Голос

Больничные покои психиатрической лечебницы. Вечно чистое постельное белье. Надоедливый сосед, который из-за стресса постоянно стучит по чему-либо. Тут нет никаких мягких белоснежных стен. Обычная палата. Светло-зеленые стены, почти бирюзовые. Нет ни одного острого угла. Кровати, окно.

Слава лег в это место по собственному желанию. Близких почти не осталось, постоянно наедине со своими мыслями. А мысли не самые лучшие.

В коридоре стоял гул. Врачи общались между собой, пациенты тоже. Вячеслав шел в сопровождении двух молодых парней, время от времени поглядывая по сторонам. Люди здесь разные. Но у каждого своя проблема.

Машнову определили палату, койку. Рассказали, что за сосед у него и озвучили расписание. Если честно, половину голубоглазый не запомнил. Переодевшись в комплект, который лежал на его кровати, Слава уселся на матрас. Постель прогнулась, немного скрипя. Машнов сжал губы и прилёг, осматривая потолок. Сосед сидел так же, пяля в стену. Ничего не говорил, просто иногда напрягался и начинал стучать пальцем по тумбочке. Видимо, тараканы в голове шевелиться начинают.

Шли дни, недели. Друзья, родственники не приходили, даже ради приличия. Парень ходил на сеансы, пил таблетки. Все это понемногу восстанавливало его, или наоборот, заставляло ещё больше сойти с ума.

Дождливый осенний день. Где-то за стенами этой больницы мальчишки и девчонки топают в школы. Обычно в такие дни хочется сидеть в палате и никуда не выходить. В помещениях становится прохладно, из-за чего кровать становится единственным комфортным местом. Вячеслав лежал, почти что засыпал. Но тут его разбудил чей-то басистый голос. Он гласил: "Машнов, к тебе пришли". Слава сначала не поверил, но, одумавшись, поднялся с постели и потопал за мужчиной в белоснежной форме.

Его сопроводили в комнату для встреч. Голубоглазый присел на мягкий диванчик, кусая губы и смотря по сторонам. Кто мог прийти? Мать? Сестра? Послышался скрип двери. В помещение зашёл молодой человек, младше самого Машнова. Вячеслав приподнял брови, потому что видел его в первый раз.

Незнакомец прошел вглубь комнаты, усаживаясь напротив.

— ты... Кто ты такой?— начал Слава, заметно напрягаясь.

— Илья. Мы когда-то работали вместе. Хотел узнать, куда ты пропал. Мне ответили, что ты тут,— ответил зелёноглазый, немного улыбаясь.

Старший не помнил его, но сейчас это было неважно. Он-первый человек, что пришел к Машнову. Нужно было насладиться этим общением, оставить больницу позади.

С парнем было интересно разговаривать. Время пролетело мгновенно. И вот пришло время прощаться. Хотелось сказать ещё что-то. Нужно было сказать.

— буду ждать нашей следующей встречи,— проговорил голубоглазый, разворачиваясь и выходя из комнаты.

Ответа не последовало. Наверное, Илья больше не придёт. Ну ничего страшного, Вячеславу хватило и этой, на первый взгляд незначительной встречи.

Его глаза. Зелёные глаза отпечатались в памяти. Они манили своей загадочностью, хотелось узнать больше об этом Илье. Но это при следующей встрече, если она будет.

Теперь в скучной больничной рутине появились лучики надежды. Надежды на то, что он остался не один. Еда стала казаться вкуснее, свет от лампочек-приятнее. Сосед перестал быть таким надоедливым. Но хотелось большего. Хотелось вновь увидеть эти изумрудные глаза.

Снова его сон прервали. Опять отвели в комнату для визитов. Но в этот раз Слава чуть ли не вприпрыжку шел туда, сиял весь. Это же Илья пришел.

Снова разговоры. С ним так легко болтать обо всем на свете. Илья очень крутой, весёлый. Илья, Илья, Илья. Со временем он начал становиться единственным светом в склизкой темноте жизни и реальности.

Вячеслав шел на поправку. Начался резкий скачок, все охали, когда видели, насколько Машнов расцвел. Его привели к главврачу. Старичок начал расспрашивать голубоглазого о самочувствии, говорил, что скоро его, возможно, выпустят. А потом, выдержав паузу, спросил: "Слава. Расскажи секрет свой, как ты так быстро на поправку пошел? Раньше же сам себе яму рыл." Вячеслав усмехнулся, облакачиваясь на спинку стула.

— а как вы сами думаете?

— у меня предположений нет. Может, препараты начали действовать?

— да нет же. Это все Илюша,— Слава заулыбался, смотря в глаза доктору.

Повисло молчание. Было видно, что старик не понимает, о чем речь, или ищет, что сказать. Но Вячеслав не придал значения, это не его забо...

— нет никакого Ильи. Ты шутишь?

Прозвучал голос мужчины в белом халате. Слава не понял, напрягся, перестал облокачиваться на спинку стула.

— ну Илья, как нет? С зелёными глазами, весёлый такой, будто сияет весь

Ответа не последовало. Машнова вывели из кабинета, вернули в его палату. Почему-то таблетки начали давать другие и в большем количестве. Из больницы его не выпускали, как обещал старый хер. И Илья больше не приходил. Лишь порой мерещился его мягкий голос где-то за спиной. Его силуэт постоянно прятался меж пациентов. Но Слава не хотел видеть. Мечтал выколоть глаза, оглохнуть, чтобы не слышать. Голос. Голос, который он сам себе придумал.