Into the woods
Клочья — тёмные, влажные, с прилипшей пылью — были разбросаны так, словно что-то взорвалось изнутри. Запах, который они почувствовали при входе, теперь обрёл источник,металлический, приторно-сладкий. Ландо задышал ртом, стараясь не вдыхать носом, но это не помогало — запах, казалось, проникал сквозь кожу.
— Свежее? — переспросил он, и его голос прозвучал неестественно тихо. — Насколько свежее?
— Не знаю — Оскар присел на корточки, направив фонарик на ближайший ошмёток. — кровь ещё не свернулась до конца. Видишь? Она блестит. Это не могло пролежать здесь больше нескольких часов.
— Может, меньше — пробормотал Ландо. — Может, мы пришли прямо после... этого.
Оскар поднялся и посмотрел на него. Ландо слишком хорошо его знал,лёгкое напряжение в уголках губ, зрачки, Оскару тоже было не по себе.
— Это животное — сказал он. — Судя по шерсти и фрагментам костей. Лиса или енот. Возможно, кто-то из хищников постарался.
— Какой хищник разрывает добычу в закрытом помещении? — резонно спросил Ландо. — почему именно здесь?
— Не знаю. Может, собака или волк. Они иногда заходят в заброшенные здания.
— Они точно аккуратно закрывают за собой дверь?
Оскар не ответил. Он ещё раз обвёл комнату лучом фонарика — стены, заваленные обломками мебели, ржавые койки, сдвинутые в угол, какие-то шкафы с выбитыми дверцами.
— Давай осмотрим остальное — наконец сказал Оскар. — Здесь больше ничего нет. Только это.
Ландо кивнул, радуясь поводу покинуть комнату. Они вышли обратно в коридор, и он сделал глубокий вдох, чувствуя, как лёгкие наполняются пусть и спёртым, но всё же не таким отвратительным воздухом.
— Как думаешь, что там было? — тихо спросил Ландо.
— Я же сказал.
— Я не про останки. Я про... — он замолчал, подбирая слова — про всё это. Про это место, оно какое-то неправильное.
Оскар остановился и повернулся к нему.
— Это просто заброшенное здание, Ландо. Старое, больное, полное мусора и диких животных. Ничего сверхъестественного. Обычная заброшка, в которую наведываются подростки, чтобы пощекотать нервы.
— Откуда ты знаешь, что подростки?
— Граффити на стенах. Они относительно свежие. Кто-то был здесь пару месяцев назад,может даже пару недель.
Это звучало разумно. Так, как всегда говорил Оскар — рационально, спокойно, без лишних эмоций.Норрис почувствовал, как напряжение немного отпускает.
— Ладно — сказал он. — Верю, но если мы увидим что-то ещё более странное, я голосую за немедленную эвакуацию.
— Принято.
Они двинулись дальше по коридору, заглядывая в каждую дверь. Большинство комнат были пусты — только мусор, обломки мебели, осыпавшаяся штукатурка. В одной обнаружилась старая каталка, перевёрнутая на бок, с ржавыми колёсами. В другой — горы каких-то бумаг, рассыпавшихся от сырости в труху. Ничего интересного.
Через некоторое время они вышли к лестнице, ведущей на второй этаж. Та, что в главном холле, была каменной и выглядела достаточно крепкой. Ландо задрал голову, вглядываясь в темноту наверху.
— Пойдём? — спросил он.
— Да — Оскар уже поставил ногу на первую ступень. — Нужно найти остальных и наверное, уже выбираться отсюда. Мы осмотрели достаточно.
Они начали подниматься. Ступени скрипели под ногами, и с каждым шагом этот скрип, казалось, становился громче. Где-то на середине лестницы Ландо остановился и посмотрел вниз. Холл отсюда выглядел ещё более мрачным — тёмный провал, пересечённый полосами пыльного света.
— Не отставай — позвал Оскар, не оборачиваясь.
— Иду.
На втором этаже было светлее — часть окон здесь сохранилась и сквозь грязные, мутные стёкла пробивался дневной свет, само помещение выглядело более... тревожным. Стены были покрыты странными разводами — тёмными, бурыми, слишком похожими на засохшую кровь. На полу валялись обрывки какой-то ткани, напоминающей больничные халаты. Кое-где виднелись следы обуви в пыли.
