Индивидуализм и индивидуализация.

Любые доводы в пользу «общества» отражают заблуждение, порожденное упадочным стремлением ко всеобщему уравниванию. [1]

Цитата из работ Юлиуса Эволы вынесена в эпиграф не случайно. Проблематика индивидуализации и противостояния индивидуальности и универсалистского индивида (отрицающая индивидульность) занимает одно из центральных мест в его творчестве.

Индивидуальность,возведенную в принцип, "совершенную личность" (Ю. Эвола) следует строго отличать от либерального методологического индивидуализма. В своей книге «Языческий империализм», вышедшей в 1928 году, Эвола повторяет свои тезисы об «абсолютном индивидууме», высказывая сожаление, прежде всего, «об упадке на Западе ценности индивидуальности». «Хотя это может показаться странным, — пишет он, — в основе нашего империализма лежат ценности, без которых также немыслимы различные виды либерализма и демократии. Разница заключается в том, что у либералов эти ценности утверждаются расой рабов, которая не осмеливается идти до конца, полагая их присущими индивидууму и желая их для индивидуума, но, напротив, в незаконный и эгалитаристской манере делает их достоянием «общества» и «человечества».» Сходство между либерализмом и учением Эволы заключается здесь в том, что общество не первенствует ни по отношению к личности, ни по отношению к индивидууму.

Показательно, что Эвола в этом фрагменте вместо того, чтобы полностью отвергнуть индивидуалистические предпосылки либеральной доктрины, напротив, упрекает либерализм в том, что он не осмелился «полагать и желать их в полном объеме», применяя их не к отдельному индивиду, а только к абстрактному «обществу» и «человечеству».

Такой абстрактный либеральный индивидуум — человеческое существо, лишенное конкретных национальных, расовых, половых, социальных и прочих определений, из которых складывается конкретная личность. Это обладатель всеобщих прав человека. Как таковой, он лишен конкретных определений. Это человек политкорректного общества. Из таких абстрактных индивидов и проектируются утопии. Индивид в консервативном смысле — это качественно специфический индивид, то есть человек на своем месте, на которое его «посадили» история, биография, общество, в котором он рожден и вырос. Это индивид в истории, которого невозможно вырвать из истории и «пересадить» в утопию.[2]

Мир народов в этом смысле есть сообщество исторических индивидов, так же, как всякое общество есть сообщество человеческих индивидов. И в том, и в другом случае индивидуумы различны и не взаимозаменяемы. [3]

Народ, как конкретный органический коллектив выступает субъектом в теории «больших пространств», тогда как согласно либеральной теории «прав человека» субьектом может быть только отдельный индивидуум.

Для «большого пространства» значение имеет в первую очередь историческая и сакральная картина мира. В то время как Универсализм (глобализм) оперирует только с физической картиной мира, используя вместо органичных и сформированых естевственным путем общностей, нации (которые возможно конструировать и контролировать через идеологии). [4]

Если же обратиться к классическому противопоставлению индивидуализма и холизма, например, проводимому Луи Дюмоном[5], то по мнению Алена Бенуа - Эвола не находится на стороне холизма.[6]

Холистские доктрины утверждают, что человека нельзя представить вне рамок того, к чему он принадлежит, и что мы знаем, о каком человеке мы говорим, только тогда, когда мы знаем, к какому коллективу он принадлежит. Они добавляют, что человечество состоит не из индивидуумов, а из объединений индивидуумов: народов, общин, культур и т. д. Что поразительным образом совпадает с консервативным пониманием индивида и общества.

Эвола утверждает, что совершенная личность в некотором роде свободна от какого-либо социального измерения, а именно потому, что ее не затрагивает всё то, что относится к низшему. [7] Индивид (как это понимал Ю. Эвола), как совершенная личность, прошедшей индивидуализацию, уже не тождествена универсалистскому индивиду. По мнению психолога и философа Кена Уилбера, "когда появляется саморефлексивное эго, и центр тяжести самости начинает перемещаться от конвенционализма/конформизма к постконвенционализму/индивидуализму, самость сталкивается с путаницей «самотождественности и роли»: как может самость обнаружить, кем или чем она является, коль скоро она больше не зависит в принятии решений от общества (с его конвенциональной этикой, правилами и ролями)?"[8]

То есть, противоречие между холизмом и индивидуализмом возникает при применении к качественно разным индивидам.

1. Ю. Эвола - Люди и руины, стр. 52. См. также четвертый раздел работы «Оседлать тигра», озаглавленный «Растворение индивидуума». ↩︎

2. [Л. Г. Ионин - Апдейт консерватизма] ↩︎

3. [там же] ↩︎

4. [см. напр. А. Г. Дугин - Четвертая политическая теория] ↩︎

5. Louis Dumont, Homo aequalis. Genèse et épanouissement de l’idéologie économique, Gallimard, Paris 1977; Essais sur l’individualisme. Une perspective anthropologique sur l’idéologie moderne, Seuil, Paris 1983 ↩︎

6. Ален де Бенуа - Юлиус Эвола,радикальный реакционер и метафизик, занимающийся политикой ↩︎

7. там же ↩︎

8. К. Уилбер - Интегральная психология. Сознание, Дух, Психология, Терапия ↩︎