будет счастливым...
Я вдохнула.
Минут пять мы шли молча и, наверное, вспоминали лучшие моменты истории.
– Остался восьмой том. Последний... – нарушила тишину я.
– Погоди, Ирис, – подняла руку Лилит. – Давай в другой раз. Жалко будет, если мы закончим все сейчас. Да и... – тут она не выдержала и снова заплакала.
– Хорошо.
– Не возражаешь, Волков? – спросила у друга Лилит.
Здоровяк покачал головой.
Собрание закончилось. Мы по-прежнему шагали через темный туннель. Никто не знал, что ожидает впереди.
Лишь тихо журчала река, и шумел «дождь».
Батарея – 02:14:17
Подходящее укрытие нашла Лилит.
К тому времени почти рассвело, и мы начинали волноваться
– А это не вход в городскую канализацию?
Девушка указала на заросший кустарником ржавый люк под мостом. Я сразу вспомнила, как Дарк выбирался из замка через такой же лаз.
– Волков, попробуй открыть его.
Исполин схватился за крышку и со скрежетом поднял ее.
Открывшаяся темная дыра манила нас спуститься в подземный мир.
– Что теперь? – спросила я, глядя туда.
– Как что? Идем внутрь, – ответила Лилит. – Скоро рассвет.
– Но ведь... – начала я, посмотрев на Волкова.
– Ах да...
Подруга тоже поняла, о чем я. Мощный робот ни за что бы не пролез в шахту метрового диаметра.
– Что поделать, поищем другое место, – вздохнула Лилит, отказываясь от идеи пройти через канализацию.
– Я... остаюсь, – внезапно пробасил Волков.
– Чего? – сделавшая несколько шагов Лилит обернулась. – О чем это ты?
– Я... остаюсь... Ты и... Ирис... идите.
– А? Ты хочешь, чтобы мы ушли первыми?
Волков кивнул.
– Дурак. Ты что, крутого из себя строишь? – хлопнула его по руке Лилит.
Однако наш друг не ответил, а просто положил огромную руку ей на плечо.
– Т-ты что делаешь?
– Здесь.
– А?
– Погоня... здесь.
Стоял самый темный час перед рассветом.
В небе, куда смотрел Волков, мигали бесчисленные «звездочки».
– Эй, это же военные!
Огоньки увеличивались. Вскоре я разглядела вертолеты, шарящие по земле лучами прожекторов.
– Лилит... быстрее.
– О чем ты говоришь? Мы сбежим вместе!
– Я... остаюсь, – возразил Волков, усилил хватку, и потащил Лилит к люку.
– Эй, эй, Волков! Пусти меня! – воскликнула девушка, вырываясь, но тот ее не слушал.
– Военные... идут за... мной.
Он и меня подтолкнул следом.
В этот момент наши взгляды встретились. Я прочла в его глазах немую мольбу. Возможно...
– Лилит, пойдем, – потянула я ее за руку.
– А ты почему его поддерживаешь?!
– Прошу, прислушайся к чувствам Волкова.
– Я...
– Сломан, – внезапно сказал Волков. – Я... сломан.
– Чего?
Лилит уставилась на него с неприкрытой тревогой.
Исполин невозмутимо объяснил:
– Я... загорелся... в грузовике. Контур... безопасности... сломался. Поэтому... я... использовал... оружие. Поэтому... он... запустился.
– Кто запустился? – осторожно уточнила Лилит, боясь услышать ответ.
– Код самоуничтожения, – пробасил Волков.
Девушка вытаращила глаза.
За время нашего знакомства Волков ни разу не солгал и не пошутил.
Держась за лестницу, я снова подняла взгляд. В квадратных глазах гиганта горела молчаливая решительность.
Он боялся. Боялся, что он, военный робот, доставит нам проблем.
– Ты же шутишь? Ты же только что выдумал этот код самоуничтожения... да? – качая головой, умоляюще спросила Лилит.
– Это правда. Прощайте.
Волков начал задвигать крышку, отгораживаясь от нас.
– Волков, нет! Не решай все сам! Мы убежим вместе!
Наш друг посмотрел на меня.
– Ирис, позаботься о Лилит.
Я кивнула. Мы бы его не остановили, сил не хватило бы.
Но Лилит сдаваться не собиралась.
