Хуйня по айрондеям2

Сталесклеп уберёт всё, что помешает ему. Или если ему покажется, что что-то мешает. В этом деле у него была свобода действий.

И он ею пользуются. Он убирает то, что вредит Мидею, однако это не забота или какие-то отголоски Фаенона. Ему просто не нравится, что что-то столь слабое, как человек, может посягнуть на то, что он считает по праву своим.

– Прекрати это, – отзывается Мидей, стоя у обломков монстра. Он ранил принца, и Сталесклеп, соответственно, избавился от него в два мига.

– Прекратить что? – он делает вид, будто бы не понимает. Такую манеру речи использовал Фаенон, чтобы вылечить Мидеймоса. – Разве тебе не нравится быть под защитой?

– Под твоей – нет. Я предпочту Загрею в брюхо залезть, нежели быть под твоей защитой.

– Как грубо.

Но Сталесклепу это нравится. Он будет выводить Мидея вновь и вновь, чтобы получить желанную реакцию в виде чистой, неприкрытой ненависти к его существу.

– Я уверен, тот ребёнок, брошенный своим же отцом в море душ, оценил бы хоть какую-то защиту.

Пытка этими словами была его любимой. Напоминать о тех временах, когда маленький Мидей даже говорить не мог, а уже умел сражаться. А ещё когда он не мог научиться говорить, потому что из его горла выходили лишь около животные звуки. Какая прелесть, у маленького львёнка выросли зубки и когти.

– Я больше не то дитя. И я могу себя защитить.

– Мх-хм, но мне всё равно так не нравится, что что-то или кто-то хочет вонзить тебе нож в спину. Знаешь, я очень хорошо вычисляю предателей, сдаю быстрее Циферы.

– Замолкни, шакал, – Мидей раздражённо, сквозь зубы, выдыхает, глядя на монстра. – В любом случае задание выполнено. Мы должны идти.

И Сталесклеп следовал за ним. Теперь он видит кучку чистильщиков в кустах, которые их уже поджидают. Что-ж, они всё равно его бесят, но теперь они угрожают Мидею.

Он мысленно сделал заметку сделать их смерть мучительнее.