И. Павлович. Миражи и фантомы в Среднем Поволжье
Мираж, фантом и видение – современная смысловая грань между этими понятиями крайне тонка…
***
Элиза увидела перед собой как бы повисшую в воздухе гористую страну со сверкающими снежными вершинами. Среди гор широко раскинулся замок, опоясанный воздушными колоннадами, ниже колыхались пальмовые леса и невиданные цветы величиной с мельничные колеса… Волшебный, вечно меняющийся облачный замок Фата-морганы, в который никто не может проникнуть… Вдруг горы, леса и замок рухнули, а на их месте появились двадцать совершенно одинаковых величественных церквей с колокольнями и стрельчатыми окнами. Девушке почудилось даже, будто она слышит звуки органа, но это шумело море…
Г.Х. Андерсен «Дикие лебеди»
Известно, что уже довольно давно было открыто такое явление как перенос изображения того или иного объекта/предмета – мираж (фр. mirage – буквально «видимость»). В настоящее время миражи условно подразделяются на простые и сложные. Первые – это простое преломление световых лучей в разнородно нагретых слоях воздуха. Второй тип для рассматриваемой темы более интересен. Например, к нему относятся миражи, получившие собственное красивое название – фата-моргана.
Фата-моргана – это редко встречающееся сложное оптическое явление в атмосфере, при котором отдаленные объекты/предметы видны в различных сочетаниях, и порой с сильным искажением формы. Иногда эти объекты неподвижны, но могут быть движущимися и/или изменяющимися. Из литературы известно, что во второй половине ХХ века миражи, в том числе фата-моргану, замечали довольно часто [1].
Как справедливо отметили авторы книги «Феномены Книги Чудес» Дж. Мичел и Р. Рикард: «Мираж виден тогда, когда он отличается от окружающей местности. Если на фоне поля и возникнет мираж луга, то человек его просто не воспримет. Привлекает и поражает необычное» [2].
В рамках рассматриваемой темы, в Поволжье особо интересны миражи типа фата-моргана, проявляющиеся в образе древних городов. Интересно, что еще в начале ХХ века американский исследователь Чарльз Форт писал о подобного рода явлении: «“Мираж города” не походил ни на один из современных городов, а выглядел, как “великий город из прошлого”» [3].
Любопытно отметить, что в художественной литературе это явление почему-то практически не получило должного отражения. Пожалуй, можно лишь назвать рассказ «Пламя из бездны/Обитатели бездны» (1918 год) Абрахам Меррит и ее же роман «Обитатели миража» (1932 год), а также роман советских писателей Александра и Сергея Абрамовых «Все дозволено» (1973 год). В романе «Все дозволено» основное действие происходит на другой планете, в группе взаимосвязанных миражей – пространственных фаз, устроенных иной цивилизацией.
Интересно, что автор помнит о том, что ранее упомянутый американский исследователь Ч. Форт писал об условном третьем классе миражей – так называемых миражах-следовиках. Такой мираж после своего «разрушения» якобы оставляет на месте «проявления» те или иные материальные следы. К сожалению, после пожара 2014 года, основательно проредившего авторские архив и библиотеку, данная книга была утрачена и в последствии в поле зрения больше не попадалась. Хотя, возможно, здесь имело место проявление так называемого информационного фантома. О последнем более подробно будет сказано чуть дальше.
Итак, третий условный класс миражей – «миражи-следовики» – внешне близки к миражам фата-морганы, но после своего исчезновения оставляют вполне материальные следы: камешки, кирпичи, веточки, листья, монеты и т.д.
Самое простое объяснение миражей-следовиков – разность температуры воздушных слоев приводит к образованию вихревого эффекта, засасывающего в атмосферу различный мусор. Например, движение воздушных потоков доставляет «поглощенное» вещество в область образования миража. После выравнивания температур небесная картина исчезает, а «поглощенный мусор» выпадает на землю.
Смерч над Жигулями или легендарная «трубка Степана Разина», 2007 год.
Может быть, такие следы и вовсе не имеют к миражу непосредственного отношения. После этого – не значит вследствие этого. Хотя самое сложное –установление достоверности самих фактов подобных наблюдений, ведь иногда эти следы объявляют даже «подарками» от инопланетян.
