Губительный шторм

Полоз лёгкий. Рассыпает улыбки он, словно монетки золотые, в кладах древних хранимые. Удивительно легко сходится он, что с людом простым, что с нечистью лесной. Удивительно легко занял он место особое в сердце Царя Лесного. Вплёлся в него ветвями гибкими, ужиком малым скользнул. Смотрит на него Михаил, да налюбоваться не может. Вот уж какое лето минуло после ночи той купальской, в которую познакомились они. Вот уж какое лето влюблён Царь Лесной.

— Что, Полоз, змеев день скоро, — говорит Влад, вертя в руках лист дубовый, опавший. Осень в лесу зачарованном, работы у хозяев его много. — пойдёшь себе невесту выбирать? Вон, в деревне девок сколько. Одна краше другой.

Сворачивает Полоз хвост длинный кольцами, да брови удивлённо вскидывает. Вьются около него медянки, раздаёт он им указания, да проверяет, всё ли к спячке зимней у змей готово.

— Зачем? — удивляется он, а сам тихонько да незаметно хвостом длинным по ноге Михаила поглаживает.

Не находится Влад, что ответить на вопрос тот. Да и что тут ответить? Правило то непреложное, из покон веков заведённое. Должен царь змеиный себе невесту в змеев день выбрать, что будет следующий год в делах, заботах, да любви с ним. Возвращались потом девицы домой с почётом, приданым богатым да славой самим Полозом, царём змеиным избранной.

Смотрит Михаил на Полоза возлюбленного да думает. А ну, как-то найдёт себе в змеев день невесту Полоз, что тогда будет? Уйдёт тогда Полоз с невестой своею. Опустеет избушка в глубине леса зачарованного тогда. Не останется вечеров, любви да тепла полных. Не хочется того Царю Лесному. Не хочет, да и, кажется ему, не сможет он отпустить Максима. Только не знает про то никто, хранит тайною любовь свою Михаил, в сердце глубоко сокрывает. Лишь Полозу известна она, а никому другому знать не про то не надобно.

— Так порядок таков, — находится наконец Влад с ответом.

— Ах, порядок… — тянет Максим с улыбкой хитрой. Замечает Михаил, как по мановению руки его расползаются, теряются в травах высоких медянки. Высверками медными скользят они с полянки лесной. Смотрит Максим на Михаила, да подмигивает хитро. Видно задумал что-то он.

Сползаются змеи обратно, ковром живым землю устилают. Видит Михаил, как несут они венец, листьями дубовыми злата червлёного украшенный. И в каком только кладе нашли они его! С поклоном отдают они венец тот Полозу, руку протянувшему.

— Есть у меня уже суженный да любый, — говорит Максим, на Михаила с нежностью глядючи. — Не нужно мне змеева дня ждать, дабы выбрать себе кого-то. Не нужна мне и невеста, выбрал я себе Михаила, Царя Лесного. Пойдёшь?

Смотрит Михаил, да насмотреться не может на Полоза возлюбленного, венец злата червлённого ему протягивающего, да нежно хвостом по ноге поглаживающего. Подползает Полоз ближе, хвостом ноги оплетает, будто объятиями, или боится будто, что сбежит от него Михаил, затеряется в лесу заповедном.

— Пойду, — улыбается Михаил да голову склоняет дабы удобнее было венец надеть. Не надобен Полозу, царю змеиному никто. Есть у него уже суженный, есть возлюбленный. И пусть знает о том весь лес, пусть несут звери лесные вести во все концы его. Влюблен да счастлив Полоз и без невесты змеиной. Прижимает Михаил возлюбленного своего коепко, да к устам его приникает поцелуем, что крепче обещаний, крепче клятв да заговоров любых.