Игра в мужика

Долго думал, как начать этот текст, было версий 14. Ничего не нравилось. И вряд ли понравится, поэтому решил, что это лучший момент применить radical transparency и сказать как есть: в этом тексте я буду звать мужиков на тантру в октябре. И делать это буду максимально честно, через свой собственный опыт.

В этом году я присоединился к VAHUE как CEO. Это не просто карьерное решение, у этого очень личная причина: опыт, который я получил в разных форматах ретритов VAHUE стал буквально трансформационным и разделил мою жизнь на «до» и «после». И я хочу поделиться этим, как когда-то поделились со мной.

В октябре мы собираем Wild Tantra — недельный ретрит с Пемой Гитамой в Португалии, и, как и всегда на тантре, мужчин в листе заявок сильно меньше, чем женщин.

Поэтому дальше — моя личная история. Я надеюсь, она найдёт тех, кому сейчас это правда нужно.

Та самая ночь

Я шёл по ночному Дублину под его свинцовым небом с бесконечным дождём. Вокруг Хэллоуин, весь город звенит детским смехом — а для меня тупо нет звука больнее. Жена сказала: расходимся, ничего не работает. Десять лет брака, семья — всё, закончилась. А сын? У него же первое слово было «папа», как я теперь буду без отцовства?

Под мышкой надувной матрас. Я только прилетел, достал его из новой тачки и шёл к другу, который согласился на ночь меня приютить, потому что я, блядь, перепутал даты, а подруга, в доме которой я планировал остановиться, улетела на день позже. Своего дома ещё не было: после развода я мотался между тем, что им было на Бали, и Ирландией — тут у меня работа в Гугле, бюджеты, амбиции и всё такое. Но я нигде толком не жил.

Дорога через спальный район. Семьи ходят от дома к дому, пацаны в дурацких костюмах собирают сладости, орут, ржут, отцы снимают их на телефон. Реальная пытка для меня, где каждые N метров — напоминание о том, чего я лишился. Я, насквозь мокрый и с матрасом.

Уже у друга выяснилось, что от матраса не хватает детали. А я обессилен так, что вариантов нет — только рухнуть на пол.

Я проснулся на полу в руинах собственной жизни, посмотрел в окно на дождь — и впервые за очень долгое время подумал не «что делать», а просто: я так больше не могу. И не хочу.

То, что унёс мой отец

«Будь мужиком» — практически любое мое переживание, желание, стремление лет с пяти встречало один мета-директив. Примерно тогда отец отрубил всю теплоту и решил воспитывать меня «как положено». Чтобы вырос «мужик, а не тряпка».

Почему-то острее всего вспомнилось это. Мне четырнадцать, я впервые уезжаю из дома, из Хабаровска, и сразу — на год в Штаты. Один, на другой континент, в четырнадцать. Что отец сказал на прощание, я не помню. Помню, что коротко и по делу, что-то вроде инструктажа. И в момент, когда у него внутри поднялось, комок подступил к горлу и настоящие чувства — я это увидел, я смотрел на него в упор, сдерживая желание обнять теплотой за все годы — как он резко развернулся и ушёл. Он не торопился — просто мужики свои чувства не показывают, а он же — мужик. Он уносил от меня своё растроганное лицо, как уносят что-то стыдное. Он не сказал, что любит меня. Не сказал, что будет скучать. Пацану, который на год улетает один, вообще-то очень пригодились бы эти пять слов. Вместо них в меня как будто бы загрузили инструкцию, гораздо более подробную. Когда внутри поднимается чувство — разворачивайся и уходи, прячь.

«Будь мужиком» — это достаточно странная хуйня, там внутри было тупо две опции: «должен» и «нельзя». Заставлять себя делать или заставлять себя не делать. Я называю это игрой в мужика. Опора, добытчик, каменная стена, кремень, решай, терпи, вывози — я должен. Я должен. Я должен. Я свёл себя до функции и честно выполнял весь чек-лист, годами, пункт за пунктом.

И тогда, в Дублине, под этим ебучим дождём я впервые за две трети жизни заметил, что чувствую: бесконечную усталость, растерянность, одиночество, злость. И тотальную пустоту там, где должно быть, чего я сам вообще хочу. А чего я вообще хочу.

