INFECTED WITH INFATUATION ♡

«Карлос, осторожно!»

Напарник тут же слушается и пригибается, давая тебе возможность прицелиться в паука-переростка, ползущего по огороженному коридору. Наведя прицел, ты выстрелила. В полевых условиях нет места колебаниям. Тебе понадобился всего один день работы с биооружием, чтобы усвоить этот урок.

Палец резко нажимает на курок, выпуская несколько патронов прямо в тварь, разрывая плоть. Его конечности подкашиваются, и он рушится на землю. Сердце замедляется. Вид его смерти помогает успокоить нервы.

Карлос поднимается на ноги, его черные волосы разметались по лицу. Он поворачивается с одобрительной ухмылкой на губах: «Отличная работа, снайпер»

Ты закатила глаза на прозвище. Он дал его после вашего первого совместного задания, в котором ты столкнулась с зараженной собакой и умудрилась пропустить все выстрелы. Это был нервный первый день, однако в последствии это прозвище стало идеальным описанием. Но это не помешало Карлосу шутить над тобой.

Вы вдвоем подходите к погибшему организму, молча благодаря все возможные высшие силы за то, что эта миссия почти закончена. После нее останется только один сектор, а потом вы вдвоем отдохнете несколько недель.

Ты не решаешься подойти к арахниду слишком близко. Даже если оно лежит неподвижно, какой-то врожденный инстинкт выживания говорит «нет». С отвращением осматриваешь его, разглядывая грубые волоски и множество глаз. Мерзость.

С предельной осторожностью переступаешь через его огромные ноги. Интересно, какой психопат захотел сделать их такими большими? Аккуратно перешагиваешь его, боясь задеть. Самым худшим сценарием здесь было бы упасть на него и обнаружить, что он жив.

Однако Карлос, очевидно, не испытывает того же страха перед пауками. Он перешагивает через мертвую тварь без лишней осторожности, задевая ботинком грудь паука.

Из него тут же вырывается паучок-малыш и отпрыгивает от тела, направляясь к тебе. И ты понимаешь, что это смешно. Что это унизительно. Но ты кричишь.

Непонятно, потому ли это, что он крошечный и быстрый, или потому, что его появление так неожиданно. В любом случае, ты пронзительно кричишь и отшатываешься, не успев проконтролировать свою реакцию. Стрелять в него, наверное, было бы разумнее, но в панике не хочется продырявить ногу Карлоса. Ты делаешь шаг назад и случайно падаешь в кусты.

К счастью, Карлос успевает добежать до него, не разряжая оружия. Он просто наступает на него, а затем переводит взгляд на тебя.

Посмеиваясь, он направляется к зарослям и раздвигает листья. Протягивает руку, а с его лица не сходит самодовольная ухмылка.

«Нужна помощь?» - спрашивает он.

Бросаешь на него убийственный взгляд, но все же принимаешь предложение. С его помощью будет проще выбраться из этого месива веток и маленьких розовых цветочков. Он подтягивает тебя к себе, и ты со стыдом наблюдаешь, как напрягается его бицепс.

«Ах, черт», - бормочет он, отпуская твою руку, как только ты оказываешься в вертикальном положении.

Он отступает назад и подносит руку к лицу, изучая источник боли. Подходишь ближе, чтобы тоже посмотреть, сразу же замечают повреждение.

Красная полоса тянется от внешней стороны предплечья до самого локтя. Похоже, его зацепило шипом, когда он помогал тебе подняться.

Достаете из подсумка, прикрепленного к поясу, небольшую тряпку.

«Дай-ка взглянуть», - твой голос становится мягче, а разум переходит в более заботливое русло. Именно ее ты использовала каждый день, когда работала медиком. До всей этой истории с наемниками.

Он не сопротивляется. Если кому-то он и мог доверить осмотр раны, так это тебе. После большинства миссий он оставался с врачами, которых «Амбрелла» предоставляла на обязательный период наблюдения, но именно ты его перевязывала. С тобой не было никаких скрытых мотивов или шансов быть дважды обманутым. Ты хотела помогать людям, и именно это ты делала для него.

