Интервью с Софьей Валерьивной Краснощековой
Мы продолжаем цикл интервью с молодыми специалистами проекта #непрерывноепедобразование – беседы с учителями, которые работают в школах относительно недавно, но уже готовы поделиться своими историями, опытом, надеждами и планами. Сегодня наш гость – Софья Валериевна Краснощекова, учитель начальных классов Шуваловского корпуса школы №1448 в Москве.
Аксиома Лаб: Софья Валериевна, расскажите, как Вы выбрали профессию учителя и как начался Ваш профессиональный путь.
София Валериевна: Я работаю учителем начальных классов уже седьмой год. Выбрала эту профессию с самого детства, сделав это по огромной любви, и считаю, что это мое призвание, потому что я наслаждаюсь своей работой. У меня не случается выгораний. Порой я сталкиваюсь с трудностями, накапливается усталость, но, когда получаю обратную реакцию от детей, все это обнуляется и я будто перерождаюсь.
В детстве я рассаживала игрушки за импровизированные парты, писала для них задания. В то время все мои игры были связаны со школой, обучением, воспитанием. С малых лет я знала, что буду учителем. После выпуска из школы пошла в педагогический колледж, а закончив его, вернулась в родную школу уже в качестве практиканта. Директор заметил меня и предложил остаться работать.
Через три года я переехала в Москву и устроилась в Гимназию номер один. Мне сразу дали второй класс. Этих детей я приняла как своих: они расположились ко мне, и мы сразу нашли общий язык. Не было дискомфорта, я не чувствовала, что ребята чужие и мне их «передали». После успешной сдачи детьми ВПР и их выпуска из младшей школы я закончила свою деятельность в гимназии и перешла в Шуваловский корпус школы №1448.
В этом году собрала первый класс и также очень довольна набором. Я чувствую, что это «мои» дети, они слышат меня с полуслова. Особенно ярко я это ощущаю, когда прихожу на замену в другой класс и понимаю, что некоторые ребята со мной не состыковываются, что с ними тяжело найти общий язык, подобрать «ключик». С моим классом у меня таких затруднений нет.
Аксиома Лаб: Расскажите о том, с какими трудностями Вы столкнулись в начале педагогической деятельности.
София Валериевна: Начинала я со страхом в глазах, когда мне было 19 лет. Помню, как пришла на линейку 1 сентября, как мне дали маленьких «цыплят», которые вопросительно на меня смотрели и не знали почему, как, куда идти. Мы прошли с ними в класс, где я организовала праздник-квест. Страх и смятение во взгляде присутствовали не только у меня и детей, но и у родителей, которые не знали, как молодой неопытный учитель найдет подход к совсем юным школьникам. У самой меня были определенные сомнения, справлюсь ли я с 25 малышами...
Хочу отметить, что те методики, которым нас учили в колледже, заложили хорошую базу знаний, но не дали универсальных решений. Если опираться только на них, не получится качественно воспитать и обучить детей. Каждое поколение индивидуально, и устаревшие методики и книги не вполне подходят современным школьникам. Поэтому важно уметь чувствовать своих учеников. К каждому из них я стараюсь подобрать ключики, пароли, замочки, открывать их, расположить к себе. В классе я не боюсь быть смешной, местами глупой, танцевать на физкультминутке, чтобы поймать внимание детей. В то же время нужно оставаться для них авторитетом. Некоторые из родителей делились со мной, что их ребенок сам просит делать с ними домашнее задание, потому что считает, что если учитель дал упражнение, то его важно выполнить. Меня это радует, и очень важно, чтобы дети воспринимали тебя именно как учителя.
Для своих учеников я также являюсь другом, с которым можно чем-то поделиться. Важно научить детей не просто читать и писать, но и выстраивать личные границы, общаться, доверять, располагать друг друга, разбираться в людях — это очень важные компоненты жизни, без которых им будет трудно при переходе и адаптации в средней школе. Я хочу передать им не только знания, но и частичку мудрости, хитрости, ловкости, навыков и умений, жизненного опыта, которые я сама унаследовала от своей первой учительницы.
В начале первого набора было сложно. С моей стороны случались промахи, которые я старалась грамотно и быстро исправить. Я засыпала с мыслью о детях, просыпалась с новыми идеями о том, как разнообразить уроки, как сделать их интереснее. Это помогало мне открывать для себя что-то новое, смотреть блоги разных учителей, искать и выбирать подходящие техники, которые подошли бы моим детям. За терпение и понимание я всегда буду благодарна детям и их родителям.
