Интервью Drugs

— Ваша группа названа как «Drugs», что имеет громкий смысл. Почему именно это имя?

Йошиацу: Когда я собрал участников, в голову ничего другого не пришло.

— В недавнем интервью от Visunavi, вы говорили, что ещё не стали «единым целым». В какой момент, по-вашему, группа станет по-настоящему завершённой?

Drugs: На данный момент не знаем.

— Вы говорили, что каждый привносит своё. Был ли момент, когда идеи участников сильно конфликтовали? Как решаете такие ситуации?

Drugs: Пока серьёзных конфликтов не было.

— В апреле вы выпустили новый альбом «D/D/D». Что значит его название? Какой смысл был заложен в него?

Drugs: Секрет.

— Цузуку, как нам известно вы написали тексты для всех песен, а так же и музыку для песни «baku», чем вы вдохновлялись? Были ли какие-то интересные моменты во время написания этого альбома? Также, хотелось бы узнать, мнение каждого участника про данный альбом.

Цузуку: Тексты и музыка часто внезапно приходят мне в голову в самые обычные моменты повседневной жизни. Например, мелодия для «baku» тоже пришла мне в голову, когда я был в душе.

— В альбоме D/D/D вы задали «стандарт» звучания. Есть ли трек, который, наоборот, не вписывается в этот стандарт, но вам он особенно дорог?

Drugs: Нет ни одной песни, которая бы выбивалась из общего ряда. Песня, к которой я испытываю особую привязанность, - „NEW ORDER“.

— Есть ли песня, которую было сложнее всего закончить?

Drugs: Пока не было такой.

— Есть ли треки, которые на записи звучат иначе, чем вы хотели, но на лайвах «раскрываются» полностью?

Drugs: Во время записи не было ничего, что пошло бы не так, как мы задумывали. И все песни на концертах вызывают ещё больший отклик и накал, чем мы могли себе представить.

— Бывает ли, что во время лайва вы сознательно меняете структуру или атмосферу песни?

Drugs: Думаю, атмосфера выступления может меняться в зависимости от концерта.

— Кто в группе чаще всего предлагает самые неожиданные идеи в музыке?

Drugs: Все. Именно благодаря идеям каждого участника песни обретают свою завершённую форму.

— Какой звук или стиль вы хотите добавить в DRUGS в будущем?

Drugs: Каждый добавляет в музыку те элементы, которые ему хочется сделать в тот момент, поэтому всё зависит от ситуации.

— Есть ли у DRUGS границы, за которые вы никогда не зайдёте — даже ради искусства?

Drugs: Мы четверо не делаем того, что считаем некрутым.

— Какую границу вы проводите между собой и DOPES* - или её не существует.

Drugs: Мы стараемся по возможности стирать границы, но при этом хотим, чтобы DOPES оставались собой и сохраняли свой характер.

*DOPES — имя для фанатов DRUGS.

— Есть ли у вас ритуал перед выходом на сцену, о котором никто не знает?

Drugs: Мы дружно общаемся прямо до самого выхода на сцену.

Персональные вопросы:

Цузуку:

— Вы долгое время выступали сольно. Что в DRUGS для вас оказалось самым непривычным?

Никакого дискомфорта нет. Я чувствую поддержку и уверенность.

— В ваших текстах чувствуется сильная визуальность. Вы сначала «видите» сцену, а потом пишете слова - или наоборот?

У меня в голове постоянно роятся разные слова. Там очень шумно - в моей голове.

— Мы слышали, что вы были учителем вокала в музыкальной школе. Вы все еще преподаёте там? Если да, то почему решили начать такую деятельность?

Я всё ещё занимаюсь этим. Даже не то чтобы «выбрал» - скорее это было неизбежно. Время, когда я соприкасаюсь с музыкой отдельно от группы, даёт мне очень сильное ощущение расслабления.

Тайзо:

— Вы говорили, что после лайва начали думать: «нам нужны такие-то песни».
Уже есть трек, который родился именно из опыта сцены?

Да, есть. Следите за будущими релизами.

— Если бы нужно было описать звук DRUGS через один гитарный эффект — что бы это было?

グニャグニャ* (Чтение: gunya gunya. «Скрученный/изогнутый/размазанный (мягкий, «плывущий» по форме).

— По известной информации, помимо того, что вы были официальным участником во многих группах, также часто являлись и саппортом разных проектов. Есть ли какая то ощутимая разница между тем, кем вы являетесь, саппортом или бандменом?