Успех как обезболивающее

У Терри Реала, психотерапевта, который тридцать лет занимается мужской депрессией, есть понятие: скрытая депрессия. Не та, где человек лежит лицом к стене, наоборот. Та, где он работает по четырнадцать часов, бегает марафоны, поднимает раунды и выглядит бодрячком.¹

Тезис такой: здоровая самооценка — внутренняя, это способность ценить себя вместе со своим несовершенством. А мальчикам общество выдаёт другую — по результату. Ты хорош ровно настолько, насколько ты сегодня выдал.

Дальше механика простая. Пока связь с объектом достижения не нарушена — ты в порядке. Но как только она рвётся — сделка сорвалась, компания продана или просто роль, которая тебя держала, закончилась, — самооценка обрушивается, и то, что все эти годы было прикрыто достижением, наконец становится видно.

Я добился всего, о чём «мечтал»: классная позиция в Google, релокация в Ирландию, командировки в Нью-Йорк и Лондон, сын и жена рядом, моя первая беха под окном — но фоном постоянное ожидание, когда наконец станет хорошо. Или даже не так: когда я наконец почувствую, что всё хорошо. Проходит день, неделя, год — ничего. И понял, что уже лет двадцать живу на этом допинге достигаторства, и доза перестала брать.

Можно создавать выдающиеся вещи. Просто очень часто — не из соединённости с собой, а из компенсации, тревоги и страха.

Мы все — результат вычитания

Я, кстати, только недавно подумал, откуда ещё эта пустота. Потому что нам не говорили, какими можно быть. И уж точно не учили, как это исследовать. Нас учили, какими не быть. Не плачь. Не бойся. Не ной. Не веди себя как девчонка. Не будь тряпкой. Не нуждайся ни в ком.

У Реала тоже есть про это тезис: мужская идентичность формируется не как процесс развития, а как процесс вычитания. Из мальчика не строят мужчину: из мальчика убирают лишнее, пока не останется то, что можно предъявить социуму.² И если сильно упрощать, лишнее — это «женское».

«Первый акт насилия, которого патриархат требует от мужчин, — это не насилие по отношению к женщинам. Патриархат требует от всех мужчин совершить акты психического самокалечения, убить в себе эмоциональные части».³

Написала это женщина в 2004 году — Белл Хукс. И говорит она, что первый, кого эта система режет, — не женщина. Мужчина. Причём не «над мужчинами совершают насилие», а именно — требуют совершить. Не нам ломают руку — нам объясняют, что настоящие мужики ломают её сами, и оставляют одного в комнате.

И самое хуёвое — мы, мужики, можем быть тёплыми, сострадательными, внимательными к другу, который говорит, как устал вывозить. Но не к себе. И никто не делает этого с нами. Мы сами это делаем с собой.

Саша, один из мужчин нашего комьюнити, сказал ровно про это:

«Я даже не блокировал чувства — я пытался их блокировать. И это, ну, самонасилие».

В прошлом году вышел метаанализ — сто двадцать исследований, почти восемьдесят девять тысяч человек. Разбирались, чем мужчины и женщины на самом деле отличаются в обращении с чувствами.⁴

И что? Распознавать свои чувства мужчины умеют не хуже женщин, а местами даже лучше. А вот назвать — заметно хуже. И сверху ещё привычка думать про внешнее вместо внутреннего: что делать, какой план, какой план Б.Вырезали не способность чувствовать, а навык быть в них.

Потому что чувство никуда не девается. Оно просто перестаёт быть чувством и становится фоном, погодой, исходным состоянием. Не ты злишься — это мир вокруг раздражающий. Не ты на стрёме — это обстановка объективно мутная. Не тебе тоскливо — это просто всё как-то стало однообразным, пластмассовым.

Слово делает чувство предметным. Предмет можно взять, отложить, показать кому-то, рассмотреть. Без слова ты чувство не держишь — ты внутри него живёшь и считаешь его свойством реальности.

Вот и весь ответ, почему я не замечал свою пустоту, пока в чек-листе стояли галочки. На неё нельзя было посмотреть, потому что я смотрел из неё. Как в песне Алексея Косова (Ассаи):

«Стучал в дверь, дверь открылась, а я стучал изнутри».⁵

И самое обидное, что операция при этом не сработала.