Таким образом я переборола страх: быть в чем-то неправой, ошибаться, казаться сильно строгой, не такой, как все. Это сделало меня индивидуальным учителем, и мне нравится, что ко мне тянутся и переводятся в класс — это меня вдохновляет.
Аксиома Лаб: Что для Вас самое важное в работе учителя? Что видится наиболее привлекательным?
София Валериевна: После переезда в Москву я работала учителем начальных классов и по совместительству психологом. Меня привлекло то, что все дети индивидуальны. Было интересно наблюдать за тем, как они растут и развиваются, за их психологией, мышлением. Я очень радовалась, когда пришедший ко мне первоклашка, который всего боялся и ничего не умел, под конец года прекрасно бегло читал, решал задачи, писал — у него все получалось.
Мне кажется, что учителя — это садовники. Мы сажаем зернышко, оно прорастает, после чего мы его поливаем и удобряем. С течением времени приятно видеть плоды своей работы. Именно в момент зарождения этого зернышка, его роста и развития, появления сначала цветков, а потом и плодов педагог мотивируется, начинает работать больше и лучше, полностью отдается своему делу.
Меня радует и развивает постоянная смена деятельности: меняются дети, их родители, подходы к ним. С родителями бывает непросто: некоторые из них гиперопекающие, другие, наоборот, безразличные. Все детки тоже разные: кому-то достаточно повторить тему один раз, кому-то два, кому-то не хватит и двадцати. Когда ты видишь, что ребенку нужны дополнительные занятия вне школы, и говоришь об этом родителям, а те, в свою очередь, не заинтересованы в этом, становится грустно. Для себя ты понимаешь, что надо искать дополнительное время для занятий с этим учеником.
Психологу важно быть тонким дипломатом, чтобы найти подход к родителям, которые бывают травмированными, или не имеют знаний о методах воспитания, или стали опекунами для трудного ребенка. Только так школа сможет обеспечить безопасность и продуктивность образовательного процесса. Лично мне интересно изучать людей, находить к ним «ключики», и я радуюсь, когда понимаю, что нашла верный.
Некоторые учителя придерживаются авторитарного подхода в выстраивании отношений с детьми. Я всегда выступаю за то, чтобы учитель был для учеников другом, с которым можно поделиться переживаниями, рассказать о своих проблемах и успехах. Мои ребята подходят ко мне на перемене и делятся всем, что их тревожит. Я поддерживаю их, говорю, как правильнее поступить.
Для меня важно не только научить ребенка решать математические примеры, но и направить его на путь всестороннего развития. Кому-то я советую определенные кружки. Например, одному своему гиперактивному ученику я посоветовала футбол. Спустя время этот ребенок начал добиваться успехов и занимать места на соревнованиях. Я радуюсь вместе с ним и чувствую, что в какой-то степени это и моя заслуга.
Аксиома Лаб: Интересно, что в контексте привлекательных черт профессии Вы упомянули, что молодые педагоги, наоборот, обычно выделяют как негативный фактор, а именно трудности в коммуникации с детьми и их родителями. Вы отметили, что получаете удовлетворение от профессии, находя подход к людям. В этом случае, какие негативные черты работы учителя Вы могли бы назвать?
София Валериевна: Это действительно так. Мне интересно находить подход к родителям, потому что от их мнения зависит мнение обо мне ребенка. Как в семье отзываются об учителе, так и ребенок, приходя в школу, демонстрирует это своим настроением, отношением и поведением.
Хотелось бы, чтобы в вузах будущих педагогов учили тому, как работать с родителями и их детьми. Для меня это было дополнением к образованию: я получила переквалификацию психолога. В учебных заведениях также не дают знаний о том, как находить общий язык с детьми с особенностями развития. Это бывает трудно, ведь есть дети с СДВГ или замкнутые дети.
Перед поступлением в нашу школу ребята проходят конкурсный отбор, из-за чего знания у изначально сформированного состава класса прекрасные. Иногда происходит такое, что посреди учебного года по непредвиденным причинам к нам в класс добавляют несколько учеников, которые, например, даже не ходили в детский сад. Получается, что один первоклассник в сентябре уже бегло читает, другой даже не знает букв. Мне нужно выстроить программу так, чтобы и заинтересовать того, кто уже все знает и понимает, и не сделать ее слишком сложной для тех, кто только учится читать. Очень сложно разработать план урока, чтобы он прошел продуктивно для всех детей. Поэтому, по моему мнению, в вузах нас также должны обучать этому.
