Интервью с Гаянэ Танцыревой
– Как человек, который сначала нарожал кучу детей, и только потом задумался о работе, первым делом хочу спросить про вашу карьеру в офлайне: как вы пришли к успешному успеху в сфере кино?
– Я бралась за работу, которую никто не хотел делать. Кино – очень закрытая, капсульная сфера, куда попасть сложно. Еще сложнее стать в ней успешным. Когда я начинала работать, ещё и в помине, не было Фонда Кино и продюсеры искали способы привлечения сторонних инвестиций. Продакт плейсмент – это распространенный во всем мире маркетинговый инструмент, когда бренд интегрирован в фильм. Я придумала себе, что могла бы быть продюсером по продакт плейсменту. Жаль, я тогда не знала, что это – расстрельная должность. Посудите сами. Продюсер убежден, что делает большое одолжение бренду, что «пускает» его в свою картину и ждёт (помимо денег, конечно) что бренд будет щекотать ему пяточки. А бренд -команда убеждена, что это они делают большое одолжение какому-то там фильмецу, и тоже ждут (помимо скидок, конечно), что им будут щекотать пяточки. Между ними я. Я прописывала сцены интеграции и в два уха мне орали шептали:
Продюсер: Они с ума сошли! Да они хотят испортить моё кино! Не бывать этому! Вот в том углу им самое место.
Бренд: Вот в том углу самое место вашему продюсеру, а мы хотим в центр кадра и крупняком.
Удавалось находить какой-то компромисс, нащупать тоненькую корочку льда, по которому я собиралась вывести всю эту гурьбу в идеальное будущее. И в этот момент, возникала фигура режиссёра, у которого на всё было своё мнение. И мы откатывались на нулевую точку.
Нередко контракты срывались. Но бывало, что удавалось довести дело до конца. Со многими я, до сих пор, в отличных отношениях, как со стороны бренд-команды, так и продакшна. Но вспоминаю о том времени с ужасом. Отвечаешь за всё, но ничего, ровным счётом, ни-че-го не зависит от тебя.
– Как вы решились бросить всё это добро и уйти в писательство?
– Это была нервная работа. Мяяяягонько говоря. И когда посреди съемок многомиллионного фильма, в свои 35 лет, я потеряла первую беременность, муж сказал – «хватит!». Я довела проекты до конца и ушла. И телефон перестал звонить. Вот этот момент был самым страшным для меня, наверное. Новые связи и дела ещё не сформировались, а старые уже закончились. И я оказалась в вакууме. Через несколько лет, уже в глубоком декрете, я внезапно осознаю, что творчество любит тишину. Чем меньше говоришь, тем больше пишешь. И больше приходит к тебе. Писатели ведь не просто так нелюдимые. Как только они выходят из тени, и начинают общаться, коммуницировать, проявлять себя, они просто перестают чувствовать что-то сокровенное, что-то важное. Некое предтече зыбкому творческому процессу, которое трудно найти, легко потерять и невозможно забыть. ☺
– Три ваших любимых современных писателя и романа?
– Водолазкин «Лавр», Пелевин – всё, Елизаров «Земля».
Пелевин всё еще главный. И не только из-за его ранних текстов, но и из-за его тайны. Образ его и сам он, есть вполне себе литература. И надо сказать хорошая, раз мы все его до сих пор любим, читаем, обсуждаем.
– Гаянэ, читаю ваши посты – они роскошные, и с удовольствием прочту вашу прозу. Уверена, там много иронии и юмора, которые получаются далеко не у всех писателей. Вы где-то учились письму или это ваш природный талант?
– Я уже шесть лет учусь писательскому мастерству. Курсы СWS рекомендую «по-братски, от души», как говорили у нас на районе. Я обожаю курсы Дениса Банникова и Анны Линской, но у них там в CWS всё первоклассное. Чистый кайф у них учиться. Уже после базового курса у Дениса мне удалось поступить в литературную магистратуру ВШЭ. Ну, это высший пилотаж. У них талантливыми становятся даже откровенные графоманы. Потому что всё через любовь. Очень бережное отношение к пишущему человеку. Я такого нигде не встречала.
– Очень интересно узнать про ваш сценарий, по которому сняли фильм с Акиньшиной и Самбурской, но понимаю, что скорее всего там всё секретно. Может быть тогда логлайн?