Именно это ты делала прямо сейчас, вытирая кровь тряпкой. Он ворчит, когда ты приближаешься к самому порезу.

«Прости», - ты стараешься быть нежной, слегка поглаживая края раны. «Похоже, тебя зацепило шипами. Я смогу получше рассмотреть его позже, а пока все должно быть в порядке. Кровотечение не сильное».

Он кивает и снова берет оружие в руки. Вы вдвоем продолжаете двигаться к цели, надеясь, что этот паук был последним.

К счастью, ваше желание было исполнено. До конца миссии вы больше не встретили ни одного паука, ни большого, ни маленького. Путь к цели был довольно простым и не представлял особых трудностей.

Вдвоем вы добрались до ближайшей базы «Амбреллы» и заночевали там. Сначала вас проверили, а после оставили на ночь, как и положено всем полевым оперативникам. Нужно убедиться, что в вас не завелись инфекции, которые остались незамеченными во время обследования. Но после этого вы будете свободны.

Ты уже прошла обязательное обследование у врача, который не обнаружил ничего необычного. Поэтому направилась в комнату, которая была выделена на ближайшие двенадцать часов. Она была довольно маленькой: кровать, стол, стул и полка. Впрочем, больше ничего и не требовалось.

Переодевшись, а затем рухнув на кровать, ты несколько минут отходишь от произошедших событий. Тело все время болит, и ты списываешь это на стресс, вызванный работой. Адреналин начал иссякать, и по мере того, как он отступает, возвращается способность ощущать себя целиком.

Проходит некоторое время, и кто-то стучит в дверь. Наверняка Карлос.

«Войдите»

Он входит, и первое, что бросается в глаза, Карлос тоже переоделся. Угольная футболка обтягивает его руки и грудь, а серые треники подчеркивают мужскую талию. Ты стараешься сохранить непринужденный вид, хотя любой человек не смог бы устоять.

«Я хотел спросить, не слишком ли ты устала, чтобы взглянуть еще раз?» - спрашивает он.

Сев, ты похлопала по месту рядом с собой. «Никогда не устаю для своего любимого пациента», - отвечаешь ты с небольшой улыбкой.

Он отвечает такой же улыбкой и садится. Ты берешь свой медицинский подсумок со столика рядом с кроватью и, расстегнув, достаешь несколько вещей, которые, могут понадобиться. Он закатывает рукав, хотя в этом нет необходимости, позволяя увидеть его мышцы во всей красе.

«Ты же знаешь, здесь есть врачи. У них гораздо лучшее оборудование, чем у меня», - дразняще говоришь ты, разрывая упаковку спиртовой салфетки.

Он пожимает плечами. «Сомневаюсь, что они знают, как им пользоваться», - говорит он.

Качаешь головой и проводишь салфеткой по его ране. Он шипит от жжения, но умудряется не шевелиться. Твои пальцы работают так быстро, как только могут, не желая продлевать его страдания. Убираешь засохшую кровь и убеждаешься, что открытый порез полностью обработан. Однако ты хмуришься, сузив глаза, при взгляде на его кожу.

«Врачи ведь смотрели на тебя, верно?»

«Да, а что?», - отвечает он.

«Они тебя полностью проверили?», - уточняешь ты.

И он кивает. Возможно, он был прав, не доверяя им.

«Ну, это не совсем норма, - неуверенно говоришь ты, - у тебя потемнение вокруг пореза. Вены выглядят немного темнее, чем должны быть. Это может быть инфекция».

Его глаза находят твои. По взгляду видно, что он ищет подтверждения.

«Тебе совсем не больно?», - продолжаешь ты.

«Нет. То есть немного. Ощущение, будто у меня на руке огромная царапина. Но не более», - говорит он.