– Хватит, прекращай! Пусти меня! – кричала она, отталкивая руку Волкова.
Но тот, пресекая сопротивление, посмотрел ей прямо в глаза.
– Волков?
Встревоженная девушка замерла. Время вокруг них как будто остановилось.
– Лилит, – произнес Волков, причем не отрывисто, а плавно, как настоящий юноша. Его следующие слова прозвучали как признание. – Я рад, что повстречал тебя.
Лилит округлила глаза. Ее губы задрожали, будто она силилась что-то сказать.
Однако Волков не дал ей и слова вымолвить и толкнул ее вниз.
– Ай! – вскрикнула она, падая в канализацию. Я полетела следом.
Волков с грустью в глазах захлопнул крышку, и все исчезло.
Батарея – 02:01:40
Мы подняли большую волну и закружились в водовороте.
– Уа-а-а!
Я вынырнула и, беспомощно загребая руками, понеслась по течению. Без ног никак не получалось прибиться к берегу.
– Ирис!
Вынырнув рядом, Лилит оттащила меня за руку к бортику, потом выбралась сама и помогла вылезти мне.
Нас отнесло метров на сто.
– Кха, кха!
Опершись о пол левой рукой, она закашлялась, отплевывая воду.
Я тем временем осмотрелась. Мы были на бетонной дорожке, бегущей вдоль кромки воды.
– Вот о чем он думает?! – разозленно воскликнула Лилит.
– Г-г-г... – издала я странный звук. – Лилит... г-г...
Похоже, вода попала внутрь и замкнула цепи.
– Ты как? Ох, вся насквозь промокла.
Девушка подняла меня и встряхнула. На ноги ей вытекла струйка воды.
– Вот засада! – нахмурилась она.
Но Лилит просто напускала на себя бодрый вид, а сама то и дело бросала взгляд вверх по течению.
Туда, где остался Волков.
Я тоже посмотрела в ту сторону. Дорожка обрывалась, не доходя до лестницы, а вода текла слишком быстро. Мы при всем желании не могли попасть обратно.
Немного подумав, Лилит решилась.
– Пойдем, Ирис.
– Пойдем, – негромко отозвалась я.
Подруга взвалила меня на спину и понесла.
Батарея – 01:49:52
Мы молчали очень долго.
Я осознавала, что только торможу Лилит, поэтому попыталась хоть как-то помочь – включила фонарик и осветила дорогу.
«Что же стало с Волковым? Вступил ли он в бой с военными? Сработал ли код самоуничтожения?»
Лилит, наверное, думала о том же самом.
Но десять минут спустя она неожиданно сказала:
– Все-таки он такой медленный. Со зрением у него нелады, со слухом, даже с речью.
– Угу...
К чему это она?
– Военная служба, конечно, тоже оставила след, но дело не только в ней, – она понизила голос. – Еще и во мне.
– Как так?
– Раньше на стройке было очень много бомб. Каждый день взрывалось по три робота... Посуди сама, в таких условиях все будут брать только те обломки, которые не похожи на бомбы, да?
Она перехватила меня поудобнее, и я обняла ее.
– Но не он, – дрожащим голосом продолжила подруга. – Он специально носил все, что походило на бомбы.
– Зачем? Это же самоубийство.
– Угу, самоубийство. Какой бы прочной ни была его броня, повторяющиеся взрывы постепенно разрушали ее. Однако он не унимался. И знаешь, почему?
Я промолчала.
– Из-за меня, – беспомощно проговорила она. Я никогда не слышала у нее настолько убитого тона.
– Какой же он дурак. Постоянно твердил, что взрывы ему не страшны, и еще помогал мне носить. У него портилось зрение, слух, речь, но он носил и носил. Я сказала ему прекратить. И знаешь, что он ответил?
Она продолжала идти быстрым шагом, как будто пыталась избавиться от чего-то.
– Я... буду... носить... бомбы, – передразнила Лилит. – И с Лилит... ничего... не случится.
Ее голос сорвался.
– Я... буду... рад...
Внезапно девушка остановилась.
– Какой же он... дурень...
На мою руку упали слезинки и стекли на пол.
«Я... умею... убивать, – прозвучали в голове его слова. – Но не умею... жить».
Я вспомнила, с какой грустью говорил он тогда.