В современной культуре сформировалось и такое понятие как фантом. Согласно словарному определению, «фантом – причудливое явление, призрак». «Призрак – образ кого/чего, представляющийся в воображении; видение, то, что мерещится». В отличие от миража, его вроде бы можно даже потрогать. Именно фантом способен непосредственно «обманывать» не только зрение, но и другие человеческие чувства. «Видение – призрак, приведение, морок, что-либо возникшее в воображении или во сне». Так определяет эти понятия популярный «Словарь русского языка» С.И. Ожегова.
Известно, что сравнения всегда условны. Вместе с тем можно предположить, что существует явление, условно определяемое как информационный мираж (в чем-то он подобен классическому миражу фата-моргана) или информационный фантом. Только наблюдаются они не в материальном мире, а в информационных массивах. При определенных условиях вполне реальная информация (или ее часть), связанная с конкретными людьми, местами, событиями может искажаться, дробится, а затем проецироваться совершенно в другой источник информации.
Иногда искаженная форма информации оказывается даже более известной и устойчивой во времени, чем та, что ее непосредственно породила. Представляется, что одно из основных свойств информационного фантома заключается в том, что он проявляется и фиксируется обычно лишь единожды, а также в том, что его смысловое содержание нельзя с полной уверенностью подтвердить или опровергнуть. Более того, часто информационный фантом остается зафиксирован только в памяти отдельных исследователей, а память вещь весьма и весьма ненадежная.
Пример информационного фантома, который может привести автор – история его первоначального знакомства с объектом, получившим в народе обозначение «Кругловушка». При всем разнообразии сюжетов рассказов об этом месте, оно долгое время не стояло в ряду подлежащих первоочередному исследованию. Прежде всего, данное обстоятельство определялось «расплывчатостью» указаний на точное местонахождение. Но в 1992 году автор ознакомился с книгой Е.А. Ахмедовой «Региональный ландшафт», содержащей описание объекта «Кругловушка» (якобы на тот момент вполне официально зафиксированного природного памятника).
Легендарная «Кругловушка» и её окрестности. Снято с параплана В. Пылявским в 2003 году.
В 2001 году, в ходе подготовки второй экспедиции на «Кругловушку», автору потребовалось освежить ранее полученные сведения. Вновь была найдена книга Е.А. Ахмедовой «Региональные ландшафты», но информации по изучаемому объекту в ней просто не оказалось. До настоящего времени автору, а также его добровольным помощникам, так и не удалось установить, откуда была извлечена исходная информация по месту нахождения «Кругловушки» (при крайне малом количестве литературных источников, вообще упоминающих это место) и почему данная информация оказалась приписана именно к работе Е.А. Ахмедовой.
Может быть, выходило два различных издания данной книги? Но такое предположение не подтвердилось. Возможно, обнаруженный автором источник и представлял собой типичный информационный фантом, помноженный на прямое вмешательство «ангела из библиотеки»? Так же интересно отметить, что по рассказам местных жителей именно в районе «Кругловушки» в январе 1958-го, в 1972-м и 1974-м годах наблюдалось небесное видение, воспринятое очевидцами как «Иерусалим небесный» [4].
Хочется указать, что интерес к теме загадочных местных миражей сформировался у самарских исследователей И.Л. Павловича и О.В. Ратника более трети века назад. Случилось так, что еще в начале 90-х годов ХХ века они лично наблюдали несколько местных миражей, возможно это были и фантомы. Подробное их описание и некоторые идеи о причинах появления, были опубликованы в ряде статей, например, в журнале «Техника – Молодежи» №7 за 1990 год («Миражи-призраки над Жигулями»), журнале «Уральский следопыт» №10 за 1991 год («Многоэтажная Вселенная»), а также в отдельных главах авторских книг «Миражи над Жигулями» (2007), «Неизвестная Самара» (2009 и 2012), «Утраченное Наследие» (2022), «Неучтенные рассказы…» (2023).
Следует указать, что «историческая глубина» интереса к вышеописанным явлениям у автора во многом определилась благодаря знакомству с уникальными материалами, собранными еще в начале ХХ века самарским краеведом Ф.Т. Яковлевым. К сожалению, большая часть собранных некогда Яковлевым материалов (так называемая «папка Ф.Т. Яковлева») к настоящему времени безвозвратно утрачена.
