Грустные Истории Про Секс Подростки
⚡ 👉🏻👉🏻👉🏻 ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻
Яндекс.Браузер с защищённым режимом и быстрой загрузкой сайтов и видео Установить Закрыть 0+ Реклама
131 тыс. просмотров . Уникальные посетители страницы.
74 тыс. дочитываний , 57 %. Пользователи, дочитавшие до конца.
8,5 мин. Среднее время дочитывания публикации.
Мне было восемь лет, я училась в первом классе. Школу и музыкалку отделяла сопка. Десять минут пути. Максимум пятнадцать. Я решила, что в обход сопки ходят слабаки, и решила идти вверх: так же ближе. Сапоги проваливались в наст, шуба намокла и стала неподъемной, к вершине я выбилась из сил, и думала только том, как бы добраться домой. И тут я увидела два глаза. Два голодных глаза. Не сразу поняла — человек, животное? Потом разглядела военную форму, догадалась — стройбатовец. Открыла рюкзак, чтобы достать бутерброд — глаза стройбатовца были голодные. И тут этот человек вытряхнул все содержимое моего рюкзака в снег, и вцепился зубами в красный пластмассовый мячик, решив, что это яблоко. И разрыдался — от отчаяния. И заголосил на незнакомом мне языке.
«Не ешьте!», — закричала я, протягивая ему бутерброд, сплюснутый тетрадками и книжками. Он проглотил бутерброд — будто его и не было, и мы вместе, аккуратно отряхивая снег, сложили тетрадки в мой рюкзак. Он всхлипывал. Я — от ужаса, страха и бессилия — разрыдалась тоже. Та встреча с дезертиром стала моей главной детской тайной. Я боялась даже вспоминать то свое восхождение и ту встречу, не то, что говорить об этом. Зато я сразу позвала на помощь всех взрослых, когда, решив, что в дверь звонит сосед Рома, открыла ему и увидела, что там никакой не Рома, а незнакомый дяденька — и у дяденьки спущены штаны.
А как у других? По-разному. Но однозначно — моя первая история скорее исключение из правил. А вторая — вполне себе правило. Впрочем, опрос, проведенный среди читательниц Littleone скажет сам за себя.
На вопрос «Твоя самая страшная подростковая тайна, которую ты до сих пор скрываешь от родителей, касается…» треть респондентов ответила «отношений / интимных отношений с МЧ», еще почти треть — «домогательств знакомых / незнакомых людей, угрозы изнасилования, изнасилования», 13% опрошенных указали в качестве своей тайны «результат нахождения в интимных отношениях (посещение гинеколога, лечение от ЗППП, аборт)». Более 15% респондентов назвали своей тайной «нарушение самых строгих родительских запретов (употребление наркотиков, общение в компании, где употреблялись наркотики, пребывание в секте)», и только несколько оставшихся процентов голосов пришлись на «другое».
«Как-то летом я не поехала к бабушке и осталась в Норильске, где для подростков никаких развлечений не предусмотрено. Как-то раз моя одноклассница Кристина — мы жили через дорогу друг от друга — стала меня зазывать в свою компанию. Нам было по 13 лет, а мальчикам в той компании по 14-16. И однажды я поддалась уговорам — мы пришли вместе. Кристина с парнями общалась очень свободно, раскованно, и очень быстро ушла с одним из них в другую комнату. И тут я вижу, что на столе какие-то упаковки, коробки, пакеты. И среди прочего порошок, ложки, зажигалки и шприцы. Окончательно до меня дошло, что происходит, когда все стали колоться. От увиденного волосы у меня встали дыбом. Я стала проситься домой, но мальчики под воздействием препаратов не очень понимали, зачем мне так быстро уходить. К счастью в это время Кристина присоединилась к нам, я ей наврала, что плохо себя чувствую, и она меня проводила. Так быстро я домой никогда не бежала. И никогда больше с теми Кристиниными знакомыми я не общалась. Но и маме не рассказывала об этом».
«Родители разводились с шумом и грохотом, на детей забили. Мне было 16, я затусила с 4 мальчиками — как пацан с пацанами. Мать это видела и переживала, но ничего взамен предложить не могла. Она до сих пор не знает про наши развлечения с огнестрельным ружьем, добытым непонятно где: стреляли в лесу, по банкам и бутылкам. Пуля не всегда совпадала с калибром оружия. Нам очень повезло, думаю, что ни у кого в руках пистолет не взорвался».
