Глупец.

Глистен и Роджер НЕ родственники.

Тревога и ревность беспощадно поедала Глистена. В очередной раз. Закрывшись в комнате, он думал обо всём, но его мысли прервал стук в дверь... Роджер?

Глистен сидел в своей комнате. Сжавшись на кровати, он сидел и смотрел на фантик в своих руках, поедая очередную конфету. Немного других смятых фантиков тем временем лежали рядом на комоде около кровати. Зеркальце нервничало и пыталось заесть свой стресс. Точно также, но куда более грубее его съедает одно чувство. Ревность. Отвратительное, склизкое чувство. Как бы не хотелось Глистену убрать его из себя, вырвать, затоптать, забыть это...Ревность слишком часто была рядом. А всё из-за одной мультяшки. Роджер. Вроде не особо примечательный, но заботливый детектив. Он стал слишком важным для Глистена. Сначала это была лишь дружба, восхищение возможно немного, но с каждым днём чувства росли и..в итоге они встречаются... Глису до сих пор часто в это не верится. Он чувствует себя..в некоторой мере даже не достойным такого замечательного туна. Неуверенность в себе тоже была частой гостьей зеркала. Мысли были смешаны в кашу и никак не хотели становиться понятнее, успокоиться и оставить Глистена в покое. А ему в свою очередь было трудно даже себе признать, что его такое действительно тревожит, что уж там до того, чтобы рассказать это даже Роджеру. Ну вот как вы прикажете рассказать про это? Вдруг детектив разочаруется в нём? Подумает, что не так его понял? Или вовсе будет занят настолько, что ревность Глистена съест его быстрее, чем Роджер вообще успеет это заметить? Перебирая возможные варианты того, как далеко это зайдёт, Глистен лишь больше сжался и медленно продолжал жевать конфету. Стук. Именно он разбудил Глистена от своих мыслей. Немного потерявшись на секунду, он проглотил конфету и поднял свой взгляд на дверь. Зеркало уже хотелось что-то сказать, но его опередил чужой голос.

— Добрый вечер, Глис. Это я, Роджер. Я недавно освободился... Могу ли я зайти? Я хотел бы поговорить с тобой.

Несомненно, это был тот самый детектив. Глистен слишком хорошо запомнил его голос, чтобы не понять кто за дверью уже с первых букв приветствия Роджера. Вскочив, тот быстро убрал фантики, а после подошёл к зеркалу и начал себя осматривать. Ему определённо нужно проверить насколько хорошо он выглядел. Для Роджера ему хотелось быть даже больше, чем идеальным. Пусть детектив и уже говорил, что любит его таким, какой он есть.

— Ох, Роджер, какая приятная неожиданность! Дорогуша, подожди пару секунд, сейчас подойду!

Постаралось зеркальце выдать как можно более веселее и радостнее. Тревога всё ещё была в его теле, она определённо слегка повлияла на тон его голоса, за что Глистен уже успел пару раз мысленно себя проклянуть, однако что-либо поделать с этим уже было нельзя.

Детектив не стал открывать дверь. Раз уж Глистен попросил подождать, то почему бы и нет? Он был готов ждать хоть вечность, если Глистену это и вправду надо. Наконец, дверь отворилась. Глистен наконец привёл себя в порядок и был готов увидеть Роджера.

— Не ожидал тебя увидеть так скоро! Какое-то дело, милый? Ну же, не томи, рассказывай, как твой день? Было что-то интересное? Кто что тебе рассказывал?

Засыпал Глистен Роджера вопросами, позволяя войти ему в комнату. Закрыв дверь, ни что практически не выдавало недавнее плохое состояние Глистена. Уж слишком он привык выкручиваться из ситуаций, когда другие приходили в его моменты слабости. К сожалению или к счастью зеркальца, Роджер и вправду был остер взглядом. Он уже давно замечал тревогу Глистена, но поговорить про это всё никак не мог. То не до конца ещё всё понял, то у него дела, то дела у зеркальца... А иногда просто и не хотелось про это говорить, видя то, как старательно Глистен старается даже от себя всё скрывать.

— Я хотел бы обсудить кое-что. День прошёл как обычно, за бумагами. Так что новостей нет.

Ответив довольно кратко на данные вопросы, однако при этом и вовлечённо, Роджер аккуратно взял за руку зеркальце и сел вместе с ним на диван. Каким-то удивительным образом детективу в моменты спокойствия удавалось хорошо кратко выражать свои мысли. Даже если это были довольно большие события. Зеркальце же слушало, однако заметив какой-то особый настрой Роджера, слегка заволновалось.

—Вот как. Что-ж, я рад, что твой день прошёл спокойно...Так что ты хотел обсудить?

Роджер аккуратно обнял Глистена. Другой был этому только рад, пусть это и слегка тревожило его в паре с тем, с чем пришёл Роджер.

— Если ты не захочешь слушать - скажи. Я понимаю, что ты можешь быть не готов это слушать, но это довольно важно.

Прежде чем начать свою речь напомнил Роджер. Ему не хотелось бы давить на Глистена.