Федор Тимофеевич Яковлев (1875–1933)
Вот, что в свое время по рассматриваемой теме заинтересовало Яковлева (к сожалению, это всего лишь разрозненные выписки):
В XVIII веке в Поволжье возник новый слух о невидимых городах и монастырях, колокольный звон которых бывает будто бы слышен в тихие летние ночи (см. «Самарские епархиальные ведомости», №10 за 1886 год).
В тибетской книге «Великого освобождения» о городах небожителей – гандхарвов сказано, что они подобны миражам, образам, оптическому обману, отражению Луны в воде. И они не реальны даже на миг.
Еще одна довольно малопонятная, но интригующая запись:
«К незримому городу». Религиозно-философская группа «Путь» 1910–1919 гг.
А.Ф. Леопольдов в своей работе «Исторические заметки о Самарском крае» (опубликована в «Журнале Министерства Внутренних Дел» за 1860 год) пишет: «В летнее или осеннее утро с Волги поднимаются огромные массы туманов, которые при сиянии Солнца тихо колеблются. Из-за чего представляются фантастические виды гор, городов, замков и многое другое».
А.В. Швыров (искусствовед и переводчик) в 1904 году записал следующее: «Где-то на самой границе обитаемых земель появился ужасный дракон. Один за другим уходили герои на битву с ним, но ни один не мог остановить его. И окружил дракон Мирный город, охватил своим телом. Спасаясь от гибели, ушел город на дно Волги и увлек за собой дракона. И там, в водах реки, схватившись в смертельной борьбе, они и пребудут до конца времен». Вероятно, именно отсюда впервые автор узнал название волшебного города – Мирный город.
Далее, запись самого Ф.Т. Яковлева, повествующая об ушедшем на дно Волги волшебном городе:
И когда встает над Волгой солнце, видны над рекой дворцы и стены Мирного города. И стоит он по-старому, и ждет, когда богатства его людям понадобятся…
Мирный город подвижный, странствующий город, в котором скрываются и который скрывается… Народная традиция связывает его с именем Степана Разина…
Продолжая развивать тему необычного, Ф.Т. Яковлев записал: «В народе рассказывают, что в некоторых местах, где люди исчезают – особые свечи горят. Наступит человек на такое место и больше нет его… Также старики сказывают, что когда хозяйка Жигулевских гор после Ильина дня выходит ночью погулять, то свет из ее подземной горницы всю ночь над лесом столбом стоит… А еще говорят, что особые фонари (огни) путь к «незримому городу» отмечают…»
В свое время бессменный руководитель куйбышевского молодежного клуба «Летящее крыло» В.И. Степанов считал местную легенду о невидимом «Мирном городе» одной из важнейших в современной мифологии Среднего Поволжья. Вот, что на эту тему ему удалось найти в конце ХХ века.
Некоторую законченную форму местный слух о невидимых городах и монастырях получил через распространение легенд о «Невидимом граде Китеже» и «Мирном городе». Хотя излагаемые в легендах истории имели как общие черты, так и определенные расхождения, скорее всего связанные с характером представляемой информации… Представляется, что основу легенды о «Невидимом граде Китеже» составляет история его сотворения. Сегодня наиболее известно предание, что этот город скрылся в водах озера Светлояр, ушел туда от ярости орд хана Батыя. «С тех пор Великий Китеж и стал невидимым…». Но не следует забывать и предание о ярости коня Девки-Турки… [5]
Непосредственно о «Мирном городе» известно значительно меньше. И если местонахождение «Невидимого града Китежа» оговаривается достаточно четко и однозначно – воды озера Светлояр, то с «Мирным городом» не все так определенно. Последний – является подвижным/странствующим городом, в котором скрываются и который скрывается.