— Олли! Кими! — позвал Ландо, и его голос эхом разнёсся по пустым коридорам. — Вы здесь?
— Мы тут! — отозвался где-то вдалеке голос Олли. — В конце коридора! Идите сюда, тут что-то странное!
Ландо и Оскар переглянулись и двинулись на голос. Коридор петлял, раздваивался, и пару раз им приходилось сверяться с направлением звука. Наконец они вышли в большую комнату — кажется, бывшую операционную. Олли и Кими стояли у дальней стены, разглядывая что-то на полу.
— Смотрите, что мы нашли — Олли указал вниз.
На полу, среди обломков плитки, лежала стопка старых, пожелтевших папок. Часть из них была разбросана, часть — аккуратно сложена в углу, словно кто-то специально их здесь оставил. Ландо присел и поднял одну. Бумага была ветхой, испещрённой какими-то записями от руки — неразборчивыми, витиеватыми, словно их делали в большой спешке.
— Медицинские карты? — предположил он.
— Похоже на то — кивнул Кими. — Но мы не смогли разобрать почерк. Слишком небрежно написано.
Оскар взял одну из папок и принялся внимательно изучать. Его лоб нахмурился, губы сжались в тонкую линию.
— Здесь даты — сказал он. — Последние записи — октябрь девяносто четвёртого. И есть пометка экспериментальная терапия.
— Экспериментальная? — переспросил Ландо. — В смысле?
— В прямом. Здесь описываются какие-то процедуры. Я не могу разобрать медицинские термины, но судя по контексту — это не стандартное лечение.
Олли нервно передёрнул плечами.
— Может, не будем в это углубляться? Мне и так здесь неуютно.
— Согласен — Кими положил руку ему на плечо. — Мы посмотрели. Давайте найдём Макса и Шарля и пойдём обратно.
— Сначала третий этаж — напомнил Оскар. — Макс и Шарль там. Нужно их предупредить.
Они вышли из операционной и направились обратно к лестнице. Ландо шёл рядом с Оскаром, и вдруг почувствовал, как что-то меняется в воздухе. Едва заметно — словно температура упала на пару градусов, словно тени стали чуть гуще. Он не мог объяснить это рационально, но интуиция — та самая, что не дала ему пить вчера у костра — снова забила тревогу.
— Оскар — тихо позвал он.
— Что?
— Ничего. Просто давай побыстрее.
Оскар посмотрел на него и, кажется, что-то понял без слов. Он кивнул и ускорил шаг.
Лестница на третий этаж была уже, чем предыдущая, и выглядела куда менее надёжной. Ступени из тёмного дерева, потрескавшиеся, с зияющими дырами в тех местах, где доски провалились. Перила отсутствовали — только голые стены по обе стороны.
— Вы уверены, что Макс и Шарль поднимались здесь? — спросил Олли, с сомнением оглядывая лестницу.
— Другого пути наверх нет — ответил Оскар. — Во всяком случае, мы не видели.
— Я пойду первым — вызвался Кими. — Проверю ступени.
Он начал осторожно подниматься, пробуя каждую доску ногой, прежде чем перенести на неё вес. Лестница скрипела и стонала, но держала. За ним последовал Олли, потом Ландо, и замыкал процессию Оскар.
— Аккуратнее — предупредил он. — Держись ближе к стене, там доски крепче.
— Я помню, — отозвался Ландо.
Он уже почти добрался до площадки второго этажа, когда услышал шаги сверху. Макс и Шарль спускались им навстречу.
— О, вы тоже решили подняться? — Макс выглядел как обычно — расслабленный, с лёгкой усмешкой. Рядом с ним Шарль казался чуть бледнее обычного, но тоже держался спокойно. — Мы как раз осмотрели третий. Ничего интересного. Какие-то палаты, пустые, всё в пыли.
— Мы нашли медицинские карты — сообщил Олли. — И операционную. И ещё кое-что на первом этаже...