Однако Волков ошибался. Он нашел смысл жизни.
Он встретил Лилит, носил ради нее бомбы, сражался с полицией и даже с армией.
«Я рад, что повстречал тебя», – признался он при расставании.
Теперь мне все стало ясно.
После списания он потерял цель в жизни. И снова обрел ее после знакомства с Лилит.
Подруга все еще плакала.
Я чуть сдвинула руки и обняла ее так же, как доктор меня когда-то.
Вскоре мы услышали приглушенный взрыв.
Вероятно, только что нашего верного товарища разорвало на куски.
Батарея – 01:28:13
Дувший в канализации холодный ветер на мгновение стих.
Лилит остановилась.
– Лилит?
Она принюхалась и обернулась ко мне. В уголках глаз еще блестели капли слез.
– Ты ничего не слышала? – прошептала она.
Я выкрутила чувствительность слухового аппарата на максимум.
Шум «дождя», ветер, журчание воды и...
Топот.
Шаги множества ног.
– Похоже, они никак не уймутся, – прикусила губу девушка.
Ее плечи подрагивали. Раз военные спустились в канализацию, то сдерживавшая их сила пропала. Мы не решились озвучивать догадки вслух. Лилит снова расплакалась бы, да и мне стало бы не по себе.
Лилит прибавила ходу. Мы петляли по канализационным туннелям в свете моего фонаря. Изредка эхо доносило голоса людей.
– Смотри! – шепнула подруга. – Выход.
Лестница в стене вела к люку, очень похожему на тот, через который мы спустились сюда.
– Мы уже в Овале?
– Думаю, да.
– Что будем делать?
– Пойдем наружу... Здесь нас рано или поздно найдут.
Топот и голоса становились все громче.
– Держись крепче.
Лилит схватилась за скобы и принялась карабкаться наверх.
Через тридцать секунд мы уперлись в круглый металлический люк – выход из канализации.
Поскольку Лилит держалась единственной рукой за скобу, право открыть крышку досталось мне. Через образовавшуюся щель хлынул дневной свет.
Когда я сдвинула тяжелый блин наполовину, девушка высунула голову и огляделась.
– Повезло!
Она сдвинула люк в сторону, высадила меня и сама выпрыгнула следом.
Из-за резкой смены освещения долгожданная поверхность выглядела особенно яркой.
Мы очутились в каком-то проулке между домами. Всюду валялся мусор, стояли лужи грязной воды. Где-то вдалеке рычали машины.
Лилит закрыла люк и победоносно воскликнула:
– Начнем второй акт побега!
«Наконец-то мы ускользнули из лап военных», – выдохнула я.
Однако мы были слишком наивны. Следовало ожидать, что возле люков окажется охрана.
– Пойдем, Ири...
Договорить Лилит не дали.
Ее тело пронзили сразу два луча света.
Батарея – 01:24:41
– Ай!
Лилит упала как подкошенная.
– Лилит!
– У-у!..
Съежившись на земле, она прижала руку к груди. Вытекающее из ран масло расплывалось лужей «крови».
– Не двигаться! Это приказ! – прогремел в проулке яростный крик.
К нам бежали двое мужчин в военном обмундировании, вооруженные лазерными винтовками.
– Опа, еще один.
Меня заметили.
– Этого тоже в расход?
– Да, давай.
Они обсуждали мою смерть таким тоном, каким обычно говорят об обеденном меню.
Ствол винтовки уперся мне в лицо. Он еще дымился после выстрела.
«А-а, я умру?» – задалась вопросом я, глядя в дуло.
Как и в разборочном цехе, смерть вновь казалась нереальной. Сознание поплыло куда-то в область грез...
Как вдруг...
– Га-а-а-а-а-а-а!
С диким воплем Лилит вскочила, повалила одного из мужчин, воспользовавшись замешательством второго, схватила меня за руку и понеслась прочь.
– Стоять! Это приказ! – послышалась сзади знакомая команда, но девушка продолжала мчаться вперед, будто порыв ветра.
Мы выбежали из переулка и оказались на широкой улице, по которой ехал поток машин.
– А-а! Что это?! – завопила какая-то женщина.
Неудивительно. От меня осталась только верхняя половина, а однорукая Лилит истекала маслом. Прохожие зашумели. Военные тоже не сидели на месте.
