YouTube уже замедлили — Григорий Бакунов

Смотрите полный выпуск на YouTube

Дмитрий Низовцев: Здравствуйте, Григорий, рады вас видеть.

Григорий Бакунов: Здравствуйте. Тема для радости довольно слабая, но давайте попробуем.

Дмитрий Низовцев: Но давайте хотя бы радоваться тому, что мы приветствуем друг друга.

Григорий Бакунов: Давайте я попробую рассказать, что такое Google Global Cache и как это вообще работает. Это система, которую Google развернул в 2010 году практически во всём мире. Задачи у него – не ускорение абстрактных гугловских сервисов, он конкретно прицельно ускорял работу YouTubе. 

    Существует эта система буквально во всём мире, в ней довольно сложные и интересные экономические взаимоотношения. Дело в том, что это такие физические сервера –железки большие, компьютеры, которые ставятся у интернет-провайдеров, и за которые Google платит. Вот, что удивительно, Google сам платит за то, чтобы вы их устанавливали. Он платит за качество обслуживания, которое даёт клиентам, то есть нам с в вами. 

    При этом, конечно же, это очень интересная сама по себе модель, которая привела к очень интересным последствиям. Сейчас сказали совершенно справедливо, что Google отказываются от контрактов, но у нас в интернете у всех короткая память. Дело в том, что в 2017 году Роскомнадзор начал возбуждать дела в отношении многих интернет-провайдеров, как раз на тему размещения этих самых серверов Google Global Сache. 2017 год, как вы понимаете, это ещё времена Роскомнадзора под управлением Александра Жарова. Цель этих действий в 2017 году была максимально понятной. Почему такая длинная предыстория, потому что это хорошо раскрывает то, что происходит сейчас. Дело в том, что ещё в семнадцатом году основная цель была в том, чтобы сделать так, чтобы российские видеохостинги, а это в первую очередь RuTube и ему подобные сервисы, которые пытаются давно уже вырастить замену YouTube, были с YouTube в равном положении. RuTube же не может такие сервера поставить везде, да ещё и за них платить.

Из-за этого получается удивительная картинка, когда буржуйский, западный YouTube работает в России быстрее, чем российские серверы. Как сделать так, чтобы они были в равных условиях? Ну конечно же ухудшить работу западного сервиса, что и делали в 2017 и 2018 году. Было несколько дел по этому поводу, тоже какие-то небольшие провайдеры, видимо в экспериментальном режиме всё это работало. Тогда это активно в дело не пошло. Тем более, что Александр Жаров ушёл заниматься RuTube, оставив Роскомнадзор на тех людей, которые там сейчас. А те, видимо, решили, что уже не настолько им интересно развивать отечественные видеохостинги. Сейчас задача другая. Сейчас задача любыми способами создать российскую альтернативу или российский ресурс, который будет вещать пропаганду, которая нужна только конкретно Кремлю и которая будет контролироваться Кремлем. Во многом давление, которое сейчас оказалось на Google, это не давление на Google, не на поиск, это конкретное давление на YouTube. 

    Поэтому смотрите, нужно совместить две новости. Google Global Сache прекращает работать. Это значит, что сервис YouTube будет в России в многих местах хуже, с одной стороны, с другой стороны закрывается российская часть компаний Google Global Сache, а российские интернет-провайдеры всё равно не имеют право оказывать услугу установки такой системы как Google Global Сache каким-то иностранным компаниям. Потому что вся такая деятельность, она должна быть сертифицирована у ФСБ. То есть, так или иначе, мы всё равно лишились бы Google Global Сache из-за того, что Google уходит из России как юридическое лицо. В принципе, ситуация безвыходная: мы так или иначе остаёмся с медленным интернетом. Хорошо, что он какой-то есть. Вы вообще помните времена, когда здесь не было Google Global Сache? Когда нажимаете на кнопку YouTube и минуту ждёте пока он начинает играть? 

Илья Шепелин: Я пользуюсь иногда RuTube, я знаю, что такое сервис без Google Global Сache.

Григорий Бакунов: Вот вот вот. Ровно такая же картинка нас ждёт сейчас с YouTube. Давайте привыкать. Давайте привыкать к тому, что всё, самое новое, самое лучшее, сейчас россиянам какое-то время будет недоступно. 

    Какие альтернативы? Вероятно, интернет-провайдеры сами могут поднять такой кэш, сами его построить. Это сложно. Это сложно технически. Это затратно. Если раньше Google устанавливал сам сервер и платил компаниям, которые предоставляют услугу, то сейчас компаниям предстоит это сделать за свой счёт. Мне кажется, что это фактически невозможно для большинства из них. Особенно с учётом, что это требует специфического железа, которое, напомню, сейчас тоже купить нельзя. 

    Мне кажется, что надо просто привыкать к плохому интернету и плохому YouTube, потому что теперь, если вы хотите ролик быстро посмотреть –придётся подождать. 

Илья Шепелин: Придётся подождать. Вспомнить, что такое сервисы загрузки видео, допустим. На ночь поставил, загружается пока модем пыхтит, главное, чтобы разъединения не было. 

Григорий Бакунов: Я надеюсь, что до такого не дойдёт, всё-таки.  

Илья Шепелин: Знаете, у нас же государство ориентируется на какой-то древний Золотой век, и в жизни Путина, как мы сегодня узнали, из цитаты про шестисотый и класс «люксус» – это девяностые, судя по всему. Так что к девяностым будем, видимо, стремиться. 

    Расскажите мне, как человеку, который не очень понимает в этом, сами серверы Google Global Cache, которые работали в России: они в России находились или нет? 