— Что именно? — спросил Шарль.
— Ошмётки — мрачно сказал Ландо. — Какое-то животное. Растерзанное.
— Фу — поморщился Макс. — Надеюсь, вы не наступили в это.
— Не до шуток — оборвал его Оскар. — Это было свежее. Сегодняшнее или вчерашнее.
Повисла пауза. Макс перестал улыбаться, и его лицо стало серьёзным.
— Ладно — сказал он. — Пожалуй, нам действительно пора уходить. Мы посмотрели достаточно. Давайте спускаться.
— Я за — кивнул Шарль. — Здесь слишком гнетущая атмосфера.
Они начали спускаться. Первым пошёл Макс, за ним Шарль, потом Олли и Кими. Ландо двинулся следом, осторожно ступая по скрипучим доскам. Оскар, как всегда, замыкал. Он занёс ногу над первой ступенькой, уже перенёс вес...
Страшный треск расколол тишину.
Ландо обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как доски под ногами Оскара проваливаются, словно их и не было. Целая секция лестницы — три или четыре ступеньки — рухнула вниз, увлекая за собой Оскара. Тот даже не успел вскрикнуть — только короткий, резкий выдох и его фигура исчезла в облаке пыли и щепок.
— ОСКАР! — крик Ландо был таким громким, что сорвал голос.
Он бросился к провалу, не думая об опасности, о том, что доски под ним тоже могут рухнуть. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Он упал на колени у края дыры и заглянул вниз.
Темнота. Пыль. Запах сырости и чего-то химического.
— Оскар! — снова позвал он. — Ответь мне! Ты цел?!
Секунда тишины — бесконечная, мучительная, растянувшаяся в вечность.
— Я в порядке — донёсся снизу голос. Спокойный. Почти невозмутимый. — Не пострадал.
Ландо выдохнул так резко, что закружилась голова. Сзади уже подбежали остальные.
— Что случилось?! — Макс наклонился над провалом. — Оскар, ты как?
— Нормально. Упал ровно. Тут какое-то помещение. Похоже на подвал или цокольный этаж.
— Ты можешь выбраться? — спросил Шарль.
— Здесь нет лестницы. Только обломки. И... — пауза. — Тут кое-что интересное.
— Что именно? — насторожился Ландо.
— Шприцы. Много шприцов. Весь пол усыпан,тут колбы и какие-то записи.
Ландо переглянулся с Максом. Тот выглядел встревоженным, но решительным.
— Мы спустимся к тебе — сказал Макс. — Обойдём этот провал через первый этаж. Там должен быть вход в подвал.
— Не стоит — голос Оскара звучал напряжённо. — Здесь... небезопасно. Я сам попробую найти выход.
— Даже не думай! — отрезал Ландо. — Мы идём к тебе. Просто сиди там и не двигайся!
Он поднялся на ноги и посмотрел на остальных.
— Ладно — кивнул Макс. — Идём в обход. Там, на первом этаже, я видел дверь, которая вела куда-то вниз. Должно быть, это вход в подвал.
— Я с вами — сказал Олли.
— И я — добавил Кими.
— Я останусь здесь — сказал Шарль. — На случай, если Оскару понадобится помощь, а вы не сможете быстро дойти. Буду говорить с ним через провал.
— Хорошо — Макс коротко сжал его плечо. — Мы быстро.
Они почти бегом спустились по оставшейся целой части лестницы, стараясь держаться ближе к стене. На первом этаже Макс уверенно повернул в боковой коридор, туда, где, по его словам, видел дверь в подвал. Ландо бежал рядом, и мысли в его голове метались, как испуганные птицы. Оскар внизу. Один.
Он оборвал эту мысль.
Дверь действительно была — тяжёлая, металлическая, с облупившейся краской. Она вела на узкую винтовую лестницу, уходящую в темноту. Ступени здесь были каменными, надёжными, без следов разрушения.
— Я первый — сказал Макс и шагнул в проём.
Спуск занял, наверное, меньше минуты, но Ландо показалось, что прошла вечность. Они оказались в низком, длинном коридоре, освещённом тусклыми лампочками на потолке. Лампочки ещё работали — чудо для заброшенного здания. Хотя это было явно не хорошим знаком.
