Гниль под кожей

плейлист

spotify: https://open.spotify.com/playlist/6Unrdvna797SP5QRaV7I8A?si=_6J3alovRGaBzsc7yw_QYw&pi=g4-nt-usRNSJv

яндекс (не все треки): https://music.yandex.ru/users/ladnkkkk/playlists/1003?utm_medium=copy_link&ref_id=16D16055-1983-4256-8B57-AD0609F50276

доска пинтерест

https://pin.it/6oWR0j2Hw

Тисс Вэйл.

По происхождению Тисс — русская девушка, но так как в раннем подростковом возрасте (13) она переехала в США, ее личность сформировал именно здешний менталитет. Можно сказать, она уже даже больше американка. Благодаря тому, что она была интегрирована в англоговорящее общество будучи еще совсем юной, она быстро выучила английский язык и теперь говорит на нем на уровне носителя (настолько, что говоря на родном языке она часто забывает какие-то слова и испытывает трудности с тем, чтобы свободно говорить). 

После переезда она пошла в местную школу, в которой познакомилась с Офелией, девочкой, которая в дальнейшем станет ее самой близкой подругой и просто родным человеком. 

Немного об Офелии: девушка живет в христианской семье, поэтому искренне верит в Бога, пусть и по-своему. Несмотря на то, что она исповедует ту же самую веру, что и ее родители, они ей часто недовольны, потому что она интерпретирует религиозные писания не так, как они. Некоторые вещи она буквально отвоевывала — например, свои ярко-синие волосы или пирсинг на брови. 

Общаясь с Офелией, Тисс перестала чувствовать себя одинокой в новой стране. Ее отстраненность и обособленность — основа ее личности, а не вынужденное решение или выбор.

Когда Тисс исполнилось 19, по интернету начали распространять странную информацию и подкреплять это мутными видео: по стране ходит неизвестный вирус, захватывающий сознание людей и заставляющий их гнить заживо. Свыше об этом ничего не говорили — вероятнее всего, потому что не хотели всеобщей паники и беспорядков. Глядя на то, как Офелия начинает дрожать при просмотре этих видео, Тисс могла лишь усмехнуться: «Ну да, Фел, щас вот прям зомби-апокалипсис и начнется». 

Смеялась Тисс недолго. Ее город стал одним из первых, что потерпел нашествие страшных тварей, желающих пожирать все и всех. К несчастью девушки, в этот день ее семья, отдыхая за просмотром фильма, не слышала шума с улицы даже при открытых входных дверях. Пробравшись внутрь, живые мертвецы напали на мать девушки, разрывая ее плоть зубами. Желая спасти жену, отец Тисс подверг опасности и себя. В панике девушка спряталась в каморке для швабр. Желая не слышать животных криков родных людей и звуков разрывания их плоти, она закрывала уши и била себя по голове. Последним, что она услышала от отца, было поручение бежать на второй этаж и забрать из родительской комнаты сумку, в которой хранились вещи, подготовленные специально для экстренных случаев — стихийных бедствий, или, к примеру, зомби-апокалипсиса. Выйдя из каморки настолько тихо, насколько она могла, девушка прошла мимо центральной комнаты и застала ужасное зрелище — разбрызганная по мебели и полу кровь, куски мяса, разодранные тела близких… Она не выдержала этого, ее стошнило. Услышав шорохи, Тисс поняла, что звуками привлекла выродков. Пытаясь сдерживать снова подступающую тошноту, она, зажимая рот, побежала в родительскую комнату. Стараясь действовать как можно быстрее, она захлопнула дверь прямо перед зомби, которые вот-вот добрались бы до нее. 