У нас в классе висит корзинка с дополнительными заданиями для тех детей, кто работает быстрее остальных и кому это дается легче. Если ребенок выполнил основное упражнение раньше, то берет новое задание из корзины. Ребятам нравится такой формат, он их заинтересовывает. В первом классе это работает, однако с течением времени важно выровнять разницу между слабыми и сильными детьми, чтобы избежать трудностей в работе: сложностей в подборе заданий, составлении самостоятельных и контрольных работ. Кому-то нужно давать варианты полегче, кому-то посильнее — это приводит к конкуренции и буллингу в классе, чего нельзя допускать.
Как я уже говорила, бывают очень конфликтные родители, с которыми нас тоже не учили работать. Иногда с ними нелегко найти общий язык. Хотелось бы, чтобы в школах была организована психологическая помощь на случай, если у учителя возникают определенные трудности. В Шуваловской школе работает компетентный психолог, к которому я всегда могу обратиться, если у меня возникает какой-то вопрос. Он дает мне советы, а также может вызвать родителей, чтобы обсудить проблему вместе.
В большинстве школ такого нет, и учителю самому нужно вызывать родителей, подбирать слова и выстраивать диалог так, чтобы не обидеть, донести мысль и не отвернуть от себя человека. Из-за того, что этому не учат, у педагога нет знаний и нужных методик. Ему приходится объяснять что-то «на пальцах», доказывать, что ребенку нужен дополнительный план обучения.
В работе меня беспокоит нехватка времени, чтобы успевать делать все «на отлично». Я ухожу из дома утром, возвращаюсь довольно поздно и мало что успеваю сделать. У меня в классе 26 учеников, каждый день мне надо проверить около ста тетрадей. Помимо этого, подготовиться к урокам, сходить на педсовет, разобраться с документацией, закрыть другие рабочие задачи. Важно также выделить время на отстающих учеников, позаниматься с ними отдельно, чтобы они догнали пройденный материал. По приходе домой хочется уделить время себе, мужу, а в выходные потратить его на какие-нибудь развлечения. Часов на это не хватает, и получается, что все свободное время уходит на работу.
Хотелось бы, чтобы кто-то объяснил, как найти больше часов в сутках и все успеть. Мне кажется, что каким-то лайфхакам о том, как быстро и качественно готовиться к урокам или проверять тетради, будущих педагогов могли бы учить в университетах. У меня это вызывает большие трудности.
Аксиома Лаб: Вы коснулись темы нехватки в образовательной системе для создания нового поколения педагогов. Какие аспекты Вы также можете выделить? Что, по Вашему мнению, стоит внедрить, на что обратить внимание?
София Валериевна: Я бы внедрила практику общешкольных и параллельных собраний, на которых родители всей школы или одной параллели смогли бы обсуждать глобальные вопросы. Когда индивидуально говоришь родителю о том, что с ребенком нужно дополнительно позаниматься, часто эта рекомендация может быть проигнорирована. Думаю, если обращать на это внимание дополнительно, раз в три месяца объяснять родителям, что это важно для успеваемости их ребенка, то это принесет положительные результаты.
Очень много деток с индивидуальными особенностями развития и психики. У нас в школе классы объединенные, и в моем классе есть два инклюзивных ребенка, которым тоже нужна помощь. У меня нет тьютора: я должна сама подать им материал по отдельной облегченной программе, при этом не забыв про остальных. Важно создать такую обстановку в классе, чтобы обычные дети не поняли, что инклюзивные ребята особенные, «не такие», чтобы не спровоцировать буллинг.
Я бы не хотела получать помощь от дополнительного человека, потому что часто она бывает сопряжена с дополнительным контролем. Целесообразным мне кажется разделение классов для обычных и инклюзивных деток. Для социализации последних им достаточно ходить в обычную школу, но заниматься отдельном. На перемене они такие же, как все: общаются, социализируются, готовятся к жизни.
Думаю, что учителю, особенно молодому педагогу, у которого нет за спиной 20-летнего багажа знаний, трудно параллельно работать с инклюзивными и обычными детками, подбирать темп занятий для гиперактивных и медлительных ребят.