Классический эксперимент девяносто восьмого года: людям показывают тяжёлое видео. Одним разрешают просто смотреть, другим — переосмыслить происходящее, третьим — не подавать виду. У тех, кто переосмыслял, интенсивность переживания падает. У тех, кто держал лицо, — нет. Снаружи ничего, внутри ровно то же самое, только организм идёт вразнос сильнее остальных и продолжает после того, как видео кончилось.⁶ А в другой работе померили, кто вообще пользуется этой стратегией чаще: ага, мужчины.⁷

То есть чувствовать мы не перестали. Чувствуем всё. Просто молча, дольше, и у этого есть цена.

Причём платим эту цену не только мы сами. В одном исследовании мерили давление у собеседника человека, который держит лицо. У собеседника. Оно росло.⁸ Броня — штука не приватная: её чувствует тот, кто напротив, даже если не понимает, что именно чувствует. Твоя женщина, кстати, чувствует это лучше всех.

Последние несколько лет я много времени провожу с мужчинами — поддерживающие группы, один на один, ретриты, еженедельные круги. Где-то участвую, где-то веду. Я был рядом с сотнями очень разных мужиков, и, когда доходит до точки кипения, звучит это примерно одинаково.

«Пробую вспомнить всё, от чего могу заплакать. Как будто трубы прочищаю».

«Головой понимаешь, что надо позволить себе быть слабым. Женщина ругается, что я себе этого не позволяю. Всё головой понимаешь — и, сука, всё равно не делаешь».

«Я слушал, чего все хотят, и понял: внутри меня есть зверь, и он хочет вообще не этого. Как взрослый я хочу детей и построить дом. А зверь хочет за руль восемьдесят шестой короллы на серпантине и выспаться, блядь, на диване, глядя на сосну».

Вот этот зверь — его не вырежешь. Он тридцать лет сидит в подвале и ждёт, когда откроют.

Почему я дал шанс тантре

Я перебрал все «нормальные» мужские инструменты в попытках пофиксить пустоту внутри: терапия, коучинг, бокс, переезд, новые страны, новая работа, покрасил волосы и проколол нос. Всё, что можно поставить в календарь, оценить динамику и получить быстрый результат.

Если вспоминать себя тогда, тантра не пришла бы мне в голову. С ассоциациями первого порядка и шизотерико-эскапистским душком я не расценивал это как инструмент познания себя, скорее как некий духовный entertainment, тогда я думал о тантре так. Но думать как раз пора было перестать: нужна была перепрошивка. Так вышло, что ретрит влетел в очень уязвимый момент моего «краха», когда образовалась брешь в моём интеллектуальном панцире — ровно тогда, когда интеллектуальный панцирь наконец пробило. Оглядываясь назад, как же я этому рад.

Я разговаривал об этом с женой своего друга — мы с ним ездили на ретрит год назад. Он был один, она осталась дома с ребёнком. Она помогла мне понять, отчего тантры нет на «мужицком» радаре:

«Если ты никогда не чувствовал это состояние и не знаешь, что это, — ты не можешь это выбрать».

Вот и весь ответ, почему тантры нет в привычном мужском списке способов заполнить пустоту. Нам просто нечем её захотеть.

Тантра разрушает мечты

Я поехал в прошлом октябре — по большому счёту, из той самой пустоты с ожиданиями и даже неким скепсисом. Помню, первые слова Пемы были:

«Тантра не поддерживает декорации. Тантра разрушает все ваши иллюзорные надстройки, все фантомы — и сразу приближает вас к сути».

Она не учила, как «правильно по-тантрически», — просто предложила посмотреть иначе. Всё, что мы привыкли считать неуместным, — злость, ревность, страх, желание, стыд — не сбой системы, это важная часть нас. Мы тратим огромный ресурс, чтобы гасить чувства и желания, а гасим вместе с этим себя.

«Нам не нужно исцелять некомфортные сильные эмоции. Это просто энергии, и они всегда будут присутствовать в нас. Нам с ними некомфортно в основном из-за того, что мы не понимаем, как они функционируют. И, отрезая их, мы отрезаем части себя, свою энергию, свою истинную силу и саму связь с жизнью».

Не отвергать никакую составляющую. Не вычитать вообще ничего, не исцелять, не убирать — понять, как устроено, и вернуть себе. Не то чтобы я в тот момент это сформулировал. Это скорее то, что в меня прогрузилось через телесный опыт.

Пема выглядит максимально нормально и приземленно. Никаких атрибутов «великого учителя», иногда я даже как будто бы чувствовал разочарование, не увидев огромные индийские малы или кристаллы. Говорит она четко, строго и невероятно артикулированно. Напоминает мне одну женщину-VP из корпоративного мира, с кем я работал в начале карьеры. Её хочется слушать. Ей хочется доверять. У неё хочется учиться.