— Сюда — Макс указал на дверь в конце коридора. — За ней должно быть то помещение.
Они осторожно подошли. Дверь была приоткрыта, и через щель пробивался свет — холодный, дрожащий, как от фонарика.
— Оскар? — позвал Ландо.
— Я здесь — отозвался тот. — но не заходите. Тут всё в шприцах. Если наступите — проткнёте ногу.
— Покажи, что там.
Ландо осторожно заглянул внутрь. Помещение было небольшим, метров пять на пять, с низким потолком и стенами, облицованными белой плиткой — грязной, покрытой разводами, но всё ещё белой. Вдоль стен стояли металлические стеллажи, уставленные колбами и банками. Жидкость в них была красноватой, мутной и в свете фонарика она казалась почти чёрной. А на полу...
Пол был покрыт шприцами. Десятки, если не сотни шприцов — использованных, с погнутыми иглами, валяющихся вперемешку с осколками стекла и какими-то резиновыми трубками. Среди этого моря опасного мусора, на удивление устойчиво, стоял Оскар. Он балансировал на обломках лестницы, которые рухнули вместе с ним — две доски легли крест-накрест, создав небольшой островок безопасности.
— Ты как там держишься? — спросил Ландо, чувствуя, как сердце снова начинает колотиться.
— Стою ровно — ответил Оскар. — Когда падал, приземлился прямо на доски. Они выдержали.
— Телефон цел?
Оскар поднял руку с телефоном, демонстрируя работающий фонарик.
— Цел, но зарядки мало. Нам нужно выбираться отсюда быстрее.
Ландо оглядел комнату. В дальнем углу, куда не доставал свет фонарика Оскара, сгущалась тьма — глубокая, почти физически плотная. Там что-то было. Какие-то очертания, контуры, которые не складывались в единую картину и оттуда, из этой темноты, веяло холодом — не сквозняком, а каким-то другим, неестественным холодом, от которого волосы на затылке вставали дыбом.
Оскар тоже это почувствовал. Ландо видел, как изменилось его лицо — едва заметно, но для того, кто знал его годами, очевидно. Челюсть сжалась, глаза сузились, дыхание стало чуть чаще. Он не паниковал — Оскар Пиастри никогда не паниковал, но он был напряжён до предела.
— Кто-нибудь — сказал он и его голос прозвучал ровно, но очень, очень напряжённо — посветите вон в тот угол.
Ландо направил свой фонарик туда, куда указывал Оскар. Луч света прорезал темноту и упёрся в...
Пустоту.
Там ничего не было. Только стена, покрытая старой плиткой, и покосившийся стеллаж с пустыми банками.
— Там ничего нет — сказал Ландо. — Тебе показалось.
Оскар несколько секунд смотрел в угол, не отрываясь. Потом медленно выдохнул.
— Возможно — сказал он. — но я чувствовал.Неважно. Давайте выбираться.
— Как мы тебя вытащим? — спросил Макс. — Пройти через шприцы невозможно.
— У меня есть идея — вмешался Кими. — Нужно что-то, что можно подложить под ноги и пройти. Доски, например,или какой-нибудь плоский предмет.
— Здесь есть доски — Оскар указал на обломки. — но их мало.
— Я принесу ещё — вызвался Ландо. — Там, в коридоре, валялись какие-то ящики. Их можно разобрать.
Он бегом вернулся в коридор и действительно нашёл несколько старых деревянных ящиков, рассохшихся, но ещё крепких. Вместе с Олли они разломали их на доски и притащили к двери в комнату.
— Теперь нужно выложить дорожку — сказал Ландо. — Я пойду.
— Нет — Оскар покачал головой. — Я сам. Вы просто кидайте мне доски.
Они начали работать слаженно, быстро, без лишних слов. Оскар наклонялся, укладывал доску перед собой, переступал на неё, потом брал следующую. Ландо и остальные подавали ему доски одну за другой. Это было похоже на странную, жуткую версию игры в пол — это лава, только лавой здесь были сотни острых игл.