Прошли годы, и сегодня по-прежнему остается совершенно непонятно, почему сюжет о невидимых городах и монастырях (в частности, о таинственном «Мирном городе») не был зафиксирован, например, таким исследователем старинного фольклора Среднего Поволжья как Д.Н. Садовников (в частности, в его капитальном труде «Сказки и предания Самарского края» 1884 года). Можно к этому добавить, что данный сюжет не попал, например, и в изданный в 2002 году сборник «Народная проза Самарской Луки», подготовленный ведущим тольяттинским краеведом Ю.К. Рощевским.
Вероятно, более широко о «Мирном городе» стало известно в Поволжье благодаря публикации писателя Н.А. Степного. Предание «Мирный город» попало в его собрание сочинений 1927 года (см. «Сказки Волги» в 1 томе), а впоследствии оказалось многократно растиражировано в различных сборниках (в частности, в местном многократно переизданном сборнике «Жемчужины Жигулей. Легенды, сказы, предания»). Вот так в свое время записал его писатель Н.А. Степной: «Это не острова. Это крыши Мирного города… Это ее (Княжны Волги) Мирный город, здесь ее и склады, и разные помещения… А в тех складах, чего она, княжна, не положила. Тут и кубки, и золото, и все те драгоценности, что Стенька бросал ей в подарок. …И все, что попадало вместе с утонувшими пароходами, баржами на Волге, – все собирала сюда… Княжна бережет накопленное в своем дворце, охраняет. И из дворца никогда не выходит… Ждет, когда богатства города Стеньке понадобятся» [6].
Легко видеть, что и тут на первое место выходит волшебный образ Степана Разина.
Помнится, что именно эта местная байка о старинном волшебном городе, окруженном змеем/драконом, вызвала большой интерес у посетившего в 1986 году город Куйбышев литературного критика В.Л. Гопмана (в то время в Союзе представлявшего интересы английского «Общества Г. Дж. Уэллса»). Помнится, что именно В.Л. Гопман в одной из личных бесед с В.И. Степановым выдвинул предположение, что здесь таким образом сохраняется один из вариантов на тот момент малоизвестного старинного «Сказания о Вавилонском царстве» (более подробно см. [7]). Для рассматриваемой темы, важно отметить, что о данном сказании в Куйбышеве/Самаре основная масса исследователей тогда вообще не чего не знала.
В ходе обсуждения этого предания В.И. Степанов и В.Л. Гопман особо сконцентрировали внимание на образе города, «в котором скрываются и который скрывается». Тогда даже прозвучало одно из названий скрывающегося города – Кир Углы, а также подробно обсуждалась фраза-указание – «войти в тень города, города теней», крайне удачно представленная в старом советском фильме «Волшебная лампа Аладдина» 1966 года.
Дополнительно В.Л. Гопман напомнил, что образ города, окруженного по своему периметру гигантским змеем/драконом, был крайне популярным в российской империи еще в начале ХХ века. В связи с чем, своеобразной вершиной этого айсберга являются две относительно малоизвестные картины художника Н.К. Рериха 1914 и 1918 годов, известных под названием «Град обреченный». Хотя более позднюю версию некоторые искусствоведы еще иногда именуют «Град умерший».
Николай Рерих. «Град обречённый». 1914 год
Также В.Л. Гопман проинформировал членов клуба «Летящее крыло», что сюжет города, окруженного драконом, задействован в готовящемся к изданию (на тот момент времени) романе братьев Стругацких «Хромая Судьба/Град обреченный». Вот отрывок из этого романа: «Я неторопливо развязал тесемки и откинул крышку папки… И была наклеена на титульный лист дрянная фоторепродукция: под нависшими ночными тучами замерший от ужаса город на холме, а вокруг города и вокруг холма обвился исполинский спящий змей с мокро отсвечивающей гладкой кожей…». Годом завершения работы над романом сейчас считается 1984-й, а вторая половина 1986 года – началом его публикаций в журналах. Первая книжная публикация романа – сборник «Волны гасят ветер» 1989 года.
По утверждению В.Л. Гопмана также сюжет с городом, окруженным драконом, был задействован в разрабатываемом братьями Стругацкими романе «Белый Ферзь» (этот роман так и не был ими написан).
Во второй половине ХХ века в местных байках относительно широко оказался представлен образ периодически наблюдаемых и весьма необычных (для Поволжья) ландшафтов и объектов. Так, необычное явление, очень напоминающее северное сияние, запечатлено на картине «Мираж» самарского художника В.В. Булгакова, написанной в 1990 году. Данная картина лишь один из элементов фиксации местного необычного, но совокупно их все-таки не так уж и много.