Физически трудно организовать урок так, чтобы пройти весь материал, закрепить тему и все получили знания на одном уровне. Мне кажется, что решение этой проблемы пока не найдено: также приходится дополнительно оставлять деток после уроков, заниматься, подтягивать их, порой ругать за поведение, давать дополнительные задания в наказание. Хочется, но пока не получается, организовать учебный процесс мирно, гладко и исключительно по-доброму.
Аксиома Лаб: Вы упомянули одну из практик с корзиной дополнительных заданий. Думаю, нашим подписчикам будет интересно узнать о том, какие методики внедряются сегодня, чтобы заинтересовать и замотивировать самое юное поколение школьников. Расскажите об этом подробнее.
София Валериевна: В вопросе внедряемого важно не переборщить. У нас есть игровые методики обучения с помощью смарт-доски. Часто я использую интерактивные форматы в обычных заданиях на уроке: на русском мы не пишем диктант, а делаем послания пиратам, на математике ищем сокровища, бегая с объекта на объект, чтобы решить задания. Мы регулярно спасаем каких-то героев. В декабре писали письмо Деду Морозу, делали послание снеговику, а чтобы злодеи не заморозили снегурочку, работали над сочинением.
Я стараюсь проводить уроки в интерактивном формате часто, но не сильно давить на игру. Потому что, когда дети привыкают, обычный урок воспринимается в разы хуже. Учителя тоже люди, которые иногда плохо себя чувствуют и не имеют возможности поиграть. Я стараюсь чередовать обычные и игровые уроки, чтобы и заинтересовать детей, и не лишить их способности к стандартному обучению.
Мы также устраиваем уроки доброты, а перед Новым годом у нас был месяц добрых дел. Каждый день с детьми мы выполняли доброе дело и отмечали это в своем календарике, чтобы Дед Мороз подарил нам за это подарок. Написанное ему письмо дети клали в морозилку, а я звонила родителям, чтобы они его оттуда достали и ребята поверили в чудо. Это была наша почта. Родители положительно на это смотрят и соглашаются выполнять все мои «прихоти». Я очень радуюсь нашим отношениями с детьми и их родителями.
Аксиома Лаб: Какими качествами, по Вашему мнению, должен обладать лучший учитель?
София Валериевна: Он должен быть выдержанным, психологически устойчивым, чтобы нельзя было на него надавить, его сломить, перегнуть на свою сторону, внушить ему свое мнение. Учитель должен жить своей профессией, любить ее и детей, потому что все они абсолютно разные.
Дети, особенно маленькие, очень сильно чувствуют эту любовь. Когда ребенок понимают, что, даже если он пошалил и его за это поругали, но он не чувствует агрессию, злость, ненависть, неприязнь учителя в свою сторону, он все равно продолжает тянуться к тебе, выполнять все задания. Вопрос дисциплины решается тем, что я перенаправляю эту энергию в какую-то ответственность. Я назначаю ребенка главным в чем-то или прошу его мне с чем-то помочь, и он, чувствуя свою значимость, перестает баловаться и выполняет мое поручение.
С детьми нужно дружить. Учитель должен быть не просто авторитарной фигурой, которая командует и указывает, а настоящим другом и товарищем, который обучит, подскажет и, даже если ты ошибся, не отругает, а поделится лайфхаком, как запомнить это правило или решить этот пример. Ребенок должен понимать, что он может подойти даже пятнадцать раз, если что-то не понял, и учитель без упрека или агрессии все объяснит. Я всегда говорю своим детям о том, что ошибаться не страшно и благодаря ошибкам мы учимся. В классе у нас висит правило, которое гласит, что ошибаться можно и главное — вовремя исправить свою ошибку.
Аксиома Лаб: Есть ли у Вас наставник в школе и насколько важна помощь старших коллег?
София Валериевна: Наставничества как такового у меня не было. Из-за того, что молодым специалистом я пришла работать в родную школу и все учителя меня знали, они мне доверились и не закрепили за мной наставника. Я сама ходила на некоторые уроки, смотрела за работой старших коллег, запоминала и брала от них то, что мне нравится: как они ладят с детьми, что им говорят, как могут их построить, успокоить, когда те балуются.
