Гражданские сумерки. Акт 1. Против

Гражданские сумерки. Это наиболее светлая часть сумерек от захода солнца до погружения центра Солнца под линию горизонта до 6°. В это время светового дня всё видно без искусственного освещения, хоть солнце уже и скрылось за горизонтом (либо еще не поднялось, если это утренние сумерки). “Гражданскими” сумерки называют как раз потому, что они используются в повседневной деятельности для определения перехода между световым днем к ночи.

В метафорическом смысле “гражданские сумерки” представляют собой период кризиса идентичности, потерю людьми былых ориентиров. А также любопытные открытия людей о самих себе - того, что они сами никогда бы о себе не узнали, пока не оказались в этих потёмках.

Пьеса представляет собой попытку психоанализа народных эмоций и мироощущения 90-х. Тут речь не идёт о каких-то конкретных событиях и людях, скорее это субъективный слепок с действительности - речей конкретных и вместе с тем случайных людей. Кто лучше - пламенный фюрер или скучный бюрократ, зачем дуракам нужны мертвые, что дарует бесконечная энтропия, кто греется от пожара (все), и, наконец, все ли ждут деда Мороза, и какого именно - на эти вопросы отвечает эта пьеса.

Пьеса в 5 актах: Против, Ненависть, Коммерция, Тоска, Приёмка (5 акт короткий, заключительный).

Акт 1. Против

Митинг начала 90х, конкретный год не указан.

Заполненная людьми площадь, мальчик ищет отца среди толпы. На сцене перед толпой выступает агитатор.

Сашка: (кричит) Папа, ты где?

Отец мальчика: Сашка, ты что тут делаешь? Я же сказал, оставайся дома, мелкий ещё. Тут страшно же!

Сашка: Какое же страшно, папа, неужто наша армия нас бить то будет? Ну нет же.

Отец мальчика: Да не знаем мы ничего о ней, об этой армии… Что им скажут, то и будут делать.

Агитатор: Нам не нужно больше никакой крепкой руки! Наши руки сами крепки, раз мы выдержали столько лет этого кошмара, и теперь можем сами взять свою судьбу в свои руки! Мы больше не будем ждать доброго царя из-за угла, который решит все наши проблемы и даст стабильную получку!

Случайный человек из толпы: Нам бы хотя бы какую-то за год… (хохочет от абсурдности).

Агитатор не реагируя, продолжает.

Агитатор: Мы здесь, чтобы привести нашу страну к новой эре свободы, справедливости и процветания! Нам нужна настоящая демократия!

Нам нужно бороться за нашу свободу и наше будущее! Если надо, то и до Кремля дойдём! И все вместе же построим новое будущее, где каждый человек живет свободно и счастливо! Слава новой России!

Толпа: Слава Новой России!

Случайный человек из толпы: Это ты всё хорошо, только заводы стоят, кто будет нам платить? Цены в десять раз выросли…

Посреди толпы люди обсуждают происходящее.

Мужик в истертой спецовке: Куда ж мы теперь все идём?

Усатый мужик: Так куда хочешь, туда и иди.

Мужик в спецовке: Так что ж теперь, и нет больше у нас стержня стального?

Усатый мужик: Хватит нам уже стержней стальных да песен строевых, слишком напоминают прутья тюремной решетки. Самим пора думать, своей головой.

Мужик в спецовке: А готовы ли к этому?

Усатый мужик: А нет. И не будем. Но иначе и не научимся.

Спустившись к людям, агитатор продолжает, уже стоя в толпе:

Агитатор: Какой вождь вам нужен? Очередной фюрер со сверхидеями? Или все же скучный бюрократ? Опять вековые иконы вождей со сверхидеями, которые кинут в топку своих идей еще миллионы граждан?

Агитатор: (судорожно набирает воздуха и продолжает) Нам нужны лидеры, которые понимают, что их роль - служить людям. И да, если ставить вопрос так, то лучше пусть это будет скучный бюрократ. Да, на взятие Бастилии не поведёт! Но и Беломорканал строить не отправит! Будем жить за родину, а не умирать!

К одной из групп подошёл до того скучающий сержант милиции.

Мужчина в красной куртке: Что, тащ сержант, решили стать ловцом человеков? Или служба наскучила?

Милиционер: Да интересно просто. Да куда мне, уж на эшафот трибуны не пойду. Не мой это крест. Да и ловцами человеков люди моей профессии становятся в другом смысле и по объективным причинам.

Мужчина в красной куртке: Не жалеешь ты себя, тащ сержант, пора бы уже и о душе подумать, а не только об отчётности. В рай не на палках въезжают, а на добрых делах.

Милиционер: Да что ты знаешь о рае, (то ли оскаливается, то ли улыбается сержант, как будто реплика доставила ему моральную боль) - у меня на руках в Афгане друзья погибали. Стали бы они слушать твои бредни?

Мужчина в красной куртке: Ну, твои, о твоём "приказе" тоже бы не стали.

Мужчина в пиджаке с транспарантом: Классный у тебя, тащсержант, критерий истины - предполагаемое мнение давно мертвых товарищей. Не так ли мы мыслим, когда не хотим ничего менять? Ведь мертвые не меняются. Да. Не меняются. Лишь дураки и мёртвые. Значит, дуракам постоянно нужны мертвые как незыблемые и непоколебимые моральные ориентиры.

Сержант милиции ухмыляется, и, не желая вступать в полемику, уходит вбок, рассматривая остальных митингующих.

К краю толпы подходит отряд ОМОНа со щитами, теснит людей с площади. Агитатора пытаются выхватить из толпы, однако он выскальзывает и убегает вглубь народной массы.

С другой стороны площади тем временем люди общаются как ни в чём ни бывало. Двое парней, один в очках, второй без, оба с красными флагами стоят и весьма заряжены происходящим. Рядом с ними стоит женщина лет 40 в сером пальто.

Парень в очках: С праздником всех!

Женщина: Да с каким же праздником?

Парень в очках: Так а разве ж народ же гуляет без повода?

Сбоку от них общаются два пожилых мужчины, оба с глубокими морщинами и мозолистыми руками. Первый в грязно-зеленой стёганой куртке и в кепке-восьмиклинке, второй в коричневой куртке из кожзама.

Первый: Куда уж нам, да быть выбранными. Тут бы хоть выбирать самим, да не за фантики.

Второй: А за что? За обещания лучшей жизни? Так это ещё дешевле.

Первый: Твоя правда. Еще дешевле.

Парень-срочник из пригнанных на площадь внутренних войск снимает каску и устраивается на ступенях ближайшего здания в полулежачем положении. Смотрит на небо, потом закрывает глаза.

Второй акт. "Ненависть".