Интересно отметить, что несмотря на крайнюю обедненность местных данных исторической информацией об необычном, отдельные фантастические описания прошлого каким-то чудом сохранились. В частности, сегодня относительно широко известны записи арабского путешественника Ибн Фадлана, побывавшего с посольством багдадского халифа у булгарского царя в Среднем Поволжье в далеком 922 году [8].
В рамках рассматриваемой темы важно, что описание далекой страны булгар у Ибн Фадлана начинается с рассказа о том, как в первую же ночь по прибытию посольства сам Ибн Фадлан, а также его спутники, увидели на небе как бы два сражающихся отряда всадников. Интересно, что местные жители утверждали, что эти «духи/джины» сражаются здесь между собой каждый вечер с тех пор, как существуют. Впрочем, местное население не обращало на «сражение» никакого внимания. Любопытно отметить, что исследователи конца ХIХ века это описание объяснили как «отражение» в поэтическом восприятии северного сияния, несказанно поразившего жителя южной страны [9].
Еще более любопытны другие наблюдения из путевых заметок Ибн Фадлана, извлеченные из перевода еще в 1881 году В. Рагозиным, на которые обычно не обращают внимания. В частности: «Ночь так коротка, что, если поставить котел на огонь во время первой вечерней молитвы, в нем еще ничего не успеет свариться, как уже надобно звать на утреннюю… Восходящее солнце огромно, как облако, и краснота его исчезает только когда оно достигает высших областей неба… Грозы случаются очень часто, и если молния ударит в дом, то его бросают…» [9].
Вероятно, что следующее по времени интригующее свидетельство о миражах, фантомах, видениях – это открывшееся в 1358 году митрополиту Алексию «видение» славного города Самары. С точки зрения автора, очень удачно это «событие» было запечатлено, например, на картине самарского художника Н.С. Панфильцева.
Картина самарского художника Н.С. Панфильцева «Видение митрополиту Алексию славного города Самары в 1358 году» (2023 год)
Впрочем, здесь источники несколько разнятся, и некоторые исследователи, в частности бывший голова дореволюционной Самары П.А. Алабин, говорят не о видении, а о сбывшемся пророчестве [10].
Наиболее распространена именно та форма фиксации необычного, где просто сохраняются рассказы, сообщения о наблюдениях, которые в лучшем случае публикуется в СМИ, литературе, интернете и т.д.
Например, массовое туристическое издание – путеводитель «По Куйбышевской области» сообщало читателям: «Примерно посредине между п. Мордово и п. Брусяны, на Волге иногда (чаще всего в начале лета или весной в жаркую погоду) можно наблюдать удивительное явление – мираж. От берега неожиданно накатывается огромная волна. И с лодки, кажется, что она все смоет на своем пути. Но проходит две-три минуты, и на водной глади воцаряется полный покой. Волна исчезает» [11].
Еще один способ фиксации необычного (более продвинутый) – привлечение художественных средств, зарисовка открывшегося/проявившегося или даже работа с уникальной информацией профессиональных художников.
В этом плане особо интересно «открытие/проявление» другого миража. Куйбышевский исследователь С.А. Самаров 10–11 июня 1989 года примерно в двух километрах от села Подгоры (Самарская Лука) с 20:10 до 20:20 наблюдал изображение некой ступенчатой пирамиды. Она была неяркой, как Луна днем, и располагалась на каком-то неизвестном плоскогорье, круто обрывавшемся вниз. Развернувшееся изображение демонстрировало некую долину, разделенную рекой. Представляется, что условная линия наблюдения была наклонена к плоскости этой долины примерно на 15°, словно наблюдатель находился на борту самолета, летящего где-то на высоте 8–10 км.
8 июня 1990 года примерно в том же месте С.А. Самаров вновь наблюдал похожую картину, но более бледную и всего четыре минуты с 20:45 до 20:49 местного времени. В июне 1991 года ему опять повезло наблюдать эту (или крайне похожую на нее) «пирамиду». В этот раз особенно четко был виден «дым», стекающий по обрыву к далекой роще.