Просидев в комнате около часа, она чувствовала, что вот-вот отключится — ее тело не могло выдержать такую смесь шока, страха и боли. Все это рухнуло на нее так внезапно, что она не могла унять тремор и вся покрылась холодным потом. Найти выход из дома ее заставила мысль о том, что Офелия прямо сейчас может быть в опасности. Ей не хотелось допускать мыслей о том, что она может быть мертва, поэтому, взяв себя в руки, она достала нужную сумку и осторожно вылезла из окна второго этажа на навес над первым этажом. Свесившись с него, она спрыгнула на землю. Было больно прыгать с такой высоты, но отвлекаться на боль она сейчас себе позволить не могла. Выбежав из своего двора, она двигалась в направлении дома подруги. Продвигаясь вперед, она смотрела по сторонам и видела, что сегодня Ад по-настоящему родился на земле — вокруг были крики, кровь и смерть. Она не могла поверить в то, что происходящее — реально, все казалось одним большим кошмарным сном. Пробежав несколько блоков до дома Офелии, она вошла во двор и захлопнула калитку. Подбежав к двери, она затарабанила по ней что есть мощи, молясь о том, чтобы ее некровная сестра была жива. 

К огромному счастью ей открыли — отец Офелии без слов пустил девушку в дом, но не разрешил ей проходить в общую комнату. Он позвал жену для того, чтобы та осмотрела Тисс на наличие укусов. Девушка была чиста, поэтому ее впустили внутрь. Войдя в комнату, она увидела свою подругу сидящей на полу. 

— Офелия.. 

— Ты жива, Тисс..! — дрожащим от слез голосом воскликнула девушка и бросилась обнимать подругу. 

Обнимаясь, они обе плакали. Тисс рассказала о том, что произошло с ее семьей.. Офелия помолилась за родителей подруги и постаралась успокоить ее, хоть и знала, что сейчас ничто не сможет унять ее боль. 

В скором времени они вчетвером решили выехать из города в более отдаленное место, потому что там должно было быть гораздо меньше людей, а значит, и зомби. Отец Офелии за короткий промежуток смог подготовить все, что им было нужно для выживания, включая оружие. Так у Тисс появился ее первый пистолет. Отец ее подруги был инструктором по стрельбе, и благодаря ему девушка научилась стрелять метко, не тратя лишние патроны.

Несколько месяцев они выживали вчетвером, но в самый неподходящий момент родители Офелии оказались в уязвимом состоянии и не смогли защитить себя, и самым ужасным в этом было то, что их убили не зомби, а люди. Когда это произошло, Тисс поняла, что в этом новом мире бояться нужно не только зомби, но и живых людей. Отомстив за Офелию, она ловко расправилась с убийцами ее родителей. Сначала ей было трудно переступить через себя, но ценность человеческой жизни в ее глазах падала также быстро, как распространялся вирус. В дальнейшем она перестала долго переговариваться с теми, кто ей мешал. Угрожаешь = будешь убит. Доставляешь неудобства = будешь убит. Представляешь опасность для Офелии = будешь убит с особой жестокостью. 

Офелия очень боялась зомби и часто не могла взять себя в руки в моменты, когда ей нужно было сражаться за свою жизнь. Чувствуя ответственность не только за себя, но и за подругу, Тисс пришлось отбросить свои чувства и человечность подальше, чтобы они не мешали ей в самые напряженные моменты. 

С момента смерти родителей Офелии прошло около трех месяцев. Девушка по-немного восстанавливалась, но все еще не была полностью включена в процесс выживания. Ее мозг игнорировал вещи, сигнализирующие об опасности, тело было слабым, реакция — замедленной. 