«Я не рассказывала маме, как меня травили в школе в 10-11 лет: ей всегда было фиолетово что происходит — главное, чтоб хорошо училась. Когда я рассказала ей, что ко мне цепляются педофилы, она не поверила, сказала, что я выдумываю, я перестала говорить и об этом тоже — хотя до 15 лет они меня преследовали, и преимущественно это были папины знакомые».
«Я училась в первом классе. Однажды я зашла в рекреацию, где были туалеты для первоклассников, но туда почти никто не ходил, потому что они находились далеко от классов, а были те, что около классов, но там было многолюдно. И не успела я зайти в туалет, как увидела четвероклассника, который достал свой писюн из штанов, и подозвал меня подойти его рассмотреть. Я остолбенела — не могла двинуться ни вперед, ни назад, а четвероклассник произносил слова, от которых мне хотелось вырвать: «Если ты сейчас не посмотришь на него, я расскажу твоим родителям, что ты сама попросила меня его достать». Я все же смогла преодолеть себя, зашла в туалет, меня там вырвало. А вышла из туалета я, уже когда начался урок и я убедилась, что в рекреации никого нет».
«Однажды — я только начала учить английский, старшеклассник сказал мне: Kiss my penis. Я смогла перевести первые два слова, а с последним помогла учительница английского. Я никому никогда не говорила о том ужасе, что испытала, когда поняла, ЧТО он мне предлагал».
«Я не рассказывала маме, берегла её, что на меня напал военный из южной республики. У нас в окрестностях было несколько изнасилований, и мама провожала меня на электричку, надо было идти 3,5 км полем, было жарко, я пожалела маму и уговорила идти домой, а я сама полдороги дойду. Все закончилось удачно: стресс дал мне силы крикнуть так, что солдат, лежащий на мне, отпрыгнул (я ещё впилась ему ногтями в глаза) и сказал: «Извините!». Я думаю, мой утробный, из живота крик дернул проходившего полминуты назад мужичка (он посмотрел на меня с недоброй усмешкой, то есть понял, зачем караулит посреди поля стройбатник) на помощь мне. И я ушла».
«Мама не знает, как меня направили в 20 лет на проверку в онкодиспансер. Я пришла домой мертвая после диспансера, но увидев, что мама заметила, что на мне лица нет, сказала себе «Я здорова» и решила не делать никаких проверок».
«Мои родители не знают, что я сделала аборт».
«Мне было 4 или 5, сестре на 1,5 года меньше. Наша двоюродная сестра, старше нас на 5 лет, играла с нами в доктора. Сажала нас на стульчик по очереди и осматривала там...».
«Начиная лет с 14 лет я живу двойной жизнью. Мама не знала обо мне почти ничего: о том, что я начала интимную жизнь, о том, с кем я встречаюсь, что делаю. Я начала сексуальную жизнь в 15 лет и, конечно, признаться в этом не могла. Через 3-4 месяца у меня начались симптомы молочницы, я запаниковала, побежала в консультацию — меня отправили в подростковое отделение. Ездила туда в школьное время. Спасибо моей подруге, она сопровождала меня туда. Сдавала анализы, СПИД, Вассерман — впервые в жизни всё это было очень страшно. Сказать маме про то, что я живу половой жизнью с мальчиком не представлялось возможным. Когда у меня в 15 лет нашли пачку сигарет, для меня это было столь травматичным, что я чуть не покончила с собой от стыда. Я была уверена, что мама не поймёт, будет ругать, осуждать. А ее мне нужен был свой, безопасный мир. В который никого не пускают. Сейчас мама почти ничего обо мне не знает, я тщательно оберегаю своё внутреннее пространство при том, что она хочет меня контролировать».