Выдохнув, ты усиленно думаешь. «Хм. Тогда с тобой все в порядке, возможно, это просто такая реакция. Я никогда не видела, чтобы инфекция проявлялась так быстро, но если бы она уже проявилась, у тебя, вероятно, были бы другие симптомы»

«Так я выживу?», - шутит он.

Ты усмехаешься и шлепаешь его по руке, делая игривый вид: «Не спрашивай меня об этом»

По правде говоря, ты не хотела думать о смерти Карлоса. Особенно после того, как тебе пришлось стать свидетелем стольких смертей с тех пор, как стала работать оперативной группе. Худший страх, по приходу на работу, - увидеть, как это случится с тем, кто больше всего тебе дорог.

«Ладно, - сдается он, но его настрой ничуть не ослабевает.

Достаешь небольшой рулон марли и начинаешь его перевязывать. Осторожными движениями ты оборачиваешь тонкий материал вокруг его предплечья, стараясь покрыть всю царапину. В комнате тихо. Нет никаких звуков, кроме вашего дыхания. Возникает искушение сказать что-нибудь и нарушить тишину, но ты не делаешь этого. Момент кажется таким интимным. Неправильно пытаться нарушить эту идиллию.

Закончив обматывать его руку, ты завязываешь бинт и, прочистив горло, похлопываешь его по плечу, одаривая еще одной милой улыбкой.

«Все готово», - говоришь ты.

«А меня наградят за то, что я так хорошо себя вел?» - спрашивает он. Его голос понижается, и он наклоняется чуть ближе к тебе.

В животе расцветает жар и поднимается к груди, но ты никогда не позволишь ему увидеть, какой эффект он на тебя производит.

«Убирайся», - говоришь ты, слегка толкая его.

Он смеется и, встав на ноги, направляется к двери, но не уходит, а только оборачивается, чтобы снова посмотреть на тебя.

«Спасибо, снайпер», - говорит он.

«Всегда пожалуйста, солдат», - отвечаешь ты, отдавая честь в шутку.

После этого он закрывает за собой дверь. Ты кладешь вещи обратно в подсумок и снова ложишься. Внезапная волна усталости накрыла с головой. Вздохнув, ты потираешь лицо и зеваешь. Похоже, сегодня не будет проблем со сном, что случалось очень редко, по очевидным причинам.

Перевернувшись на спину, ты поморщилась, почувствовав небольшую боль в задней части бедра. Но ты была так вымотана, что списали это на растяжение мышц и решила проверить после пробуждения. Единственное желание прямо сейчас, - это вырубиться, пока не взойдет солнце и транспорт не будет готов отвезти вас в аэропорт.

Когда ты открываешь глаза, на улице еще темно. Веки тяжелые от сна. Мозг хочет снова погрузиться в сон, но что-то вырвало тебя из комфортного сна. Возможно, дело в том, что ты вся горишь.

Все тело словно охвачено огнем. Пот покрывает кожу и заставляет футболку прилипать. Наволочка под головой становится влажной. Ты садишь, но делать это приходится медленно, потому что от этого простого движения комната начинает кружиться. Пытаешься проморгать головокружение, но безуспешно.

Как только ты встаете, то чувствуешь себя более осознанно. Теперь можно лучше оценить симптомы и, возможно, определить причину. Ты отмечаешь, что чувствуешь покалывание. Шипящие искры бушуют по всему телу, но наиболее интенсивной кажется задняя поверхность бедра. Выгибаешься, чтобы взглянуть и тут же расширяешь глаза. На месте жжения была такая же рана, что и у Карлоса.

Черт, ты, должно быть, приземлилась на колючку в том кусте и не заметила этого из-за всего остального. Паника охватывает тебя при мысли о заражении чем-то, что так быстро проявляет симптомы, но еще более сильный прилив паники охватывает, когда ты понимаешь, что у Карлоса сейчас тоже самое.

Пытаешься встать с кровати, чтобы поскорее сообщить ему, но тело сводят судороги, и ты сворачиваешься калачиком, чтобы переждать боль. С губ срываются слабые хрипы. Они были такими сильными, хуже, чем любые судороги при месячных или боли в животе, которые ты когда-либо испытывала.