Мгновение подумав, подруга выскочила прямо на дорогу.
– Куда ты?
– Поедем на нем! – указала она на маленький грузовик, стоявший перед светофором.
Загорелся зеленый свет, он тронулся с места. Лилит закинула меня в кузов и прыгнула следом.
Мы снова сбежали.
Батарея – 01:16:56
Несмотря на постоянное завывание сирен, грузовик ехал через город без остановок.
– Лилит, Лилит, ты как? – в отчаянии кричала я.
Она скривилась от боли. В груди и животе зияли дыры размером с кулак. Трубки плевались маслом и метались, точно обезумевшие змеи.
– Ирис...
– Ч-что?
Я наклонилась ближе, чтобы слышать отчетливее.
– Вылезаем из машины сразу, как проедем оживленные улицы, – хрипло проговорила она.
– Но...
Несмотря на отсутствие ног, мои главные контуры остались целы.
А вот Лилит была серьезно, нет, смертельно ранена. И судя по мощному потоку масла, лазеры повредили важные узлы.
Тем не менее она поднялась, отхаркивая черное масло.
– Лилит!
– Я в норме, – ответила подруга, вытерев рот тыльной стороной ладони, и через силу улыбнулась. – Это пустяки.
Ага, пустяки, особенно учитывая стекающее из ран масло.
Минут через пять грузовик миновал центр города и вывернул на пустую дорогу в пригороде.
– Ладно, спрыгиваем.
Лилит обняла меня. Я поразилась ее стойкости, одновременно проклиная свою беспомощность.
Улучив момент, когда грузовик замедлился, девушка выпрыгнула... хотя, скорее, вывалилась из кузова. Водитель ничего не заметил и укатил.
Кое-как поднявшись, Лилит осмотрелась. К счастью, вокруг никого не было.
– Давай войдем внутрь.
Она махнула в сторону старого дома, на воротах которого висел плакат с названием агента по недвижимости и словом «продается».
Мы нетвердым шагом вошли на территорию и оказались во дворе – заросшем сорняками пустыре.
Лилит опустила меня и легла под карниз. Теперь случайные прохожие не заметили бы нас.
– Лилит... – выдохнула я.
Подруга совершенно обессилела. Видимо, она неудачно сгруппировалась при приземлении, потому что из ран на теле торчали провода и трубки, извивающиеся и постреливающие искрами.
«Такими темпами ее батарея...»
– Хе-хе... Вот же зараза... – слабо проговорила она, прикоснувшись к груди. Попытка запихнуть все обратно закончилась неудачей. – Ирис.
– Что?
– Вот...
Она сунула руку в дырку и достала небольшую квадратную коробочку, в которых обычно содержали пластиковые карты.
– Открой ее.
Я откинула засаленную крышку и увидела прямоугольничек с названием знакомого банка.
– Банковская карта? – взглянула я на подругу.
– Да. Пароль – эйч ар эм ноль один девять, мой серийный номер.
Ничего не понимаю. Зачем мне ее карта?
– А на дне... – тихо продолжала Лилит. – На дне листок бумаги, да? Разверни его.
Послушавшись, я увидела карту района Овала. Один участок был обведен карандашом.
– Это магазин мусорщика, – сказала подруга. Из уголка рта потекла струйка масла. – Помнишь, я рассказывала о роботе по имени Лайтнинг?
Лайтнинг... Кажется, это робот, похожий на Волкова, с которым Лилит работала у мусорщика.
– Иди туда и попроси его починить тебя.
– Х-хорошо.
– Будь осторожна по пути. Постоянно прячься. Лучше всего под машинами. И еще...
– П-погоди, – взволнованно перебила я. – А разве ты не пойдешь со мной?
– Глупая... Ну куда мне в таком состоянии.
– Когда я дойду, то пришлю кого-нибудь за тобой. Просто подожди...
В этот раз она перебила меня.
– Ирис, послушай, – решительно перебила Лилит. Ее глаза постепенно гасли и мутнели. Батарея практически разрядилась. – Я уже все.
Мое сердце сжалось.
– Лилит, не говори так. Я попрошу владельца магазина, и тебя...
Она затрясла головой. По шее потекла какая-то жидкость.
– Нет, без денег тебя не починят. Ни за что.