— Не ревнуй.

Начал свою речь Роджер, а Глистен уже понял, в чем дело и тут же немного потерял связь с реальностью. Он немного не ожидал, что этот разговор вообще произойдёт, однако позволил Роджеру продолжить.

— Я не до конца уверен в своих догадках, но я неоднократно замечал эти нотки. И я хотел бы сказать, что я тебя не оставлю, Глис. Тебе не нужно думать, что я общаюсь с другими чтобы попробовать заменить тебя, например, потому что это неправда. И если ты думаешь, что я устаю от тебя... То это тоже не так. Безусловно, ты куда более активный, но я не устаю от твоей энергичности. Я люблю эту часть тебя. И спокойную часть тоже люблю. Я люблю всего тебя и продолжу любить. Даже твои проблемы, даже недостатки. Я знаю, ты абсолютно не любишь их признавать. Но знай, что это не делает тебя плохим в моём виденье. Ошибки делают тебя тобой и вовсе не делают тебя хуже. Ты не останешься один. Даже если будешь не идеален. Даже если я буду общаться с другими. Даже если я буду иногда слишком занят. Я всегда люблю тебя, даже когда я далеко. Ты не просто.. Какая-то деталь, которую можно заменить, которую можно выкинуть.

Роджер на секунду остановился, замечая, как хуже становится Глистену от таких откровений. Аккуратно начав его поглаживать, он просто надеялся, что не слишком спешит со всем. Не смотря на это, Глистен его не останавливал. То ли был слишком ошеломлён, то ли очень давно хотел услышать бы эти слова и так изголодался по ним, что никакие личные темы.. Никакие темы, которые он привык скрывать, никакая тревога от них не могла перекрыть его желание услышать эти слова. Тем более от Роджера. Ему было слишком это важно, пусть и странно, что об этом вообще можно говорить. Зеркальце действительно привыкло про это молчать. Его руки слабо держали Роджера, а детектив после этой маленькой маленькой паузы продолжил, убедившись, что всё не так уж плохо и то, что видимо он может продолжить.

— Ты прекрасная мультяшка, даже если ты покажешь недостатки. Ты всегда будешь великолепен, уникален, а самое главное, ты всегда будешь собой. Такой же яркой личностью. Даже если у тебя будут проблемы, это не помешает мне смотреть на тебя с такой же любовью, как я смотрю на тебя обычно. Никакое другое.. Так скажем, существо, не поменяет моих чувств и взгляда к тебе. Я не из тех, кто бросает, Глистен. Тебе правда не стоит бояться, что ты останешься один. Я не позволю этому случиться.

Наконец закончил Роджер, он бы хотел сказать больше, показать Глистену всё, что он чувствует. Не смотря на то, как детектив говорил довольно понятно и даже практически без пауз...Ему всё равно казалось, будто бы он не в полной мере передал всё, что хотел Глистену. Однако, как сделать большее Роджер понятия не имел. Он и так обычно не говорил особо много на счёт чувств и переживаний, разве что разговоров с кем-либо в расследованиях. Проблемы есть у всех, как заметил Роджер, но сейчас ему было не до этого. Сейчас самое главное для него было зеркальце рядом, которое и вовсе отвернулось и смотрело в пол.

— Ты..клянешься, что никогда меня не бросишь?

— Клянусь.

— ...Ты клянешься , что тебе не тяжело со мной?

— Клянусь.

— ...И тебе даже не будет тяжело помочь мне с этим? Ты не бросишь всё на полпути? Не заставишь меня чувствовать себя хуже? Ты ведь такое во мне открыл, Роджи...

— И в этом тоже я абсолютно точно и без сомнения клянусь. Честное детективское. Мне жаль, что я так внезапно всё это начал, но ты слишком важен для меня, Глис... Я не хочу стоять в стороне и наблюдать, как тебе всё хуже и хуже.

—... Со мной будет очень трудно, я не избавлюсь от всего этого даже наверное спустя десятки разговоров.

—Я готов помогать тебе вечность, если тебе будет лучше.

— ..Глупец.

С лёгкой улыбкой на устах, Глистен хмыкнул и повернулся к Роджеру. Его макияж слегка смылся, а на глазах у парня всё ещё были слезы. Однако как же он был рад, что сейчас тут рядом Роджер. Что он вообще всё это начал.

— Твой глупец.

Заметил Роджер. Кажется то, что Глистену стало легче повлияло на него тоже. Он.. Наконец-то может помочь своему любимому. Это...Всё таки произошло. Глистен не отверг в этот раз его помощь. Шанс этого был так мал.. Роджер даже немного не верил в свой успех, но сейчас, смотря в глаза Глистену он мог поклясться, что сейчас зеркальце было живее и лучше кого-либо в этом мире. Даже в таком не идеальном состоянии. Даже с проблемами.

А всё потому что он был собой. Он был настоящим. Как же он любил живого Глистена. Такого, кто всё таки показывался время от времени. Того, кто доверился ему. Он всегда будет ценить его. Как и Глистен его. Даже если они оба будут в сложном положении. Даже если будет тяжело.