Примерно через минуту они начинают ослабевать, но именно тогда ты замечаешь постоянную пульсацию между бедер. За всем остальным, что обнаружилось в сонном состоянии, ты не обратила внимания на то, насколько она постоянна, но, похоже, после этого приступа боли она усилилась.

От клитора исходит сильная пульсация. Ты хнычешь и засовываешь руку в трусы, чтобы потереть его. Несколько поглаживаний приносят небольшое удовольствие, но не настолько, чтобы навсегда избавиться от этого.

Ты понимаешь, что грудь тоже тяжелеет. С каждым вздохом они требуют, чтобы кто-то взял их в руки, сжал, поласкал и поиграл с сосками. Моля о хоть какая-то стимуляции.

Подгибаешь ноги к груди, все еще шаря рукой между бедер и хныча от разочарования. Эти симптомы не похожи ни на одну из инфекций, с которыми ты сталкивалась за свою карьеру. Ты не знаешь, что делать.

Пока ты пыталась сформулировать хоть какой-то план, дверь открывается. В комнату, спотыкаясь, входит Карлос. В таком же состоянии, что и ты. Ткань его футболки пропитана потом в области подмышек и ворота. Его кожа блестит в тусклом свете, а сам он смотрит на тебя полузакрытыми глазами. Дверь за ним закрывается, и воздух между вами становится тяжелым. Его запах доносится до тебя через всю комнату, заставляя сильно сжимать бедра от желания.

Тебе потребовалось все терпение, чтобы не кинуться к нему через всю комнату и не наброситься на него, как сучка во время течки. Судя по напряженному выражению его лица, несложно догадаться, что он чувствует то же самое. Он задыхается, прислонившись к стене для опоры.

«Можно сказать, что мы чем-то заражены, да?» - задыхается он.

Ты отворачиваешься и киваешь в подушку, не в силах больше смотреть на него. Если бы ты это сделала, то не смогла бы контролировать свою реакцию.

«Что нам делать?» - спрашивает он.

Ты не знаете, как ему удается стоять, говорить или даже обдумывать эти вопросы. Все, что может представить твой разум в данный момент, - это видения его сверху. Они настолько яркие, что ты почти чувствуешь их физически. Ты видите его сверху, твои ноги на его плечах, он неустанно погружается в твою киску. В голове проносятся видения, как ты лежишь на животе. Как он железной хваткой держит твои бедра, вколачивая свой толстый, длинный член в твою капающую киску снова и снова.

Этого достаточно, чтобы ты издала стон. Карлос вздрагивает от этого звука и подходит ближе. Тебе заметно хуже, чем ему. Может быть, это потому, что у тебя колотая рана, а у него - простая царапина. А может, это просто разница в вашей биологии. Ты не знаешь точно, и никак не сможешь понять это, находясь в таком состоянии.

Он осторожно кладет ладонь на твою руку, и ты снова стонешь. Но на этот раз звук гораздо более нуждающийся. Он эхом отдается в четырех стенах маленькой спальни, и его громкости достаточно, чтобы вызвать опасения, что ты разбудишь других сотрудников. Он убирает руку и смотрит на тебя сверху вниз. Твои бедра покачиваются, отчаянно нуждаясь в трении.

Ты распахиваешь глаза и первое, что ты видишь - большая выпуклость в его штанах.

Серый материал облегает и подчеркивает очертания. От этого зрелища ты замерла. Ты не понимаешь, что происходит. Конечно, ты всегда находила Карлоса привлекательным. Можно даже сказать, что ты влюблена в него, но это никогда не было чем-то настолько грубым и пошлым. Ты считала его просто очаровательным. Но никогда раньше не хотелось просто сорвать с себя и с него одежду и приступить к делу.

Он видит, на чем остановился твой взгляд, и чувствует сильный прилив возбуждения в животе.

«Эй, эй. Смотри на меня», - приказывает он и переворачивая тебя на спину.

