«Игра на вылет» (2/2)

Они нашли ближайшее кафе, полупустое, с низкими диванами и запахом свежей выпечки. Макс сел первым, бросив куртку на соседнее сиденье. Шарль лишь усмехнулся и опустился напротив. 

— Ты всегда такой, или только после поражений? — спросил Шарль, взяв меню.

— Я не проигрываю, — огрызнулся Макс. — Мне просто не везло с тимейтами.

— Ах да, конечно. Всегда кто-то виноват. Только не ты, великий Ферстаппен.

Макс сжал зубы, но в этот момент официантка подошла к столу, и он выдохнул. Заказал чёрный кофе без сахара. Шарль - капучино и круассан.

— Ты вообще ешь что-то нормальное? — фыркнул Макс.

— А тебя волнует, что я ем? — Шарль приподнял бровь, и в его голосе проскользнула такая лёгкая, почти насмешливая теплота, что Макс почувствовал, как уши начинают гореть.

— Мне плевать, — буркнул он, отводя взгляд.

Наступила неловкая тишина. Дождь за окном барабанил по стеклу, и в кафе стало особенно уютно. Шарль крутил в руках салфетку, разглядывая Макса уже без прежней агрессии.

— Слушай, — наконец сказал он, — я не ожидал, что ты... ну, что ты такой.

— Какой? — Макс насторожился.

— Нормальный. Не похож на человека, который называет других «раковая опухоль» в чате игры.

Макс фыркнул, но в глазах мелькнула тень вины. Он замялся, покрутил ложку в пальцах.

— Тоже мне, ангел. Ты первый начал.

— Потому что ты бесишься, — улыбнулся Шарль. 

— Ты играешь так, будто от этого зависит твоя жизнь. Каждый твой выстрел — как вызов. Я не мог не ответить.

— Ты тоже не молчишь, — тихо сказал Макс и вдруг, сам не ожидая, добавил: 

— Но играешь ты красиво.

Шарль замер. В его зелёных глазах промелькнуло удивление, а затем — что-то похожее на благодарность.

— Это был комплимент? — спросил он тихо.

— Не думай слишком много, — Макс смутился и уткнулся в свой стакан. 

— Просто факт.

Шарль рассмеялся, чисто, звонко, и этот смех странно отозвался где-то в груди Макса. Он поднял глаза и поймал себя на том, что рассматривает пальцы Шарля: длинные, ухоженные, и этими пальцами вчера он строчил оскорбления. Почему-то стало странно тепло.

— Я, кстати, Шарль, — сказал тот, протягивая руку через стол. — Но ты уже знаешь.

— Макс, — ответил он и пожал ладонь. И задержал её на секунду дольше, чем нужно.

— Я знаю, — улыбнулся Шарль.

Они говорили о глупостях. О том, как Шарль однажды пролил энергетик на клавиатуру и проиграл турнир, о том, как Макс начал играть в CS ещё в школе, потому что отец сказал, что «это пустая трата времени», а он всегда делал все назло отцу. Оказалось, у них обоих есть собаки. 

— Ты серьёзно? — удивился Шарль. — Не думал что у такого как ты может быть щенок. Она не шугается от твоих криков?

— Нет, она играет со мной. — парировал Макс, и они оба рассмеялись.

Через час они вышли из кафе. Дождь кончился, в воздухе пахло мокрым асфальтом и свежестью. Они стояли у выхода, и Макс вдруг понял, что не хочет уходить.

— Слушай, — начал он неловко, пряча руки в карманы,

 — может, ещё как-нибудь... ну, в кафе? Или если хочешь, могу тебя научить паре приёмов, чтобы ты наконец перестал прятаться за углами.

Шарль прищурился.

— Это ты меня учить собрался? Тот самый, кто проиграл 0:5?

— Я отыграюсь, — усмехнулся Макс. — В следующий раз.

Они замолчали. Шарль смотрел на него мягко, почти невесомо, и Макс чувствовал, как в груди разрастается странное тепло, такое же, как тогда, от его смеха.

— Дай телефон, — вдруг сказал Шарль.

— Зачем?

— Не будь овощем, — улыбнулся Шарль и протянул ладонь. — Напишу тебе. Если не побоишься увидеть «LEC16» в своих контактах.

Макс вытащил телефон, разблокировал и отдал. Пальцы Шарля легко забегали по экрану, а затем он вернул его обратно.

— Готово. Можешь звонить, если захочешь снова проиграть.

Макс посмотрел на новый контакт: «Шарль 🩷». Сердце пропустило удар.

— Ты серьёзно поставил сердечко?

— Чтобы ты не забыл, что я не враг, — легко ответил Шарль. — Хотя бы на сегодня.

Они постояли ещё мгновение. А затем Шарль развернулся и пошёл в сторону парковки, но на полпути обернулся и крикнул:

— И перестань бить по столу, когда проигрываешь! Я слышал твой грохот даже в наушниках!

Макс засмеялся — громко, искренне, впервые за долгие недели.

А вечером, сидя дома, он долго смотрел на сообщение, которое пришло от Шарля:

«Сегодня было странно. Но приятно. Сыграем завтра? Без оскорблений. Только ты и я».

Макс напечатал ответ, стёр, напечатал снова.

А затем просто отправил:

«Договорились. Но предупреждаю, больше не проиграю. Никогда».

И улыбнулся в экран.