«Мне было 6 лет, и я приехала на хутор к своим родственникам. Рядом жила мама с двумя детьми примерно моего возраста, и с этими детьми я проводила много времени вместе. Однажды к этим детям приехал папа и повел нас всех троих гулять в поля. Там, в полях, он сел рядом со мной и начал меня очень странно гладить. Никто никогда меня так не гладил. Я была в ступоре, не понимала, что происходит, но не отвела его руку, не встала и не ушла. Рядом ходили дети, увидев, что их отец меня наглаживает, они перестали играть и стали смотреть на нас. Это меня спасло — он встал и повел нас всех гулять дальше. Больше я не бывала у детей, когда к ним приезжал папа. А когда мне было 7 лет, мы с мамой жили в городской квартире, и напротив нас на площадке жил мужчина — тогда он мне казался очень старым: может быть, ему было лет пятьдесят. Когда он меня видел, он все время приговаривал: «Ах, какая девочка! Ах, какая хорошенькая! Настоящая красавица! Однажды, когда я оказалась на лестничной площадке одна, он поймал меня и поцеловал в губы, взасос. У меня было чувство, что он меня проглотит. Было очень противно. Мы жили рядом много лет, но больше он меня не трогал, хоть и продолжал при маме ворковать: «Ах, какая у вас дочка!». У меня нет идей, почему ни в первом случае, ни во втором я не стала делиться случившимся с мамой. У нас были доверительные отношения, но мне даже в голову не пришло рассказать ей, что со мной произошло».
«Самое страшное, что происходит со мной — это призрак, который живет в нашей квартире, когда нас нет. Если я возвращаюсь с дачи, то нередко замечаю, как кто-то открывает шкафы, включает и выключает свет, двигает вещи. А потом затихает. Взрослые этого не видят».
«Моя тайна касается моего сына. Ему было 12 лет, когда я заметила, что к него откуда-то появляются деньги. Пытаюсь выяснить откуда — тишина! Применила все возможные способы вытянуть информацию! Прижала к стенке! Успела! Оказалось, что к школе приходит мужчина и предлагает «денежку за пару фоток». Подняла всю школу, учителей.... оказался педофил!».
«Я не буду давать очевидных советов про то, что нужно разговаривать с ребенком с самого его рождения, нужно прививать ему привычку разговаривать — с вами и с самим собой, учить его с юмором принимать самые тяжелые ситуации, а если у ребенка не хватает юмора, то просто быть с ним созвучным. Созвучным, но не отражающим его мнение, а говорящим так, чтобы ребенок видел разницу между собой и родителем. Я не буду об этом. Я лучше поддержу тех родителей, которым подобные советы не пригодятся: не все дети одинаково настроены на «а поговорить», и не все родители одарены талантом разговорить свое чадо до необходимой кондиции. И… если вы не разговаривали с ребенком предыдущие 10 лет, то просто наблюдайте, следите за ним — во сколько он приходит домой, как себя чувствует, насколько стабильно он себя ведет. И если вы чувствуете, что в жизни вашего ребенка происходит что-то опасное, то именно сегодня — тот миг, когда вы можете сделать все, что не делали предыдущие 10 лет. Вы не построили доверие за годы? Постройте его за секунды: будьте готовы перевернуть мир, круг друзей, школу, быть невежливым, недипломатичным, нелиберальным — и искренним! Будьте готовы быть своему ребенку не только психологической помощью, но и полицейской службой. Когда ситуация экстренная, времени на размышления нет, нужно реагировать немедленно, незамедлительно спасая жизнь. Пусть ребенок видит — насколько он перепуган, настолько же его родители смелы. Наркотики? Уезжайте в другой город. Секта? Вытаскивайте его оттуда за волосы. И не вините себя во всем: целый детский мир скрыт от родителей. И — вспомните себя! — даже хорошим родителям не рассказывают обо всем. Так устроен мир».
Больше историй - на портале Littleone .
© 2021 News Media. Все права защищены
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать подборки наших новостей
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
На линейку первого сентября девятиклассница Лиза приехала после ночной вечеринки с водкой и наркотиками. Утром проснулась от маминого звонка в квартире друга в сталинском доме на Широком проспекте. Вчерашнее помнила слабо, говорила с матерью уставшим голосом. Потом с трудом собралась и поехала в свою школу у Бульварного кольца.
Линейка уже началась. Завуч торжественно рассказывала о скором вступлении старшеклассников во взрослую жизнь. Лиза пристроилась в последний ряд к другой опоздавшей однокласснице. Стояла, еле держась на ногах. В глазах двоилось, болела голова, тошнило.
И вдруг что-то пришло. Накатили слёзы и тёплые чувства. Лиза обняла одного одноклассника, потом второго, третьего. Школьники изумлялись и отстранялись.
Шорох не успел передаться в передние ряды, когда Лиза услышала за спиной мамин голос: "Так вот ты где".
Увидев не до конца протрезвевшую дочь, мама приняла решение мгновенно: "Уходим отсюда". Посадила девочку в машину и увезла к отцу.