Ты смотришь ему в глаза, разум находит в них покой. Они безмятежны и спокойны и дарят ощущение комфорта, несмотря на то, что все остальные части тела работают как бешеные.

Ты обхватываешь его запястье и прижимаешь его ладонь к своей груди. Он удивленно вскидывает брови, но не делает никаких движений, чтобы отдернуть руку. Вместо этого он сжимает бугор, наслаждаясь тем, как ты выгнула спину.

«Подожди, - пытается сопротивляться он, пытаясь быть ответственным, - ты уверена, что мы должны... делать такие вещи? Что, если от этого станет еще хуже? Мы еще не знаем, что происходит».

Если бы не сильное возбуждение, ты бы, наверное, посмеялась над тем, как он ставит вопрос. Мужчина, который мог флиртовать так, будто завтра не наступит, спрашивает, стоит ли вам заниматься «всякой ерундой». Но ты не смеешься, потому что «всякая ерунда» - это все, чего ты хотела.

«Я не знаю, что происходит. Все, что я знаю, - это то, что ты мне нужен», - хрипишь ты и начинаешь сильнее тянуть его за руку, пытаясь прижаться всем телом к твоему.

Он наполовину потакает тебе, начиная забираться на кровать и нависая сверху. Он смотрит вниз, на твою фигуру, и так сильно хочет тебя. Его член истекает спермой от желания просто проскользнуть внутрь. Ты нравишься Карлосу. Действительно нравишься. Это не просто мимолетное увлечение - он влюблен. И хотя мысли о тебе, распростертой под ним, - это то, на что он дрочит каждое утро в душе, часть его не может не беспокоиться о том, что если он воспользуется этим, то отношения между вами разрушатся.

«Ты... ты уверена?», - спрашивает он. Слова даются с трудом, когда твой аромат витает в воздухе вокруг него, а ты смотришь на него нуждающимися глазами, как сейчас.

Ты хочешь сказать ему, чтобы он прекратил болтать и просто трахнул тебя до потери сознания, но мозг, охваченный похотью, кажется, понимает, что для того, чтобы тебя трахнули, сначала нужно справиться с его проблемами.

«Я хочу этого. Мне нужно, чтобы ты был внутри. Пожалуйста», - скулишь ты, поджимая ноги. Он все еще колеблется. Глядя ему в глаза, ты хнычешь: «Ты все равно останешься моим любимым».

И, видимо, ему этого достаточно. Это короткое заверение разбивает вдребезги ту тонкую пластину сопротивления, которая у него осталась. Услышав эти слова, он рушится на тебя в порыве страсти. Ваши губы сталкиваются. Он задыхается, сжимая твои бедра.

Ваши языки встречаются и скользят друг по другу, когда ваши рты двигаются. Одна из рук скользит по его затылку и сжимает его лохматые темные локоны. Он стонет и бьется бедрами о твои. Другой рукой ты поглаживаешь его грудь, пальцы с желанием впиваются в мышцы.

На долю секунды он откидывается назад и срывает с себя футболку. При более деликатных обстоятельствах ты бы, наверное, восхищалась его скульптурной фигурой. Провела бы кончиками пальцев по четким линиям его пресса, по соскам и до ключиц.

Но не сейчас.

Сейчас ты не способна к такому вниманию и сосредоточенности. Вместо этого ты снова притягиваешь его к себе, почти придавливая себя его громоздкой рамой. Но это того стоит, потому что ты проводишь языком по контурам его мышц. Он стонет от легких прикосновений, а затем опускается ниже, чтобы снять с тебя рубашку и получить доступ к груди.

«Посмотри на них. Черт», - говорит он с благоговением. Он массирует их, шершавые руки ощупывают пухлую плоть.

Он целует ключицы, спускаясь к груди. Ты хнычешь, когда его рот скользит по выпуклостям грудей, а затем задерживается на одном соске. Он сосет с жадностью, глаза закрываются, сосредотачиваясь на процессе.