– Лилит, не могу же я просто взять и бросить тебя, – умоляюще проговорила я.
– Забудь про меня, – упрямо возразила девушка. – Иди давай.
Но я не могла и не хотела оставлять ее одну.
– Нет, – твердо ответила я и протянула ей коробочку. – Одна я никуда не пойду. И не возьму это.
И...
![](/file/d850dc6ea06cd1c21fb99.jpg)
– Ирис Рейн Амбрелла! – Лилит схватила меня за плечо, страшно округлив глаза. – Сними уже розовые очки!
Под ее яростным напором тело само собой сжалось.
– Ты должна жить! С этой картой тебя отремонтируют! Но со мной уже все покончено! Починят только тебя!
– Н-но ведь!..
– Наберись смелости! Без нее ты в одиночку не выживешь! Мир не так прост! Будешь слабой, живо отправишься на свалку!
Она закашлялась, обрызгав меня маслом, и крикнула:
– Давай, иди! Быстрее!
– Но... Но!..
– Ирис, хватит ломаться! – воскликнула она, глядя затуманенным взором.
Однако я держала ее за руку и повторяла, как избалованный ребенок:
– Нет, я не хочу...
После недолгих уговоров Лилит ласково улыбнулась и коснулась замасленной ладонью моей щеки.
– Ирис, позволь тебе кое-что сказать... – назидательно проговорила она. – Мир... намного сложнее, чем ты думаешь... Ты удивишься, но лазеек очень много, выжить сможешь даже ты. Главное, не стой на месте.
Она провела тонкими пальцами по моему лицу.
– Не волнуйся, ты и одна проживешь... Будь уверенней. Ведь... – Лилит посмотрела мне прямо в глаза и прохрипела. – Ты робот, которого любили до самого конца.
После этого силы покинули ее тело.
Я молчала.
Лилит говорила правильно. Я жила в своем собственном мирке, и не знала, что делается вокруг, а вот она познавала все на собственном опыте.
Однако я до сих пор не могла согласиться с парой вещей.
Что делать? Как бы поступила доктор на моем месте?
Да, она бы...
– Лилит, послушай.
Я вспомнила кое о чем, вытащила из грудного отсека памятный портсигар, открыла крышку и достала сигарету в форме восьмерки.
– Доктор говорила, что мы совсем как сигареты-восьмерки. Смотри, ее можно разделить на два круга.
Я переломила ее пополам. Обычно завязывающий курильщик приканчивает одно кольцо, а второе использует в качестве пепельницы.
– Смотри, поодиночке это всего лишь два нуля, но вместе они образуют восьмерку. Становятся сильнее. Совсем как мы.
Эту теорию я услышала от доктора во время одного из наших особых занятий.
Лилит посмотрела на сигареты и едва слышно пробормотала:
– Это просто... игра словами...
Свет в глазах почти погас.
Да пусть и игра, мне все равно. Просто не хочу, чтобы она теряла всякую надежду и умирала.
– Я и доктор, ты и Волков, мы с тобой – мы как сигареты-восьмерки, нас можно сложить. Поодиночке мы никто. Поэтому...
В этот момент мой электронный голос звучал практически как бывший человеческий.
– Я обязательно спасу тебя.
Лилит не ответила.
Она моргнула и закрыла глаза.
Батарея разрядилась.
Батарея – 00:58:34
Я не отрывала взгляда от Лилит.
Внутри понемногу нарастало беспокойство. Изначально нас было трое, потом двое... теперь же я осталась одна и не смела надеяться ни на спасение, ни на помощь.
К счастью, в обозримой близости возвышалось здание университета Овала, где располагалась первая робототехническая лаборатория. Благодаря этому определить примерное наше местоположение не составляло большого труда – скорее всего, в одном из магазинов торговой улицы близ площади Венеры.
Я хотела вернуть карту в коробочку, как...
– Оу...
Заметила внутри маленькую фотокарточку.
Три человека: по центру Лилит в очаровательном платье, по бокам – мужчина и женщина лет тридцати. Вероятно, супружеская пара.
Лилит улыбалась широко, счастливо, невинно. Ныне она сильно отличалась от прошлой себя.
«Жестоко, да? Когда нужно – берешь, когда не нужно – бросаешь».