В один из дней, когда они нуждались в еде, девушкам пришлось выйти в город, чтобы найти хоть что-то. Район, в который они пришли, был на удивление чистым и тихим, там не было ни души. Осторожно зайдя в пустой супермаркет, они обе стали чувствовать себя спокойнее, ведь рядом не было никаких опасностей. Расслабившись, они начали бродить меж стеллажей с едой и набирать в свои сумки то, что могло не портиться долгие годы — консервы, крупы, макароны. Стоя около прилавка, на котором хранились забавные детские сюрпризы, Офелия взяла один из них в руки с желанием показать подруге. По шагам, двигающимся в ее сторону, можно было понять, что Тисс как раз уже направлялась к ней. Посмеявшись, девушка обернулась с широкой улыбкой, но навстречу ей вышла не Тисс.. это был живой мертвец, передвигающийся подозрительно тихо и.. по-человечески. Не успев достать из рюкзака хоть что-то, чтобы защититься, Офелия закричала. Услышав крики, Тисс моментально примчалась к ней и увидела, как подруга руками отталкивает чудовище, что собиралось сожрать ее. Нащупав в сумке пистолет, Тисс вытащила его и направила прямо на зомби. Сейчас раздастся выстрел, и… Что? Пистолет оказался не заряжен. Руки вспотели, разум отключился, и девушка начала действовать интуитивно — она судорожно достала из сумки нож и набросилась на монстра, озверевши вбивая лезвие ему в голову так глубоко, как она только могла. Раздробив его череп на части, она убедилась в том, что зомби мертв, и, выдохнув, встала. Перепачканными в крови руками она потянулась к Офелии, чтобы обнять и успокоить. Оттолкнув Тисс, девушка зашмыгала носом, не поднимая головы.

— Фел, что такое..? — обеспокоено спросила подруга.

Молча посмотрев на Тисс, Офелия склонила голову в бок. На месте между шеей и ключицей кровоточил свежий укус. 

— Я стану одной из них. Тисс, я не хочу.. — стараясь сдержать слезы, хрипло проговорила девушка.

— Что ты..! Д-да не станешь, Фел, все будет хорошо.. Мы тебя вылечим, найдем что-то и обработаем тебе рану.. — не веря в свои же слова, ответила Тисс, нервно смеясь. 

Фел покачала головой. Подойдя к Тисс, она вложила ей в руку свой пистолет, а затем направила себе в лоб.

— Пожалуйста. Избавь меня от этого.. Я ведь в любом случае умру. 

Рука Тисс дрожала.. стрелять она не собиралась. Убрав пистолет, она положила его обратно в рюкзак подруги, все еще продолжая нервно посмеиваться. Сдавшись, Офелия села на пол. Прижав к себе колени, она склонила на них голову, и начала тихо молиться. 

Сев рядом, Тисс не прерывала ее. Она не верила в происходящее, поэтому не могла заплакать. Обняв Офелию за плечо, она прижала ее к себе и стала поглаживать по голове. В какой-то момент девушка уснула, и это напугало Тисс, но, коснувшись ее шеи, она почувствовала, что ее пульс остался таким же, каким и был. Боясь даже дышать, она не сводила с подруги глаз. Они просидели в обнимку несколько часов, и в какой-то момент Тисс тоже уснула. Проснувшись, она почувствовала, что кожа Офелии холодная — настолько, будто ее только что достали из морозильника. В панике начав щупать пульс, Тисс ничего не почувствовала. Осознание все не приходило. В какой-то момент ей показалось, что смерть Офелии — лишь шутка, ведь она снова может двигаться. Она даже открыла глаза. Но ее взгляд.. был затуманенным и неосознанным. Насторожившись, Тисс встала, и Фел поднялась следом. Недолго думая, она вдруг вцепилась в плечи подруги, желая дотянуться до ее плоти зубами. И именно в эту секунду Тисс наконец поняла, что все происходящее — реальность, что ее самая близкая подруга мертва и прямо сейчас пытается забрать ее с собой — в иной мир. Расплакавшись, Тисс впервые за долгое время дала волю чувствам. Не сдерживая рыданий, она из последних сил вновь и вновь отталкивала нападающую подругу, не желая убивать ее. Как бы она это сделала..? Она не могла о таком даже думать. Вырвавшись из крепкой хватки новообращенной зомби, девушка убежала в строительный отдел. К ее счастью, веревок там было не счесть. Взяв первую попавшуюся, она подкараулила Офелию, тихо подкралась к ней сзади и накинула на нее веревку. Туго связав девушку, она вывела ее прочь из супермаркета. Путь был недолгим — она нашла подходящее место для Офелии. Спустившись в подвал чьего-то заброшенного дома, она обнаружила, что дверь открыта. Проверив все внутри, девушка убедилась, что там пусто и завела Офелию внутрь. Развязав ее, она мигом выскочила из подвала и захлопнула дверь. Рядом лежал огромный замок с ключом, и Тисс воспользовалась им, заперев дверь. Опустившись на пол, она долго оплакивала подругу, которая теперь издавала нечеловеческие звуки, пытаясь выбраться из-за запертой двери.

