Иран и Израиль (часть 2)

Первая часть цикла посвящена предыстории, как Иран стал теократическим государством, с кем на самом деле воевал и была ли между ним и Израилем настоящая вражда. Теперь о том, когда «холодный мир» закончился, о ядерной программе Ирана, сделке и кто виноват в её срыве.

Канал автора: https://t.me/artjockey

Важно: статья заканчивается ссылкой на мой канал, если вы не видите ссылку, то статья забаговалась, что иногда бывает с ТГ. Попробуйте включить\отключить ВПН или открыть статью в браузере.

Важно: для хостинга картинок я использую сервис thumbsnap.com Если картинки не отображаются, проверьте доступность сайта, в случае необходимости включите\отключите ВПН.

От «холодного мира» к войне

Изначально США и Израиль были для Ирана всего лишь идеологическим жупелом. Таким, который можно поругать с трибуны как символ зла и противоположность собственного особого пути развития. Реальным геополитическим соперником Ирана всегда был Ирак, на тот момент главная сила в регионе, но война начатая Саддамом Хусейном длилась 8 лет и закончилась ничем. Она могла бы позже начаться вновь, но пытаясь решить вопрос с государственным долгом Хусейн в 1990 году аннексировал Кувейт и моментально из защитника свободного мира от исламистов превратился в главного мирового злодея конца XX века, затмив собой Хомейни. Вскоре Ирак был разгромлен первый раз, а спустя десятилетие и второй раз, так основной противник Ирана перестал существовать.

Режиму, подобному тому, что установился в Иране, требуется постоянный внешний враг. Искать его долго не пришлось, он уже был сформирован не только словами, но и делами. Хотя Иран открыто не воевал против Израиля, в рамках попыток «экспорта революции» режим аятолл стал активно поддерживать исламистские и шиитские группировки в разных странах, одной из них стала Хезболла, появившаяся как раз в начале 80-х в Ливане. Ошибкой будет сказать, что её создал Иран, но аятоллы поддержали шиитские террористические ячейки, которые позже оформились в ливанскую политическую партию и военизированную группировку. Также Иран поддерживал Сирию Асадов, которые были алавитами, из-за чего как и персы на арабо-суннитском Ближнем Востоке считались изгоями.

Параллельно Иран начал оказывать поддержку наиболее радикальным исламистам Палестины, позже мы узнали их как ХАМАС. Это происходило на фоне примирения Израиля с Египтом, которые в 1978 году подписали Кэмп-Дэвидские соглашения, положившие конец нескольким десятилетиям вражды и войн, но оставившими Палестину без поддержки Каира. Таким образом шиитское теократическое государство поднимало выпавший у Египта меч джихада и становилось в противовес всем остальным государствам единственным защитником ислама на Ближнем Востоке. ХАМАС — это сунниты, но Ирану это было даже выгодно, получалось, что даже для радикальных суннитов единственной опорой может быть шиитское государство.

Иронично, что ХАМАС поддерживал и Израиль. Причём по очень смешной причине — они рассматривались как гораздо более спокойный противовес ФАТХ, не использующий в своей борьбе террористические методы.

Риторика в отношении Израиля в речах Рухоллы Хомейни была достаточно однозначной, это не просто отказ сотрудничать или признавать государство, а прямые призывы к борьбе, вот несколько цитат:

• Мы должны восстать, уничтожить Израиль и заменить его героической палестинской нацией.
• Кудс [Иерусалим] принадлежит мусульманам и должен быть им возвращен.
• Израиль должен быть стёрт со страниц истории.
• Каждый мусульманин обязан вооружиться против Израиля.
• Иран был и остается непримиримым врагом Израиля.
• Израиль — узурпатор и вскоре покинет Палестину, а путь к этому — в том, чтобы палестинские братья искоренили этот источник порока и колониализма из региона, чтобы мир мог вернуться на эту землю.

В общем, здесь я хочу донести простую мысль: считать, что агрессивный Израиль напал на мирный Иран — большое заблуждение. В этих отношениях изначально Иран был агрессором и не только на словах, но и в делах, прямо поддерживая террористические организации, ведущие войны против Израиля. Причём это была государственная, а не частная поддержка, что отличает этот конфликт от поддержки, скажем, чеченских сепаратистов некоторыми саудовскими бизнесменами, где нет фактов, указывающих на какую-либо роль государства. Сейчас такой вид противостояния называется прокси-войной.

