<.Холодная вода.>

Ксавьер лежал на диване и лениво из-под ресниц смотрел в потолок. Самый обычный светлый потолок, который не содержал в себе никаких символов или скрытых смыслов. Чистый, без трещин, совсем новый. Практически нетронутый. Штукатурка выложена ровно, гладко. В комнате было тихо и ему на мгновение показалось, что он оглох и перестал слышать. Покой телепата никто не нарушал. Последний раз к нему заходила агент МакТаггерт. Оставила какие-то документы и попросила ознакомиться к завтрашнему дню. Он обещал, что выпьет рюмку виски и приступит к делу. Но дело не шло. Такая ничтожная доля алкоголя не возбудила в нем пьяного настроения. Просто ни одна конечность не хотела двигаться, будто намертво приклеилась к поверхности мебели. 

Чарльз перебирал память, а конкретнее — все события последних дней. Рылся в своем личном архиве, планируя разделить моменты на хорошие, плохие и “лучше не вспоминать”. Его попросили о помощи сами ЦРУ, прислав такого потрясающего посредника, как Мойра. Прямо сейчас он лежит в достаточно защищенном здании и может быть уверен, что сестра в безопасности. И к тому же, он узнал, что больше не один. В папку о хорошем. После целого литра пива в день получения профессорской ему было тяжело протрезветь и он даже не выспался. Страйкер старший чуть не пристрелил их, назвав шпионами. Его ноги онемели от холода. В папку о плохом. А вот причина этого обморожения… 

Папка “лучше не вспоминать” готовилась принять в свои ряды ещё одно неприятное воспоминание, которое до сих пор крутилось в голове, в попытках восстановить мельчайшие подробности. На самом деле, Чарльз не знал, как относится к недавнему. Он никогда не верил в предсказания, гадания на руке и подобную ерунду, которая никогда не имела ничего общего с действительностью. Нельзя предвидеть будущее, даже если исход очевиден. Но секунда, или даже минута, слабости позволили Ксавьеру довериться недостоверным словам. Телепат повторял их себе уже не в первый раз. 

“Ты рискуешь потерять тысячи людей, спасая одну эту душу. Ты собираешься сделать, как думаешь, благое дело, подставляя свою судьбу. Ты станешь зависимым от того, что сейчас почти не ценишь. Ты лишишься возможности ходить. Затем вера людей будет меркнуть под мерзкими препаратами, лишая тебя самого главного дара, пока твоя сестра будет на грани смерти. Но она настигнет её позже, это точно когда-нибудь произойдет. Совсем незаметно. Ты лишишься всего и сразу, сам почти что отправившись на тот свет. Ты сильно хочешь спасти эту душу?”

И Ксавьер, опешив, сам не нашёл ответа. Стоя на палубе, он был уверен, что нужно спасти собрата. Горькие слова врезались в разум случайно, а обернувшись, перед ним предстал… уставший, сломленный и пьяный мутант… Слишком сильно похожий на него самого… Лохматый, неухоженный и такой болезненный вид напугали Чарльза. Он хотел остановить галлюцинацию, что только что вылезла, но она пропала так же резко, как появилась. Голова закружилась. Внутри все пульсировало так сильно, что он чувствовал, как ощущается вибрация в висках. 

Он замешкал, отойдя от края. Так он будет выглядеть в будущем, если спасет металлокинетика?.. И к чему были слова о Рейвен? Это сигнал из будущего? Признаки шизофрении? Предупреждение всевышнего? Как ему расценивать произошедшее? Чарльз потирал лоб, успокаиваясь. Мойра беспокойно переспрашивала его о самочувствии, но её ласковый голос с мягкими словами были проигнорированы. Громкий писк в ушах не давал Ксавьеру сдвинуться с места. В голове будто кричала сирена, оповещающая о надвигающейся опасности.

А как только звук стих, Чарльз стоял в оцепенении. Ноги подкосились и уже не планировали прыгать в холодную воду. Он не хотел такой судьбы. Сидеть на инвалидной коляске до конца жизни… подвергать жизнь сестры опасности… жертвовать жизнями невинных людей, что просто следуют приказам… Как можно жить без ног..? Но ведь прямо сейчас никто, кроме Чарльза не в силах остановить мутанта. Никто другой не сможет переубедить его. А с другой стороны, какое ему до него дело? Если ты знаешь исход самых неприятных событий, должен ли ты предотвратить этот ужас? Можно ли вообще принимать решение, изменив историю? Или прямо сейчас, со знанием подобного исхода, просто глупо ослушаться совета? Повторить судьбу, которую некто из будущего попытался предотвратить?

На поверхности воды показались мелкие пузыри. Позже всплыло бездыханное тело. Его звали Эрик Магнус Леншерр. Он был жертвой второй мировой войны. Всё свое детство Эрик провел в Освенциме под гнётом экспериментов и опытов. Судя по трём убийствам в Аргентине и угрозам французскому банкиру — Эрик хотел мести. Ксавьер лишь надеялся, что теперь он обрел покой…