После того, как Тисс осталась совсем одна, она решила для самой себя, что привязанности и чувства делают ее слабой. Ей казалось, что в этом мире невозможно выжить, если вдруг позволяешь себе переживать о ком-то кроме себя. Любить, заботиться, думать о чужом благополучии — отныне все эти вещи были для нее под запретом. Ты будешь жить, только если тебя будут бояться. Ты будешь жить, только если не будешь скупа на жестокость. Ты будешь жить, только навлекая смерть на остальных, и тем самым отвлекая ее от себя.

Она год скиталась в одиночку. На своем пути она повстречала много монстров, много людей, много людей-монстров.. Убивая, она чувствовала разрядку. Освобождала себя от черни, которая жрала ее изнутри, но тем самым наполнялась ей еще больше.

Однажды, совсем уже не чувствуя сил в своем теле, она наткнулась на обособленный дом в лесной местности. Осторожно войдя внутрь, она поняла, что он уже давно никому не нужен, и стала свободно распоряжаться тем, что находилось внутри. Казалось, этот дом застыл во времени.. будто хозяева вот-вот вернутся и снова будут пользоваться вещами, которые аккуратно расставлены на столах и полках.

Единственное, что выдавало то, что дом уже давно заброшен — толстый слой пыли на всем, что окружало девушку. Побродив туда-сюда по комнатам, Тисс остановилась в гостиной. Наконец позволив себе расслабиться, она прилегла на диван и уснула.

Сквозь сон она услышала шаги и насторожилась, будучи готовой к тому, что на нее нападут. Но то были осторожные шаги, словно тот, кто к ней приближался, сам был напуган. Стараясь не подавать виду, что проснулась, Тисс аккуратно потянулась рукой к пистолету и обхватила его пальцами, готовая в любой момент выстрелить. Неизвестный человек, кажется, разглядывал ее. Тисс слышала, как он.. или она, дышит часто и тяжело. Человек приблизился, а затем девушка почувствовала осторожное прикосновение пальцев к своей шее. Не теряя времени, она оттолкнула незнакомца и выставила перед собой пистолет. Незнакомка — девушка с ярко-рыжими волосами — повалилась на пол. Больно ударившись, та со странным выражением лица выругалась, но.. на родном для Тисс языке. Это на секунду сбило девушку с толку, ведь шанс встретить землячку в такой глуши был практически нулевым. Но, тем не менее, это случилось. Тряхнув головой, девушка вновь обрела прежнюю уверенность и непроницаемость, твердо стоя на месте с пистолетом в руках.

Лиза ****

Лиза жила обычной жизнью в России. Отец - медик, мать - домохозяйка. Самая обычная семья, обычные проблемы, обычная жизнь. Пока однажды вечером отец не ворвался в квартиру в панике. Он приказал всем собирать вещи не отвечая на вопросы домашних. Все в шоке, но чувствовали - это не шутка. Он увозит их в Америку, где единственное, что замечает Лиза: на въездах стали тщательнее проверять. Не только документы - глаза, язык и температуру. Это было странно, но на вопросы всё равно никто не отвечал. Отец везёт их подальше от городов. В какой-то дремучий лес, снимает дом и начинает переделывать его так, будто ему всё равно, что скажут хозяева. Он укреплял двери, заколачивал окна и оборудовал подвал, будто готовился к чему-то страшному, тому, что Лиза ещё не встречала. 