Иранская ядерная программа

Традиционно говоря о странах, которые обзавелись ядерным оружием после заключения ДНЯО, звучит фраза: «такое-то правительство давно интересовалось ядерными технологиями». Иран не будет исключением и впервые доступ к ядерной энергетике Тегеран получил ещё в 60-е при шахе от США, а в 1974 году началось строительство Бушерской АЭС, которое из-за санкций 1980 года было заморожено. Достроили её в 90-е силами России, причём это был сугубо коммерческий проект. Всё это дало Ирану доступ к ядерным технологиям, возможность маскировать работы над ядерным оружием, а также позволило создать научную школу физиков-ядерщиков.

Основной этап работ над ЯО начался после войны с Ираком, то есть в 90-е, и судя по имеющейся в открытом доступе информации ключевым помощником Тегерана стал Пакистан, с которым у Ирана до сих пор союзные отношения. Через Пакистан подозревается помощь Китая, но была ли она прямой — неизвестно. Возможно Пакистан без ведома Китая передавал информацию Ирану.

Сам Пакистан провёл испытания ядерной бомбы в 1998 году. Создание оружия заняло у страны около 30 лет и было ответом на ядерную программу Индии, но стало знаковым событием не только для Пакистана, а и для всего исламского мира. Впервые исламское государство стало обладателем ЯО, Пакистан поздравляли все исламские страны, а Абдул Кадыр Хан, руководивший программой, стал национальным героем с интересной судьбой.

Хан — действительно настоящий учёный, но считается, что значительную часть знаний о том, как сделать бомбу, он спёр, когда работал в Европе. Затем именно через него Иран получил доступ к технологиям, в частности к детальным чертежам центрифуг для обогащения урана. В 2004 году, через год после официальных обвинений Ирана в активной работе над ЯО, Абдул Кадыр Хан был посажен под почётный домашний арест за продажу ядерных технологий, одновременно его самого оградили от преследования со стороны иностранных следователей. То есть публично Пакистан открестился от связей с Ираном, якобы это была частная инициатива учёного, который хотел заработать денег и создал чёрный ядерный рынок, за что его и наказали. Хотя все понимают, что продажа велась с ведома и разрешения правительства, а передача технологий Ирану была не только финансовым, а ещё идеологическим проектом, доказать это так и не смогли.

Доступ к Хану стал темой постоянной политической борьбы в Пакистане, некоторые политики обещали в случае прихода к власти дать разрешение на допрос своего учёного иностранным следователям, но этого так и не случилось. В 2021 году Хан в возрасте 85 лет умер от Ковида и вопрос решился сам по себе.

О том, что Иран ведёт разработку ядерного оружия говорили ещё с 90-х. Одни из первых прямых обвинений Ирана прозвучали в заявлении директора ЦРУ Роберта Гейтса 27 марта 1992 года:

Мы считаем, что Тегеран стремится получить ядерное оружие. Однако, если не будет значительной технической поддержки из-за рубежа, мы считаем, что иранцы вряд ли достигнут этой цели до 2000 года.

Иронично, что в том же докладе Гейтс как проблему обозначил то, что Украина приостановила передачу России тактических ядерных зарядов.

Второе знаковое заявление сделал депутат парламента Израиля и один из лидеров оппозиционной партии «Ликуд» Бениамин Нетаньяху в том же году, заявив, что Иран может создать ядерную бомбу до 1999 года. Затем тот же тезис был повторён в книге Нетаньяху «Война с террором», вышедшей в 1995 году:

По самым лучшим оценкам Ирану потребуется от трех до пяти лет, чтобы получить условия, необходимые для независимого производства ядерного оружия.

В будущем Биби будет регулярно повторять, что Ирану до создания ЯО осталось то 3-5 лет, то меньше года, то несколько месяцев, то 2-3, максимум 5 недель, и так далее.

Первые действительно серьёзные обвинения, что Иран не просто изучает технологии, а перешёл непосредственно к обогащению урана, прозвучали в 2002 году. Как позже стало известно Тегеран с начала нулевых начал активную реализацию «проекта АМАД», предполагавшего создание ядерной боеголовки для баллистической ракеты. Возглавлял его убитый в 2020 году Моссадом с помощью роботизированной турели физик Мохсен Фахризаде.

