Иоральная Философия И Канта
⚡ 👉🏻👉🏻👉🏻 ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻
Поделиться статьей в социальных сетях:
Кант описывает КИ как объективный, рационально необходимый и безусловный принцип, которому человек должен всегда следовать, невзирая на любые свои естественные влечения или склонности к совершению обратного.
Это означает, что все аморальные поступки также иррациональны, поскольку они не соответствуют КИ.
Таким образом, в основе кантовской моральной философии лежит представление о разуме, влияние которого на практическую сферу простирается намного дальше разума как «раба» страстей у Юма. Более того, именно наличие самозаконодательного разума в каждом из людей Кант счел важнейшим основанием для рассмотрения всех людей в качестве обладающих равным достоинством и заслуживающих равного уважения.
Сегодня, однако, многие упрекнули бы Канта в том, что он слишком оптимистично смотрит на широту и глубину возможного консенсуса в вопросах морали. Вероятно, лучше всего считать, что Кант исходит из такого понимания морали, которое является наиболее распространенным и содержит общие суждения, глубоко укорененные в нашем сознании.
Идея доброй воли предполагает, что человек обязуется принимать только такие решения, которые считает достойными с точки зрения морали, и считает моральные соображения как таковые убедительным основанием для руководства своим поведением.
В терминологии Канта добрая воля — это воля, чьи решения полностью определяются нравственными требованиями, которые он часто называет моральным законом.
Уважать моральный закон — значит признавать, что моральный закон служит верховным непререкаемым стандартом, который обладает в отношении нас обязывающей силой. А действие из уважения к нему дает нам опыт переживания, родственного трепету или даже страху, которое вытекает из признания его источником моральных требований. Люди неизбежно испытывают уважение к моральному закону, даже несмотря на то, что далеко не всегда действуют на его основании и не всегда соответствуют нравственным стандартам, которые тем не менее признаются ими непререкаемыми.
Категорический императив — это объективный, безусловный и необходимый принцип разума, который применим ко всем рациональным агентам во всех обстоятельствах.
Такие философы, как Р.М. Хейр, все же считают, что для Канта суждения морали не имеют истинностного значения. Хотя на первый взгляд суждения морали выглядят так, будто бы они описывают мир морали, в соответствии с интерпретацией Хейра, они служат в качестве «предписаний», а не «описаний». Отсюда не следует, что в кантовской этике суждениям морали недостает объективности. Объективность, утверждает Хейр, должна пониматься как всеобщность, а КИ как раз универсален.
Поделиться статьей в социальных сетях:
Digital object identifier (DOI): 10.34704/BKN.2019.01.001.2019.13.14.053
Как цитировать эту статью: Роберт Джонсон, Адам Кёртон(Johnson, Robert; Cureton, Adam). Моральная философия И. Канта [электронный ресурс] / пер.с англ. Алена Харитонова//Brick of Knowledge. URL:https://brickofknowledge.com/articles/kant
Впервые опубликовано 23 февраля 2004 года; содержательно переработано 7 июля 2016 года.
Иммануил Кант (1724–1804) утверждал, что верховным принципом нравственности является критерий рациональности, названным им «категорическим императивом» (КИ).
Все частные требования морали, с точки зрения Канта, обосновываются данным принципом.
Другие философы, такие как Томас Гоббс, Джон Локк и Фома Аквинский, также утверждали, что моральные требования опираются на критерии рациональности. Эти критерии, однако, были либо инструментальными (то есть касающимися средств достижения цели) принципами рациональности, удовлетворяющие желания индивида (в случае Гоббса), либо внешними рациональными принципами, открываемым при помощи разума (в случае Локка и Аквинского).
Кант соглашался со многими своими предшественниками по поводу того, что анализ практического разума раскрывает следующее требование: рациональный агент должен придерживаться инструментальных принципов. При этом он также утверждал, что для рациональной агентности, а следовательно, и моральных требований как таковых, существенным является соблюдение КИ (не-инструментального принципа).
Этот аргумент основывался на его примечательной доктрине, согласно которой рациональная воля должна рассматриваться как автономная или свободная — в том смысле, что она сама устанавливает закон, которому подчиняется.
КИ как основополагающий принцип нравственности представляет собой не что иное, как закон автономной воли.