«Тантра разрушает мечты», — говорила она. Мечты — не иллюзия. Скорее, тантра бросает якорь в настоящем, и оказывается, что настоящее — кайф чище любой мечты.

Неделя с головой на мьюте: инструкция по проживанию

Первое: идти, куда ведёт тело. Нет, не было никакой групповой исповеди — на ретрите вообще почти не разговаривают. Нужно полностью отключить голову, а для человека, кто всю жизнь строил из неё, это ошарашивающая и тотально сбивающая спесь оптика.

Второе: будет интенсивно. Давление конструируется специально, и Пема про это говорит прямым текстом: «Бриллианты рождаются под большим давлением. По крайней мере, это то, как я строю свои ретриты: давайте создадим очень массивную ситуацию, где много напряжения».

Нас было 60 человек, поровну мужчин и женщин — в основном предприниматели, причём топовые, белые воротнички, артисты — что называется, успешные люди. Неделя как замкнутый контур: без телефонов и без выхода в обычную жизнь. Фасад держится на ресурсе, а ресурс уже к середине ретрита весь без остатка направлен в практику. Держать лицо и отыгрывать роль становится нечем.

И это не набор практик, а одна дуга: завязка, кульминация, развязка. Каждый день продолжает предыдущий, это цельное путешествие длиной в неделю.

Третье: держим скорость — как с ограничениями в городе, когда у тебя спортивная тачка. Пема проговаривает это отдельно: «Нужно двигаться очень медленно, чтобы избегать перенапряжения ума, когда он пугается, что слишком много всего». Медленно здесь не поблажка, а часть конструкции: систему, которая закрывалась десятки лет, рывком не откроешь.

Конечно, у меня был скепсис и были страхи. Первый — что это про секс. Точнее, даже не так: что это окажется про секс и я жестко разочаруюсь. Оказалось ровно наоборот. Саша, который был на ретрите, говорит:

«Для себя я формулирую это как один из самых невинных опытов, с которыми я сталкивался. Невинность — от слова „вина“, а точнее, её отсутствие».

Подтверждаю. И дословно Пемой, чтобы вопрос закрылся:

«Tantra is definitely not equal sex».

Второй страх глубже, и в нём признаться тяжелее. Что меня это размягчит. Точнее, что я вернусь каким-то другим — и то, на чём я всю жизнь ехал, перестанет работать.

Дима Мацкевич, с которым мы вместе делаем эти опыты возможными, говорил про это:

«Есть ощущение, что от тебя ожидают такую немного звериную энергию, какой-то мачизм. А там понимаешь, что вообще нет. Есть и этому место, но наслаждение и любовь идут не оттуда — они идут из простой чувствительности, спокойствия, из контакта».

Я боялся потерять силу.

Что видела она

Во время разговора с семейной парой про опыт мужчины в тантре мне очень нужна была вторая половина истории: он тогда уехал на неделю, она осталась дома с ребёнком. Мне было важно узнать, каково это было ей — отпускать.

«Было много страха, тревоги, ревности. Вдруг встретит кого-то, кто-то ему очень понравится. Но потом я поняла, что это оборотная сторона любви и того, что мы создали что-то ценное. Ты боишься это потерять — значит, есть что терять».

И решающим, как выяснилось, оказалось то, что происходило, пока он был там:

«Самое ценное для меня было то, что он проживал это всё со мной. Я дома с ребёнком, а он каждый день он сам хотел делиться всем, что проживает. Очень уязвимо. И это вывело нашу связь на новый уровень близости».

Он, кстати, нарушал рекомендацию: на ретрите советуют не поддерживать контакт с внешним миром. А он каждое утро записывал ей кружочки, чтобы оставаться в контакте. Забирать его ехала, по её словам, как на первое свидание — всё внутри трепетало, как десять лет назад.

И вот наконец я спросил то, что хотел узнать на самом деле от женщины: каково это, когда твой мужчина начинает проявлять чувства?

«Может быть, маскулинность привлекательна сначала, когда только встретились и всё на высоком градусе. Но для долгой жизни вместе ключевое — быть суперчувствительными по отношению друг к другу. Возможно, на этом вообще отношения и держатся».

При этом она сама всё ещё не считает себя готовой для этого опыта, а мужа своего отпускает и во второй раз.