В 2002 году иранский оппозиционер и диссидент Алиреза Джафарзаде при поддержке базирующейся в Албании «Организации моджахедов Ирана» (оппозиционеры-террористы, воюющие против аятолл) в Вашингтоне озвучил информацию о двух секретных объектах ядерной программы Ирана. Речь шла о находящемся сейчас на слуху объекте в Натанзе, а также о реакторе на тяжелой воде в Араке. Последний в теории позволял нарабатывать оружейный плутоний, это альтернативная ветка технологий для создания ЯО, возможную реализацию которой Иран и Израиль совместными усилиями сорвали в Ираке уничтожив реактор «Осирак», о чём я рассказывал в первой части цикла.

Расследование МАГАТЭ

С этой публикации и последующих подтверждений со стороны США, которые «начали пристально следить» за Ираном, стартовал иранский ядерный кризис. Было понятно, что от теоретических изысканий Тегеран перешёл к полноценной работе над ядерным оружием, но не было понятно, что с этим делать.

Здесь нужно отметить, что Иран, ранее не сильно интересовавший США, в январе 2002 года был объявлен Джорджем Бушем частью «оси зла» в ходе ежегодного обращения к Конгрессу:

Северная Корея — это режим, вооружающийся ракетами и оружием массового поражения, при этом морящий голодом своих граждан.
Иран агрессивно разрабатывает это оружие и экспортирует террор, в то время как немногие избранные подавляют надежду иранского народа на свободу. [...]
Иракский режим уже более десяти лет планирует разработать сибирскую язву, нервно-паралитический газ и ядерное оружие. [...]
Такие государства, как эти, и их террористические союзники, представляют собой ось зла, вооружающуюся, чтобы угрожать миру во всем мире.

А пресс-конференция иранских диссидентов прошла лишь в августе того же года. Так что можно сделать предположение, что разведка США обладала информацией про разработку ЯО гораздо раньше, иранская оппозиция выступила лишь «сливным бачком».

Суть обвинений в адрес Ирана была в том, что объект в Натанзе и реактор в Араке были скрыты от МАГАТЭ, с которой Тегеран обязан был сотрудничать развивая мирный атом. Иран признал существование этих объектов и свою вину в том, что не уведомил организацию, но попытался сделать вид, что они носят мирный характер и нужны в научных целях. Позже мир узнал, что тогда Тегеран резко остановил работу над «проектом АМАД» и попытался уничтожить следы работы над ЯО.

С начала 2003 года инспекторы МАГАТЭ начали расследование и в докладе, который был опубликован в июне, заявили о выявленном множестве нарушений касающихся непредоставления информации. Также было подтверждено, что Иран занимался обогащением урана с неясными целями, хотя количество потенциально пригодного топлива невелико и потребует дальнейшей обработки для создания бомбы. МАГАТЭ, помимо прочего, рекомендовали Ирану заключить дополнительное соглашение с большими обязательствами. Прямых обвинений в том, что Иран работает над созданием ядерного оружия, МАГАТЭ не выдвигали.

Здесь активно начала работать дипломатия, в основном благодаря усилиям Германии и Франции Иран быстро пошёл на новое ядерное соглашение. США же заняли гораздо более жёсткую позицию и здесь важно помнить контекст. Это 2003 год, США вторглись в Ирак с неясными целями, настолько, что мотивация Буша остаётся загадкой и по сей день, а «западный мир» тогда раскололся на два лагеря.

Итогом переговоров стало подписание в конце 2003 года Дополнительного протокола к соглашениям Ирана с МАГАТЭ. По нему МАГАТЭ получало право проводить инспекции на всех ядерных объектах Ирана без предварительного уведомления, а Иран обязывался предоставить дополнительную информацию о своей ядерной программе.

Развитие ядерной программы

На соглашении с МАГАТЭ ничего не закончилось, какое-то время Иран его выполнял и приостанавливал обогащение урана, хотя так и не ратифицировал. Полностью переговоры не были завершены и затягивались, обвинения с Ирана не снимались, а в 2005 году сделка практически рухнула. Повлияло на это два события.