Мне кажется, что часто молодому специалисту наставник не нужен как таковой, потому что и дети, и учителя разные. У каждого педагога свой подход, свои требования. Не могу сказать, что скопировала какую-то методику у коллеги полностью — нет, что-то я позаимствовала, но адаптировала это под себя.
Перейдя в другую школу, я также работа без наставника. На тот момент мой стаж составлял три года, и я не считалась молодым специалистом. Я также нашла себе учительницу, которая мне нравилась, с которой мне было комфортно общаться, и ходила на ее уроки, смотрела, спрашивала, если что-то было непонятно.
На пути моего профессионального становления мне попадались хорошие учителя, которые не пытались «уколоть» меня моей неопытностью, сделать замечание, что я чего-то не знаю. Они спокойно относились к тому, что я присутствую на уроках и задаю интересующие меня вопросы. И мне было этого достаточно. Никто не брал надо мною шефство, не обучал и не давал готовых материалов. Мне было комфортно подходить самой и получать не готовые ответы, а подсказки, на которые я могла опираться.
Сейчас у меня также нет наставника, но я продолжаю подсматривать за теми коллегами, чей подход в обучении мне нравится. Мне повезло попасть в очень комфортный коллектив, в котором приятно работать и никто не пытается главенствовать друг над другом, доказывать, реализовываться за счет других.
Аксиома Лаб: Расскажите о Ваших любимых книгах, фильмах или медиапроектах о педагогике.
София Валериевна: Из книг могу выделить «Здравствуйте, дети!» Шалвы Амонашвили, в которой он подробно описывает, как он, как учитель, находил общий язык с детьми: как писал записки первоклассникам, где давал им определенные установки, подбирал первые слова, как отправлял эти послания через родителей, как дети бежали в школу, как он вел себя на уроке. Из этой книги я узнала много интересного.
Я смотрю разные фильмы про учителей, но особенно мне нравятся советские кинокартины про добрых учителей, в характере которых нет агрессии или злости, простых детей, не пытающихся что-то доказать, оскорбить, унизить учителя. Фильмы, в которых все по-доброму. Думаю, что у меня нет любимого жанра: я смотрю и читаю все, что мне бывает нужно и интересно.
Аксиома Лаб: Какие советы Вы можете дать молодым педагогам, которые только начинают свой путь в профессии?
София Валериевна: Не бояться ошибаться в общении с родителями. Вначале у самой меня был страх, и я постоянно подбирала слова, чтобы угодить, думала, как правильно донести до них информацию. Сейчас я понимаю, что есть определенные требования, в отношении которых компромиссов быть не должно. Например, требование носить форму одного цвета, правильно оформлять тетради, не опаздывать, быть опрятным, не забывать пропуск, сменную обувь — все это очень важно и должно строго соблюдаться. Не бояться настоять на своем, потому что именно мы занимаем роль педагога и иногда должны учить не только детей, но и их родителей.
Не бояться экспериментировать с уроками. Даже если придуманный вами урок пройдет не так, как вы предполагали, в этом нет ничего страшного и все ошибки можно исправить. Главное — работать в удовольствие, наслаждаться проделанной работой. Это очень важно, потому что дети чувствуют, когда педагог выгорает. Им не нужен выгоревший, недовольный, злой, взвинченный учитель, который срывается по пустякам. Они нуждаются в позитивном, активном, бодром педагоге, на уроках которого заряжаются этой энергией, чтобы потом поделиться ей с тобой.
Несмотря на усталость под конец рабочего дня, ты всё равно чувствуешь радость от мысли о том, что твои дети чему-то научились, что у них что-то получается. Некоторые говорят, улыбаются как ты, запоминают то, на что ты обратил внимание, выполняют это, придерживаются правил. Осознание этого приятно, оно наполняет жизненными силами и энергией.
Уметь давать отпор старшим коллегам, которые могут грубить, задавливать своим авторитетом. Их процент невелик, но нельзя допускать и малейшего грубого отношения в свою сторону. Тридцатилетний стаж не может гарантировать более высокий уровень знаний или умений. У каждого учителя может быть своя методика преподавания. Не всегда нужно следовать тому, что нам внушают старшее поколение или методички. Мы можем выбирать свою методику, это не запрещено, и обучать детей утвержденному материалу. Важно не давать себя в обиду, отстаивать свою позицию и право на индивидуальный подход.
#НепрерывноеПедОбразование