Горячий язык кружится вокруг чувствительного бутона, а затем переключается на другой и совершает те же действия.

«Давно хотел посмотреть на эти сиськи, черт возьми», - бормочет он.

«Хотел?» - хнычешь ты, извиваясь.

«Конечно, хотел. Эти обтягивающие свитера, которые ты носишь, и то, как они подпрыгивают каждый раз, когда ты, блядь, двигаешься. Боже, сводит меня с ума», - бормочет он.

Он проводит еще немного времени на твоей груди, прежде чем отвлечься и стянуть с себя штаны и трусы.

«Я так хотела это увидеть», - вздыхаешь ты.

Увидев его длину, ты потерла бедра друг о друга. Он длинный и толстый, как ты и представляла. От основания вверх тянутся заметные вены. Из кончика уже сочится прекум. Его тяжелые мошонка свисает ниже. Все, о чем ты можешь думать, - это о том, каково это, когда он внутри

Он срывает с тебя промокшие трусики и, не теряя времени, приникает к желанному центру. Вы оба в неистовстве плотских чувств, без дразнилок не обойтись. Он не трется о складочки, а затем одним движением входит. В его груди раздается глубокий, гортанный звук, а из твоей вырывается придыхательный хнык.

Твои глаза закатываются, а пальцы ног подгибаются. Ты чуть не кончила только от этого. Он просто идеально подходит тебе. Даже сквозь любовный туман, затуманивший разум, ты не можешь не задаться вопросом, почему вы не сделали этого раньше.

Его руки обхватывают твою талию. Он не спешит задавать темп и не дает несколько мгновений, чтобы привыкнуть к его обхвату. Как только он почувствовал первый вкус этого теплого, влажного жара, он без раздумий начал двигаться.

Его горячая кожа шлепается о твою. Вы оба задыхаетесь от напряжения, а раскладушка под вами скребется о бетонный пол. Твои ноги подгибаются вверх, и ты держишь их, чтобы ничто не мешало его толчкам.

Каждый раз, когда его член входит до конца, кажется что перед глазами вспыхивают звезды. Зрение расплывается белыми, а затем цветными пятнами. Мозг словно тает от блаженства. Мысли больше не нужны. Зачем, если это, похоже, единственное, чем ты хочешь заниматься впредь?

Тело подпрыгивает от силы его толчков. Голова покачивается, а груди подпрыгивают вверх-вниз. Его голова была откинута назад, но теперь он опускает ее, чтобы посмотреть на тебя.

«Блядь, детка. Ты принимаешь мой член так, будто создана для этого», - ворчит он.

В награду за эти слова твои стенки крепко сжимают его. Он стонет. Ритм на мгновение нарушается. Ему приходится замедлиться, чтобы сделать небольшую череду особенно резких толчков.

Четвертый толчок задевает особенно чувствительную точку, вырывая из тебя крик и переводит через край. Твое тело сильно содрогается под ним, а стенки отчаянно спазмируют.

«Ахх... Карлос... Ах! Так хорошо», - бормочешь ты, опустив веки так сильно, что глаза практически закрыты.

Ты слышишь, как он рычит, а затем чувствуешь, как его вес обрушивается сверху, сгибая тебя пополам. Он сейчас настолько глубоко, насколько это физически возможно. В этом ты уверена. Его член целует шейку матки с каждым толчком его таза, заставляя тебя вскрикивать в упоительной смеси удовольствия и боли.

Его голова приближается к твоей, соединяясь в небрежном поцелуе. Вы двигаетесь без всякого смысла. Каждое действие проистекает из чистого желания.

Он знает, что уже близок. И он также знает, что должен выйти. Но, честно говоря, он не знает, сможет ли он это сделать прямо сейчас. Он так жаждет тебя. В его голове отсутствие плотных стенок, обхватывающих его, может привести к смерти. Это не просто приятное ощущение, это чистая эйфория. Он еще даже не достиг пика, но это чувство сейчас сильнее любого оргазма, который он испытывал раньше.