Первый этап переговоров проходил в момент, когда Ираном руководили умеренные силы: президент Мухаммад Хатами и главный переговорщик от Ирана Хасан Рухани, будущий президент в 2013-2021 годах, а на тот момент главаы Совбеза. В 2005 году на президентских выборах побеждает Махмуд Ахмадинежад (его фото есть выше) — представитель консервативных сил, при котором Иран фактически выходит из сделки и возобновляет обогащения урана.

Второй фактор, серьёзно повлиявший на срыв переговоров, — это неконструктивная позиция США. Америка при Буше уже объявила Иран частью «оси зла», вела крестовый поход на Ближнем Востоке и в целом не собиралась пытаться налаживать отношения с Тегераном. Так уже в 2004-2005 годах США намекали на возможное военное решение вопроса, Буш несколько раз повторял, что «все варианты на столе», хотя США даже не участвовали напрямую в переговорах, их вела «евротройка». Чуть ранее в 2003-2005 годах между тогдашним руководством МАГАТЭ в лице египтянина Мохаммеда эль-Барадеи и Вашингтоном возник конфликт. США делали заявления, ссылаясь на «секретные данные разведки», которые противоречили гораздо более осторожным и взвешенным выводам МАГАТЭ, из-за чего эль-Барадеи критиковал США за то, что они мешают дипломатии и толкают всех к эскалации, а взамен Америка обвиняла египтянина в подыгрывании Ирану. Впрочем в 2005 году за дипломатические усилия решить ядерный кризис эль-Барадеи получил Нобелевскую премию мира, а Вашингтон поддержал его выдвижение на очередной срок руководителя МАГАТЭ.

Под давлением США в начале 2006 года МАГАТЭ передало в СБ ООН так называемое «иранское досье», то есть совокупность всех документов, включая расследования и выводы из них, против чего выступал Иран. Как раз соглашения заключенные в 2003-2004 годах предполагали, что их выполнение будет означать, что дело об ядерной программе Ирана не будет рассматриваться в ООН.

Тогда это вызывало вполне серьёзные опасения, что США сразу после публикации досье используют его как повод для вторжения в Иран, но этого не произошло. Зато летом 2006 года в рамках ООН была разработана концепция стимулов, по которой Тегеран в обмен на постоянный отказ от программы обогащения урана получал экономические преференции и доступ к мирным ядерным технологиям, но по надуманным предлогам (например, ссылаясь на договорённости Франции ещё с шахом) новые консервативные власти Ирана отказались их выполнять.

Так что досье не стало поводом для США начать новую войну, но стало поводом для Ирана полноценно возобновить работу над ядерной программой. В общем тогда столкнулись радикалы из Ирана и радикалы из США, которые решили не договариваться друг с другом.

Санкционный режим и ядерная сделка

В конце 2006 года после провала переговоров и отказа от программы стимулов принимается резолюция 1737, которая вводит против Ирана первые санкции на уровне СБ ООН, то есть обязательные для всех членов организации. Голосуют за неё единогласно, хотя и после длительных переговоров, в ходе которых Путин добился смягчения условий в обмен на голоса России и Китая. Санкции коснулись запрета на ввоз в Иран ядерных материалов и технологий, а также лиц и компаний связанных непосредственно с ядерной программой. Резолюция предполагала, что если Иран откажется её принять в течение 60 дней, то санкции будут усилены.

Иран её ожидаемо отвергает и продолжает обогащать уран, так что уже в марте 2007 года принимается резолюция 1747, тоже единогласно, значительно усиливающая санкции, в том числе объявляющая эмбарго на ввоз любого оружия в Иран. В течение следующих лет санкции усиливались и расширялись, Россия, неизменно голосовала «за».

Кроме санкций СБ ООН были отдельные санкции США и ЕС. Если резолюции СБ принимались в основном против военной отрасли и непосредственно ядерной программы, то санкции США и ЕС — серьёзно усиленные после 2010 года — ударили по всей иранской экономике:

С 1995 по 2011 год иранская экономика демонстрировала хороший рост, но в 2011 году он резко остановился, а затем экономика под воздействием санкций стала падать и дошла до рецессии. Как раз тогда наложили санкции на продажу нефти, в результате единственным её покупателем стал Китай, отключили иранские банки от международной финансовой системы, заблокировали активы на более чем 100 миллиардов долларов и так далее.