Я вспомнила, как равнодушно она тогда пожала плечами.
С фото на меня смотрела семья, представляющая олицетворение счастья. Светловолосый ангел не ведал печалей и горестей, даже не подозревал, какое ее ждет предательство, какое будущее.
В груди кольнуло. Интересно, с той поры улыбалась ли она так же весело? Что чувствовала к прошлой жизни?
Как бы там ни было, она всегда носила у сердца дорогое фото с родителями, которые отказались от нее.
«Будь уверенней. Ведь ты робот, которого любили до самого конца...»
– Лилит...
Когда батарея разрядилась, ее лицо снова стало невинным. Я нежно коснулась обугленной кожи.
Черное масло капля за каплей стекало с моих глаз, точно слезы.
– Я обязательно спасу тебя, – прошептала я слова клятвы.
Обязательно.
После я оттащила Лилит к деревьям и тщательно замаскировала от постороннего взгляда, затем положила коробочку и портсигар в отсек на груди и задумалась.
Если я пойду прямо так, люди сразу вызовут полицию. Не пойдет. Нужно придумать более надежный способ, как добраться до мусорщика. Телефона нет, с общественного тоже позвонить не выйдет. А до площади, на минуточку, около двух километров.
«Площадь?»
Площадь Венеры...
И тут я вспомнила, как мы с доктором шли после фильма через площадь и наткнулись на робота у обочины. Доктор в тот раз еще помогла ему.
А оказался он там...
«Он... прошел через столь темное, узкое место...»
– Сточная канава...
Батарея – 00:43:08
Перед отправкой в путь я «модифицировала» себя.
Пришлось вырвать все торчащие провода и трубки, иначе они постоянно цеплялись бы за все подряд и гремели. Также на выброс пошли все узлы, которые потеряли смысл, когда я осталась без ног. Например, ножной привод. И вес поуменьшился заодно.
После всех манипуляций я дождалась, пока улица опустеет, выползла на дорогу, подняла решетку ближайшего слива и протиснулась внутрь. Труба оказалась довольно тесной, пришлось пожертвовать левой рукой.
Здесь впервые пригодился тот факт, что меня собрали из изношенных деталей: мощного рывка хватило для отделения конечности. Я затолкала ее подальше и двинулась в путь.
Благодаря влажному мху на стенах удавалось перемещаться достаточно быстро.
Я представила, как выгляжу со стороны, и провела аналогию с зомби из фильма.
На углу пришлось притормозить – не пролазила. Но я нашла выход: изогнулась, вывернула руку и смяла голову, а затем принялась короткими толчками продвигаться вперед, каждый раз слегка изменяя положение тела.
Если долго мучиться, что-нибудь получится.
Сверху канаву накрывала металлическая решетка (наверное, отверстия нужны были для стока дождевой воды) размером метр на тридцать сантиметров. Через дырочки было удобно наблюдать за обстановкой снаружи.
Вот так посмотришь, чуть поерзаешь и снова тащишь себя вперед на одной руке.
Через полчаса я добралась до торговой улицы близ станции Овал. Судя по вывеске рыбного магазина, который располагался на восточном краю, до статуи богини осталось примерно полкилометра.
А еще три месяца назад я покупала здесь рыбу для билл-лабилла.
Смешно, но на этом участке я смогла бы ползти быстрее с двумя руками. Непропорционально короткая левая рука уже не мешалась бы.
Очень сильно мешало зрение, точнее, почти полное его отсутствие. Правый глаз ослеп, а левый видел фрагментарно, будто через осколки стекла. Благо,Хорошо, что я хорошо зналадоползла до торговыйого района, а то давно заблудилась бы и сдалась бы. Да, мне пока везетшанс пока есть, богиня хранит меня.
Иногда над канавой проходили покупатели здешних магазинов. В такие моменты я затаивалась и тише мыши ползла дальше.
Вот мимо промелькнула вывеска мясника. И у него я закупалась три месяца назад – взяла говядины на суп. А у зеленщика приобрела лук... Да, навевает воспоминания.
Я вернулась в родные края.
Угол у лавки мясника осталась позади, и я вышла на финишную прямую – главную улицу, в конце которой на фонтане возвышалась статуя Венеры, так похожей на доктора.