В роли саппорта я ощущаю, что просто помогаю как гитарист, а вот моя собственная группа - это уже «выражение себя».

Ватару:

— Как вы начали заниматься искусством шибари?

Во время пандемии, когда я не мог заниматься музыкой, сильно почувствовал, что в будущем по похожим причинам деятельность тоже может оказаться невозможной, поэтому мне захотелось найти способы выражения, отличные от музыки.

В тот момент я подумал, что было бы хорошо, если бы это совпадало с изначально лежащей в основе эстетикой фетиша, и естественным образом решил серьёзно изучить кинбаку (связывание).

Как ни странно, это как раз совпало с периодом, когда кинбаку начал получать мировое признание как форма искусства, так что это стало хорошим поводом и возможностью.

— Вы объединяете шибари и музыку - это довольно редкий подход.
Что для вас важнее в этом: контроль, эстетика или эмоция?

Всё это важно, но кинбаку - это практика, которая выполняется на теле человека, поэтому существует риск травм и несчастных случаев. В этом смысле крайне важен точный контроль.

И, конечно, поскольку это искусство, без красоты и эмоций оно не будет восприниматься как ценное, поэтому правильнее говорить о трёх составляющих как о едином целом.

— Какую реакцию зрителя вы считаете «идеальной» во время вашего перформанса?

Думаю, большинство людей знают о кинбаку лишь в общих чертах, но не разбираются в нём подробно. Особенно для японцев это воспринимается как нечто из мира садомазохизма, андеграунда - как сексуальная практика, о которой не принято говорить публично.

И именно поэтому мне хотелось бы, чтобы передавалось другое впечатление: что это искусство, элемент перформанса и развлечения, и в каком-то смысле - часть японского традиционного сценического искусства.

Йошиацу:

— Учитывая ваш опыт вокалиста — есть ли моменты, когда вам хочется снова встать к микрофону в DRUGS?

Я не думаю о том, чтобы петь в DRUGS. Я пишу музыку так, чтобы её исполнял Цузуку, поэтому это немного другая история.

Но иногда мне хочется выпрыгнуть из ударной установки и подойти ближе к остальным.

— Какой самый неожиданный момент на лайвах заставил вас подумать:
«Вот теперь это начинает быть DRUGS»?

В тот момент, когда начинает звучать вступительный SE.

— Почему вы решили сменить свою роль на барабанщика?

Потому что Цузуку и Ватару говорят мне это делать.

Дополнительные вопросы:

— Что такого есть в DRUGS, чего нет в других ваших проектах, несмотря на то что у каждого есть и другая деятельность?

Drugs: DRUGS!!!!!

— Что для вас сейчас Visual kei - стиль, сцена или способ выражения?

Цузуку: Жизнь.

Тайзо: Самовыражение.

Ватару: Самая свободная форма выражения.

Йошиацу: Самое крутое из всего.

— Изменилось ли у вас что-то в восприятии друг друга по сравнению с тем, каким оно было в самом начале?

Цузуку: Все могут поддержать беседу.

Тайзо: Все очень серьёзные.

Ватару: Общение у всех идёт очень легко и гладко.

Йошиацу: Все очень искренние.

— Если описать атмосферу, когда вы вчетвером вместе, одним словом — какая она?

Drugs: Школа для мальчиков.

— Какую роль каждого участника вы считаете такой, которую может выполнять только он?

Drugs: Каждый из нас выполняет свою уникальную роль, которую может делать только он.

— Кто из участников, по вашему мнению, больше всего изменился с момента основания DRUGS? И в чём именно произошли изменения?

Drugs: Никто не изменился.

— Был ли момент, когда вы почувствовали: «Это возможно только с этими четырьмя»?

Drugs: Всегда. Всё.

— Какое чувство вы хотите, чтобы испытал человек, впервые услышав DRUGS? И напоследок - сообщение для всех, кто читает это интервью!

Цузуку: Хочу, чтобы каждый почувствовал то, что он почувствует в тот момент. Люблю вас.  

Тайзо: Оставляю это на усмотрение слушателя. Thank you DOPES!!!!  

Ватару: Хорошо это или плохо - как хотите. Но мне будет приятно, если вы почувствуете уникальную атмосферу DRUGS. Это же музыка.  

Йошиацу: Хочу, чтобы вы подумали: «Да, вот оно!!» Люблю вас!

Над интервью работала Лиана.