В 2009 году в США на выборах побеждает один из наиболее либеральных американских президентов — Барак Обама. Изначально при нём санкции усиливались, но в 2013 году в Иране опять приходят к власти реформаторы во главе с Рухани, который в 2003-2004 годах вёл от Ирана ядерные переговоры.

Сложились удачные условия для дипломатии и к 2015 году все наконец-то договорились, была заключена «ядерная сделка» или более официально Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД).

Соглашение подписывают Иран с одной стороны и «группа 5+1» (5 постоянных членов Совбеза ООН и Германия) с другой стороны, его суть:

• Ирану позволяют сохранить программу по обогащению урана, ограничив уровень обогащения 3,67% (для создания ядерного оружия требуется более 85%), чего достаточно для мирных ядерных программ и исследований;
• Иран демонтирует большинство центрифуг и не устанавливает оборудование новых поколений;
• Всего можно иметь не более 300 кг обогащённого урана, весь лишний вывозится из страны;
• МАГАТЭ получается неограниченный доступ к ядерным объектам, а также право проводить инспекции на новых объектах, вызывающих подозрения;
• Реактор в Араке (где потенциально можно было наработать оружейный плутоний) будет частично переделан, частично залит бетоном, также конверсии должны были подвергнуться некоторые другие объекты и оборудование;
• Взамен постепенно с Ирана будут сняты почти все наложенные санкции, разблокированы активы, разрешена неограниченная продажа нефти и газа.

Причём основные пункты сделки имели ограничение по времени в основном в 15 лет. То есть через 15 лет, если бы всё было бы нормально, Иран мог договориться про увеличение уровня обогащения или же получить разрешение на постройку тяжеловодных реакторов без каких-либо санкций. Казалось, что иранский кризис разрешён, но если в 2025 году США атаковали иранские ядерные объекты, то что-то всё же пошло не так.

Непризнанный «мастер сделок» и его «маленький сатана»

Обама, вероятно, самый проиранский и очень либеральный президент, уходит после двух сроков, а 45-м президентом США становится не демократка Хилари, которая скорее всего продолжила бы политику Обамы, а Трамп — самый произральский президент США. Например в свой первый срок Трамп официально признал Иерусалим столицей Израиля и перенёс туда посольство США. Абсолютно все кроме нескольких подсосов типа Парагвая и Гондураса осудили это решение, включая и 14 из 15 членов СБ ООН, но там у США есть право вето.

Ещё в ходе предвыборной кампании Трамп критиковал и ядерную сделку, хотя речи об её отмене тогда не шло. Ещё одним очень недовольным сделкой человеком был Бениамин Нетаньяху. Ранее я рассказывал, что он ещё в начале 90-х продвигал с трибуны Кнессета и на страницах своих книг иранский ядерный жупел, а потом на протяжении трёх десятилетий регулярно пугал всех тем, что Иран вот-вот создаст ядерную бомбу.

13 апреля 2015 года Биби делает заявление для прессы комментируя ход переговоров:

Когда санкции будут сняты, Иран получит миллиарды долларов для финансирования своей военной и террористической машины при международной поддержке.

3 марта того же года выступая перед Конгрессом США:

Величайшая опасность, с которой сталкивается наш мир, — это брак воинствующего ислама с ядерным оружием. Победить ИГИЛ и позволить Ирану получить ядерное оружие означало бы выиграть битву, но проиграть войну. Мы не можем этого допустить. Но это, друзья мои, именно то, что может произойти, если Иран примет сделку, по которой сейчас ведутся переговоры. Эта сделка не помешает Ирану разрабатывать ядерное оружие. Она практически гарантирует, что Иран получит это оружие, много оружия.

Поскольку ядерная программа Ирана останется в значительной степени нетронутой, время прорыва Ирана будет очень коротким — около года по оценке США, еще короче по оценке Израиля.

Так зачем же кто-то пойдет на эту сделку? Потому что они надеются, что Иран изменится к лучшему в ближайшие годы, или они считают, что альтернатива этой сделке хуже? Ну, я не согласен. Я не верю, что радикальный режим Ирана изменится к лучшему после этой сделки. Этот режим находится у власти 36 лет, и его ненасытный аппетит к агрессии растет с каждым годом. Эта сделка подогрела бы аппетит — только подогрела бы аппетит Ирана к большему.