Лиза очень красивая. Большие зелёные глаза, чёрные ресницы, синие волосы и розовый румянец на белой коже. На ладошках татуировки с надписями, а на запястьях порезы. Одни уже стали шрамами, другие недельной давности. Все оттенки красного.
Последний сделала на уроке физики. Слушала учителя и вдруг провела острой линейкой по запястью. Соседка по парте увидела. Лиза попросилась выйти в туалет и там нашла чем замотать руку.
У 14-летней Лизы чёткий план. Закончить девятый класс, поступить в колледж при Плехановском университете, а потом и в сам вуз. Ей нравится математика и статистика, поэтому выбрала специальность "Банковское дело". А в 20 лет Лиза хочет умереть.
Она бы и сейчас с удовольствием, но, во-первых, на носу олимпиада по обществознанию, а во-вторых, ещё не выбрала способ. Склонялась к высокой крыше, но передумала. Большинство крыш закрыто, а на одной доступной её друзья пьют вино на закате. Если она спрыгнет, то крышу закроют. Лиза не хочет лишать их секретного места.
Учёба давалась легко. На многих уроках Лиза скучала. Сочинение по "Слову о полку Игореве" написала на 5, не читая текста. Предпочитает иностранных писателей: Чака Паланика, Сэлинджера, Грэма Грина. Одноклассники кажутся глупыми и отсталыми, особенно после опыта прошедшего лета.
В конце мая Лиза поругалась с мамой и ушла из дома. Повод был мелочный: мама кричала, что Лизина черепаха снова нагадила на пол. Лиза в ответ припомнила проделки кота, которого ненавидит. "Раз такая умная, можешь жить у отца". Она ушла в дождь, не дождавшись обеда.
Вместо отца уехала на дачу к подруге. Через три недели вернулась в Москву и всё-таки перевезла к отцу вещи. У него новая семья, но он был не против присутствия Лизы и её отсутствия по ночам.
Лиза начала ходить на вечеринки в клубах и на квартирах. Ночевала у кого попало, в основном у парней сильно старше её. Они угощали фруктами, шампанским и кокаином, она соглашалась с ними спать. Отвращения не испытывала, особого удовольствия — тоже.
В прошлом ноябре Лизу бросил Юра, с которым они встречались год. Ему было 17, ей 13, когда он позвал её в пустую квартиру своего друга на Шаболовке и лишил девственности. Она не хотела так рано, но очень хотела именно с ним. Потом он звал, когда хотел, и снова пропадал на месяц. А потом ушёл совсем.
С тех пор ей никто не нравился. Мальчики дарили цветы и шоколадки, звали гулять на Патриаршие, а она думала о недоступном Юре. Через неделю после расставания умерла бабушка. Было больно со всех сторон. И Лиза подумала: раз жизнь такая глупая, значит, проживу по полной, а потом умру.
В феврале сделала первую татуировку. Подружка отвела в полуразрушенное общежитие в Бибиреве, и там в тёмном подвале девочка ненамного старше выбила ей птиц — символ свободы.
Новые тату пошли одна за другой. Нравилось, что можно изменять своё тело. За некоторые расплачивалась сексом. Несовершеннолетним запрещено делать татуировки, но многие мастера закрывают на это глаза. Первых птиц она уже перебила — исправила на более качественных.
Лиза хочет сделать сплит языка — разрезать от кончика до середины, как у змеи, — но пока не решилась. К сексу стала относиться спокойно: если парень хочет, он не грубый и не страшный, то почему нет. Раз никто не нравится — какая разница.
Алкоголь и сигареты покупает по фальшивой копии паспорта. В центре почти всегда прокатывает, на окраинах почему-то реже. Лиза не курит, сигареты покупает по просьбе друзей, а для себя — гашиш. Кокаин — нет, 14 тысяч за грамм — дорого, лучше потратить 15 за обучение у тату-мастера, что и планирует сделать.
Кокаином Лизу угощают реже, чаще феном — дешёвым амфетамином. Лиза знает, что это вредно. От спайсов отказывается.
Всё лето Лиза появлялась в доме отца, только чтобы переодеться. С матерью почти не общалась. Она то проклинала её по телефону, то умоляла вернуться, но в целом не видела ничего плохого в каникулах у папы.
