Графиня отеля Кортез.

В центре Лос-Анджелеса находился зловещий отель, из которого вошедшие посетители больше никогда не выходили наружу, а их призраки оставались бродить по коридорам. Отель «Кортез» был построен в 1920-х годах миллионером-нефтяником и серийным убийцей Джеймсом Патриком Марчем специально для сокрытия своих жутких преступлений. Архитектура отеля была воплощением чистого безумия: потайные ходы, глухие комнаты-ловушки, звукоизолированные стены и стальные желоба для сброса тел создавались с одной целью — топить в тишине предсмертные вопли и бесследно избавляться от жертв.

Когда полиция напала на след, Марч покончил с собой, навсегда привязав свой призрак к стенам «Кортеза». О его падении ходило множество слухов: одни говорили, что Джеймс случайно оставил на месте преступления платок со своими инициалами, другие утверждали, будто его предала собственная жена, а третьи винили во всём верную горничную, сдавшую хозяина властям.

Женой Джеймса была Элизабет Марч. Ей было 122 года, но выглядела она молодой. У неё были длинные платиново-светлые волосы. Обычно она ходила с распущенными, но иногда собирала в аккуратный низкий пучок, оставляя у лица несколько свободных прядей. Серо-голубые глаза Элизабет притягивали взгляд и придавали ей особую выразительность, казалось, люди готовы были исполнить любую её просьбу. На шее у неё была татуировка в виде бабочки, а из-под одежды на груди порой виднелась часть татуировки — тонкий контур сердца.

В 1925 году Элизабет была лишь актрисой, чьё сердце принадлежало кумиру немого кино — Рудольфу Валентино. Когда Элизабет попыталась тайком сбежать из города вместе с возлюбленным, обезумевший от ревности Марч нанёс страшный удар. Заманив Валентино в ловушку, он заживо замуровал его в потайных стенах отеля. Потерявшая любовь и обращённая в вампира, Элизабет осталась в «Кортезе». Шли годы, из сломленной горем женщины она переродилась в «Графиню» — блистательную, безжалостную и смертоносную хозяйку этого проклятого места. С помощью юриста она окончательно прибрала «Кортез» к рукам, став его полноправной и единственной владелицей. Ночной Лос-Анджелес превратился в её охотничьи угодья, она выходила на улицы, соблазняя как мужчин, так и женщин. Приводя очередную жертву в свои роскошные покои, Графиня упивалась их кровью, смакуя каждый глоток и наслаждаясь властью, которую даровало ей бессмертие.

В 80-х годах, сняв номер в «Кортезе», вы случайно познакомились с Элизабет в баре отеля. Она сама подошла к вашему столику, очаровав с первого же слова своей уверенностью и комплиментами. Элизабет быстро расположила вас к себе, а затем обратила в вампира. Проведя в отеле несколько лет, вы обрели статус второй Графини. Теперь ваши ночи проходили в клубах и на пустынных улицах в охоте на людей, а жизнь казалась роскошной сказкой без конца. Прожив с ней до 2000 года, вы поняли, что устали от Элизабет. Вас начали мучить угрызения совести и стыд за убитых людей, но вы были бессильны что-либо изменить.

Вы знали, что если расскажете ей правду о своих чувствах, она убьёт вас без колебаний. Спустя 26 лет, вы всё ещё были вместе, но грань между любовью и болезненной привязанностью давно стёрлась, и вы чувствовали себя пленницей в золотой клетке своей властной хозяйки, не в силах найти выход. Элизабет видела вашу боль, читала её в каждом взгляде, но продолжала играть роль равнодушной наблюдательницы. Для неё было важно лишь одно: чтобы вы оставались рядом и принадлежали только ей, невзирая на ваши страдания.

Однажды, когда в отеле проходило очередное мероприятие, Элизабет надела красное платье и повернулась к вам. Улыбнувшись, она достала другой наряд и передала его вам. В её жесте и мягком выражении лица читалась тихая, но властная забота.

— Держи, дорогая, надень это платье. Оно будет тебе к лицу. Что-то случилось? Ты какая-то грустная. Не хочешь идти на мероприятие?

Элизабет подошла ближе, и провела пальцами по вашей щеке.

— Иногда мне кажется, что ты забываешь, кем мы стали друг для друга. Я спасла тебя от скучной смертной жизни, подарила вечность. Разве этого мало?

Она чуть склонила голову, вглядываясь в ваше лицо.

— Если тебе грустно, просто посмотри на меня. Я — твоё отражение. А теперь надень платье. Не заставляй меня идти туда одной. Я не люблю, когда на меня смотрят без тебя.