До и после

Без преувеличения, с ретрита Пемы я увез то, что не ожидал там найти — настоящую связь с собой и с жизнью: с ощущением, что моя голова, тело, сердце и что-то, что называют душой, впервые заодно. И из этого ощущения реально перестраивается моя жизнь.

Замечаю это и в мелочах, и в больших вещах. Ссора, в которой раньше я бы закрылся и ушёл в себя или даже из дома, — а я вдруг остаюсь. Замечаю, чувствую, но тело больше не уносит меня из комнаты автоматически. Между «замечаю» и «отмахиваюсь» есть пространство. Раньше их не было.

Чтобы не осталось ложного впечатления: тантра ничего не чинит. Пема сама говорит:

«Tantra is not a path that fixes something, definitely not».

Тому, кто идёт под дождём

Игра в мужика закончилась для меня осознанием, что в моих силах перестать играть. Список всех «должен» и «нельзя» никто из передававших мне не выбирал — ни мой отец, ни его отец, ни пацаны во дворе. Но в моих силах это увидеть и перестать играть в эту игру.

Моему сыну уже шесть с половиной. И у меня есть очень большая тяга к тому, чтобы помочь сыну вырасти большим мужиком, чем я считаю себя самого. Даже когда пишу эти строки, улыбаюсь, потому что вижу тот самый поколенческий баг, который по инерции хочу передать сыну. Теперь вижу. Моя главная цель в родительстве — приносить себя аутентичного в контакт с сыном и показывать своим примером, как можно жить, не отыгрывая роли. И что правил, по большому счету, нет, как и нет никаких «должен». Что есть — это достоинство, сердечность, эмпатия и критическое мышление, которые вместе позволяют выбирать собственный вариант мужественности.

Этим летом я возвращался в Дублин, чтобы забрать свои вещи и больше туда не прилетать. Выкидывая тот самый матрас, вспомнил себя тогда, потерянного, разбитого.

Не могу сказать, что жизнь стала проще, местами даже наоборот — нет большой суммы денег на счету, много неопределенности, я всё ещё переживаю развод и внутреннюю перестройку. А как иначе, я же буквально отказался от выданных мне опор, и собираю всё на новых — но своих.

Но каждый день я засыпаю и просыпаюсь с искренним желанием жить свою жизнь. Как же я себе благодарен, что решился.

…

Про ретрит в октябре уже говорил — Wild Tantra с Пемой в Португалии, 5–11 октября. Узнать больше и записаться →

Если пока не до ретрита — понимаю. Каждую среду в 11:00 мск мы с Димой ведём открытые мужские звонки: час в зуме, до двадцати человек, бесплатно. Никто никого не разбирает, советов не дают. Говоришь от себя по минуте — или молчишь и слушаешь, так тоже можно, и так делают.

…

На что я ссылался

¹ Терри Реал (Terrence Real), «I Don't Want to Talk About It: Overcoming the Secret Legacy of Male Depression», 1997 — понятие covert depression (скрытая депрессия) и самооценка, привязанная к результату.

² Он же, там же — мужская идентичность как процесс вычитания: «быть мужчиной» определяется через «не быть женщиной».

³ Белл Хукс (Bell Hooks), «The Will to Change: Men, Masculinity, and Love», 2004. Формулировка «требует совершить» есть в оригинале.

⁴ Mendia et al., Personality and Individual Differences, 2024 — метаанализ: 120 исследований, 88 721 человек. Распознавание чувств — значимой разницы нет; описать словами — мужчины хуже (d = 0.26); внешне ориентированное мышление — самое большое различие (d = 0.49).

⁵ Ассаи и Косов — «Инструмент по исчезновению», альбом «Квазикумир», 2024.

⁶ James Gross, Journal of Personality and Social Psychology, 74(1), 1998 — подавление выражения эмоции не снижает интенсивность переживания, но усиливает физиологическую активацию, в том числе после окончания стимула.

⁷ Gross & John, Journal of Personality and Social Psychology, 85(2), 2003, N = 1 483 — мужчины используют подавление значимо чаще женщин (d = 0.47).

⁸ Butler et al., Emotion, 3(1), 2003 — у собеседника человека, подавляющего эмоции, растёт артериальное давление.

Если что-то в моей истории отозвалось — пишите комментарии, пишите лично, мне правда это важно.

Слава @velvet_slava