«Черт...» - рычит он, пытаясь усилием воли выйти. Его рот отрывается от твоего, приземляясь на шею. «Ты так усложняешь мне задачу, милая», - ворчит он.

Его слова почти пролетают мимо, но его близость позволяет уловить их. Ты понимаешь, что он имеет в виду, и не нужно говорить, потому что ты тоже это чувствуешь Глубокая тоска в самых плотских глубинах души, жажда, чтобы он удовлетворил самое низменное желание, горящее внутри вас.

«Просто сделай это», - хнычешь ты, лениво покачивая бедрами, - «Кончи внутрь»

Его мышцы напрягаются.

«Не говори так», - вздыхает он.

С губ срывается жалобное хныканьем, и ты с силой притягиваешь его за плечи, впиваясь ногтями в кожу.

«Кончи внутрь, Карлос. Пожалуйста», - пытаешься ты снова, - «Позже. Мне чертовски нужно, чтобы ты наполнил меня».

С каждым словом его решимость разрушается по кусочкам. Причины остановиться, которые еще несколько минут назад казались логичными, теряют свою привлекательность. Его разум одолевает желание наполнить тебя, вогнать свое семя глубоко в твою ждущую киску.

Он откидывает голову назад и стонет. Его пальцы впиваются в мягкую плоть твоих бедер. Кайф настигает мощным ударом, выбивая воздух из легких. Он чувствует легкое головокружение, его поступками полностью руководят импульсы, созданные под воздействием того, что это растение сделало с вами.

Горячие, густые струи спермы бьют по стенкам. Ты скулишь от этого ощущения, ресницы трепещут, глаза закатываются в удовлетворении. Он входит снова и снова, пока желание не будет удовлетворено.

Наконец он чувствует, что не потеряет способность функционировать, если выйдет. Он отводит бедра назад, медленно высвобождаясь из греховных пут твоих скользких стенок. Каждый дюйм, который он открывает, мерцает от блеска ваших жидкостей. Они тщательно покрывают область между вашими бедрами, отмечая место соединения.

Хотя пульсация в клиторе и жжение в костях уменьшились, тупые остатки их остались. Грудь вздымается и опускается, пока ты переводишь дыхание и восстанавливаешь силы. Воздух все еще кажется густым, но уже не таким, как раньше.

Но когда ты смотришь вниз, взгляд падает на его член. Он все еще полностью твердый. Ствол гордо выступает вперед, а кончик остается потемневшим. Его потребность в тебе очевидна.

Глаза поднимаются на его лицо. Вопрос между вами остается невысказанным. Никому из вас не нужны слова, чтобы понять, что вы оба хотите большего.

Он переворачивает тебя на живот. Лицо зарывается в подушку, когда он поднимает твои бедра под нужным углом и снова входит. Ты хнычешь, хватаясь пальцами за подушку, в поисках опоры.

Он крепко шлепает тебя по заднице, а затем наклоняется вперед и прижимаясь грудью к твоей спине. Ты почти уверена, что теперь толчки стали глубже, из за другого угла. Он двигается в том же бешеном темпе, что и раньше, но каждый толчок словно задевает сладкую точку внутри. Или ты просто стала более чувствительны после предыдущей разрядки.

Он пыхтит тебе в ухо, вдавливая в матрас. Каждое небольшое хрюканье и мягкое рычание раздается над головой.

«Черт... думаю, мы должны заниматься этим, пока нам не станет лучше», - пробормотал он и погладил тебя по плечу.

«Ммм», - скулишь ты, выгибая спину и еще сильнее прижимаясь к нему бедрами. Следующие слова выходят невнятными и приглушенными как из-за подушки, так и из-за помутнения рассудка. «Никогда не хочу останавливаться. Просто хочу тебя все время».

Он смеется. «Да? Так вот чего ты хочешь, да? Позволить мне трахать тебя без остановки? Использовать тебя, пока ты, блядь, не сможешь больше двигаться? Разводить тебя, пока я не буду сыт?»