Лилит сказала, что магазин мусорщика будет по пути к ней, значит он где-то рядом.
Осталось всего пятьдесят метров.
Я ползла вперед, с силой вытягивая правую руку.
И тут...
«!..»
Тело внезапно потяжелело.
Плохо дело, батарея выдыхается.
Надо спешить.
Быстрее. Еще быстрее.
Тридцать метров.
Еще немного, совсем чуть-чуть.
Двадцать метров.
Как же тяжело и неудобно шевелить рукой.
Десять метров.
Кисть болит, скрежещет все тело.
Давай, шевелись. Ведь еще совсем немного, надо проползти чуть-чуть.
Пять метров. Три...
На месте.
Откинув люк и зацепившись единственной рукой за край, я перекинула себя наружу.
И все стало ясно.
Надежда погибла еще в самом начале.
– Что?
Я не увидела магазина.
На его месте в аккуратном ряде домиков зияла дыра, какая остается после удаления зуба.
Около часа дня...
...я смотрела новости...
«На площади Венеры у станции Овал... – говорил диктор. – Произошел инцидент со взбесившимся роботом».
Слова эхом отдались во внезапно опустевшей голове.
Я просто смотрела в никуда.
«Это что, шутка?»
Как я ни оглядывалась, сорная трава на пустом участке не исчезала, а магазин не появлялся.
«Вы смеетесь?»
Справа – прачечная, слева – канцелярский магазин. Все двери закрыты.
Сомнений нет, кружок на карте указывал именно на это место.
Слова диктора сплелись с моими мыслями.
«Большой робот, работавший в магазине подержанных запчастей неподалеку...»
Магазин подержанных запчастей. Магазин мусорщика.
«Неужели...»
Правда потоком отчаяния затопила разум.
Лайтнинг был тем самым роботом, которого я видела по телевизору. Он взбесился, разнес лавку, а затем его расстреляли у фонтана из лазерных винтовок.
Тот мужчина поднял голову Лайтнинга.
Батарея – 00:05:36
Я застыла на месте.
Я не знала, что делать.
Я положилась на робкую надежду и потащилась сюда.
Я не задумывалась о грядущем.
Доконавший «дождь» лил все сильнее. Застящие взор белые линии прибывали с ужасающей скоростью. Шум поглощал остальные звуки. Я лишалась чувств.
Лоб упирался в дорожный асфальт.
Что мне делать? Лилит, что мне делать?
Вернуться? Невозможно. Не осталось энергии. Если батарея разрядится на обратном пути, меня ждет смерть... Да, батарея, нужно зарядить ее...
И тут меня словно поразило молнией.
Точно, поместье Амбрелла. Там я подзаряжусь и починю себя. Интересно, смогу ли я войти после трех месяцев отсутствия? Да и на месте ли дом?
Я потрясла головой, отгоняя колебания. Нет времени на раздумья, дорога лежит только туда.
Невзирая на усталость, я собрала остатки энергии, подняла руку, вытянула ее и впилась пальцами в дорогу, стремясь с последнему лучу надежды.
Однако...
«Внимание».
Зазвучал электронный голос контура разума. Громкий, самоуверенный. Несущий страшную весть. Как электрокардиограф при остановке сердца.
«До полной разрядки батареи пять минут. Зарядитесь немедленно».
Безжалостный смертный приговор. Невидимый палач отмерил мне всего пять минут.
«Нечестно. Почему так?!»
Я стукнула по дороге рукой. Боль и отчаяние породили вихрь гнева в груди.
Тем не менее я тянулась вперед, силилась ухватить последнюю надежду, впивалась пальцами в холодное покрытие и подтягивала себя. Из отрубленной части снова вывалились трубки. Соприкасаясь с дорогой, они противно скрипели. Однако я подтягивалась снова и снова, снова и снова...
«Осталось три минуты. Зарядитесь немедленно».
Время утекало, рука тяжелела, усилий требовалось все больше. Воздух как будто давил многотонной плитой. Однако я не останавливалась.
«Осталось две минуты. Зарядитесь немедленно».
Пламя силы стремительно гасло. Клятва о спасении Лилит постепенно отдалялась и теряла форму. Душа отрывалась и летела куда-то вдаль.
Сорок секунд, тридцать, а-ах, двадцать, десять...