Первые сообщения появились в соцсетях: люди нападают друг на друга, города закрываются на карантин, какая-то эпидемия. Новости молчали. Мать говорила: «Это всё какой-то бред, не верь». Отец продолжал готовить дом, отдавая больший приоритет подвалу. А потом эпидемия пришла. Она распространялась быстрее, чем кто либо мог представить. Города падали и закрывались на карантин, люди превращались в чудовищ. Мать не верила до конца. Она считала, что муж сошёл с ума, что все приготовления - паранойя и новости просто преувеличивают. И однажды, когда отец возился в подвале, она уехала в город. Сказала, что по делам. Вернулась поздно вечером, странно бледная и молчаливая. На следующий день отец посмотрел на неё и всё понял. 

Лиза не знала, что именно он увидел. Может, покрасневшие глаза или их пустота. Отец действовал быстро. Лиза даже не успела осознать, как уже оказалась в подвале. Он сказал, что здесь безопасно, что еды хватит надолго и она должна жить. Лиза кричала, била его кулаками, умоляла не оставлять одну. А он смотрел на неё и плакал. Она впервые видела, как отец плачет. «Я не смогу без неё жить, прости».- сказал он. 

Дверь закрылась..

Лиза слышала, как щелкнул замок, удаляются шаги и открылась входная дверь, а потом - тишина. Она осталась одна. 

Первое время она просто сидела на полу в темноте, обхватив колени руками и ждала. Она не знала чего ждёт. Может, что они вернутся, что всё окажется страшным сном, что она умрёт. 

Темнота в подвале была пугающей. Не той к которой привыкают глаза, а плотной, давящей. Лиза шарила руками по стенам, пытаясь найти выключатель, но они ощущали только холодный бетон. Она прошла вдоль одной стены, потом вдоль другой, спотыкалась о вещи, возвращалась обратно, начинала заново. Выключателя не было.. 

Она хотела позвать на помощь, но вспомнила - они ушли. Ушли держа друг друга за руку и не вернулись. Лиза осталась одна. Она продолжала искать, пальцы уже сбились в кровь. Выключателя нет. Лиза села на пол и опять заплакала. Не столько от страха, сколько от бессилия. Как можно запереть человека в подвале и даже не оставить света? Как можно уйти и не сказать, где этот долбаный выключатель? Она просидела так несколько часов.. или минут.. в темноте время ощущалось по другому. 

Через три дня она всё таки нашла то, что искала. Выключатель был встроен в стол, за коробками, которые она уже обыскивала. Как она его раньше не заметила? Подвал был оборудован основательно: запасы консервов, вода, медицинские книги и записи отца, компьютер, матрас в углу. Ключ от двери был спрятан, отец сказал, что она найдёт его, когда будет готова. Перерыла всё, но не нашла. А потом перестала искать. Снаружи не доносилось ни звука. Она пробовала кричать - никто не отвечал. Она пробовала стучать в дверь - никто не приходил. Тишина давила на уши, на мысли. Компьютер, как развлечение, был бесполезен - он просто не работал. Лиза не знала почему, но видимо отец просто не успел решить эту проблему. 

Сначала она разговаривала сама с собой. Пела песни, которые помнила. Просто произносила любые слова вслух, лишь бы был звук. Потом голос стал казаться странным, чужим.. Как-будто кто-то говорит за неё. 

Она начала читать отцовские книги: медицинские учебники, записи исследований, статьи. Сначала от отчаяния, затем с жадностью. Девушка впитывала информацию как губка, пытаясь понять, что происходит с миром и можно ли это остановить. Нашла его заметки, там было много про вирус. Про то, как мутируют, что вакцина теоретически возможна, но для неё нужны исследования, лаборатория и живые образцы. Лиза тогда впервые засмеялась, истерично. Живые образцы… А она сидит здесь и не видит ни одной живой души уже.. Она сбилась со счёта. Месяцы? Годы? Время здесь не имело значения, она давно перестала считать дни. Перестала отмечать когда просыпается и когда засыпает. 