Ты мяукаешь и с готовностью киваешь. «Ага, пока... ах! ммм... пока нам обоим не станет лучше», - хнычешь ты.

Звук шлепанья кожи снова наполнил комнату. Ты не можешь не задаться вопросом, как далеко слышен этот звук. Но это лишь мимолетная мысль, которую быстро перечеркивают мысли о блаженстве.

«Да? Может быть, ребенок в твоем животе - это то, что тебе нужно. Может, это то, что мы должны сделать. Мы не можем выкинуть эту штуку из головы, пока не выполним требования природы», - хрипит он.

Он даже не понимает, что говорит. Он предполагает, что внезапное желание завести ребенка вызвано инфекцией, но слова словно проистекают откуда-то из глубины. Как бы то ни было, очевидно, что они вам нравятся. Ты обхватываешь его член, словно пытаясь полностью осушить его.

«Я бы, наверное, трахал тебя так каждую ночь, если бы видел, как ты хорошеешь и округляешься с моим ребенком, милая. Черт, ты бы так хорошо выглядела. Набухшая во всех нужных местах, жаждущая, чтобы я позаботился о тебе», - пробормотал он.

«Дай мне это. Хочу так сильно. Хочу... ммм... блядь», - задыхаясь от нахлынувших желаний, отвечаешь ты.

На этот раз пик для вас двоих наступает гораздо быстрее. Ты сжимаешься вокруг него, пока ритмичные конвульсии не переходят во всплеск спазмов. Его толчки становятся все более жесткими, ты чувствуешь, как напрягаются его мышцы, когда он вливает внутрь очередную порцию.

Капли его спермы вытекают из твоей киски и пачкая бедра. На этот раз он даже не стал вынимать. Он знает, что все еще тверд и что у него в запасе еще один, если не больше, раундов. Он продолжает жестко трахать тебя, несмотря на перевозбуждения и отчаянные извивания.

Остаток ночи проходит как в тумане. Ты не считала, сколько раз вы занимались этим, и не следила за разнообразием позиций. Только знаешь, что в какой-то момент была сверху, в другой - голова свисала с края матраса и покачивалась, как у куклы. Сильная страсть и вожделение пронизывают все воспоминания и застилают все туманной дымкой.

Все, в чем ты уверены, - это то, что теперь вам стало лучше. На данный момент вы оба удовлетворены, ваши тела больше не живут в электрической жажде друг друга. Голова покоится на его груди, а тело к его боку. Его рука поглаживает твою спину ленивыми, бездумными движениями

Никто из вас ничего не говорит. Сквозь окна, расположенные высоко на стене, пробиваются солнечные лучи. Вы оба наслаждаетесь спокойствием момента, пока осмысливаете произошедшее.

«Думаешь, это нас вылечило?» - тихо спрашивает он через некоторое время.

Ты выдержала паузу, прежде чем пожать плечами: «Не могу сказать точно, надо подождать и посмотреть»

Где-то внутри себя ты верила, что это так. Это было волшебное средство. Вы почти уверены, что вытравили из себя все, что там было. Ты не можешь удержаться от того, чтобы не подбодрить его.

«Все будет хорошо», - говорите вы с небольшой улыбкой.

Он отвечает. «Если ты обо мне заботишься, я в этом не сомневаюсь», - поддразнивает он.

Ты хмыкаешь и сильнее прижимаешься к нему. Вопросы об изменении статуса отношений или потенциальном совместном будущем не дают покоя, но ты знаешь, что сейчас не время. Если бы ваши начальники не слышали доносящийся отсюда шум, они бы поняли, что что-то случилось, как только вы с Карлосом вышли из одной спальни. Вы решаете воспользоваться тем подобием покоя, которое можете получить, прежде чем столкнетесь с возможным натиском от людей в костюмах и пробных тестов.

Ты закрываешь глаза, биение его сердца убаюкивает. Даже не получив подтверждения, ты не беспокоишься о вашей связи. Ты уверена, что в ближайшие недели он станет не просто твои напарником и любимым пациентом.