Headcanon

Леону «посчастливилось» стать маглорожденным волшебником, от чего до полных 11 лет мальчишка жил почти обычной жизнью, не подозревая о том, что когда-то сказочная магия затронет и его.

Впервые это свершилось после смерти родителей мальчика. В ту ночь он выплакал озеро горючих слез, а сердце было настолько переполнено горем, что тот не знал, куда его деть. Жертвой кулака оказался ближайший стол, который, на удивление Леона, вместо того, чтобы стойко выдержать удар, закружился как карусель. Тогда он списал все это на разыгравшиеся эмоции и воображение, но вот письмо на свое одиннадцатилетние списать на воображение не получилось, оно вполне реально ощущалось в руках.

Шикарный зал, усеянный свечами, разными статуями и искусными архитектурными элементами завораживал, в глазах светилось не то счастье, не то свет огней.

Хмурая шляпа, распределяющая учеников на разные факультеты, по-своему сморщилась, когда оказалась на светлой макушке. Зал затих, а Леон был готов провалиться под землю от столь пристального внимания к своей персоне.

-Какой отважный мальчуган..Куда же тебя направить? В Пуффендуй или Гриффиндор?..Нет, вылитый Гриффиндорец!

`Специально притворяется, что не понимает зельеварение, ведь это лишний повод повидаться с привлекательной слизеринкой в тихой библиотеке, где есть только ты, он и Мадам Пинс, пепелящая взглядом странный дуэт.

Леон устало облокачивается на стол, делая страдальческое лицо.

–Скука смертная, кто это, кроме вас, Слизеринцев, вообще понимает?

Бьешь его книгой по затылку, от чего тот морщится и чешет больное место.

–Мне сказали подтянуть тебя по учебе, так что если будешь распускать нюни – превращу тебя в жабу.

–А затем поцелуешь, чтобы я вновь стал человеком?

Хитро щурится, многозначительно и нелепо приподнимая брови. Это дурацкое остроумие раздражало и очаровывало одновременно, влюбляло хлеще всяких приворотных зелий.

–А затем кину в котел.

Отвечаешь ты, ударяя его книгой второй раз.

`Запретный лес, пожалуй, самое таинственное и манящее место для всех учеников, но особенно оно привлекает первокурсников и второкурсников. Увидеть вживую настоящего единорога – не это ли заветная мечта всех любителей сказок? А гиппогрифы и лукотрусы? Поговаривают, что там темно даже в самый солнечный день, ведь кроны густых деревьев надёжно защищают обывателей от ярких лучей.

Стоило один раз назвать гордого парня трусом, как в его глупой головешке крепко засела мысль о посещении опасного места. Отговаривать и извиняться было бесполезно, все львята кичились своей храбростью, которая больше смахивала на глупость, но разве кто послушает? Конечно, далеко ему зайти не дали, однако вид у него все равно был потрёпанный: пару ссадин на щеках, порванная одежда и заикание. Зато рука крепко сжимала букет волшебных прекрасных цветов, предназначенных виновнице всего этого происшествия, за которое Гриффиндор потом понес убытки баллов.

`Древесиной для палочки волшебника несомненно послужил бы кипарис или ель. Благородный и отважный, как и другие обладатели кипарисовой палочки, он первый готов броситься в самое пекло, если того потребуют обстоятельства.

`Его любимым уроком стали полеты на метле, где парень чувствовал себя словно рыба в воде. Такого одаренного ученика не могли не позвать в команду по квиддичу, где тот с гордостью принял роль охотника.

И даже если твоя форма была украшена зелёным цветом, а на скамье болельщиков ты сидела вместе с остальными Слизеринцами, он знал или надеялся, что в глубине души ты всё же болеешь за него.

`После игры он осторожно уводит тебя от ликующей толпы. Аристократичные ручки чистокровной магички залечивают все ссадины на крепком мужском теле. Магловским способом, ведь взмах палочки ощущается не так приятно, как нежные прикосновения девушки. Голубые глаза переполнены радостью от победы, но если матч прошел неудачно, то для него твое сердце – личная победа.

` Шумные общие комнаты явно не являлись хорошим местом для ласок, так что порой приходилось выкрадывать возлюбленную с башни темной ночью словно рыцарь, дабы занять какой-то тихий уголок, где темным мантиям и пижамам суждено открыть тело и душу.

`Как игрок квидичча и просто очаровательный парень, Леон пользовался большой популярностью у девушек, особенно по нему тосковали сердца Пуффендуек. Тот поначалу даже наслаждался плодами своей славы, проводя львиную долю времени в компании красоток, но позже понял, что твои язвительные речи намного слаще льстивого языка фанаток.

–Извини, я был придурком.

–Еще раз.

Недовольно цокает, отнекиваясь от повторения позора.

–Ты все прекрасно слышала, что за садизм? Или вашему факультету это свойственно?

Подносишь палочку к его горлу, слегка вжимая острый конец в выпирающий кадык. Вполне достаточный аргумент.

`Нет, Леон не слабохарактерный, просто тот огонек в ярких глазах и победоносная ухмылка на губах заставляет его позволять тебе все эти шалости. Чем бы дитё не тешилось, главное – чтоб не плакало. Так что с недовольным лицом, но очень довольным сердцем, Кеннеди выслушивает о собственной бестолковости, пока твои волшебные (во всех смыслах этого слова) пальчики творят волшебство с лохматой головой.

`Не спроста символ Слизерина – змея. Слушок, что чистокровная возится с «второсортным» магом расползлись по факультету быстрее, чем плесень во влажных углах, что повлекло за собой шквал насмешек. Кеннеди, увидев у тебя на лице следы слез, был готов направить самые запретные заклинания на обидчиков. Но обошлись болтливым зельем, делавшим любой голос смехотворно писклявым.

`Обожает зарываться ледяными, после зимней улицы, руками под темную ткань твоей мантии, слушая возмущенные визги и ругательства, полностью игнорируя твои попытки сбросить с себя цепкие конечности, будоражащие все тело (от холода или от того, как хозяйски они сжимали талию, ненавязчиво спускаясь чуть ниже?)

Обожает сидеть у камина, попивая сливочное пиво и убаюкивая «гадюку» (именно такое прозвище Кеннеди дал своему объекту воздыхания) на коленях. Один из твоих локонов оказывается обмотанным вокруг его пальца. Он бережно пытается уложить дремлющую голову на подушку, но его колени куда теплее, так что препятствует попыткам. В уголках губ образуется лёгкая улыбка счастья. Каждое рождество он загадывает одно желание – провести вместе со слизеринкой ещё один год, но он скорее полюбит травологию, чем кому-нибудь поведает свой секрет.