Важно то, что наблюдение в то время вызвало относительно сильный информационный резонанс, попало во многие местные СМИ, а один из местных ведущих художников Сергей Цидилов, по описанию очевидца сделал несколько очень хороших зарисовок. Одна из них гармонично вошла в книгу Игоря Муханова «Сказы и байки Жигулей» [12].
Зарисовка наблюдавшейся С.А. Самаровым «ступенчатой пирамиды», сделанная самарским художником Сергеем Цидиловым по непосредственному описанию очевидца в 1990 году.
Другое сообщение. В июле 1955 года утром после дождя на южной оконечности острова Зелененький на реке Волга случайные наблюдатели видели огромное строение, воспринятое ими как «собор». Описывается большое здание прямоугольной формы. Казалось, что все строение сложено из крупноразмерного красного кирпича. Фантомное здание полностью закрывало противоположный берег. Большие окна его не светились.
Данная картина сохраняла устойчивость в течение 5–10 минут, хотя отдельные детали и скрадывались легкой дымкой. Затем изображение начало таять (или гаснуть), что продолжалось в течение еще минут пяти. Постепенно сквозь строение стали слабо проглядывать контуры острова, а затем «призрак» как бы померцал и полностью исчез.
Наблюдались в Жигулях и другие «картины», например, большая красноватая равнина (согласно одной из быличек именно на такой равнине якобы и предпочитает появляться легендарный Мирный город), поросшая негустой травой, ограниченная на горизонте высокими заснеженными горами…
Еще один пример: в конце 60-х годов ХХ века группа туристов наблюдала в районе поселка Сосновый Солонец необычный мираж. Вот как это им запомнилось:
Был теплый солнечный день. Внезапно начал сгущаться туман. Когда он разошелся, люди увидели, что они стоят на небольшом каменистом пятачке. А впереди простиралась пустыня: барханы песка, верблюжьи колючки, веточки саксаула, и какое-то странное застывшее («косое») солнце сбоку. А у самого горизонта бесконечная стена. И все это казалось полностью реальным.
Затем туман сгустился опять. А когда вновь разошелся – картина разительно сменилась. Теперь впереди было множество озер, целая «страна озер», разделенных каменными перешейками. Но и этот мир исчез также быстро, как и появился. Окружающее пространство как бы дрогнуло, воздух пошел маревом, и вскоре вокруг была опять привычная каменистая равнина без каких-либо следов тумана.
Про «видение/мираж» некой башни периодически «проявляющейся» над Чувашским бугром автор уже писал в статье о бестелесных голосах [13].
Ниже приводится описание двух неизвестных городов. Эти «видения» зарисовал самарский художник Дмитрий Широков по рассказам очевидцев и с учетом их поправок.
В конце 80-х годов ХХ века на Самарскую Луку посмотреть различные «волжские чудеса» приехала большая группа сибирских исследователей. Они во многих местах тут побывали и много чего интересного увидели. Но особо их впечатлило открывшееся тогда в районе Верблюд-горы в водах реки Волги «видение» неизвестного древнего города. Помнится, что в ходе той поездки погода исследователей как-то не баловала. Постоянно дул холодный пронизывающий ветер. Высокие волны взбаламучивали основательно остывшие воды реки.
Но в том месте, где расположили свои палатки сибиряки, оставалось удивительно тихо, а поверхность вод здесь казалась словно залитой маслом. Именно на этом пятачке внезапно проявилось словно перевернутое отражение старинного города. Были хорошо видны многочисленные купола церквей, вычурные терема, фрагменты крепостной стены. А над всем этим старинным великолепием «парил» большой диск, увенчанный куполом. В то время диск некоторыми очевидцами был воспринят как видение таинственного летающего острова Лапуты, некогда описанного Дж. Свифтом в одном из путешествий Гулливера.
Здесь важно отметить, что с берега или примыкающих к нему скал ничего не было видно. А вот «проявившееся» отражение оказалось весьма устойчиво и продержалось довольно долго. Исследователи даже успели неспешно достать и установить штатив с профессиональной кинокамерой и довольно долго фиксировать увиденное.