Ключевые положения кантовской моральной философии содержатся в «Основоположении к метафизике нравов» (далее — «Основоположение»), однако в более поздних работах Кант уточнял, дополнял, а порой и изменял их. Речь идет о таких сочинениях, как «Критика практического разума», «Метафизика нравов», «Антропология с прагматической точки зрения», «Религия в пределах только разума», а также о ряде небольших работ по истории и другим смежным темам. Еще одним важным источником для понимания его взглядов служат кантовские лекции по этике (записи были сделаны тремя слушателями его университетского курса по моральной философии). Мы сосредоточимся главным образом на фундаментальных тезисах, изложенных в «Основоположении», пускай в последнее время некоторые исследователи и высказывают неудовлетворенность этим стандартным подходом к рассмотрению воззрений Канта и все больше внимания уделяют его поздним работам. На наш взгляд, классический подход позволяет наиболее отчетливо разъяснить моральную философию Канта. Однако там, где это понадобится, мы представим и другие важные положения, сформулированные в его более поздних трудах.
С точки зрения Канта, первичная задача моральной философии, а потому и его «Основоположения», — это «отыскание» фундаментального принципа «метафизики нравов»,{{1}} которую Кант понимает как систему априорных нравственных принципов, в силу которых категорический императив применим к людям любой эпохи и любой культуры. Кант развивает данный проект в первых двух разделах «Основоположения». Он начинает с анализа и прояснения обыденных представлений о морали (в том числе идей «доброй воли» и «долга»). Задача такого проекта заключается в обнаружении точной формулировки принципа (или принципов), на который опираются все наши обыденные моральные суждения. Предполагается, что с ними согласился бы любой нормальный, здравомыслящий взрослый человек на основании рационального размышления.
Как бы то ни было, он не считает своими главными противниками подлинных скептиков в отношении морали — тех, кто сомневается в наличии каких-либо оснований действовать морально и чье поведение зависит от рационального доказательства, которое мог бы попытаться предоставить философ (такая фигура воображаемого оппонента нередко встречается в сочинениях философов на тему морали). К примеру, последний третий раздел «Основоположения» Кант посвящает следующей фундаментальной задаче — «утверждению» найденного верховного принципа моральности в качестве требования воли любого разумного существа.{{2}} Вывод, к которому он приходит, очевидно не удовлетворит тех, кто желает получить доказательство того, что требования морали действительно ограничивают поведение человека. Этот второй проект основывается на утверждении, что мы — или по крайней мере разумные существа, обладающие волей — обладаем также и автономией. Рассуждения, нацеленные на решение второй фундаментальной задачи, зачастую обращены к метафизическим фактам, касающимся нашей воли. Данное обстоятельство привело некоторых читателей Канта к заключению, что он пытается обосновать требования морали путем апелляции к факту — к наличию у нас автономии, — который будет вынужден признать даже скептик.
Кантовский анализ обыденных моральных понятий, таких как «долг» и «добрая воля», приводит его к мысли о том, что мы все являемся свободными и автономными существами только в том случае, если мораль сама по себе не иллюзорна. При этом в «Критике чистого разума» Кант также пытается показать, что у любого события есть причина.
Кант полагает, что единственный способ разрешить этот кажущийся конфликт — различить чувственно воспринимаемые сущности (phenomena), с которыми мы имеем дело в нашем опыте, и рассудочные сущности (noumena), которые могут мыслиться нами без противоречия, но не даны нам в опыте. Наше знание и понимание эмпирического мира складывается исключительно в тех пределах, которые заданы нашими чувственными и познавательными способностями. Нам не следует полагать, что мы знаем все, что могло бы быть истинным относительно «вещей самих по себе», поскольку у нас отсутствует «интеллектуальное созерцание»,{{4}} которое требуется для того, чтобы знать о них хоть что-либо.