У неё начались первые галлюцинации. Ей казалось, что образ отца сидит рядом и разговаривает с ней, что мать зовёт её откуда-то сверху, что стены дышат. Мысль о зомби стала её спасением. Она читала всё, что находила и строила теории. Делала пометки на полях книг и планировала исследования. Казалось, что она знает о вирусе больше, чем всё (возможно) оставшееся население земли. И ненавидела, что эти знания бесполезны. Она ненавидела родителей. Отца - за то, что выбрал смерть с матерью, а не жизнь с ней. Мать - за то, что не поверила, не послушалась, поехала в город. Себя - за то, что не смогла остановить. Если бы не гнев она бы просто легла и умерла. Он держал её на плаву и заставлял ждать. Психозы стали происходить чаще, иногда пропадало буквально всё и оставались только страшные образы. В относительно стабильное состояние Лиза тренировалась в медицине на себе, например - вспороть ногу и постараться успеть зашить. Предметы, которые с ней говорили, всегда подсказывали как сделать лучше. 

Она нашла ключи через 8 месяцев заточения. Они лежали в кармане куртки, которую отец оставил. К двери с ними она так и не подошла. Выходить было страшно. Не потому, что зомби, которых она даже мечтала встретить, а потому, что там - реальность, где её безумие перестанет её защищать. 

А потом она услышала шаги. 

Лиза слышала их так отчетливо, что сначала приняла за очередную галлюцинацию. Но они не исчезали. Кто-то ходил по дому, открывал двери, шуршал вещами. Сердце колотилось как бешеное, руки дрожали, не от страха - интерес. Человек. Живой человек. Или не живой? Но зомби не ходят так осторожно, не открывают двери и не трогают вещи. 

Лиза не помнила как встала, схватила блокнот и подошла к лестнице. Как открыла люк. Просто в какой-то момент она оказалась наверху, в доме, который почти забыла. Воздух будто пытался скрутить лёгкие. Свет резанул по глазам - дневной, настоящий. Она зажмурилась, а после разглядела фигуру на диване. Девушка спала. Она была чужая, интересная, на вид такая уставшая, что люди в данном состоянии засыпают где придется. Лиза подошла ближе. Девушка не просыпалась - дыхание было ровным и глубоким. Лиза смотрела на неё и не могла отвести взгляд. Человек, кожа, волосы, ресницы, пульс на шее.  Медицинские знания включились автоматически, она положила свой блокнот рядом и стала записывать. «Объект №2. Дыхание в норме, - прошептала Лиза, - Пульс стабильный, около шестидесяти. Кожа чистая, пара шрамов, но признаков заражения не видно. Вероятно, просто истощение и переутомление». Лиза наклонилась ближе. Рассматривала её как экспонат, как живой образец, как чудо которые невозможно объяснить. Лиза протянула руку. Ей было нужно убедиться в реальности, почувствовать пульс под пальцами. И в туже секунду она почувствовала толчок и падение на пол, а пистолет, оказавшийся в руке незнакомки, был направлен на неё. 

- Get the fuck off me! - вылетело как пуля из девушки. 

- Ой блять.. хихи… - Лиза смотрела на неё и чувствовала, как внутри просыпается чувство. Не страх и не ужас, а смех. Глупый, неуместный, который рвался наружу. 

Она захихикала. Девушка с пистолетом смотрела на неё с таким выражением, будто перед ней стояло приведение.. или псих, а может то и другое вместе. 

- What did you just say…? - незнакомка немного опустила пистолет, но от лица Лизы его не отводила. 

- I said «Hi friend»! - Лиза продолжала хихикать. 

- No, repeat it. 

- «Ох блять» говорю! 

- Русская? 

- Ой.. ты как так угадала сразу то? - дважды два в голове не сложились, это был искренний вопрос. 

Незнакомка немного скривилась:

- На твоём идиотском лице всё сразу читается…

Со стороны диалог мог показаться до ужаса нелепым, но в глазах Лизы уже появился блеск, который появляется у людей, слишком долго провидевших в изоляции. Безумный, восторженный и голодный до жизни. 

Одиночество закончилось.