Григорий Бакунов: Да, они находились в России. Это так называемые «сервера последней мили». В том смысле, что они устанавливались прямо у интернет-провайдеров. Как можно ближе к получателю контента. Как можно ближе к непосредственным потребителям. В тех дата-центрах, которые принадлежали самим интернет-провайдерам. 

Илья Шепелин: А возможна такая ситуация, что государство само попытается это забрать дело и отдать его уже какому-нибудь RuTube или ещё чему-то такому? Потому что сейчас идёт этот многомиллионный процесс против, прости Господи, другого интернет-телеканала «Царьград», который какую-то заоблачную сумму хочет с YouTube получить. И, может быть, в долг, как раз, они попробуют всё забрать, и на высокой скорости будет первый православный канал вещать? 

Григорий Бакунов: Знаете, не получится. Дело в том, что это конкретное железо произведено компанией Google специально для ускорения YouTube. Больше эти железки не умеет ничего. Их можно разобрать, попробовать, прямым текстом говоря – взломать и сделать на них просто какие-то севера. Но это просто огромная разработка. 

    И здесь надо отдавать себе отчет, что компания Google – это мировой лидер в производстве таких железок. Просто так повторить программное обеспечение для них – это большая работа. Просто так это сделать невозможно. Там всё заточено конкретно под YouTube.

Дмитрий Низовцев: Скажите, смежный, но несколько другой вопрос хочу задать: сегодня Мария Захарова сказала, что: «Если вы заблокируете ещё хоть один брифинг МИДа России, то мы будем высылать журналистов, мы назовём конкретное имя, конкретное СМИ, которое поедет к себе восвояси». 

    Вот по вашим ощущениям, Google сейчас, он уже настолько оторвался, настолько оттопырился и уже ничего не боится, что способен, несмотря на эти угрозы Марии Захаровой, блокировать? Или способен идти на компромиссы, о чём-то торговаться и пытаться ухватиться, что-нибудь сделать, лишь бы их не блокировали, не высылали никого?

Григорий Бакунов: Смотрите, во-первых, ни одного сотрудника YouTube, насколько я знаю, в России нет.

Дмитрий Низовцев: В России – да. Она имела в виду СМИшников.

Григорий Бакунов: СМИ – это наверняка, да. Но есть и другая сторона. Дело в том, что компания Google сейчас, не только в связи с банкротством, а вообще с началом войны, в принципе, в России не зарабатывает. Поэтому им здесь нечего терять. Просто фактически терять нечего. Максимум, что можно было сделать – это сказать: «Мы вас будем штрафовать!» 

    «Ну мы не будем платить штраф. Что вы сделаете? Заблокируете нас?», – это я сейчас говорю от лица Google. Но, вероятно, заблокировать прямо сейчас YouTube – кишка тонка. В том смысле, что надо понимать, что лишатся возможности обращаться к аудитории не только протестные видеоблогеры, но и прокремлёвские видеоблогеры, которых, на самом деле, на YouTube тоже достаточно. И, в принципе, потерять любой канал связи… Я думаю, что сейчас все хорошо понимают, что, если сейчас попытаться заблокировать YouTube – буквально каждый второй в стране научится пользоваться VPN. И отучить их потом будет уже невозможно. И, действительно, во власти много людей, которые это хорошо понимают. Поэтому в ближайшее время YouTube никто блокировать не будет. Хотя, разные попытки давления, я думаю, предприниматься будут. 

    Повторюсь ещё раз – Google здесь ничего не теряют вообще, они не зарабатывают больше в России. Значит на них больше нечем давить.

Дмитрий Низовцев: Напоследок ещё задам политический вопрос, может быть, слегка не по вашей теме. Известный человек, тоже в каком-то смысле айтишник – Леонид Волков, когда он был в США, он вёл переговоры о том, чтобы санкции были не против россиян, чтобы дали возможность снова монетизировать YouTube в России и как-то развивать. Но за это его многие осуждали. На ваш взгляд, я понимаю, что это не совсем вопрос к айтишнику, как лучше действовать IT-компаниям сейчас? Карать россиян, которые имеют отношение, живут в Российской Федерации? Или всё-таки нет, дать хотя бы на YouTube зарабатывать? Какую-то послабку дать. 

Григорий Бакунов: Знаете, у меня есть решение, но очень айтишное и очень наивное. Но для меня выглядит вот так: было бы круто, если бы где-то там Европе или в Штатах, появилось сообщество, скажем политически активных айтишников, которые готовы были бы заниматься вот этой цензурой коллективным образом. Но это всё равно будет какого-то вида цензурой, правда? Запретить россиянам получать монетизацию с YouTube или разрешить её –это странный немножко процесс. Если уж заниматься цензурой, то почему бы не организовать вот такое, как сейчас принято говорить – некоммерческое объединение людей, которые сами выбирают для всей индустрии, кого следует карать, кого нет. Это очень наивное моё представление, ещё раз повторюсь. Я понимаю, насколько это, на самом деле, невозможно физически. И думаю, что Лёне Волкову, действительно, в этой ситуации виднее. Не надо называть его «как бы айтишником», потому что он самый настоящий айтишник, он много лет в айти, он был не просто айтишником, а крутым программистом когда-то. И его взгляд на происходящее, мне кажется, очень правильным. 

Дмитрий Низовцев: Соглашусь с вами, да. Было бы хорошо, если бы, действительно, всё таким образом разрешилось. Спасибо большое! Григорий Бакунов был у нас в эфире. Будем надеяться, что он будет у нас ещё. Отличная, действительно, аналитика по ситуации.

Присоединяйтесь к нашим ежедневным эфирам на канале «Популярная политика»