Такое различение, согласно Канту, позволяет нам преодолеть «антиномию», касающуюся свободы воли, поскольку позволяет интерпретировать последнюю как ноумен в «тезисе» и при этом полагать, что в «антитезисе», утверждающем, что у любого события есть причина, речь идет о феноменах. Следовательно, мораль предполагает, что существа в недоступном нам «умопостигаемом [интеллигибельном] мире» способны действовать на основании собственного свободного выбора, в то время как в «чувственном мире» оказывается действительным каузальный детерминизм.{{5}}Многие комментаторы Канта, скептически настроенные по отношению к столь метафизическим построениям, пытались истолковать его рассуждения об интеллигибельном и чувственном мирах менее метафизическим образом. Одно из прочтений{{6}} предполагает, что одно и то же действие может быть описано в исключительно физических терминах (как явление) и вместе с тем в несводимо ментальных (как вещь сама по себе). Такой компатибилистский подход подразумевает, что все действия каузально детерминированы, но свободное действие может быть описано как детерминированное нередуцируемыми ментальными причинами, в частности — причинностью разума. Вторая интерпретация предлагает, что понятия интеллигибельного и чувственного мира — это метафоры, используемые для обозначения двух способов постижения единственного мира.{{7}} В ходе научных и эмпирических изысканий мы обычно принимаем точку зрения, в соответствии с которой вещи подчиняются каузальности природы. Однако когда мы сами размышляем, действуем, приводим аргументы и выдвигаем суждения или оценки, мы зачастую придерживаемся иной перспективы, исходя из которой рассматриваем себя и других как агентов, чьи действия не детерминированы естественными причинами. В тех случаях, когда мы придерживаемся второй — практической — точки зрения, нам нет необходимости полагать, что мы сами или другие действительно являемся свободными существами в глубоком метафизическом смысле слова. Нам всего лишь достаточно действовать, «руководствуясь идеей свободы».{{8}} И все же по-прежнему ведутся дискуссии относительно того, следует ли чувственное и интеллигибельное в кантовской концепции свободы рассматривать в качестве «двух миров» или же «двух точек зрения».{{9}}
Хотя Кант утверждает, что две первичные задачи моральной философии составляют отыскание и утверждение верховного принципа моральности, этим все ее дело не ограничивается. Моральная философия в своем пределе имеет дело с вопросом от первого лица «что я должен делать?», который предполагает тщательное размышление. Ответ на него требует гораздо большего, нежели простое выявление или оправдание основополагающего принципа нравственности. Необходимо также предоставить с опорой на него объяснение природы моральных обязанностей и сферы их применимости. Для этого Кант использует тезисы, сформулированные им в «Основоположении» и в «Метафизике нравов», и предлагает разделить основные моральные обязанности на обязанности по отношению к себе самому и по отношению к другим людям. Кроме того, Кант полагает, что моральная философия должна изложить и объяснить те требования, которые мораль выдвигает в отношении психологии человека и форм социального взаимодействия. Эти вопросы среди прочих рассматриваются в центральных разделах «Критики практического разума», «Религии в пределах только разума» и в «Метафизике нравов», а также подробно разбираются в «Антропологии с прагматической точки зрения». Удовлетворительный ответ на вопрос о том, что должен делать человек, к тому же обязан учитывать требования, которые существуют в политической и религиозной сферах. Каждое из них оказалось бы, по меньшей мере косвенно, моральным обязательством с точки зрения Канта (такие требования обсуждаются в «Метафизике нравов» и в «Религии в пределах только разума»). Наконец, моральная философия должна пролить свет и на конечную цель всех человеческих устремлений, на высшее благо и на его отношение к нравственной жизни. В «Критике практического разума» Кант утверждает, что высшим благом для человечества является наличие моральной добродетели во всей полноте вместе с полным блаженством, причем первое является условием обретения второго. К сожалению, отмечает Кант, добродетель не может гарантировать благополучия и даже может приходить в противоречие с ним. Также в этой жизни у нас нет подлинной возможности быть морально совершенными существами, и лишь немногие из нас действительно заслуживают счастья, которым могли бы наслаждаться. Исправить такое положение дел могло бы только существование божественного провидения и бессмертие души — однако наш разум не может их подтвердить или опровергнуть. Тем не менее, утверждает Кант, бесконечное количество времени для совершенствования самих себя (бессмертие) и достижение соответствующей степени благополучия (обеспеченное Богом) представляют собой «постулаты»{{10}} разума при рассмотрении им вопросов морали.На страницах своих работ Кант не раз возвращается к вопросу о том, какой метод должна использовать моральная философия для решения поставленных задач. Основной мотив его рассуждений заключается в том, что фундаментальные философские вопросы, касающиеся морали, должны рассматриваться априори, то есть без обращения к наблюдениям за людьми и их поведением. Тем не менее, на пути отыскания и утверждения верховного принципа нравственности Кант не всегда следует априорному методу, на котором сам же и настаивает. «Метафизика нравов», к примеру, должна опираться на априорные рациональные принципы, но многие отдельные обязанности, описываемые Кантом, а также целый ряд доводов, приводимых в их пользу, основываются на общеизвестных фактах относительно людей и жизненных обстоятельств, которые известны нам из опыта.