Имитация самоуправления

О том, почему нынешнее самоуправление в СПбГУ никому не интересно и для чего оно вообще нужно, рассуждает главный редактор SPBGU TIMES Александр Захов

26-27 апреля в институте истории пройдет так называемый анонимный социологический опрос о том, кто займет пост председателя студенческого совета. Данное мнение будет лишь консультативным - окончательное решение по поводу следующего председателя примут делегаты студсовета на своем заседании, которое пройдет несколько позже. Подобные соцопросы вошли в обиход историков с прошлого года, фактически заменив собой полноценные всеобщие выборы председателя, единственные в своем роде в СПбГУ. Произошло это вследствие того, что администрацию университет, вероятно, не устраивало такое вольнодумство и демократия - для них важнее было бы иметь хорошо управляемый орган студенческого самоуправления, действующий по принципу «как бы чего не вышло» и не имеющий никаких реальных функций в своих руках.

Деградация истфаковского студсовета, старейшего в СПБГУ, началась еще в 2013 году, когда только что избранная на пост председателя Светлана Петрова согласилась принять навязанное администрацией положение о студсамоуправлении и этим самым уничтожила все предшествующие достижения. А они были немалыми: во-первых, на истфаке существовала весьма работоспособная можешь самоуправления, содержавшая систему сдержек и противовесов: помимо председателей и глав комитетов, на общественную жизнь не номинально, а реально влияли две так называемые фракции: учебно-научная на и внеучебная. К одной из этих двух фракций присоединялись избранные делегаты. Сами названия не должны вводить в заблуждения: во внеучебной фракции хватало делегатов, всерьез занимавшихся наукой. Дело было лишь в общем векторе развития студсамоуправления: «научники» отстаивали приоритет науки над другими областями, «внеучебники» говорили о том, что помимо науки надо уделять внимание другим отраслям, в частности культмассу и спорту. Лидеры фракциий координировали работу, а также по положению входили в Малый студсовет (сейчас он называется Президиум и по сути обладает диктаторскими полномочиями, в отличие от предшественника).

Кто-то может сказать, что данная система была громоздкая и непонятная студентам. Однако реальная ситуация говорила о другом: так как в студсовета было две силы, то для продавливания своего решения нужно было собрать как можно делегатов одной фракции. Поэтому главы фракций собирали делегатов не для галочки, а всерьез. За время существования подобной системы кворум собирался регулярно, при том, что число делегатов доходило до 60 человек, что требовало присутствия более 30 делегатов на отдельно взятом заседании. Сравните с нынешним положением дел.

Именно после разрушения данной системы на истфаке четко началась прослеживаться апатия к самоуправлению как таковому. Сейчас общественная жизнь в тех рамках вряд ли интересно более чем 50 студентам и я даже не удивлюсь, если моя цифра сильно занижена. Вследствие этого происходит постепенное затухание общественной жизни как таковой - начали исчезать студенческие газеты, паблики (их количество резко сократилось по сравнению с тем же 2012 годом), Футбольная лига истфака переживает не лучшие времена, общеистфаковские студенческие конференции, организованные силами студентов, перестали быть обыденностью, а считаются скорее чудом, традиционные истфаковские праздники (день историка и день первокурсника) уже давно не проводятся. 

Для историка общественная жизнь является необходимой как воздух, вследствие особенностей нашего образования. Если посмотреть на другие специальности, то что мы увидим? Юристы, экономисты и менеджеры имеют больше шансов устроится на высокооплачиваемую работу, у них для этого есть связи. Если мы возьмем химиков или физиков, то они являются узкими специалистами, поэтому также могут позволить проводить свои научные исследования после университета, в лабораториях и научно-исследовательских институтах и центрах. У историков все по другому. Спектр применения исторического образования велик, но на чем он базируется? Как мне видится, на двух китах: собственном багаже интеллектуальных знаний и связях, наработанных за время учебы. Вот для нарабатывая связей и существовала развитая общественная жизнь на истфаке. За время нахождения в студсовете истфака можно было попробовать реализовать интересные проекты, наладить нужные связи - по сути, благодаря подобной корпорации можно было получить бесценный опыт, необходимый для последующей работы в интересующей сфере, а также для взаимодействия в научной сфере.

Именно поэтому студсовет появился у нас первым и имел самую развитую систему не только в СПбГУ, но и по моему наблюдению в принципе в России (если сравнивать на уровне факультетского самоуправления). Тем более смешны и нелепы попытки администрации вогнать наше самоуправление в усредненные рамки - созданные для всех, без учета уровня развития органов самоуправления в определенный момент времени. Это прямая угроза и ущерб нашему дальнейшему развитию - ведь, получается, сделав за 15 лет качественный скачок вперед, мы опять возвращаемся к тому, с чего начинали, а именно: неограниченной власти председателя, апатии большинства студентов и так далее.

Отсутствие активной жизни на факультете в итоге складывается из двух вещей: диктатуры председателя (можно расширить это понятие до диктатуры президиума - сути это не поменяет) и изменение положения о самоуправлении, где были механизмы противостояния диктатуре председателя. Как уже указывалось выше, администрация слепо спустила положение сверху, не учтя при этом ни мнение студентов, ни банальные законы логики. В самом деле, что мы видим: с одной стороны студентов призывают активно участвовать в мониторинге качества образования, активно входить в различные комиссии, самостоятельнее подходить к выбору курсу и составлению собственных образовательных маршрутов. С другой стороны, администрация отсекает студентов от истинной самостоятельности в студсовете, запрещая выбирать всеобщим голосованием главу студсовета, не давая автономии по положению, создавая заведомо нежизнеспособные условия для развития общественной жизни. Такая ситуация не идет на пользу никому - студенты не заинтересованы в какой-либо активности, а университет все более и более сползает во всех мировых академических рейтингах, уступая место другим российским вузам.

Поэтому рассматривать нынешний социологический опрос как катализатор усиления интереса общественной жизни не стоит. Пройдет опрос, на заседании студсовета, если соберется кворум, выберут главу студсовета и общественная жизнь благополучно замрет на истфаке до следующих выборов. И не важно, кто победит - так будет при любом председателе, дело то не в них, а в системе и нежелании что-то менять.

Александр Захов