В новых знакомствах, вечеринках и прогулках прошло лето. Лизе нравилось общаться со взрослыми, лет до 24. Многие из них живут отдельно от родителей, сами зарабатывают, с ними интересно.
Последний день августа отмечала с другом, которому 21. Встретились на Пушкинской, погуляли по бульвару, купили в "Ароматном мире" шампанского и поехали к приятелю. Там было много людей и ещё больше крепкого алкоголя. От водки Лиза не пьянела, добавила фен.
Дальше не помнит. Лица смешались: девочки, мальчики...
Дима родился в Новосибирске. Мама — учитель английского, папа — менеджер в строительной фирме.
С детства больше любил играть в повара, чем в войну. Хорошо ладил с девочками и не дёргал их за косы. "Какой воспитанный и чуткий юноша, — говорили чужие мамы. — Ласковый, послушный, внимательный, сам предлагает помыть посуду".
Папа с детства немного отстранялся от Димы: не звал играть в футбол и на рыбалку, не дарил автомат. Как будто понимал, что бесполезно. Но иногда, выпив с друзьями, говорил: "Лучше бы уж родилась девочка".
Впервые Дима осознал, что с ним что-то не так, в 11 лет. Смотрел голливудский боевик и поймал себя на том, что любуется мышцами главного героя, а не формами дамы, которую спасали. Как девочка, плакал над "Унесёнными ветром" и "Неспящими в Сиэтле", которые смотрел на английском языке.
Потом стал засматриваться на одноклассников. Сначала пугался самого себя, потом полез в Интернет и понял, что не один такой, что это бывает и это врождённое.
Допустим, это вариант нормы, но как с ним жить? Дома было спокойно, мама читала Шекспира, но в школе дети начинали подозревать то, что Дима боялся произнести вслух. В 13 лет в раздевалке перед "физрой" дотронулся до бицепса одноклассника и получил сотрясение мозга.
С тех пор он ещё больше не любил физкультуру, а любил историю, в основном благодаря учительнице — участливой даме за 50. У неё был муж-переводчик и трое взрослых детей.
Дима как-то подошёл после уроков и спросил о викингах. Ольга Станиславовна охотно осталась в классе и рассказала много интересного. С тех пор встречи происходили часто. Они разговаривали об истории и жизни.
Однажды учительница даже не спросила, а скорее констатировала: "Ты ведь гей". Мальчик признался со страхом и надеждой на понимание. Учительница рассказала, что это было во все времена от Древней Греции и что это нормально.
Тогда Дима решил, что можно признаться и родителям. Ему было 14. Предвидел, что отец не поймёт, но и не осудит, а мама примет таким, какой есть.
Они не приняли оба. Слёзы матери и крик отца поздно вечером за закрытой кухонной дверью. И запах сигарет, которого раньше не было в доме.
Дима полночи плакал под одеялом, потом уснул и видел кошмары. Утром мама с серым лицом молча придвинула ему чай и овсянку. Вместо еды Диме хотелось умереть.
Он с трудом дождался окончания уроков и пошёл к Ольге Станиславовне. В такой день ему особенно был нужен разговор. Но она сказала, что им больше нельзя встречаться после уроков. Мама вечером успела позвонить другой родительнице, та передала дальше по цепочке. Утром в кабинете директора учительнице сказали, что не допустят её дурного влияния на школьника. Она боялась потерять работу.
Дима после школы не пошёл домой. Бродил по городу до позднего вечера, потом позвонил однокласснице Яне. Они всегда дружили, а в тот день её родители были в отъезде, и она позвала к себе.
Признался Яне, что гей. Она поняла, принялась утешать и в ответ призналась, что он ей всегда нравился и что это недоразумение можно исправить. Дима захотел исправить, и у них случился секс. Первый для обоих.
Наутро Дима чувствовал себя ещё хуже. Считал, что обидел Яну, сделал с ней нечто противное и исправиться не сможет. Пошёл домой.
Мама с зелёный лицом
Интимные истории и пошлые рассказы из жизни. Секс : только 18+
Самая страшная подростковая история , о которой не знают родители
Детки. Плохие истории о подростках из хороших семей
Секс подростков (Том Рассказов ) / Проза.ру
Интимные истории - Страница 2 из 20 - Истории из реальной жизни
Секс Отец Кончил В Дочку Видео
Секс Нежный Русский Орет
Секс Голые Медленный Танец
Грустные Истории Про Секс Подростки