– Фильм уже вышел! Его можно посмотреть:
https://www.kinopoisk.ru/film/5515512/?utm_referrer=yandex.ru
– О чём ваш большой роман, который сейчас дописываете?
– Вот такая аннотация:
Дубайск, 2195 год. Кровопролитные гендерные войны привели к геноциду. Королевство победившего левого феминизма – единственный выживший анклав на Земле. Юная воительница Таня попадает в элитные войска, теперь она – защитница самой королевы. В мире, где расклад таро решает исход военного похода, а ради новой дозы ботокса готовы истреблять поколениями, Таня пытается остаться, если не женщиной, то хотя бы человеком. Мрачная сказка о том, что будет, если отменить мужчин.
Как вам, кстати?
– По-моему роскошно!
Расскажите почему вы решили проявляться в Телеграме? И как здесь продвигаетесь? Вижу, что у вас на канале высокие охваты и вовлечённость. Может у вас есть аккаунт в ВК или запрещённой инсте, а я просто не знаю)
– Нет, других соцсетей я не веду. У меня вот только мой маленький, спонтанный ребёночек – телега. Когда я перемахнула за экватор написания романа, и он стал уже вполне с очертаниями, я вдруг осознала, «обожежмой, как мне это продвигать!?». Мне все говорили, что писателю нужны соцсети. Но мне так не хотелось выходить из своей уютной скорлупы. Это же надо что-то писать, комментировать, вовлекаться. Я почему-то считала, что это всё игрушки, финтифлюшки, не серьезно.
Я помню тогда позвонила своей подруге и сказала – у Пелевина и Сорокина нет соцсетей и мне они ни к чему. Моя мудрая подруга усмехнулась и ответила, что если бы Пелевин и Сорокин начинали бы сейчас, то у них БЫЛИ БЫ соцсети. Как мне потом объяснили, таким образом мой мозг, который ленив по своей сути, просто не хотел делать что-то новое и идти в развитие. На самом деле, за такой позицией часто скрывается тот самый сучий исподний страх. Страх быть отвергнутым. Что по большому счёту, есть страх смерти. Я это покатала у себя по нёбу (так говорят сомелье, когда пробуют новый урожай) и поняла, что что-то в этом есть. И еще я очень люблю фразу: если ты хочешь иметь то, чего никогда не имел, тебе придется начать делать то, что ты никогда не делал. Я хочу быть успешным писателем. Поэтому я веду блог в телеге, если вы тоже, то начните вести блог.
Если говорить о раскрутке – в основном, люди сами приходят, как-то узнают. Я очень редко покупаю рекламу и только у тех, кого искренне люблю сама и читаю. Правда, в этом году, думаю, что потрачу кругленькую сумму на рекламу, хочу чтобы нас стало больше. Я так полюбила свой блог и своих читателей, они у меня такие интеллигентные и умные. Такие читатели – это комплимент любому писателю. Я сто раз проверяю информацию, чтобы ничего не напутать. Чтобы никого не расстроить и вообще, чтобы им соответствовать. И это я, которая была так скептически настроена, я теперь просто трепещу, когда у меня появляется текст, чтобы его поскорее опубликовать и увидеть реакцию своих читателей. Это же такой кайф!
– Что бы вы пожелали начинающим писателям, у которых есть амбиции и желание, но вместе с тем у них классически нет времени писать, зато имеется десяток тем для романа и они никак не могут определиться с темой (ну типо меня)?
– Начните с малой формы. Начните с рассказиков, этюдов, зарисовок. И не надо ставить себе какие-то немыслимые объемы. Брэдбери говорил, я пишу с утра 1000 знаков, и только потом иду пить кофе. Небо может упасть на землю, а я уже молодец, у меня уже 1000 знаков! И это великий Брэдбери. А кто мы такие, чтобы его не слушать?! Мой приятель, у которого очень напряжённая основная работа, вставал утром на час раньше, всего лишь на час, чтобы пописать. Этот час мы обычно тратим на тупой скролинг ленты, а он решил писать. Всего лишь час. Иногда даже 45 минут. Он уже выпустил свой дебютный роман и уже написал второй и даже заключил контракт с крутым издательством!
Когда вы садитесь в машину ночью, вы же не ждете, что фары осветят вам сразу весь путь от точки А до точки Б. Фары освещают только несколько метров перед вами, и этого вам достаточно, чтобы доехать до желаемой точки. Но чтобы двигаться нужно нажать на газ. Я уже жму. Теперь дело за вами.