Эта речь не остановила сделку и 14 июля 2015 года она была подписана.

Приход к власти Трамп изменил и позицию США. По условиям договора раз в 3 месяца президент США должен был сообщать Конгрессу, что эта сделка соответствует интересам США. Дважды Трамп это сделал, но в октябре 2017 года отказался это подтвердить, его поддержала и партия. Вот что тогда сказал тогда сенатор Марко Рубио:

Президент Трамп принял правильное решение отменить Совместный всеобъемлющий план действий администрации Обамы по Ирану (СВПД). Он прав, когда считает, что эта сделка не отвечает нашим национальным интересам.

Тогда речи про выход США из сделки ещё не было, публично Трамп заявлял, что сделка составлена неграмотно, это худшая сделка из всех, что он видел, поэтому нужно её переписать ужесточив условия для Ирана. Например сделать ограничение на обогащение урана бессрочными. Однако практически сразу началось рассмотрение полного выхода из сделки, вот продолжение той же речи Рубио в октябре 2017 года:

В конечном счете, выход из ядерной сделки, повторное введение приостановленных санкций и введение президентом дополнительных санкций послужили бы нашим национальным интересам лучше, чем отмененная сделка.

И всё же нельзя отрицать, что в позиции Нетаньяху и Трампа было рациональное зерно. Опасение главных идеологических противников Ирана вызывало то, что Тегеран мог просто выждать 15 лет и затем легально резко нарастить мощности по увеличению обогащения урана не получив за это санкции. Через 15 лет Иран имел право строить новые ядерные объекты, поставить на них десятки тысяч центрифуг и начать обогащать уран до более высоких значений. А затем в любой момент закрыть доступ для МАГАТЭ или просто обманув инспекторов за очень короткий срок наработать оружейный уран. Это действительно правда, что основной расчёт Обамы был на то, что «за 15 лет или осёл, или падишах сдохнут». То есть в Иране сменится аятолла, уровень благосостояния вырастет и новое поколения руководителей страны будет гораздо менее радикальным, как это произошло, например, с Египтом. Мог ли Израиль позволить себе так рисковать? Вопрос не имеет правильного ответа и зависит скорее от политической позиции отвечающего.

Также недовольство Израиля вызывало то, что сделка не требовала от Ирана отказаться от поддержки террористических организаций, в первую очередь Хезболлы и ХАМАСа, а также никак не затрагивала иранскую ракетную программу. Отказаться от разработки ракет, то есть средства доставки возможного ядерного оружия, сделка не требовала.

В ночь с 31 января на 1 февраля 2018 года Моссад проводит одну из самых известных своих операций. Агенты похищают ядерный архив Ирана из секретного хранилища. Впрочем нельзя сказать, что архив сильно охранялся. Документы лежали на небольшом складе на окраине Тегерана, не имели круглосуточной охраны и ночью похитить их не составило труда. Затем они были вывезены контрабандой в Азербайджан и оттуда переправлены в Израиль, а 30 апреля Нетаньяху их публично продемонстрировал миру.

Архив однозначно доказывал, что ядерная программа Ирана не была мирной, Тегеран действительно разрабатывал ядерную бомбу. Главное, что публикация архива стала поводом для США выйти из сделки, Трамп официально объявил про это уже 8 мая 2018 года, добавив, что у него есть доказательства нарушения Ираном сделки, но он их никому не покажет.

Кроме Израиля выход США из сделки поддержала, например, Саудовская Аравия. То, что я писал ещё в самом начале, что важно разделять три конфликта и понимать разницу между персами-шиитами и арабами-суннитами, которые сейчас выступают на стороне Израиля и рады ударам по Ирану.