— Осторожнее — то и дело повторял Ландо, хотя Оскар и без него двигался предельно аккуратно.
Наконец, через несколько минут, Оскар добрался до двери. Ландо протянул ему руку, и тот, помедлив долю секунды, принял её. Их пальцы сомкнулись, и Ландо потянул, помогая ему перешагнуть через последний ряд шприцев.
Оскар оказался рядом — бледный, взлохмаченный, в пыли и мелких щепках, застрявших в волосах и одежде, но целый. Живой и невредимый.
— Ты в порядке? — спросил Ландо.
— Да — ответил Оскар. — Всё хорошо.
Ландо всё ещё держал его за руку. Оскар не отнимал свою.
— Ну вот, Ландо, видишь — раздался голос Макса, и в нём звучала лёгкая усмешка — в порядке твой парень.
Ландо и Оскар одновременно разжали руки. Оскар отступил на шаг, поправляя одежду, а Ландо почувствовал, как щёки заливает предательский румянец.
— Он не мой... — начал было Ландо.
— Да ладно — Макс махнул рукой. — Я просто пошутил. Расслабься.
— Очень смешно — буркнул Оскар.
— Так — вмешался Кими, — нужно выбираться отсюда и побыстрее.
— Согласен — кивнул Олли. — С меня хватит этой больницы на всю оставшуюся жизнь.
Они двинулись обратно — через коридор, вверх по винтовой лестнице, на первый этаж. Шарль, ждавший наверху, встретил их вздохом облегчения.
— Слава богу — сказал он. — Я слышал шум, но не мог понять, что происходит.
— Всё нормально — Макс подошёл к нему и обнял за плечи. — Небольшое приключение с элементами экстрима.
— У тебя весь рукав в пыли — заметил Шарль, стряхивая что-то с его плеча.
Они вышли из больницы на свежий воздух. Ландо вдохнул полной грудью и только сейчас понял, насколько спёртым был воздух внутри.
— Никогда больше не пойду в заброшенные здания — заявил Олли.
— Ты сам хотел — напомнил Кими.
— Я был молод и глуп. Это было сорок минут назад. Я изменился.
Все рассмеялись — нервно, но искренне. Смех помог разрядить обстановку, разогнать холод, который, казалось, въелся под кожу.
Обратная дорога прошла быстрее. То ли потому, что они уже знали путь, то ли потому, что каждому хотелось поскорее вернуться в лагерь, к привычному уюту костра и палаток. Ландо шёл рядом с Оскаром, и их плечи иногда соприкасались. Всем им это запомнится.
Когда они наконец вышли на поляну, лагерь встретил их привычной суетой. Джордж, оставшийся за старшего, уже разжёг костёр и теперь что-то готовил в котелке. Увидев их, он поднял руку в приветствии.
— Ну что, нашли свою психушку? Живые?
— Почти — ответил Макс. — Оскар чуть не провалился в подвал.
— Что?! — Джордж чуть не выронил ложку. — Вы серьёзно?
— Абсолютно, но всё обошлось.
Ландо слушал, как Макс пересказывает историю, сглаживая острые углы и добавляя юмора.
— Ты точно в порядке? — тихо спросил Ландо, когда остальные отошли к костру.
Оскар повернулся к нему. В его глазах, обычно таких непроницаемых, сейчас плескалось что-то странное.
— Да — ответил он. — Просто там было что-то в том углу. Я не знаю, что именно, но я чувствовал это.
— Я ничего не видел — сказал Ландо. — Когда посветил — там было пусто.
— Я знаю. Возможно, мне действительно показалось. — Оскар помолчал. — но я рад, что вы пришли, что ты пришёл.
— Конечно, я пришёл — Ландо сказал это так, словно это было самой очевидной вещью в мире. — Ты же мой — он запнулся, подбирая слово — друг.
— Друг — повторил Оскар. — Да.
Молчание.
— Ладно — сказал Оскар. — Пойдём к костру. Нужно поесть. Я голоден.
— Ты всегда голоден после того, как куда то вляпаешься.
— Это не так. Просто сейчас я действительно голоден.
Они пошли к костру, где уже собирались остальные.