Письменное интервью Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова итальянской газете «Коррьере делла Сера» (цензурированная версия)

«Российско-итальянские отношения переживают самый серьезный кризис за всю послевоенную историю». Никогда ещё Россия не была так далека — от всей Европы. Сергей Лавров отвечает в письменной форме на несколько вопросов, направленных газетой Corriere della Sera. И делает это в жёстких выражениях, с упоминаниями о «возрождении нацизма» в Европе и о «террористической природе киевского режима». В других письменных интервью, данных в эти дни российским СМИ, министр иностранных дел выражает те же мысли, но в несколько иной тональности. Лавров начинает с того, что называет «очевидной ложью» сообщения о нежелании России вести переговоры и о провале саммита на Аляске между Владимиром Путиным и Дональдом Трампом.

Несостоявшаяся встреча

«Анкориджские понимания – по-прежнему важная веха на пути поиска долгосрочного мира на Украине и полностью соответствуют условиям, изложенным Владимиром Путиным в июне 2024 года». Помимо отказа от вступления Украины в НАТО, Трамп, как утверждается, согласился с тем, что «не получится игнорировать территориальный вопрос по итогам тех референдумов», которые прошли в аннексированных Россией регионах Украины (признанных нелегитимными большинством международного сообщества. — Прим. ред.). Именно вокруг этих двух тем, по словам Лаврова, и была построена американская инициатива, которую в Москву за неделю до встречи на Аляске доставил Стив Уиткофф — «и которую Россия взяла за основу, предложив при этом конкретные шаги для её реализации».

На встрече в Анкоридже Трамп заявил, что должен посоветоваться с союзниками, но, как утверждает Лавров, Россия так и не получила «никакой реакции на наш положительный ответ» — даже во время сентябрьского саммита в Нью-Йорке с госсекретарём Марко Рубио. «Чтобы помочь американским коллегам определиться по сути с их же собственной идеей мы положили понимания Аляски на неофициальную бумагу и передали в Вашингтон», — с долей иронии добавляет министр. Через несколько дней, «по просьбе Трампа», состоялся телефонный разговор между двумя президентами и было объявлено о новой встрече в Будапеште. Потом, по словам Лаврова, что-то произошло, несложно догадаться, кого он винит. «Через пару дней мы переговорили с М.Рубио по телефону, а затем Вашингтон охарактеризовав беседу как конструктивную (она действительно была деловой и полезной). Но затем нам сообщили, что после неё личная встреча госсекретаря и министра РФ для подготовки контакта на высшем уровне не требуется. Откуда и от кого поступили секретные отчёты (у нас - подковерные доклады), из-за которых американский лидер решил отложить будапештский саммит, — мне неизвестно. Но последовательность событий я изложил точно. Мы по-прежнему готовы провести второй российско-американский саммит в Будапеште — если он будет основываться на тщательно проработанных итогах встречи на Аляске».

Фронт

Ответы Лаврова на вопрос о трудностях России на фронте звучат обобщающе. «Это не война за территории, а операция по спасению жизни миллионов людей, которые живут на этих землях столетиями. Другая важнейшая цель СВО – гарантировать безопасность России, сорвать планы НАТО и ЕС по созданию на наших западных рубежах враждебного марионеточного государства». Что касается отсутствия официальных данных о российских потерях, министр пишет, что в этом году «мы передали свыше девяти тысяч тел солдат ВСУ. От Украины мы получили 143 тела наших бойцов. Выводы делайте сами».

На Аляске внимание привлекла фотография Лаврова в толстовке с надписью URSS. Ностальгия по советскому прошлому или просто шутка?

«Моя страна обладает тысячелетней цивилизацией. У меня, кстати, есть футболка и с гербом Российской империи, это же не значит, что мы и её хотим возродить. Так что не ищите политических сигналов там, где их нет».

Против Европы

Чем ближе разговор к Европе, тем жестче становятся ответы Лаврова. По его мнению, «показательно, что брюссельские элиты молчат о вопиющей дискриминации «некоренных народов» со стороны киевского режима и одновременно восхваляют хунту Зеленского как защитника “европейских ценностей”. Западники страны не скрывают, что фактически ведут против нас прокси-войну, и она не закончится даже после нынешнего кризиса». Главное послание Лаврова таково: «Европейская «коалиция желающих»  «коалиции желающих» желает только одного – чтобы боевые действия на Украине длились как можно дольше, «до последнего украинца» и открыто готовит новую войну против России. Её основная цель — подорвать позиции президента США, изначально настроенного на диалог и желающего искать мирное и долговременное решение. Мы надеемся, что в Вашингтоне возобладает приверженность этой принципиальной позиции и США воздержатся от действий, способных привести к новому витку эскалации». Последняя фраза касается возможной отправки США ракет Tomahawk на Украину.

Министр считает, что «Конфронтация европейских элит – не была выбором России». Он не упоминает о решении Москвы начать войну, приписывая «этот разрушительный и опасный курс» «русофобскому безумию». Утверждает, что «существовавшая до 2022 года система евроатлантической безопасности демонтирована стараниями западников», а инициатива Владимира Путина по созданию новой архитектуры безопасности в Евразии «открыта для всех». «Но нужно действовать без неоколониального высокомерия».

Пекин и окружение

Лавров отвергает идею об изоляции и утрате влияния Россией. Напротив:

«Современный мир не сводится к западному меньшинству. Те времена прошли с наступлением многополярности, формирующейся на основе сотрудничества и взаимного уважения интересов». Он легко использует то, что и сам Запад не столь един, упоминая о встречах Путина с лидерами Венгрии, Сербии и Словакии. «Наши отношения со странами, представляющими более 85% населения Земли – продолжают расширяться.

Современные дискуссии по палестинскому вопросу в ООН подтверждают необходимость вовлечения всех внешних участников, иначе ничего прочного не получится — лишь показные церемонии (у нас - только красочные церемонии)». На вопрос о дисбалансе в отношениях с Китаем он отвечает резко, даже раздражённо: «Это не союз, а более эффективная и продвинутая форма взаимодействия. Категории «ведущего» и «ведомого» здесь не применимы. Поэтому говорить о каком-либо «дисбалансе» неуместно».

Москва — Рим

В завершение — об Италии. Лавров утверждает, что отношения с ней находятся в самой низшей точке. «Нас удивило, с какой легкостью Италия – вопреки своим национальным интересам – примкнула к тем, кто сделал ставку на «стратегическое поражение» России. Пока не видим, чтобы этот агрессивный подход претерпел сколько-нибудь существенные изменения. Поражает и стремление оборвать культурные связи, контакты по линии гражданских обществ, что подтверждает отмена выступлений выдающихся русских дирижёров и оперных певцов. Совсем не похоже на открытых искусству и человеческому общению итальянцев. Равноправное обоюдовыгодное сотрудничество отвечает интересам наших народов. Если в Риме будут готовы двигаться в сторону восстановления диалога на основе взаимного уважения и учета интересов, пусть дадут нам знать, мы всегда готовы выслушать».