«Батарея разряжена. Остановка системы».
Ах, вот и все. Я исчезну, исчезнет моя жизнь, жизнь Лилит. Ужасно, не может этого быть, как, как могу я здесь, я, я...
Когда я уже почти погрузилась в пучину отчаяния...
В голове внезапно прозвучал голос:
«Ирис Рейн Амбрелла!»
Величественный, сильный голос.
«Сними розовые очки!»
Он встряхнул меня.
«Ну же, иди! Быстрее!»
– Уа-а-а-а-а-а-а-а-а!
Я закричала. Из горла вырвался нечеловеческий вопль.
Крошечное пламя взвихрилось бушующим пожаром. Я подняла руку.
И...
Что-то стремительно хлынуло внутрь. Отключившаяся система застонала и активизировалась вновь, контур разума раскалился, чуть не плавился. Жаркая энергия побуждала к действию. Я чувствовала себя, как обновленный автомобиль.
Рука пробила слой воздуха и опустилась на дорогу. Вся сила сконцентрировалась в кончиках пальцев, тянущих тело.
«Ирис!»
Слова Лилит толкали меня вперед.
«Наберись смелости!»
От асфальта разлетались искры.
«Без нее ты в одиночку не выживешь!»
Да! Храбрись, Ирис Рейн Амбрелла!
Я мощно выбросила руку. Вперед, только вперед, пусть и на считанные миллиметры. Пальцы цеплялись за дорогу, за будущее, за обещание.
«Мир не так прост!»
Окруженная «бурей», я изо всех сил тянулась к будущему.
«Будешь слабой, живо отправишься на свалку!»
Мысли путались в раскаленном разуме, данные перемешивались. Память предстала разорванным, кружащим в воздухе альбомом. Обрывки разделили мою жизнь на части: счастливое время с доктором, неожиданное прощание, отсечение конечностей, перерождение, переноска обломков, «желудок», «кишки», Лилит, Волков, побег, лазеры, огненный гигант – все это внезапно завихрилось во мне, распирая изнутри.
Но в следующее мгновение...
«А?»
Осколки воспоминаний начали выцветать, кружиться и безжалостно пронзать меня. То были воспоминания из самой глубины разума. Незнакомый дом, незнакомая семья, удары, пинки, огонь, побег, побег, машины, ай, сломанная рука, сломанная нога, раздавило, сплющило, дождь, одна, так одиноко, что это, память, я, не, помню, касание, боль, печаль, все кружится в теле, сжалось, хлынуло, вылилось, а-а-а, ненавижу, ненавижу холод, ненавижу одиночество, почему я забыла, почему я вспомнила, убегаю, из дома, семья ранила меня, убегаю, сбегаю, волочу тело, волочу, попадаю под машину, но волочу, да, тогда, в дождливый день, я, я, я, она, она, она...
И тут...
Внезапно.
Действительно внезапно.
Время остановилось, прозрачной стеной отделив меня от остального мира.
Дождь прекратился.
Батарея – 00:00:00
Шторм, заглушивший все звуки, стих.
Я подняла тяжелую голову и осмотрелась.
«Не понимаю, что произошло?»
Это был белый мир, из которого исчезли все цвета.
Это был тихий мир, из которого пропали все звуки.
Мир, похожий на бесконечное снежное поле.
И впереди, среди этого ослепительного великолепия…
...Стояла она. Доктор.
Что? Почему? Я не верю своим глазам.
Это сон? Мираж?
Но ведь это она доктор, мой доктор. Она стоит там и улыбается мнена самом деле стояла там и улыбалась мне.
Я разрядилась, но чувствовала облегчение, зачарованно глядя на нее и купаясь в море эмоций.
Ах, доктор, вы живы. Почему вы раньше не сказали?
Доктор, ждите, я уже иду.
Кстати, доктор, почему мне кажется, что вы сегодня какая-то не такая?
Почему вы без очков? Забыли их дома?
Почему у вас на шее нет портсигара? А, точно, он же у меня в руке. Сейчас я отдам его вам.
Почему нас вас сегодня белоснежное платье? Оно отличается от вашего обычного белого халата. Разве у нас дома было такое платье?
А, и еще, доктор...
Почему вы стоите в центре фонтана?
![](/file/6083f46d999af1e52c9f0.jpg)