Вот только есть нюанс. Почти все документы касались периода до 2003 года. Да, они уже однозначно подтвердили, что Иран работал над ядерной бомбой, да, из них стало известно, что программа была более масштабной, чем считали иностранные разведки, однако ничего принципиально нового из документов известно не было. В них описывался всё тот же «проект АМАД», разоблачённый иранской оппозицией в 2002 году и практически остановленный в 2004 году после расследования МАГАТЭ и угроз передать дело в СБ ООН. Этот архив не содержал ни единого доказательства, что Иран полноценно восстановил работы после 2004 года, что он нарушает условия сделки 2015 года или что ждёт 2030 года, чтобы сразу включить все центрифуги на максимум обогащения. Напомню, что весь этот архив — это пыльный склад на окраине Тегерана, куда свезли данные о наработках за 90-е и первую половину 00-х, так как их жалко было уничтожить, и даже не охраняли ночью чтобы не привлекать лишнего внимания.

В итоге санкции были возвращены и ужесточены, например, заблокированы 6 миллиардов долларов собственных иранских средств, успевших накопиться на иностранных счетах. И по сути США не оставили Тегерану иного выбора, как возобновить ядерную программу, создать ядерную бомбу и вернуться на переговоры уже с ней. Ведь какой смысл просто так сидеть под санкциями за то, что ты не делал? Тогда имеет смысла действительно сделать то, за что тебя наказывают.

Далее последовал год дипломатии, в ЕС пытались вернуть всех к ядерной сделке и заявляли, что США не могут в одностороннем порядке из неё выйти, но сделать гегемону ничего не смогли. Сложилась ситуация, при которой сделка как бы действовала, в ЕС считали соглашение работающим, однако не могли повлиять на санкции США и были вынуждены их соблюдать, чтобы не попасть под вторичные санкции. Поэтому ровно в годовщину выхода США из сделки, то есть 8 мая 2019 года, Иран заявил, что считает себя свободным от части обязательств сославшись на пункт 26 СВПД:

ЕС воздержится от повторного введения санкций, действие которых он прекратил в рамках реализации СВПД [...]
Соединенные Штаты Америки добросовестно предпримутвсе усилия для обеспечения устойчивости СВПД и предотвращения вмешательства в получение Ираном всех выгод от режима отмены санкций. [...]
Администрация США, действуя согласно соответствующим полномочиям президента и конгресса, будет воздерживаться от введения новых санкций, связанных с ядерной сферой. Иран заявил, что он будет рассматривать такое повторное введение санкций, перечисленных в Приложении II, или такое введение новых санкций, связанных с ядерной сферой, в качестве основания для полного или частичного прекращения выполнения своих обязательств.

Иран, конечно, не начал сразу разработку ЯО, однако официально сообщил, что начинает работу по достройке реактора на тяжёлой воде в Араке, отказывается соблюдать ограничения по максимальному количеству низкообогащённого урана, а чуть позже объявил, что начинает обогащение выше уровня 3,67%. Начался военный кризис 2019 года. Наверное большинство его могут вспомнить по обстрелам американских военных баз, сбитому силами КСИР украинскому пассажирскому лайнеру, вылетавшему из Тегерана, а также устранению бессменного лидера «сил Кудс» и народного любимца Касема Сулеймани в аэропорту Багдада. Но до открытой войны тогда не дошло.

Осенью 2020 года Трамп проигрывает выборы, а к власти приходит Джо Байден, на которого были определённые надежды. Байден предпочёл игнорировать вопрос Ирана, делая вид, что никакой проблемы нет. Причины у такой политики были. Как демократ Байден не хотел и не мог продолжать жёсткую линию Трампа, однако предшествующие события сделали невозможным возврат к изначальным договорённостям. Например за эти несколько лет Иран успел наработать обогащённый до 60% уран, а по некоторым данным и до более 80%, хотя последнее в Тегеране отрицали, что уже само по себе требовало новых переговоров и переписывания сделки, которую с таким трудом смогли заключить в 2015-м.

К тому же дипломатии активно мешал Израиль. Я уже упоминал убийство в 2020 году Моссадом главного ядерного физика Ирана. Он был расстрелян 27 ноября 2020 года, менее чем через месяц после того, как стало известно, кто станет следующим президентом США. Axios, а это американское издание, сразу сообщило, что одной из целей это операции было не дать Байдену вернуться к СВПД после своей инаугурации.

Так что ситуация развернулась на 180 градусов, теперь Израиль делает из Ирана вечного врага. О причинах такой политики, в том числе связанных с конкретными персоналиями, будет в третьей части.

Канал автора: https://t.me/artjockey