В определенном смысле очевидно, почему Кант настаивает на использовании априорного метода. Проект «метафизики нравов» задумывается в большей или меньшей степени как объяснение природы и устройства требований морали — в сущности, как категоризация обязанностей и ценностей. Подобный проект должен рассматривать следующие вопросы: что есть долг? каких видов бывают обязанности? что есть добро? какие существуют разновидности добра? и т.д., и т.п. Все эти вопросы представляются метафизическими. Любой принцип, который мог бы стать основанием подобных категоризаций, окажется в известном смысле метафизическим. Однако Кант не рассматривает их как внешние моральные истины, существующие независимо от рациональных агентов. Напротив, требования морали представляют собой принципы разума, которые говорят нам, как именно следует поступать. Метафизические принципы такого рода всегда отыскиваются и утверждаются априорными методами.Возможно, Кант и руководствовался подобными соображениями. Однако аргументы, которые он выдвигает в защиту априорного метода, не всегда очевидным образом опираются на такое обоснование. Далее будут представлены три довода в пользу априорного метода, которые он приводит чаще всего.Во-первых, этика в понимании Канта (как и ряда других мыслителей) изначально требует анализа наших представлений о морали. Мы должны прояснить такие понятия, как «добрая воля», «обязанность», «долг» и т.п., а также их логическую взаимосвязь, прежде чем сможем определить, насколько обоснованно наше их применение. Поскольку анализ понятий — это занятие априорное, этика является априорной наукой в той мере, в какой включает в себя подобный анализ.Конечно, даже если бы мы согласились с Кантом в том, что этика должна начинаться с анализа и этот анализ является или должен быть сугубо априорным предприятием, мы бы так и не поняли, почему все фундаментальные вопросы моральной философии должны рассматриваться исключительно априори. Действительно, одна из наиболее важных задач моральной философии, с точки зрения Канта, состоит в демонстрации того, что требования морали имеют в отношении нас как рациональных агентов обязывающую силу и что подлинно рациональные агенты будут непременно их выполнять. Кант признает, что его аналитические доводы в пользу категорического императива, будучи взятыми сами по себе, оказываются несостоятельными, поскольку в лучшем случае показывают, что категорический императив выступает верховным принципом моральности, только если такой принцип вообще существует. Поэтому Кант вынужден рассмотреть возможность того, что мораль сама по себе является иллюзией, в ходе доказательства, что категорический императив действительно является безусловным требованием разума, применимым к нам. Хотя Кант полагает, что задача «утверждения» категорического императива должна решаться априорными методами, он не считает, что данный проект можно осуществить исключительно посредством анализа наших понятий, связанных с моралью, или исследуя действительное поведение других людей. Напротив, здесь требуется «синтетический», но по-прежнему априорный способ рассуждения, который начинает с разбора представлений о свободе и рациональной агентности, а также критически исследует их природу и границы.Вторая причина, по которой Кант полагает, что фундаментальные вопросы этики должны рассматриваться с применением априорного метода, состоит в следующем: основной предмет этики — природа и содержание принципов, которые с необходимостью определяют рациональную волю.Фундаментальные вопросы моральной философии должны решаться априорно в том числе из-за природы требований морали как таковых — по крайней мере, такого мнения придерживался Кант. Это третий довод, который Кант приводит в пользу априорного метода, и он имеет большое значение для него. Требования морали выдвигаются в качестве безусловно необходимых. Апостериорный метод едва ли подходит для отыскания и утверждения того, что мы обязаны делать вне зависимости от того, нравится нам это или нет. Такой метод, разумеется, способен сообщить нам лишь о том, что мы действительно делаем. А значит, апостериорный метод отыскания и утверждения принципа, порождающего требования, не будет соответствовать пониманию моральных «долженствований»{{11}} как безусловно необходимых. По словам Канта, эмпирические наблюдения могут привести лишь к частным выводам об относительных преимуществах нравственного поведения в различных обстоятельствах или же к выводам о том, насколько одобряемо такое поведение в наших глазах или в глазах других. Подобного рода заключения явно не будут говорить о безусловной необходимости требований морали. Обращение к апостериорным рассужд
https://brickofknowledge.com/articles/kant
https://etika-estetika.blogspot.com/2015/04/blog-post_3.html
Фото Порнуха На Пляже
Только В Латексе
Порно Вечеринка Со Спермой
Моральная философия И. Канта
Моральная философия И. Канта
Моральная философия И. Канта и христианство – тема …
Реферат: Моральная философия И.Канта
Моральная философия И. Канта (стр. 1 из 4)
Моральная философия И.Канта, Философия - Реферат
Кантовское учение о свободе - Моральная философия И. …
И. Кант: теория познания и моральная философия
Главное правило жизни, которому учит философия Канта ...
Моральная философия Канта
Иоральная Философия И Канта