Перед отъездом сибиряков домой, самарский художник Дмитрий Широков, долго и обстоятельно беседовал со многими из тех, кто видел «отражение» старинного города и даже по «горячим следам» сделал несколько набросков.
Рисунок самарского художника Д.Ю. Широкова, сделанный со слов очевидцев, наблюдавших «отражение» неизвестного города на реке Волга в районе п. Ширяево осенью 1986 года.
Уезжая, сибиряки обещали поддерживать связь и прислать нам свои отпечатанные фотографии, а также сообщить, что на кинопленку запечатлела их походная кинокамера. Мы же в свою очередь обещали им высылать новые местные материалы о необычном, а также передать копию рисунков Дмитрия Широкова. Но связь с этой группой как-то быстро и основательно оборвалась (впрочем, такое случается не в первый, а скорее всего и не в последний раз).
Ниже приведена еще одна зарисовка, сделанная по описаниям очевидцев в начале 90-х годов ХХ века самарским художником Дмитрием Широковым.
Зарисовка «миража» неизвестного города, сделанная по описаниям очевидцев самарским художником Д.Ю. Широковым в начале 90-х
Вот описание того группового панорамного наблюдения:
Большая красноватая равнина на севере и северо-востоке ограничена горным хребтом. Вдоль него на юго-запад течет большая река. По обе стороны от нее простираются заливные луга. На юге они незаметно переходят в каменистую равнину, густо поросшую ковылем. У горизонта равнина ограничена горной грядой. При этом складывается впечатление, что точка обзора наблюдателя словно находится на выступающей скальной площадке некоего горного склона, откуда хорошо виден город. Он занимает почти все пространство на северо-западе, между рекой и горами. На севере город ограничивается оборонительной системой: огромными черными квадратными башнями, соединенными белой стеной. На юге от реки его отделяют заливные луга и невысокий пологий вал…
Город имеет ярко выраженную кольцевую планировку. По ее осям проложены две широкие центральные улицы. Одна сориентирована параллельно течению реки, другая расположена под углом к первой строго в направлении север-юг. Улицы сходятся на большой площади, наводящей на мысль о замершем озере. Сам город можно условно разделить на четыре сектора. Непосредственно к площади примыкает зона «дворцов» в стиле архитектуры юго-восточной Азии. На северо-востоке раскинулись великолепные сады, простирающиеся до его стен. Густым покровом они укрывают прозрачные шестигранные башни (чем-то они напоминают энергетические станции современных фантастических фильмов). На западе города преобладает архитектура минаретов. «Культовые здания» перемежаются строениями, напоминающими современные небоскребы (возможно, какие-то хранилища?).
Над всеми строениями города возносится грандиозное здание внешне чем-то напоминающее современный суперминарет. Напротив него через центральную улицу расположился огромный небоскреб, не уступающий минарету размерами. Весь город имеет цвет сухой глины, в окраске домов, улиц преобладают светло-коричневые тона.
И было непонятно, есть ли в этом городе жители. Но что-то подсказывало, что он давно и безнадежно пуст.
Анонс:
В Поволжье наиболее распространены миражи типа фата-моргана, проявляющиеся в образе древних городов. Еще один тип миражей – т.н. «миражи-следовики» после своего исчезновения оставляющие вполне материальные следы: камешки, кирпичи, веточки, листья, монеты и т.д. Наиболее раннее свидетельство поволжских аномалий находится в записях арабского путешественника Ибн Фадлана, побывавшего с посольством у булгарского царя в Среднем Поволжье в 922 г. Описание страны булгар начинается с рассказа о том, как в первую же ночь по прибытии посольства Ибн Фадлани и его спутники увидели на небе два сражающихся отряда всадников. Местные жители не обращали на «сражение» никакого внимания, утверждая, что эти «духи/джины» сражаются здесь между собой каждый вечер с тех пор, как существуют. Следующее по времени интригующее свидетельство о миражах – открывшееся в 1358 г. митрополиту Алексию «видение» славного города Самары. Это историческое событие очень удачно было запечатлено на картине самарского художника Н.С. Панфильцева.
Статья опубликована также на сайте History.eco
Подпишитесь на наш телеграм-канал https://t.me/history_eco